Весь мир – театр, а люди в нём – актёры

Пламя плясало, будто вытанцовывало танго. Воздух наполнился запахом гари и жареного мяса чужих тел. С потолка капали сгустки нефти, коей облили всё здание. Тэхён не думал, что в его первую миссию ему дадут сжигать трупы — в земле уже не было места для мертвечины, а крематорий попросту бы не справился со всеми жертвами. Живот скрутило, в горле застрял ком. Зрелище отнюдь не из приятных. К небу стремился дым, показывая всему Сеулу очередное безумство Илбиса. Тэхёну не страшно. Он молча покидает территорию, направляясь к машине. Семь месяцев он не видел свою семью. Он чувствовал, как приближается истерика. Сердце сжималось от одной мысли о маме с братом, однако с этим ничего не поделать — сейчас он не мог их увидеть, и оставалось довольствовался воспоминаниями. Холодный металлический жетон с инициалами "К.Т." отдаёт холодом в груди, возвращая мысли парня в нужное русло. Киснуть нельзя, не когда по рации срочно вызывают всех, кого можно. Илбис был замечен недалеко, и теперь началась погоня за ним. Погоня за самим дьяволом.

***

Чонгук специально дал себя засечь. Он хотел посмотреть на новобранцев, что прибыли месяц назад и были потенциальными жертвами его фантазий. Мужчина медленной и элегантной поступью подошёл к центру моста у реки Хан и стал ждать. Он рассчитывал увидеть кучу солдат с ненавистью в глазах, но никак не одинокий тонкий силуэт. Молодой юноша стоял напротив него и смотрел без капли страха и ненависти. Его глаза блестели, но по ним невозможно было прочитать ни одной эмоции. Он стоял один с направленным на Илбиса пистолетом Браунинг HP. Вкус у парнишки не дрянной, видно, разбирается в оружии. Чон начал подходить к солдату не спеша, всматриваясь в его глаза, стараясь найти в них хоть что-то, но глаза были пустыми, а выражение лица безучастное и отрешённое. Это дико раздражало, и где-то внутри зарождалось желание сломать его. Увидеть страх и ненависть, что присуща людям, — иначе никак. Подойдя к Тэхёну, Чонгук опустил взгляд на его руки. Предохранитель давно был спущен, а значит, пуля могла прилететь в лоб в любой момент, однако парень не двигается. Тэхён и сам не мог понять, почему не стреляет. Вот она, причина всех бедствий, но палец не спускает курок. Руки не дрожат, им нельзя. Тэхён видит, как уголки чужих губ ползут вверх, обнажая белый ряд ровных зубов. У обоих ощущение, что убивать нельзя. Не сейчас, надо подождать. Илбису не присуще оставлять в живых людей, к их собственному несчастью увидевших его. Но он проходит мимо, направляясь дальше по своим делам и кидая лишь краткое "ещё увидимся," и скрывается в ночной темноте. Лёгкие резко выпустили воздух — Тэхён словил себя на том, что всё это время не дышал, а руки опустились обессилено. Сзади послышался бег, и, повернувшись, Ким увидел спешащих к нему солдат. Те что-то спрашивали, но он отвечал лишь то, что Илбиса не видел. Иначе как объяснить тот факт, что он просто отпустил его и что сам остался жив?

***

Прошла неделя, а тот парень не хотел выходить из головы Чонгука. Дело о нём, которое разыскал Юнги, лежало перед ним на столе, прочитанное не раз. Ничего особенного. Ким Тэхён, восемнадцать лет, живёт с мамой и старшим братом, служит в армии уже семь месяцев и не имеет желания жить. Ещё совсем молодой, и день рождения вон скоро. Информации о нём не особо много, что не могло не расстраивать. Даже детских фотографий как таковых нет. Лишь одна чёткая и заинтересовавшая Чонгука. Там Тэхёну на вид всего лишь пять, и он обнимает палевого немецкого дога, который сидел около пруда с высунутым языком, тяжело дыша. Глаза мальчишки сияют от счастья, и улыбка квадратная показывает, что он ещё не подозревает, что с ним случится в будущем. Чон усмехнулся собственным мыслям: он знает, какой подарок преподнесёт имениннику. Сверху суетливые слуги готовили спальню для нового "гостя", который, Чонгук уверен, будет тут через несколько дней. Цепи, что тащили наверх, раздавались эхом о пустые стены особняка и раздражали чёрного немецкого дога, дремлющего у ног своего хозяина. Чонгук обожал породу своего пса, предпочитая этих грациозных и больших собак доберманам и овчаркам. Чёрный или же мраморный окрас блестящей шёрстки, уши, купированные вверх, — всё это придавало догам изумительное, едва ли не королевское, величие. Энзо — питомец Чона — был самым крупным и опасным. Он с лёгкостью мог перекусить горло любому, даже не пачкаясь. Его Чон обожал, к нему единственному питал столь тёплые чувства, и за этого пса он был готов разорвать любого, как и тот всегда был наготове разорвать каждого, кто прикоснётся к его хозяину. Так бывало и с подстилками, которых сам вызывал к себе Чонгук. При нём ни один слуга, да даже сам Мин Юнги — правая рука Илбиса, надёжный, хоть и своенравный, — не смели подходить к тому. Энзо ездил со своим хозяином на разные встречи, после которых выходил лишь Чон. Собеседники же оставались за закрытыми дверями изувеченные: с перегрызенным горлом и свежим кровавым "Илбис" на лбах. Смертельный дуэт, который ничто не одолеет. Даже смерть их боится, что уж тут таить. Часы тихо тикали, на телефон Чонгука пришло сообщение — комната готова. Скоро будет новая игрушка у дьявола, а значит, Сеул на короткое время сможет выдохнуть с облегчением. Обыкновенно никто не знал, кто будет следующей жертвой. От одной только мысли о разбитом пустом взгляде, о чужом сломленным духе взор застилает тёмной пеленой желания, и Энзо, почувствовав настрой своего хозяина, поднял голову, устремляя свой глубокий взгляд прямо в глаза Илбиса. Он унюхал опасность, а это означает, что скоро у него будет работа.

***

Тэхёну с самого утра неспокойно. Сегодня его день рождения, ему уже девятнадцать, и вроде как это повод для веселья, но он чувствовал опасность на каждом шагу, и ощущал, будто за ним кто-то следит. Это напрягало, однако он не подавал вида. Лишь сжимал свой нож — покоцанный SOG Seal 2000 — и патрулировал улицы. Машин на трассе было много, впрочем, это было ожидаемо от столь жилого района. Внезапно Тэхёна толкнул в плечо проходящий мимо мужчина, и Тэ, напрягшись, почувствовал записку в кармане. Он надеялся, что это солдат передает секретное послание, однако содержимое заставило волосы встать дыбом. «Возле тебя остановится машина. Садись в неё молча и не рыпайся. Попробуешь сопротивляться и весь район исчезнет с лица земли. Илбис», — гласила записка. И вправду: спустя минуту возле Тэхёна остановилась чёрная машина без номеров и с тонированными окнами. Дверь открылась. Выбора у Тэхёна не было, и он это прекрасно понимал. Сев внутрь, он почувствовал резкую боль в голове. В глазах потемнело. Капкан захлопнулся, отдавая добычу охотнику. А добыча и не сопротивлялась, ведь лучше пожертвовать одной жизнью в обмен на сотни или, может, тысячи. Тэхён даже немного рад. Смерть наступит намного быстрее, чем он ждал, и это не может не радовать. Тэхён устал от жизни, и даже самоповреждение не спасало. Особенно тркдно было скрываться от Полковника Чона, кто и так следил за Тэхёном с особым вниманием. Узнав, что его похитили, он бы врезал Тэнсу — напарнику Тэхёна, что тот отпустил его на патруль в одиночестве. Однако, что сделано, то сделано, и теперь остаётся лишь пожинать плоды собственной глупости.