Тень Сталецвета

      Катастрофа Врат внесла множество изменений во все сферы жизни, уничтожила старые привычки и обычаи, но также и создала новые. Очень скоро большая часть артеров и даже статеров стали отмечать своё пробуждение словно второй день рождения. Так в жизни многих появился новый повод для праздника.       Вот только радость и печаль часто ходят рука об руку. В большинстве случаев провокатором пробуждения становится мощный эмоциональный всплеск, а что будоражит чувства лучше, чем трагедия? Кто-то сталкивается с опасностью, кто-то близко к сердцу принимает страдания окружающих, а кто-то сходит с ума теряя близких.       В нашем доме годовщина пробуждения никогда не отмечалась.       Катализатором для Дейса стало попадание в зону прорыва и смерть отца. В моём же случае всё решилось срывом в неконтролируемый Шторм энергии брата. И если спасти его оказалось мне по силам, то наша хрупкая мама, попав в эпицентр бури, не сумела уцелеть. Итог суток мучительной борьбы за жизнь оказался ужасающе предсказуем.       До рассвета оставалось ещё полчаса, но никто в нашем доме уже не спал. Столкнувшись у двери в ванную, мы лишь молча кивнули друг другу. Включив в гостиной свет, я замерла на пороге, не решаясь сделать и шага внутрь, пока не подойдёт брат. Взгляд помимо воли прикипел к старинной деревянной тумбе у стены меж окнами.       На этот раз все обряды будут соблюдены, обещаю, мама.       Осторожное прикосновение к плечу подошедшего Дейса вывело из оцепенения. Достав потёртый бронзовый ключ, брат отпер замок, бережно распахивая выкрашенные тёмным лаком створки. Опустившись на колени рядом с Дейсом, я аккуратно сняла с лежащих внутри предметов заметно пожелтевшее от времени белое кружево, некогда сплетённое ещё бабушкой Иннэ, чистокровной ашианкой по происхождению. Расправив драгоценное кружево на тумбе, вновь заглянула внутрь.       Передаваемый поколениями ритуальный хрусталь тускло поблёскивал в искусственном свете, покрытые тёмной патиной медные курильница и поднос скромно пристроились в углу, у задней стенки рядком стояли шесть небольших фотографий в белых рамках.       Сохраняя почтительное молчание мы с братом бережно обустраивали алтарь. Поверх кружевного узора лёг овальный поднос, центр которого венчала старинная курильница, пока не востребованные хрустальные чаша и кубок были перевёрнуты по бокам от подноса. Последней глубины тумбы покинула единственная увитая ритуальными лентами рамка.       Бережно снятые ленты легли на металлическую поверхность вдоль курильницы, портрет же занял своё законное место в центре у стены. Несмотря на залёгшие под глазами тёмные круги и чуть подёрнутые серебром виски женщина с фото выглядела молодо и живо, может дело в тёплом взгляде или лёгкой улыбке? Последнее фото нашей прекрасной мамы.       Не удержавшись, дрогнувшей рукой невесомо погладила скрытое за стеклом лицо. В груди засело казалось позабытое колючее чувство, подталкивая к горлу болезненный ком. Прикусив губу, бросила взгляд на оставшиеся внутри портреты. Отец, бабушки и дедушки, чьи образы по прошествии лет сильно потёрлись в памяти.       Отослав мысли прочь, бросила взгляд на сидящего рядом брата. Ему наверняка сложнее. Полузабытое и оплаканное более десяти лет назад для меня в его случае было куда более живо.       Дейс долго сверлил пустым взглядом мамино фото, но в конце концов отвёл глаза и заперев на ключ тумбу, достал заблаговременно принесённые благовония, укладывая их в курильницу.       Едва первые лучи ещё не показавшегося солнца подсветили восточный край небосвода, мы воскурили терпко пахнущие благовония. Первый этап обряда подошёл к концу, но говорить ни одному из нас по-прежнему не хотелось.       Несмотря на ранний час о продолжении сна не было и речи. Вернувшись в свою комнату, я села за рабочий стол и включила ноутбук, какое-то время просто бездумно сверля взглядом загоревшийся экран.       Только сегодня, взглянув на траурные портреты, я осознала, что из моей памяти практически стёрлись лица давно погибшей семьи и воспоминания, связанные с ними. Образ мамы незадолго до смерти ещё как-то теплился внутри, поддерживаемый сопутствующими переживаниями о душевном состоянии Дейса. Но остальные…       Я помню, что в стремлении быть ближе к обожаемому отцу ещё в юности пыталась разобраться в оставшейся от него научной литературе и кипах бумаг, относящихся к его собственным изысканиям. Из этого стремления некогда и зародилась цель — стать исследователем феномена Врат. Но сейчас это лишь оставшийся в памяти факт, не имеющий в себе никакой эмоциональной составляющей.       Бабушки и дедушки в моём сознание превратились лишь в размытых призраков семейной истории, рассказанной другими. Некогда вызывавшие тёплые чувства, сейчас же словно абсолютно незнакомые.       Ноутбук хранил множество чудом уцелевших снимков и даже несколько видео, запечатлевших светлые моменты из далёкого прошлого. Но сколько бы не всматривалась, что фото с традиционной ашианской свадьбы, что кадры счастливых семейных застолий, что множество детских снимков, всё это казалось чем-то совершенно чужим, никак не связанным лично со мной. Лишь пара поздних совместных с мамой и уже взрослым Дейсом кадров оказались близкими.       Неприятно.       Стоило такси свернуть с центральных улиц, подбираясь вплотную к кварталу ашианской диаспоры, как окружение стремительно преобразилось. Помимо весьма характерного архитектурного стиля, изобилующего резными деревянными элементами и разномастными каменными скульптурами-оберегами у каждого входа в здание и двор, даже местная растительность отличалась, представляя собой по большей части завезённые из Ашиа олеандры и тамариски.       Небольшая лавка у которой остановилось моё такси выделялась на фоне прочих с первого взгляда. Виной тому были многочисленные гирлянды с развевающимися на ветру алыми лентами и негромко позванивающими медными колокольчиками. Стоило войти внутрь, как густой аромат благовоний, смешанный с приторными нотками лилейных, едва не сбил с ног.       — Доброго дня, — поприветствовал лёгким полупоклоном старик-ашианец. — Могу чем-то помочь?       — Да, спасибо, — так же поприветствовав мужчину, вежливо кивнула. — Мне необходим набор для ритуала Приветствия неушедшего духа.       — Полный или годовщинный? — окинув меня внимательным взглядом, уточнил старик.       — Годовщинный, — поняв свою оплошность уточнила.       Мужчина понятливо кивнул и подхватив плетёную из ивовых прутьев корзину принялся укладывать в неё запечатанную алым сургучом бутылку ритуального вина, коробочки с благовониями и бумажные пакетики с засахаренным боярышником и сухими цветочными лепестками. Закончив с корзиной, старик кивнул в сторону застеклённой зоны с цветами:       — Сколько цветов нужно?       В холодной зоне стояло несколько крупных ваз заполненных белоснежными ликорисами. Даже сквозь герметичные стеклянные двери и витающий в лавке запах благовоний пробивался их сильный аромат. Благодаря ему именно этот сорт белых паучьих лилий стал эталоном указующих дорогу к дому душам цветов.       — Два алтарных букета и гирлянда.       — Хм, готовых гирлянд сейчас нет, но мы можем изготовить её и к вечеру доставить всё Вам на дом вместе с остальными покупками, — потерев подбородок, предложил торговец. — Хотите самостоятельно выбрать цветы для букетов?       После небольшого колебания всё же кивнула. Я уже пообещала сделать всё как следует, так что необходимо проявить должное почтение во всём.       Оставив плату и адрес доставки, я наконец покинула лавку. Даже сев в очередное такси и отъехав на приличное расстояние, я всё ещё ощущала приевшийся к волосам и коже приторный запах лилейных. Так что прибыв на место не удержалась и выкурила сигарету, в надежде перебить навязчивый аромат.       Пока затягивалась прохладным дымом в очередной раз проверила телефон, но последние сообщения так и оставались не прочитанными. Хоть у нас с Соэном и была размытая договорённость на сегодня, но с наступлением воскресенья он перестал выходить на связь. Затушив окурок, решила не тратить время на звонки, а перейти наконец дорогу, отправившись прямиком в здание Бездны.       Холл офиса гильдии встретил привычной пустотой и неожиданно вновь защекотавшим ноздри навязчивым цветочным ароматом. Это уже похоже на наваждение. У стойки помимо девушки-администратора стоял смутно знакомый мужчина. Едва завидев меня, он удивлённо вскинулся:       — Здравствуйте, мисс Витто, что-то случилось?       — Здравствуйте, мы договаривались с главой о встрече сегодня, но не обговорили точное время, — признав в мужчине секретаря Соэна, пояснила я. — Не могу с ним связаться, он в гильдии?       — Вот как, — секретарь неловко переглянулся с администратором. — Не могли бы Вы подождать пару минут?       — Конечно, — спокойно кивнула, про себя отметив несколько подавленное состояние обоих.       Вскоре вернувшийся мужчина провёл меня непривычным маршрутом, поднявшись на верхний этаж он указал на ближайшую к лифту дверь. Постучав и не дождавшись ответа, вошла внутрь и удивлённо замерла. Открывшееся взгляду помещение оказалось жилыми апартаментами, но удивило не это. Помещение утопало в приторном аромате ликорисов, смешанным с терпкой нотой ритуальных благовоний, исходящим от расположенного у окна алтаря.       — Ты пришла, — раздавшийся сбоку хрипловатый голос, вывел из оцепенения.       Небрежно развалившийся на диване мужчина, окинул меня усталым взглядом. Традиционный ашианский костюм на сей раз был отделан алым, а правое запястье обвивала ритуальная белая лента с вышитыми красными узорами на концах.       Скинув туфли, я подошла к алтарю с фотографией безумно похожей на главу Бездны женщины и вежливо поклонилась, оказывая знак уважения пришедшей на день в мир живых неушедшей душе, и лишь после приблизилась к наблюдавшему за этим мужчине. Несмотря на отсутствие в его облике характерных Шторму энергии признаков, что-то подсказывало, что состояние его далеко от нормы.       — Знаешь обычаи Ашиа? — подперев голову рукой, лениво спросил Соэн.       — Я на четверть ашианка, — такой ответ явно не удивил мужчину.       — Мгм, — неопределённо хмыкнул он, кивая на диван рядом с собой. — Садись.       Опустившись куда сказали, я некоторое время молча наблюдала за сидящим рядом человеком. Соэн потянувшись взял со столика открытую бутылку со следами алого сургуча на горлышке и отпил настоянного на полыни крепкого вина. Вернув бутыль на место он, не скрывая раздражения, поморщился.       — Чёртова устойчивость, что не заливай в себя опьянеть не выйдет, — негромко возмутился мужчина. — Ну и где тут справедливость?       — Жизнь в принципе штука не справедливая, — невольно ответила на настойчивый вопросительный взгляд.       — Ха-ха, твоя правда, — едко рассмеялся он.       — Могу я проверить Ваше состояние? — осторожно перешла к сути встречи.       — Делай что хочешь, — протянув в мою сторону ладонь, фыркнул Соэн. — Помни я, что воскресенье это одиннадцатое не стал бы подтверждать встречу.       Проигнорировав поведение мужчины, привычно послала диагностический импульс. Несмотря на сравнительно небольшое количество алых очагов в резерве, собственная энергия Соэна буквально сходила с ума, отражая эмоционально нестабильное состояние артера.       — Нужно выровнять баланс, — кратко резюмировала итог осмотра.       — Есть ли в этом смысл? — хмыкнул Соэн не отводя глаз от моих рук, обхватывающих его ладонь. — Давай как-нибудь в другой раз.       — Не говорите ерунды, или хотите заработать-таки Шторм энергии? — подавив желание закатить глаза, равнодушно бросила.       — Сам справлюсь, не впервые.       Что за глупое упрямство?       — Предлагаете бросить Вас как есть и уйти? — встретилась взглядом с полночными омутами.       Он ненадолго замолчал, словно погрузившись в собственные думы.       — Раз уж ты здесь к чему так быстро уходить? — наконец подал голос Соэн.       А после случилось нечто совершенно неожиданное, заставившее удивлённо замереть. Плавным движением мужчина растянулся на диване, закинув длинные ноги на подлокотник и пристроив собственную голову не где-нибудь, а прямиком на моих коленях. Едва сдержав порыв тут же подскочить, вопросительно изогнула брови.       — Можешь приступать, правда толка в этом будет мало, — хмыкнул он, продолжая изображать наглого кота.       Смирившись с подобным поведением, глубоко вдохнула, успокаивая панически зашедшееся сердце, и расположила правую ладонь на чужой голове. Кожа под пальцами оказалось неожиданно горячей, что на долю секунды сбило концентрацию. Но уже в следующее мгновение энергия тонким рассеянным потоком потекла по каналу, осторожно прощупывая бушующие потоки в чужом резерве.       Агрессивной реакции на проникновение не последовало, и я осмелев увеличила концентрацию потока. Мана и аура замедлили свою бурную пляску, отзываясь на аккуратные прикосновения. Но стоило полностью сосредоточиться на работе, как ушей коснулся бархатистый голос:       — А ты ведь сегодня должна принимать поздравления, не так ли?       — О чём Вы? — не отрываясь от собственного занятия, недоумённо спросила.       — О годовщине пробуждения, — с непонятной весёлостью хмыкнул мужчина. — Неужели мисс Тьен не помнит о таком?       — Моя семья не празднует подобное, — равнодушно ответила, внутренне насторожившись от того факта, что об этом помнит глава Бездны.       — Вот как. У нас в гильдии большинство участников радуются дню пробуждения больше чем любому другому личному празднику. Как-никак пробуждение в лучшую сторону изменило жизнь многих.       На него внезапно напал приступ болтливости? К чему все эти разговоры? Голос мужчины отвлекал от передачи, вызывая желание закрыть ему рот. Сдержав порыв, я покрепче сжала свободную руку в кулак.       — Моя сестрица, пока была жива, каждый год в этот день устраивала выходной и утаскивала детей куда-нибудь развлекаться, — не обращая внимание на моё молчаливое недовольство, продолжал говорить Соэн. — Лиа несмотря на возраст часто вела себя по-детски, но в этот день становилась особенно капризна. И куда только девался образ серьёзной главы крупной гильдии?       Уж что-что, а говорить подобное растянувшись на моих коленях и мешая передаче тоже не слишком-то соответствовало «образу серьёзного главы крупной гильдии». Несмотря на болтливую помеху, чужая энергия медленно приходила к подобию спокойствия. Однако, как только я отвлеклась на удаление алых очагов, потоки ауры и маны вновь принялись беспокойно сталкиваться, заставляя невольно нахмуриться.       — Два года прошло, а всё ещё не верится, — с каждым новым словом весёлые нотки в голосе Соэна затухали. — Порой казалось, что она знает будущее. Незадолго до разгара охоты на Пробуждённых и закрытия границ скрыла свою силу и вывезла семью из Ашиа, неоднократно помогала предотвратить крупные прорывы, инициировала не очевидные, но удачные исследования. Только вот смерть свою не предсказала.       От чего-то слова о знании будущего иголочкой кольнули сердце. Не прерывая передачи, приоткрыла глаза и посмотрела вниз. И тут же столкнулась с чужим внимательным взглядом, невольно вздрогнув. Чёрные омуты пристально изучали мою реакцию, словно подозревая в чём-то.       — Есть в вас нечто схожее, — с твёрдой убеждённостью в голосе пробормотал он.       Приподняв одну из рук, Соэн схватил моё запястье и отнял ладонь от собственного лба, прерывая процесс передачи.       — Не трать силы попусту. Я буду в порядке. Завтра.