Voices in my head

Пряный аромат догоревших с ночи свечей мягко вплетался в утренний аромат свежести и солнца. Тонкое, приятное на ощупь покрывало гладко ластилось к прохладной коже от каждого размеренного вздоха – струящаяся ткань отчётливо выделяла два оголенных женских силуэта, скрывая их от непрошенных глаз. Кристина бессознательно перевернулась во сне, удобно устраиваясь на боку и упираясь коленом в бедро спящей рядом ведьмы. Кожу на плече неприятно закололо. Это ощущение заставило недовольно поморщиться и мгновенно вынырнуть из забвенной пучины сна без сновидений – Мириэль аккуратно приподнялась, сонно глядя на постель под собой. Не обнаружив там ничего колющего она вздохнула, только сейчас переводя взгляд на обугленные концы дред. Именно колючая, беспорядочная после принятия второй причёска вырвала бедную девушку из приятного забытия. – Обрежу к чертям. – тихо шепнув недовольство себе под нос, голубоглазая аккуратно легла обратно, прикрывая глаза и пытаясь вновь уснуть. Однако шум рано очнувшегося города не позволил вновь погрузиться в желанный сон. Осознав свой провал, избранная тяжело засопела, уткнувшись лицом в подушку. Во взбодрившееся сознание ожидаемо ворвались плёнки воспоминаний этой ночи. Раньше Крис никогда не задумывалась о соитии с кем-либо. У неё не возникало нужды и желания, не было подходящего человека рядом, да, черт возьми, о существовании плотских утех она узнала в свои восемнадцать. Ей казалось, что весь этот фарс и прелюбодействие не для неё и ей наверняка не захочется позволять кому-то себя коснуться. Однако с появлением в её жизни правильного человека мировозрение с крахом обрушилось на девушку лавиной чувств и желаний неизведанного. Правильного человека... Мириэль со вздохом открыла очи, задумчиво уставившись на очерченный женский профиль погруженной в дрему Анариэль. Ведьма спала на спине, забавно сложив руки на животе поверх покрывала – её грудь, маняще выделяющаяся под тонкой тканью, поднималась и опускалась, притягивая внимание выпирающими от прохлады сосками. Улыбнувшись ночным воспоминаниям, избранная придвинулась ближе к сопящему телу, желая чувствовать его тепло. Она аккуратно оперлась локтем о подушку, подпирая голову и натягивая одеяло на собственное неглиже, не сводя взгляда с расслабленного лица напротив. Сейчас Мария казалась блондинке хрупкой и утончённой. Беззащитной и самой чистой душой среди всех душ вселенной. Подрагивающие от вероятно глубокого погружения в сновидения ресницы, плотно сомкнутые губы с небольшими кровоподтеками от жадных и остервенелых поцелуев Штрэфонд, изящные ключицы, обтянутые нежной чистой кожей. Крис медленно сканировала профиль супруги взглядом, ощущая, как грудь до боли сжимает осознание того, какая прекрасная и желанная женщина лежит рядом с ней. От этого чувства в груди саднило и сводило горло. Хотелось прожить каждую свою эмоцию и впитать в себя это мгновение, пока у них ещё есть на это время. Хотелось выражаться. Хотелось дарить ласку, пусть она и не умела проявлять её. Хотелось ловить на себе взгляды, ощущать пылкость касающихся ладоней и вкушать аромат густых тёмных волос. Хотелось зарыться в неё полностью и остаться в этой постели навечно. Желточенко не понимала, как могла так скоро влюбиться в кого-либо. Быть может этому поспособствовали рассказы о прошлом Ари с другими её воплощениями. Или, возможно, гормоны после первых поцелуев и первого соития в жизни играли свою роль в таком всплеске эндорфина в её крови. Избранная не знала этого, и знать не могла. Да и, признаться честно, узнавать не хотелось – она намеревалась вкусить эти отношения в полной мере. Взгляд внимательных глаз с тонкой шеи поднялся выше, подмечая торчащий из растрепанных волос кончик острого уха. Не смея подавлять своих желаний, голубоглазая подняла руку, высвобождая заинтересовавший участок тела из плена и расправляя каштановые пряди на подушке рядом. Она аккуратно обвела забавное ухо подушечкой пальца, подмечая россыпь тонких венок в ушной раковине и необычное строение хрящей. Это показалось ей настолько очаровательным и милым, что следующий порыв она себе тоже позволила без зазрений совести – Крис приблизилась к лицу любовницы, мягко касаясь губами основания, а затем и кончика уха. В голове поселились смущающие и похабные картинки собственных желаний. – Ммм..– невнятно промычала выныривающая из приятной дрëмы Ари, забавно поджимая тронутое щекоткой ухо к плечу. Штрэфонд завороженно проследила, как густые ресницы, вздрогнув, зажгли под собой слабый блеск карих глаз, и как-то неловко улыбаясь, когда ведьма, полностью очнувшись, сонно уставилась на неё нечитаемым взглядом. – Привет... – шепнув первую пришедшую на ум глупость, блондинка мысленно шлепнула себя по лбу, да посильнее. Серьёзно, Крис, "привет"? – Привет... – с неожиданно ласкающей улыбкой ответила та на забавную интерпретацию "доброго утра". Брюнетка сладко потянулась на пахнущих ночным безумством простынях, ненарочно позволяя скрываемой наготе выглянуть наружу из-под бесполезного одеяла. – Как спалось? – Спала без задних ног... – слегка заторможенно ответила избранная, не поборов внутреннего позыва опустить взгляд ниже умиротворенного и по-кошачьи довольного лица. Внимательные очи осмотрели аккуратные выпуклости при свете дня, принуждая щеки покрыться пунцовыми пятнами смущения. Отчего-то прежний ночной пыл и решительность развеялись с наступлением утра. – А тебе? – Ты целовала меня, пока я спала? – явно довольная Лебедева легла на бок, поражая своей открытостью и совершенно не смущаясь спустившегося на талию покрывала и собственной обнаженности. Хотя, подумала Крис, она, наверное, и не должна была смущаться. Ведь кареглазая занималась этим и с другими её предшественницами. От мысли, что девушка была так же открыта и с другими, в груди неприятно заныло, пусть то и были её копии. – Что? Нет, я просто... – вдруг осознав сказанное Анариэль, вспыхнула и без того красная Желточенко. Голубые глаза заметались, стараясь смотреть куда угодно, но не на супругу. – Я просто... – Целовала моё ухо! – тихо посмеялась Мария, умиляясь и млея от чувственности возлюбленной. – Не смущайся, душа моя, в этом нет ничего постыдного. Всё ещё опирающаяся на свою стоящую на локте руку Штрэфонд свалилась обратно в мягкость постели, обречённо вздыхая и раскидывая конечности во все стороны. Собственная тяга к девушке казалась такой одуряющей и одновременно смущающей, что любое действие и противодействие вгоняли в ступор. Кровать рядом податливо прогнулась под весом закопошившейся хозяйки. Крис вся подобралась, сжимаясь внутренне так, словно её сейчас либо ударят, либо что похуже, ибо очнувшееся после первого секса смущение и робкость поутру увеличились стократ. Она ощущала себя маленькой текущей девчонкой в пубертатный период. – Не возводи эту стену между нами... – подвинувшаяся ближе и слегка нависшая над возлюбленной брюнетка оперлась рукой о пружинистый матрас чуть дальше, чем хотелось, боясь рушить то незыблимое счастье, вернувшееся в её руки накануне, вторжением в личное пространство вдруг закрывшейся подруги. Карие глаза смотрели снисходительно, томно, однако потухший вмиг янтарь на глубине карих глаз таил в себе горечь и вековую печаль. Штрэфонд зачарованно уследила это потухание, задерживая дыхание от глубины чужих очей. – Не нужно этого. Ты в праве делать всё, что вздумается, и смущаться и стыдиться этого не стоит. Я открыта перед тобой. Мириэль уловила едва шевельнувшуюся сквозь тонкую кожу гортань нависшей, явно старающейся сдерживать себя и не допускать лишнего. Оно и понятно. Ещё вчера Крис сама бросалась в объятия и усыпала поцелуями и ласками, а сегодня, словно и не бывало, смущалась и ставила незримые баррикады, чтобы удержать собственное душевное равновесие и эмоциональное состояние в узде. – Тебе стыдно за эту ночь? Я что-то сделала не так? Тебе не понравилось? – едва сдерживая надлом в потерявшем краски голосе, ведьма осыпала ещё больше вжавшуюся в кровать Желточенко глупыми вопросами. От услышанного её слегка перекосило, а от исчезнувших с лица напротив красок – и подавно. – Нет, что ты! Всё было... – блондинка пару раз стукнула себя ладонью по безмозглой голове, не обращая внимания на тоскливый взгляд. – Я не знаю, что со мной такое. Это был мой первый раз и я не знаю, как вести себя после проведённой ночи. Но, поверь, пожалуйста, это было потрясающе! Явно расслабившись и даже слегка посмеявшись от откровенного юношеского максимализма, Лебедева закусила губу, неожиданно хитро сощурившись. – После проведённой ночи я предпочитаю утренние ласки. – односложно и открыто проговорила она, осторожно, всё ещё боясь задеть тонкую душевную организацию новоявленной супруги, умощаясь на её бёдрах. Гладкая ткань покрывала с талии сползла ещё ниже, открывая очаровательный вогнутый пупок и слегка выпирающий внизу женский животик. Брюнетка изящно выгнулась и потянулась в утренних лучах солнца, с упоением поглощая завороженный глупый взгляд голубых глаз. – У тебя есть какие-то желания прямо сейчас? На это голубоглазая лишь прикусила губу, на пробу кладя ладонь на аппетитные ляжки, сжимая и с интересом наблюдая как кожа, поддавшись, смялась под её пальцами. Она бегло проследила разветвления едва заметной голубой венки под тонкой кожей, берущей начало на выпирающей тазовой косточке и поднимающейся по выраженным ребрам. Брюнетка с упоением замерла, заметив блуждающий, уже более уверенный взгляд и зародившуюся в нем искру. Она успела лишь приоткрыть пухлые губы для следующей фразы и втянуть воздух через нос прежде, чем чужие губы заставили вернуть воздух обратно в пространство комнаты. Штрэфонд ловко села на постели, не спуская оседлавшей ее бедра девушки из рук, и с удовольствием припала ртом к обнажённой груди. Машинально выгнувшись и жарко вздохнув, кареглазая обхватила чужую голову двумя руками, улыбаясь. – Кстати... – тяжело дыша между поцелуями и потираясь носом о выпирающую ключицу, произнесла избранная. – Есть возможность убрать мои дреды? – Можно попробовать распутать их маслом... – пропустив грубые клочья волос между пальцами, Лебедева обхватила лицо возлюбленной обеими ладонями, проводя большим пальцем по влажной от ласк губе. – Но ты нравишься мне и такой. Необычно. – Они мне мешают. Распутаем! – перехватив чужую руку, блондинка завалилась на бок, роняя подругу на постель и прижимаясь к горячей коже всем телом. Чужие ноги тут же обхватили поясницу, притягивая ближе. Губы, изогнувшиеся в соблазнительной усмешке, мгновенно оказались в плену – Крис с охотой прижалась к ним ртом, сминая и вновь пробуя на вкус. Голову тотчас же вскружил дурман и естественный приятный запах тела снизу. От Лебедевой пахло уютом. Она пахла как земля после грозы, как солнце, как первые весенние цветы и последние порывы теплого осеннего ветра. Хотелось вдыхать ее всю, до боли в легких, до цветных пятен перед глазами и слабости в ногах. Но вместо этого Желточенко шумно выдохнула, с силой проводя ладонями по раздвинутым ногам и щекочущим движением перемещая одну из них ко внутренней части бедра девушки. Кареглазая волнительно сжалась в предвкушении, влюбленно наблюдая и мягко оглаживая слегка угловатые плечи супруги. С первого этажа раздался громкий, уверенный стук в дверь. – Твою мать... – дерганно рыкнула избранная, резко отстраняясь и садясь на край постели. Она шумно выдохнула, тягостно проводя ладонями по лицу и отыскивая растерянным взглядом свои вещи, которые, если не изменяла память, должны были ожидать где-то рядом с кроватью. Мария поджала губы, тихо выдыхая и разочарованно прикрывая глаза под тихий шорох одежды и чужое громоздкое дыхание. Утренняя романтика была испорчена.

° ° °

– У меня тревожное предчувствие... – тихо пронеслась чужая мысль в голове, пока Крис, попутно завязывая шнурок на распашонке, без особого энтузиазма спускалась по лестнице следом за уже одетой Анариэль. Иногда слышать в собственном сознании посторонние, не принадлежащие ей мысли, было жутко. И если игнорировать уже ставший извечным шумом на фоне голос Шестой внутри себя стало проще, то появляющаяся изредка Первая сбивала с толку. – Что в этот раз? – недовольно буркнула блондинка, всё ещё расстроенная сорвавшимися ласками и явно догадываясь, кто посмел их прервать таким ранним утром. Идущая впереди Ари, приняв вопрос на свой счёт, издала тихий смешок, отвечая. – Видимо, Альцина с охраной прибыли раньше времени. Недоуменно посмотрев на ровную спину с вьющейся копной волос, Штрэфонд улыбнулась собственной глупости, только сейчас осознав, что произнесла мысль вслух. Да, еще многому предстоит научиться в будущем. – "Что-то сейчас произойдёт. Шестая разбушевалась и стала докучать и ехидствовать еще активнее. Это может происходить только в том случае, если она чувствует приближение схожей своей магии". – вновь зашептал голос. – "Нам нужно поговорить с остальными. Возможно, мы сможем чем-то помочь". – "Что значит приближение схожей магии? Кто-то за дверью? " – испуганно взъерепенилась избранная, сжимая кулаки и наблюдая, как Мария, поправив на себе одежду перед самым выходом на улицу, потянулась к ручке. –Стой, не открывай! – не дождавшись ответа Первой, воскликнула Мириэль, сиюминутно оказываясь рядом и кладя ладонь поверх чужой. Брюнетка повернулась, подозрительно заглядывая в напряженные глаза. – Ты чего? Это Альцина. – спокойно ответила девушка, но скрытое переживание в голосе не могло не резануть по ушам. Карие глаза заискивающе пробежались по родному лицу. – Почему ты так уверена? – сдавленно зашептала блондинка, крепче обхватывая чужие костяшки и не отводя взгляда. Голоса в голове снова начали нашептывать и встревать, однако избранная отбросила их, сконцентрировавшись на вдруг возникшем внутри ощущении. Она не могла описать его даже для себя самой, но оно было вполне осязаемым. – Я чувствую еë энергию. Ты тоже должна чувствовать, это заложено в тебе инстинктами. Просто ты пока не понимаешь своих чувств... – последняя фраза прозвучала двусмысленно и заставила голубоглазую слегка подвиснуть и упустить момент, когда входная дверь, наконец, открылась, впуская в дом свежий воздух и злосчастных гостей. Крис выдохнула, медленно поднимая взгляд на стоящую в пороге Альцину с непривычно мрачным выражением на лице. Всё естество обдало жаром и бесконтрольным ощущением тревоги. "Наверное, это и есть энергия Альцины?" – коротко подумала она, с прищуром взглядываясь в старческое, но не лишённое обояния лицо. Женщина открыла рот, рвано выдыхая и смазанно проходясь языком по пересохшим губам. – Авангард Фарбриджа потерпел поражение. Живую оборону прорвали и тварей Морохира сжерживают только маги. У нас нет достаточного времени для твоего обучения, Мириэль. – стараясь держать голос, произнесла старейшина, с сожалением заглядывая во вмиг помрачневшее лицо Анариэль. – Наши планы изменились. Следуйте за мной в замок старейшин. Ари издала тихий, близкий к истеричному вздох, заводя руку за спину и сжимая опустившуюся ладонь избранной в крепком капкане пальцев.

***

– У нас есть неделя, чтобы обучить Мириэль азам. Нужно как можно скорее отправляться на поиски нового камня стихий. – монотонным голосом озвучила стоящая спиной ко всем Идрис, нервно покачиваясь с пятки на носок и не сводя взгляда с горизонта. – Сила десятерых надёжно защищает мирных жителей, но армия и ресурсы истощаются. Пора взять дело в свои руки. – При всём уважении, мисс, но выучиться хотя бы самой простой магии за неделю очень проблематично. Что уж говорить о владении оружием, травознании и заклинаниях... – мягко возразила насупившаяся и расстроенная услышанным Лебедева, делая шаг вперед и всем нутром ощущая, как меняется и переливается различными оттенками энергия возлюбленной. Крис злилась. Крис была потеряна, ей было страшно. Все эти ощущения передавались ведьме словно по воздуху. – Что ты предлагаешь, Анариэль? – сурово выпалила старейшина, резко разворачиваясь на пятках и глядя на стоящих в центре зала девушек открытым взглядом. – Потратить еще полгода на обучение и принятие сил? За эти полгода мы станем беззащитны и враг подберется к столице. Если уже сейчас имеются единичные случаи, когда виндиго пробираются сюда сквозь все уровни защиты, что будет через несколько месяцев? Наш авангард уже беззащитен. Воины Фарбриджа теряют надежду, они потеряли много товарищей, отродий становится всё больше и действия их всё разумнее и сгруппированнее. – Идрис права. Мы должны предотвратить потерю крупных городов, окружающих столицу, и сохранить как можно больше народа... – задумчиво добавил один из совета, перебирая складки длинных рукавов и тягостно сводя брови на переносице. – В противном случае к моменту, когда Мириэль будет готова закрыть брешь в измерении, мы и бóльшая часть населения погибнем! – подытожила сидящая за столом женщина, испытывающе глядя на молчаливую Крис. – Хватит юлить и вызывать во мне жалость. Что от меня требуется? – не поднимая озлобленного, но от этого не менее обречённого взгляда от подола белого плаща Марии, процедила Желточенко. Заведенные за спину руки крепко сцепились между собой трясущимися от злобы пальцами. В голове было слишком много нагнетающих мыслей от всё копящейся ответственности на неподготовленных плечах. – Ты должна.. – начал было говорить один из магов, но, поймав наконец показавшийся взор голубых глаз, не предвещающий ничего доброго, исправился. – Мы просим тебя стать нашей дорогой гостьей на неделю, избранная, чтобы мы могли обучить тебя, насколько это возможно. – Только я? – с искренним удивлением уточнила та, скосив взгляд на ссутулившуюся спину кареглазой ведьмы перед собой. – Анариэль сможет навещать тебя в свободное время. Иначе ты будешь сосредоточена на своих чувствах... – наконец, подала голос сидящая за столом Альцина, оторвав сомкнутые в замок руки ото рта. – Поняла.. .– по тронному залу пронесся скрежет зубов. – Значит решено. Ты остаешься в замке и обучаешься, а через неделю вместе с небольшим отрядом доверенных людей отправляешься возвращать камень. – Я вхожу в этот отряд? – опустошение и тоска в голосе Ари заставили блондинку опустить голову, жалостливо поджимая губы и прикрывая глаза. Было до отвращения осознавать, что человека, начавшего придавать вкус ее жизни, сейчас так легко и безоговорочно отрывают от нее. – Нам нужно обсудить этот вопрос. Твоя жизнь не менее ценна, тебя нужно беречь. Помимо этого, в случае угрозы твоей безопасности избранная всегда повинуется чувствам и самозабвенно защищает, забывая о предназначении. – Только Анариэль может контролировать мои приступы. Если не хотите, чтобы я сама придушила весь отряд, она идет со мной. Я не оставлю её одну! – твёрдое выражение лица Мириэль и взгляд, не терпящий нареканий, заставил совет молчаливо переглянуться. Они боялись её, Крис явственно ощущала эту эмоцию в воздухе. – Всё. Собрание окончено. Я провожу Мириэль в ее покои и распоряжусь начать обучение через пару часов. – Альцина, деловито кашлянув и бодро поднявшись из-за стола, спешно зашагала к Анариэль, успокаивающе хватая ту за предплечье и уводя к расписным дверям. Крис судорожно выдохнула, в последний раз окинув совет строгим взглядом и удаляясь следом за ведьмами. Предстоящая неделя обещала быть тяжелой.

***

День первый. Малый тренировочный зал. – Сейчас не ты управляешь своей силой, а твоя сила – тобой. Тебе нужно научиться самоконтролю и пользованию всеми своими возможностями. – меланхолично произнесла блондинистая эльфийка в возрасте, порхая и странно жестикулируя перед вялым лицом Штрэфонд. Девушка понуро и обречённо выдохнула, зарываясь пальцами в шелковистые волосы – сегодняшней ночью Ари сидела с ней до победного, помогая распустить странных "червей" на её голове, причитая и зевая. Ощущать легкость на голове было непривычно, и из-за этого Крис казалась себе лысой. – Все маги черпают хаос для создания магии из своей стихии. Если не восполнять её, организм быстро истощается, и возможностей, соответственно, становится меньше. Нужно учиться жить в гармонии с природой и источниками, чтобы всегда иметь возможность пасовать и восполнять магию... – приглушенно звучал голос наставницы где-то на заднем плане. От собственной сонливости и какой-то несосредоточенности отвлекла прижавшаяся со спины женщина. Избранная дёрнулась, выныривая из своих размышлений, и недоверчиво покосилась на склонившуюся над ней ведьму. Та поднесла руку к груди блондинки, устраивая в районе солнечного сплетения и слегка надавливая. – Вот здесь концентрируется твоя энергия и сила. Она распространяется по телу вместе с кровью и источается каждой клеточкой тела. Почувствуй этот сгусток. – всё тем же скучным тоном учила эльфийка, не открывая глаз. Крис нахмурилась, напряглась и вся сжалась, пытаясь почувствовать в своем животе хоть что-то, помимо урчащего желудка. Она закрыла глаза, стараясь представить это нечто и коснуться его, нажать кнопку "активировать", если кому угодно, но всё, что она ощущала, это руки старушки на своем теле и тихое стучание сердца в ушах. Тогда она представила себя картинкой со страниц старых учебников биологии, что ей давали в монастыре – от кончиков пальцев до кончиков волос воображая свой организм и сканируя его с ног внимательным взглядом. Когда дело доходит до солнечного сплетения, она представляет, как могла бы визуализировать этот комок силы внутри себя – вьющаяся лоза светящихся огоньков, сплетающаяся воедино. В этот момент под рёбрами неожиданно разрослось нечто горячее и тягучее, оно распирало внутренние органы и давило на стенки, пытаясь высвободиться. Но оно всё еще было чем-то инородным, нежели частью еë. – Чувствую. – коротко произносит Мириэль, укрепляя это новое ощущение внутри и концентрируясь на нём, стараясь взять под контроль, обуздать эту стихию. – Теперь попробуй представить, как эта энергия стекает по рукам и выходит из кончиков пальцев. – блаженный голос раздражал бы в противном случае, но сейчас услышанное вызывало интерес. Хотелось бросить себе вызов, проверить возможности и, наконец, перестать чувствовать себя пришельцем в этом мире. Блондинка шумно выдохнула, ловя "за хвост" нечто вьющееся внутри себя. Она воображает свои вены рыхлой податливой почвой, сквозь которую, словно первые весенние корешки, прорастает и укореняется блестящая энергия. Она бурлит в жилах, вяжется тугими узлами под кожей в поисках выхода, доставляя невероятное чувство власти и превосходства. Развернув сложенные в замок руки ладонями вверх чисто машинально, блондинка открыла глаза, воодушевленно уставившись на сперва едва искрящую, а затем образовавшуюся в две небольшие сферы пламенную энергию. Яркие всполохи отразились в светящихся любопытством глазах, и помещение, словно подстраиваясь, потемнело, позволяя магии хлестко отсвечивать и звенеть в пространстве. Ведьма за спиной восторженно хлопнула в ладони. От резкого звука энергия, пока ещё слабая и неуверенная всполохнулась, грозясь раствориться, но лишь слегка покачнулась, продолжая переливаться оттенками закатного неба. – Здорово! Это очень-очень хорошо, Мириэль, не ожидала, что у тебя выйдет с первого раза! – женщина обошла стол кругом, останавливаясь чуть впереди и с нездоровой улыбкой глядя на скромное представление избранной. – Теперь идём на улицу. Попробуешь влиять магией на физические объекты. – А это куда девать? – скептически изогнув бровь задала вопрос младшая, поднимая руки и едва ли не тыча сферами в лицо наставницы. Та испуганно ойкнула, отпрянув и с опаской глядя на среагировавшую на движение энергию. – Эээ.. – женщина затравленно почесала подбородок, поджимая губы. – Попробуй впитать её обратно. Мириэль выгнула бровь, поднимаясь из-за стола и глупо глядя на свои ладони. Если до этого визуализировать выброс энергии было чем-то выполнимым, то сейчас она понятия не имела, что нужно представить себе. – Мне её всосать или че? – с глупым выражением лица спросила она, пытаясь "собрать" магию обратно. Однако сферы лишь тихо качались и дрожали на коже. Тогда она попыталась сжать их, наивно полагая, что таким образом удастся утилизовать созданное волшебство. И, к её огромному удивлению, оно податливо, словно комок снега, исчезло в руках. – Так держать, Мириэль. Ведьма, которую, как оказалось, звали Рейнирой, закоулочными путями привела избранную в пестрящие зеленью и цветами лабиринты. В самом его сердце стоял величавый куполообразный фонтан с мелкими неоново-миними рыбками и пëстрыми камушками на дне. Крис с интересом осматривалась и из какого-то внутреннего настороженного ощущения запоминала дорогу к выходу. – Теперь попробуй направить слабый поток энергии в тот камень. – Рейнира кивнула к противоположному выходу из сердцевины, пряча руки в рукавах и отступая назад на пару метров – на всякий случай. – А если отскочит? Вы хотите, чтобы я всё сожгла здесь нахрен? – недовольно забубнела Желточенко, настраиваясь и вновь пробуждая силу в кровеносных сосудах. Она вздохнула, концентрируясь на камне и в забавной сосредоточенности хмуря светлые брови. – Всё будет хорошо. – короткое подбадривающее, абсолютно не внушившее доверия. Блондинка выставила перед собой правую руку, накапливая в ней всё возможное и невозможное и мысленно задавая энергии траекторию полёта. Мгновение – и огненный шар, снежным комом образовавшийся под ладонью, прорезал собой полотно пространства, со свистом влетая в стоящий в нескольких метрах камень. Пожар на доли секунды охватил валун, шипя и уничтожая растительность и мелких насекомых на его поверхности в адском пламени. А затем, словно изжив себя без кислорода, погас. Однако этого представления хватило, чтобы возыметь свой эффект. – Ахренеть. – шокированно выдохнула избранная, повторяя действие еще раз с юношеским азартом. Наставница с гордостью вздернула горбатый нос, словно это была в действительности только ее заслуга. Позади послышались тихие апплодисменты. Крис резво обернулась, ожидая увидеть там Альцину и никого более. Ведь услышанные хлопки показались ей ни чем иным, как издëвкой. Однако в проходе стояла не она. Там, скрестив руки на груди и прислонившись боком к увитой растениями стене, стояла улыбчивая Анариэль. Карие глаза смотрели с теплом и гордостью.

***

День третий. Территория замка. Желточенко скучающе сидела на кованной металлической лавочке, безо всяких сил наблюдая за стригущими высокие кусты сада гномами. Маленькие человечишки не обращали на неё никакого внимания, усердно работая до смешного огромными ножницами и даже не переговариваясь друг с другом. Впрочем, полнейшая аудиенция с самой собой была ей только на руку. Ведь она не могла подумать, что обучаться ей придётся в прямом смысле до упаду. Весь вчерашний день её мучали азами магической истории и простейшими заклинаниями, заставляя заучивать и повторять их сотни раз, словно неразумного ребёнка. Однако она понимала, что ей это необходимо, и безропотно выполняла все поручения. Уже после, вечером, когда она, уставшая и изнеможденная, надеялась отдохнуть в своих покоях, её снова забрали на тренировку – Рейнира учила девушку создавать иллюзии и сложные магические кульбиты. Зато теперь голубоглазая могла назвать себя не совсем первоклассной, но ведьмой. Хоть под конец дня руки жгло, а к горлу подкатывала тошнота, но концентрация и воображение внутренней силы уже не требовались. Она стала само собой разумеющейся. А сегодняшним утром в её руки впервые попал меч. Тренировки по ближнему бою, по глупому стечению обстоятельств, вёл Эктелион. Хотя в этом моменте ему требовалось отдать должное – мужчина вёл себя корректно и профессионально, не позволяя лишних эмоций и даже взглядов. Он объяснял, в какую часть тела нужно переносить вес для определённого удара, как защитить себя от внезапной нападки и в каких случаях стоит выпустить оружие из рук. С тихим вздохом избранная опустила взгляд на свои сложенные на животе руки. Она подняла их ладонями вверх, рассматривая мелкие ожоги и грубые участки кожи, которые в будущем точно станут мозолями. На фоне тихо запели сверчки. На розовый небосвод с пушистыми оранжевыми облаками медленно опускались сумерки, смещая яркое солнце и уступая место холодной голубой луне. Воздух веял прохладой и обещал морозную неспокойную ночь. Очередную ночь в одиночестве, ведь ночевать в замке ей приходилось одной. Анариэль лишь изредка появлялась и, будто дразнясь, лишь показывалась издалека – девушка не заговаривала с ней и старалась не отвлекать от тренировок своим присутствием. Крис, успевшая привыкнуть к приятной компании, начинала тосковать. – Вот ты где! – мужской голос донёсся откуда-то из-за ещё не остриженных зарослей парацельса. Избранная лениво повернула голову, со вздохом проследив, как к ней тяжелой походкой пробирается Эктелион. Парень выглядел не менее уставшим, об этом свидетельствовали залегшие под глазами синяки и общий помятый вид. – Хватит отсиживаться. Еще часок потренируемся и я отпущу тебя на ужин и заслуженный отдых. – Ты говорил что-то похожее часа полтора назад, или я брежу? – не явственно съязвила Крис, жалостливо откидывая голову на спинку лавки и вздыхая. Воин тихо хмыкнул, тяжёлой тушей плюхаясь рядом и с уставшим видом наблюдая за тем, как закончившие работу гномы складывают инструменты в тележку. – Ари приходила. – Называй её полным именем хотя бы при мне. – фыркнула в ответ Штрэфонд, садясь ровно и вдруг волнительно затеребив пальцы. – Она хотела меня видеть? – Ага. Но ты пряталась здесь и она ушла. Она готовится к походу. – Эктелион пожал плечами, поворачиваясь и вглядываясь в профиль ученицы. – Давай, Мириэль. Идём. Нет времени хандрить. – Замучаешь меня своими железками... До тренировочного зала добрались быстро и молча. На трепания языком попросту не было сил – блондинка буквально валилась с ног от усталости. Однако уперто молчала и шла на очередную, явно не часовую, тренировку. Она впитывала в себя всё, что ей давали, подобно губке. Удар. Два шага назад и вправо, чтобы обойти противника. Крепкий перехват рукоятки двуручного меча и неприятная истома в мышцах рук от, пусть и небольшой, но всё же тяжести оружия. Взмах. Скрежет металла о металл. – Агрессия, используй всю свою агрессию для удара. Иначе ты не прорубишь даже рубахи на бедолаге. – наставническим тоном парировал Эктелион, лезвием опуская меч противницы и вытирая пот со лба. – Да я же пришибу тебя, если буду бить со всех сил! – Крис всплеснула руками, разминая шею и игнорируя стекающий по позвоночнику пот. Обещанного отдыха через час, как и ожидалось, ей не позволили. – Ты? Меня? – черноволосый искренне и громко рассмеялся, откидывая голову назад и придерживая меч одной рукой. – Да, я – тебя! Мы ведь просто тренируемся, это не настоящий бой и я не вкладываю всю силу! Навык не имеет значения, когда ты хочешь убить, а не поиграть в войнушку! – с досадой проговорила избранная, всё же опуская орудие и вытирая пот рукавом рубахи. – А ты попробуй вкладывать всю силу. Я не буду поддаваться и делать вид, что ты можешь по мне попасть. – резко приняв боевую стойку, красноглазый замахнулся, предупреждая об ударе. Блондинка шустро подняла меч, огибая менее подвижного противника и с замахом прикладываясь плоской стороной лезвия к чужому боку. Парень ухмыльнулся, выворачиваясь и с противным скрежетом скрещивая оружие. – Я тебе этот меч в кишку затолкаю. – ядовито процедила Мириэль, дергая рукоять на себя и пуская по лезвию противника столп искр. Тот среагировал быстро, одним ловким движением руки замахиваясь и ударяя по мечу со стороны. – Не нужно таких жертв, Эктелион – лучший воин Элигнора... – мягкий женский голос на фоне упавшего на каменный пол орудия заставил две пары глаз метнуться взглядами к выходу из зала. – Я думал, ты ушла. Крис выдохнула, не успев осознать поражение и залюбовавшись стоящей по ту сторону распахнутых дверей супругой. Сегодня она была необычайно красива без привычного, скрывающего тела плаща. Чёрное корсетное платье слишком соблазнительно облегало красивое тело. Внутри разлилось приятное тепло от осознания, что Ари снова пришла навестить еë. – Хотела увидеть Мириэль... – карие глаза чувственно смотрели только на неё. Прямо в голубые. От этого сладко дрожало сердце и потели и без того влажные ладошки. Избранная воодушевилась от томности и теплоты очей ведьмы, выдыхая через нос и вновь беря меч в руки. Хотелось взять реванш и не упасть лицом ниц перед девушкой. – Закончим начатое и я пойду. Вновь звонко скрестились клинки. Мириэль ощутила – наставник явно перестал давать слабину и по понятной причине именно сейчас решил играть в полную силу. Она бросила на соперника недовольный взгляд, встречая в нечеловеческих алых очах лёгкую дикость и азарт. – Сильнее! – громогласно выкрикнул он, выкручиваясь и пафосно нанося удар с разворота – Крис мгновенно нырнула под его руку, позволяя мечу проскользнуть над своей головой. Она ринулась вперёд, собираясь нанести удар по ногам, но парень вовремя отпрыгнул в сторону, оказываясь за ее спиной и замахиваясь. В голове проскочила мимолетная мысль – убьёт. Рефлексы заставили обернуться и встретить удар лезвием, отбрасывая от себя. На задворках сознания пробуждалась уже настоящая ярость. От этого удары становились сильнее и целенаправленней. Они закружились по залу вихрем, ожесточённо борясь за первенство и заставляя стоящую в дверях Марию вздрагивать каждый раз, когда остриё находилось непозволительно близко к телу. Оба уже забыли обо всех предосторожностях и рисковали, словно в самом деле пытались лишить оппонента жизни. В моменте, уклоняясь от очередного залпа рассекающих воздух нападок, избранная оступилась, ощущая, как земля уходит из-под ног – она стала спотыкаться спиной назад, что, впрочем, не остановило нападающего Эктелиона. Мужчина одним мощным движением выбил меч из чужих рук прежде, чем Крис успела больно приземлиться на пол пятой точкой. – Хватит, Эктелион! – Лебедева тут же вмешалась, оказываясь рядом и заслоняя супругу собой, самозабвенно выпячивая грудь вперёд и строго глядя на товарища. – Ты уже доказал, что хотел. Парень осёкся, останавливаясь и опуская руки. Его грудь тяжело вздымалась, а взгляд, наполненный нетрезвой агрессией, смотрел словно сквозь. Он судорожно облизал иссохшие губы, отводя глаза в сторону. – Я тренирую её, Анариэль. – коротко ответил он, наблюдая, как подруга поднимает избранную с пола, подавая руку. Желточенко бросила на наставника недобрый взгляд, вытирая лицо и пытаясь хрипло отдышаться. – Хватит на сегодня. Ступай домой, друг, я провожу Мириэль до её покоев. – не терпящий возражений тон ведьмы заставил черноволосого мгновенно остыть. Он согласно кивнул, пряча меч в ножнах на поясе и выуживая из своеобразной барсетки кусок белой ткани. – Завтра продолжим после занятий с Рейнирой. Я найду тебя. – коротко отчитавшись и отчаянно поджав губы при виде мимолетного касания рук девушек, Эктелион промокнул лоб, быстрым шагом удаляясь из зала. Его жёсткий и уверенный шаг еще с пару минут медленно растворялся в стенах замка, пока вовсе не утих. Только после этого любовницы позволили себе расслабиться и, наконец, взглянуть друг на друга спокойно. – В порядке? – мягкая улыбка сама по себе возникла на пухлых губах от вида насупившейся Крис. Ари потянулась к чужому раскрасневшемуся лицу, смахивая налипшие прядки волос. Грудь распирала гордость и граничащее с возбуждением удовольствие от того, как самозабвенно и упорно училась голубоглазая. – Да. Просто устала сегодня... – сил притворяться и сопротивляться своим очевидным желаниям не было от слова совсем. Штрэфонд судорожно выдохнула от разразившегося внутри трепета, подаваясь вперед и впечатываясь в эльфийку в попытках обнять и получить долгожданную ласку. И плевать, что мокрая от пота. И плевать, что ноги дрожат от усталости. Анариэль счастливо улыбнулась, мягко обнимая девушку за плечи и прижимаясь губами к пульсирующему учащенным сердцебиением виску. Чужие руки тут же обвились вокруг талии, сжимая в попытке стать ближе. Говорить было ни к чему. Ведьма знала, что по ней скучали. – Не обращай внимания. Эктелион страстно любит мечи и поединки... – успокаивающий шепот прямо на ухо. Крис горько усмехнулась, незаметно вдыхая ставший родным запах дома в тёмных волосах. – Всё равно уложу его на лопатки когда-нибудь! – большой палец с нежностью оглаживал изгиб талии кареглазой. Ощущать тепло чужого тела рядом было вновь волнительно и приятно. – Обязательно. Девушки без лишних слов прижались друг к другу крепче, пользуясь редкой возможностью быть так близко и наедине.

***

День пятый. Владения хранителя леса Эзискаль. Желточенко уставше плюхнулась в короткий ёжик травы пятой точкой, шумно выдыхая и потирая красные от стресса и недосыпа глаза. Тело за пять дней тренировок и обучения превратилось в одну сплошную болезненную массу. Каждое движение и касание отдавало по нервным окончаниям рябью и дрожью. Казалось, что сейчас она смогла бы выспаться даже стоя. Даже на краю обрыва. Доносящийся со стороны леса прохладный ветер располагал к приятному сну на свежем воздухе. Поддавшись минутной слабости и возможности немного отдохнуть, Крис скосила глаза на что-то обсуждающих в стороне женщин. Сегодняшним утром к их с Рейнирой занятиям присоединилась ещё и Альцина. Она была гораздо опытнее и старше и знала о магии, соответственно, многим больше. Но сейчас это не волновало. Сейчас гложило лишь собственное едва функционирующее тело. Избранная тихо откинулась на траву спиной, пусто глядя на летающих в небе птиц. В голову, как бывало всегда, когда Штрэфонд оставалась наедине с собой и не была отвлечена чем-то иным, стали забираться тихие шепотки и не красочные мысли. Завтра ей предстоит принять силу своих оставшихся двойников. Да, наставники внушали, что теперь это не будет так травматично, как было в первый раз, ведь ее тело наполнено магией и подготовлено к состыковке. Однако каждая клеточка тела помнила тот ад наяву. И никакие чужие домыслы не могли разубедить избранную в том, что завтра она попросту сдохнет от боли. Блондинка даже не успела поговорить с ними. Все дни были забитыми до верху чем-то другим, а после тренировок она, уставшая и обессиленная, могла заставить себя лишь немного перекусить и лечь спать. Впавшие внутрь щеки и общий неприглядный вид это подтверждали. Но одно в этом всём все-таки радовало – за пять дней крови и пота жир с живота сошёл и рельефы стали гораздо чётче и приятнее. Крис размышляла о том, как глаза Анариэль с восхищением загораются от вида ее тела.. В этот момент Мириэль осекла себя. Нет, об этом думать сейчас точно нельзя – тоска и возбуждение и без того истощенного организма лишь добавят лишнего стресса на фоне. – Так, давай, Мириэль, вставай. Твои блоки всё еще никуда не годятся, ты не научилась поглощать чужую магию! – легкий толчок в ступню заставил недовольно приоткрыть глаз, снизу вверх глядя на стоящую над девушкой Альцину. Ведьма деловито и строго уперлась руками в бока, но взгляд её говорил о другом – она понимала, что Крис устала. Возможно, ей было жаль девчонку, но долг есть долг. – В могилу меня сведëте.. – не удержавшись от обреченного вздоха и с трудом поднявшись на ноги, Желточенко слегка пошатнулась, вымученно глядя на наставницу. – Продолжаем. Старейшина одобрительно улыбнулась, протягивая морщинистую руку к ученице и по-доброму взъерошивая её волосы. – Ты молодец! – короткое, но такое значимое из уст женщины, которая редко хвалила вообще кого-либо. Два силуэта разошлись по сторонам. Стоящая в сторонке Рейнира задумчиво поджала губы в размышлениях. – Я думаю, Мириэль сможет поставить защиту в том случае, если ей будет угрожать настоящая опасность. Сейчас она понимает, что ей не причинят вреда. Возможно, нужна стрессовая ситуация... Договорить наставнице не позволил резкий хлопок. Словно где-то с треском лопнул огромный шар под давлением, снося взрывом всё живое вокруг себя. Ветер поднялся откуда-то из-под земли, взъерошивая волосы и одежду. Воздух мгновенно раскалился, обжигая лёгкие всем присутствующим. Не позволяя одуматься или осмыслить услышанное, Альцина вызволила сгусток хаоса, сплошной лавиной направляя его в ничего не подозревающую Крис. Девушка не смогла издать и звука – единственное, что смог придумать её шокированный мозг, это резко упасть в сторону, кубарем покатившись со склона в сторону окраины леса. Торчащие из земли палки больно вонзались в кожу даже через одежду, а грязь и трава лезли в нос и рот со стиснутыми зубами. Уже внизу пришло осознание случившегося. Мириэль лежала на спине, тяжело дыша и хмурясь от усилившейся боли в теле. Она затяжно простонала, принимая сидячее положение и с жалостью глядя на испорченную, порванную и грязную одежду. – Ну и что это, блять, было? – сама себе задала вопрос блондинка, жмурясь и с шипением вынимая из оголившегося участка кожи на ноге длинную толстую занозу. – Защищайся, Мириэль! – донёсся громогласный оклик Альцины с вершины пригорка. Краем глаза Штрэфонд успела заметить второй залп – в ее сторону, плавя пространство, летел огромный огненный шар. Несмотря на боль её тело вновь среагировало молниеносно – она оттолкнулась ногами от земли, укатываясь в ближайшие колючие заросли. Свистящий шар с грохотом приземлился на место, где она сидела секунду назад, взрыв собой землю и испепелив траву в радиусе двух метров. Всё это ощущалось унизительным. Она чувствовала себя грушей для битья и начинала себя жалеть, чего она, вообще-то, не любила. Накопленное напряжение грозило вырваться наружу с горькими слезами и они действительно проступили на болезненных глазах – но так и не скатились по щекам. Тихо выбравшись из кустов и не обращая внимания на торчащие из неё иголки возможно ядовитого растения, девушка приняла позу, сжимая кулаки и глядя на спускающуюся Альцину пожирающим взглядом из-под бровей. Просящиеся наружу слезы вдруг сменились абсолютной пустотой и безразличием. Так быстро, что это могло напугать, но страха не было. Она понимала, в чем проблема. Она пытается защищаться как человек. Но она им не является. Сознание будто уходит куда-то в сторону, уступая место лишь магии и позволяя заполнить тело до скрежета. Крис распирает, она ощущает свое тело чем-то инородным самой себе, нечто под кожей бугрится и пенится, повышая температуру. – Защищайся! Ставь блок! Очередная вспышка чужой магии освещает километры вокруг. Птицы с крон деревьев испуганно вздымаются в небо, улетая в глубь леса в поисках убежища. Из земли под ногами блондинки начинают клубиться черные, испускающие дым лозы, обхватывая ноги и устремляясь вверх по телу. Альцина с замиранием сердца наблюдает, как ее магия врезается в стоящую смирно избранную, ее глаза расширяются от шока и ужаса – посланный хаос был достаточно сильным, чтобы убить. – Святые духи! – испуганно заверещала спускающаяся следом Рейнира, ускоряясь и спускаясь в самый низ склона. Вокруг стоит дым, пахнет гарью, озоном и чем-то кислым, оседающим на языке. Сквозь образовавшийся туман едва ли можно что-либо разглядеть. Остановившаяся в десятке метров старейшина отмирает, изо всех ног приближаясь к Крис и мысленно коря себя за такие суровые уроки. – Мириэль! Мириэль! – она разгоняет дым руками, кашляя и закрывая нос рукавом. Пусто. Лишь обугленная земля и скрюченные корни деревьев под землёй. – Святые духи... – снова выдохнула Рейнира, закрывая рот руками и в страхе выпучивая глаза. – Мы.. Мы убили избранную! Мы убили её! – Да замолчи ты. Живая! – строго пресекает пожилая ведьма, поднимая руку вверх и призывая к тишине. – Энергию чувствую. Живая. Земля за их спинами громко взрылась, словно нечто по ту сторону выталкивало ее наружу с нечеловеческой силой. На поверхность, разбрасывая куски земли и травы, пробился вьющийся кокон из чёрных мерзких плющей. Точнее, это было лишь похоже на плющ – в самом же деле определить, что это, было невозможно без разбирательства. Женщины медленно оглянулись назад, с ужасом в глазах замирая. Нечто, до этого зависшее в воздухе, с грохотом опустилось на землю, заваливаясь на бок и замирая. Трупные лианы остановились, прекращая извиваться и тут же замертво обмякая. Кокон стал медленно распадаться с мерзким свистящим звуком. – Твою мать.. – неожиданно и совсем по человечески выругалась Альцина, замечая клок белых волос среди опадающих вьюнов. Она тут же подбежала ближе, вынимая из сапога кинжал и разрезая мерзкие отростки. – Что стоишь?! Помогай! Рейнира спохватилась, присоединяясь и помогая вытягивать обмякшую Желточенко из страшного укрытия. – Это пугает... – тихо констатировала факт наставница. – Зато теперь мы знаем, что в случае реальной опасности она защитит себя. – Да.. Такого я еще не видела. – Что у вас здесь происходит? – неожиданно возникший мужской голос заставил женщин вздрогнуть и обернуться. – Вы решили разворотить мои угодья? Гнева моего хотите? – Не сердись, владыка, это было необходимо для обучения Мириэль. – наконец, освободив девушку из защитного кокона, Альцина уложила ее на землю рядом, хмурясь и слегка шлепая бессознательное тело по щекам в попытке привести в чувства. Тирон раздражённо фыркнул, вытягивая голову и с интересом рассматривая раздраенный кокон, из которого только что достали тело. – Это... Черная магия? – желтые глаза озарились догадкой. – Это черная магия! – Тсс! – Рейнира зашипела, поднимаясь на ноги и строго глядя на высокого мужчину. – Господин Хранитель, простите за неудобства, мы отправим к вам людей с дарами вечером, а сейчас, прошу, оставьте нас. И никому не говорите об увиденном. – Я всё равно узнаю об этом во время похода. Вы сами включили меня в эту группу поддержки! – почесывая затылок, ответил тот, вынимая из-за пазухи тканевый мешочек свежих плодов парацельса. – Ладно, ваша правда. Лечите её теперь. Мужчина безмолвно развернулся в сторону леса, перевоплощаясь на ходу и отсвечивая белой шерстью на солнце. Огромный силуэт зверя растворился в гуще деревьев. Альцина тяжело вздохнула. Выудив из мешочка три белые бусины парацельса, задумчиво посмотрела на отключившуюся Крис. – Открывай ей рот, Рейнира. Нужно привести ее в чувства и вернуть в замок.

***

– Не нужно, Мириэль, отдыхай сегодня. С тебя хватит. – Альцина грубо схватила рвущуюся вон из покоев Желточенко за плечи, встряхивая и заставляя заглянуть в глаза. Та смотрела волчком и как-то обиженно и ещё имела силы вырываться несмотря на истощение. – Да ты меня чуть не прикончила, старуха, что за неожиданный прилив материнской заботы?! – язвительно выплюнула девушка, дергая плечом и сбрасывая с себя чужие руки. – Зато теперь ты умеешь защищаться! – Ага, с последующей потерей сознания! – мрачно зыркнув на действительно взволнованную старейшину, блондинка вздохнула, обходя её стороной. – Осталось два дня до похода. Плевать, в каком я состоянии, я должна быть готова защищать себя и Анариэль. – Ты уже достаточно хорошо владеешь магией... – Альцина вышла из покоев вслед за подопечной, пряча руки за спиной и боясь ее коснуться. Чувство вины причиняло дискомфорт. Сегодня она и в правду была слишком жестока и строга с юной девчонкой. Порой она забывает, что меньше месяца назад та еще считала себя всего лишь человеком. – Я иду на тренировку с Эктелионом, Альцина! – холодным тоном отсекла Штрэфонд, не оборачиваясь. – До завтра. Не дождавшись ответа и не желая его услышать, голубоглазая последовала вглубь коридоров замка, направляясь в сторону тренировочного зала по памяти. Она не знала, сколько времени и есть ли там Эктелион, но это сейчас не волновало – хотелось сбежать от Альцины и не позволить уложить себя в койку как раненную пташку. Потому что сегодня обещала прийти Ари. Не хотелось оставлять ее наедине с другом и давать ему возможность унизить не пришедшую на тренировку ученицу. Настроение было взвинченным и подавленным. В организме еще ощущался тот всплеск энергии, она гуляла по венам, слегка успокоившаяся после выхода, но нервы всё же щекотала. Хотелось расслабления. Хотелось полежать в ванной с закрытыми глазами и послушать тишину. Эктелион к облегчению девушки всё-таки оказался в зале. Она не успела войти, лишь увидела из-за двери, что он сидел на одном из подоконников, меланхолично начищая меч отшлифованным куском камня. Там же раздался знакомый женский голос. – Может, с ней что-то случилось? Она опоздала уже на полчаса.. – точно, это точно был голос Анариэль. Значит, она уже пришла. – Не переживай, она ведь с Альциной. Ничего с ней не случится... – бесцветно ответил парень, тяжело вздыхая. Послышался стук металла – он поставил меч рядом с собой. – Но опоздание всё равно раздражает. – Ну извините, меня там чуть не зажарили к ужину! – решив войти именно на этой ноте, произнесла Крис, ступая в зал и тут же бросая взгляд на сидящую там же, на подоконнике, супругу. Либо разлука берёт своё, либо ведьма действительно хорошеет с каждым днём. Сегодня на ней снова было тонкое платье – блондинка ревностно скользнула взглядом по открытым ключицам и груди. Однако это лишь прибавляло притягательности и жара в штанах. Она казалась сошедшей с небес нимфой, божеством, фантазией. Слишком красива и слишком хороша собой. – Что произошло? – волнение в родном голосе лишь подлило масла в огонь. Захотелось плюнуть на тренировку и увести эльфийку в свои покои – накопленный тренировками эндорфин просил освобождения. – Это потом. Эктелион, давай-ка шустро разберёмся и мы пойдем. – махнув рукой в сторону присутствующих, Желточенко подошла к стенду с мечами, выбирая свой легкий двуручный и тут же становясь в позу. – Я хочу принять ванную и отоспаться. – Твоё право. Едва дождавшись, пока парень возьмëт оружие в руки и отойдет от брюнетки, Мириэль напала – сразу стараясь вложить в удар всю свою силу и накопленный негатив. Она вспоминала нарочное поражение перед Марией, вспоминала все подколы и издевки, Альцину, и чувствовала, что готова воспламениться. Скрежет металла о металл отлично освобождал голову. Разворот, удар, попытка поставить подножку. Промах. Ускориться, держать меч крепче, не позволяя врагу себя обезоружить. – Сегодня в твоих движениях прослеживается ярость... – отбивая очередной удар и пригибаясь от следующего, парировал наставник. – Молодец, так держать! – Я просто пытаюсь попасть по.. – Крис увильнула от замаха, пиная мужчину ногой в бедро, чтобы сбить с толку, и замахиваясь. – Артерии! Язвительный выброс вызвал у черноволосого лишь тихий приятный слуху смех. Голубоглазая оскалила зубы, ускоряясь и атакуя противника с обеих сторон сильными ударами. Она порхала вокруг него, пружинистой поступью обходя жертву кругом и выжидая момент. Она знала, что рано или поздно он начнет выпендриваться, и уже придумала, как сбить с него спесь. Однако для этого нужно было вывести его из душевного равновесия. – Что-то ты сегодня поддаëшься мне, неужто теперь мне делать вид, что я не попадаю? – задорно высказалась девушка, улыбаясь и ловя атаку Эктелиона своим мечом – она откинула его от себя, продолжая кружить ястребом. – Ты выглядишь измотанной, мне тебя жалко. – Я умею симулировать. Хотя вы, мужики, обычно не замечаете симуляций. Особенно во время.. На губах избранной заиграла плотоядная улыбка. Сидящая за спиной Анариэль вспыхнула, удивленно поднимая брови на такой тонкий намёк. Глаза мужчины потемнели и сузились от подобной колкости в свой адрес. Сейчас. Они двинулись навстречу друг другу с поднятыми мечами, стиснув зубы. В самый последний момент Эктелион развернулся на одной ноге для удара с размаху – его любимый приём даже вопреки тому, что он открывает спину врагу. Молниеносно среагировав, Мириэль меняет траекторию, уходя от удара и повторяя описанный мужчиной и, прежде, чем тот успеет осознать, с силой пинает его в единственную служащую опорой ногу – прямо под колено. Сустав предательски сгибается и красноглазый падает на колени, заваливаясь на бок из-за того, что сам же и раскрутился в полёте. Тяжелое дыхание разрывает лёгкие, но блондинке плевать – она неверяще смотрит на такого же не верящего наставника, лежащего на спине с мечом в руках. Она не думала, что её затея обернется чем-то подобным, но по растянувшейся на лице улыбке было ясно – собою Крис довольна. Она выбивает оружие из рук противника легким ударом – тот его уже и не держал особо, но вишенка должна была водрузиться на этот торт ради завершённости картины. – Отдохни, старичок. Сдаёшь позиции! – откровенно плюнула ядом девушка, отворачиваясь и как ни в чем не бывало возвращая меч на оружейный стенд. Анариэль молча встала с подоконника, подходя к другу и помогая тому встать. – Научил на свою голову... – тихо выдохнул он, потирая ушибленную при падении спину. – Идём, Ари. – Штрэфонд безразлично подошла к супруге, хватая ее за руку и мягко утягивая за собой в сторону выхода. – Спасибо за тренировки, Эктелион. Мужчина остался в тренировочном зале один наедине со своим позорным поражением.

***

Сбросив с себя последний элемент одежды, Крис медленно забралась в начищенную до блеска ванну, шипя от каждой полученной за сегодня ранки и укладываясь в горячую воду по самую шею. Она удобно устроила голову на твердом бортике, с тяжелым облегчением выдыхая. Ломота вновь вернулась в тело, но сейчас, в горячей воде и без лишних глаз, она была приятной. Хотя одни глаза здесь всё еще были. Но они ничуть не лишние. Анариэль стояла у дверей, прислонившись головой к косяку и задумчиво наблюдая за разморенной любовницей. – Ты была груба. – Я была уставшей и хотела скорее закончить тренировку... – нагло солгала блондинка, вздыхая и вытягивая вверх ноги, разминая. – Мне сегодня прилично досталось и я не хотела церемониться. Лебедева поджала губы, опуская голову и медленно подходя к возлюбленной. Присела на небольшую тумбу у изголовья ванной, устраивая руки на напряженных плечах и разминая. – Что произошло? – Альцина пыталась поджарить мою задницу, чтобы я научилась блокировать магию... – сильнее запрокинув голову, блондинка улыбнулась, пытаясь подбодрить грустную ведьму. – Научилась. Это главное. Но старуху всё равно хотелось придушить. – У неё странные методы, да, но она тебя любит, Мириэль. Не будь слишком критична... – кареглазая переместила руки с плеч на шею и скулы, оглаживая и замирая на щенячьем взгляде. – Сядь рядом, мне неудобно на тебя смотреть. Девушка послушно пересела на бортик, зажимая платье между колен, чтобы не намочить. Она меланхолично опустила руку в воду, проверяя температуру, и наткнулась взглядом на множественные царапины на бледном теле. Порыв нежности заставил ее провести по ним пальцем, ласково, практически не ощутимо, в попытке забрать боль. Мириэль прикрыла глаза, выдыхая и плавясь от этих невинных касаний. – Я скучаю по тебе, Ари. Правда, скучаю... – тихо шепнула она, не открывая глаз. Слова лились сами по себе прямо из грудной клетки – их выщемляли накопленная тоска и нерастраченные чувства. – Мне плевать на всех и на все обстоятельства. Лишь бы ты была рядом со мной. – Я тоже скучала по тебе. Дома так пусто... – в тон девушке ответила брюнетка, оглаживая синяк на колене возлюбленной. – И в постели холодно. Мириэль распахнула глаза, заглядывая в лицо подруги из-под опущенных ресниц. Интимная обстановка и закрытая дверь располагали, поэтому она отпустила себя – поднялась, усаживаясь в ванной и без прелюдии касаясь открытой шеи девушки губами. Та издала какой-то облегченный вздох, отклоняя голову и прикрывая глаза. Блондинка улыбнулась, поднимаясь поцелуями выше и останавливаясь, чтобы заглянуть в глаза. Та открыла их, такие тоскливые где-то на задворках. Захотелось убрать эту тоску и заставить их сверкать счастьем и любовью. Мягкое столкновение губ под тихий всплеск воды. Шумные вздохи и пальцы, потянувшиеся к завязкам на чужом платье – Штрэфонд медленно расшнуровала их, аккуратно просовывая ладонь внутрь и сжимая приятную выпуклость. – Нас могут услышать.. – дрожаще выдохнула Мария, подставляя щеки и скулы под не терпящие сопротивления губы. Её плавило лаской и подбрасывало на волне жара. – Плевать. Мне плевать, пусть слышат. Как будто они не знают, зачем мы закрылись здесь. Пусть только попробуют... – избранная потянула платье подруги вниз, полностью обнажая грудь и подтянутый живот. Жадно осмотрела всё потемневшим взглядом. – И я разнесу здесь всё к чертовой матери. Ведьма с готовностью поднимается, позволяя стянуть с себя платье и всё, что было под ним. Она пару секунд мнётся под возбуждённым взглядом голубых глаз, и, ухватившись за чужие плечи аккуратными пальцами, забирается в просторную чашу к подруге. Горячая вода приятно обжигает кожу, но сильнее – руки, сразу же ухватившиеся за упругие ягодицы и притянувшие к себе. От смущающейся и не знающей, куда себя деть Крис после первой ночи вместе не осталось ни следа. Видимо, голодание друг по другу подействовало на нее положительным образом. – Хочу видеть тебя там... – жарко выдохнула Желточенко, отрываясь от подставленной шеи и ключиц. Она мягко подтолкнула брюнетку откинуться назад, упираясь локтями в борта ванной, и, ничуть не стесняясь, раздвинула сочные ляжки в разные стороны. Вода мешала рассмотреть все как следует и освежить память, но сам факт происходящего заставлял низ живота сжиматься и пульсировать. Крис поджала губы, поднимая взгляд на разморенную ласками супругу. Запечатлела в памяти раскрасневшееся лицо и искусанные губы, растрепанные мокрые волосы и капельку воды, стекающую по груди к соску. Афродита, дарованная ей всеми возможными богами за все годы одиночества и гнетения. Штрэфонд заигрывающе провела пальцами по чужой согнутой коленке, посылая волну мурашек по коже и удерживая карий возбуждённый взгляд на своих глазах. Вдоволь насытившись видом и не имея сил терпеть, она с волнением накрыла чужую промежность под водой ладонью, в награду получая едва слышимый вдох. – Приятно так? – погрузив палец между половых губ и слегка погладив, спросила Мириэль, наблюдая за своими действиями. Боковым зрением она отметила, как чужие руки крепче ухватились за бортики ванной – это служило положительным ответом. Тогда она осмелела, с явным интересом и азартом продвигаясь ниже, оглаживая мягкость подушечками пальцев. – Хаа-а.. – несдержанно простонала Мария, выгнувшись, когда сразу два из них оказались внутри. Нутро приятно потянуло. Пальцы, чуткие и нежные, с нажимом давили на стенки изнутри, медленно двигаясь, дразня и подначивая. – Ари.. – шумно промычала Штрэфонд, наклоняясь и ловя сдавленный стон губами. Она просунула пальцы глубже, задерживая внутри и наслаждаясь новым ощущением. Хотелось почувствовать то же, что сейчас испытывала любовница. Стать едино работаюшим организмом, срастись телами и остаться так навсегда. И плевать на предназначение. Пусть всё пропадет, но она будет рядом. Собственные маниакальные мысли заставляли дрожать еще больше, сипло дыша в поцелуй. Оторвавшись от мягких губ с влажным звуком, голубоглазая перекинула ногу через чужую, чуть приподнимаясь и глядя на подругу потускневшим от возбужденности взглядом. Та облизнулась после влажного соития губ, и потянулась ладонью к чужому животу, сжимая в себе пальцы от волнения и вида на иссохшее жилистое тело девушки. Прямо как мечтала Крис. – Я хочу. – коротко и ясно выдохнула избранная, вопреки своему желанию перехватывая оглаживающую рельефы ладонь и направляя к собственной промежности. Скользкое ощущение между ног сейчас было важнее фантазий. – Вставь пальцы, я хочу этого. – Здесь не совсем удобно... – жарко прошептала Лебедева, сжимая ноги вместе с ладонью Желточенко и вздрагивая от движения внутри. – Может, ха-а.. – движение повторилось, и пальцы, неожиданно длинные, раздвинулись внутри. – Переместимся в кровать.. – Ари, я сейчас лопну.. – Штрэфонд практически умоляла и слегка расстраивалась тому факту, что её острое желание не хотят удовлетворить. – Любовь моя... – с улыбкой проговорила Анариэль, умиленная поведением супруги. Она выдохнула, слегка меняя положение и оглаживая влажную горячую плоть ладонью. Теперь они были совсем близко, в неудобном положении, но возбуждённые взгляды, полные чувств, и руки, ласкающие плоть, умасляли ситуацию. Первый палец медленно погрузился в горячее лоно, замирая. Крис восторженно ахнула, глядя в глаза напротив влажным взглядом и чуть подаваясь вперёд – её пальцы тоже замерли внутри, прекращая движение. – Ари, господи... – на вздохе заговорила она, откидывая голову и раздвигая ноги шире насколько это возможно, когда внутрь стал проникать второй палец. – Нет, так не пойдет, ложись на спину! – возразила Анариэль командным тоном. Она подтолкнула девушку назад, побуждая подняться и слезть с пальцев, и прямо из ванной улечься спиной на ту самую тумбу у изголовья. Собственное удовольствие отошло на задний план. Как только худые белоснежные ноги раскинулись в разные стороны, пальцы вернулись с громким стоном. Сразу два и сразу глубоко – искры тут же посыпались из глаз Мириэль от переизбытка эмоций. Ноги задрожали от приятного контраста горячей кожи и холодной тумбы. Пальцы внутри задвигались планомерно – спустя мгновение к ним добавился еще и язык, и блондинка готова была поклясться, что эта сладкая пытка хуже любой тренировки с Альциной. – Блять... – на полустоне промычала избранная, хватаясь за руку на своем животе и переплетая пальцы. Язык мокро мазнул по клитору, уделяя ему внимание и больше не оставляя. – Бля-аа-ть... Тихое удовлетворëнное мычание снизу, пульсация плоти и язык, ласкающий самозабвенно и умело – в ушах звенело от собственных вскриков и стонов. Тело неосознанно выгибалось, до боли в суставах, до скрежета зубов – но рука, поглаживающая живот, прижимала обратно, не позволяя отползти или уйти от ласки. Пальцы внутри двигались уже смело и шустро – хлюпанье и причмокивание внизу создавали собой один сплошной ансамбль похоти и разврата, но Крис это нравилось. Она ощущала, что плавится, и ощущала, как низ живота – как и в первый раз – спазмически сокращается вместе с разнеженной плотью. – Хаа-а... – неприлично громко вскрикнула девушка, выгибая грудь к верху, когда брюнетка, довольно замычав, пустила по вульве легкую дрожь. – Ещё раз так, пожалуйста... – судорожно прошептала голубоглазая, спуская руку на чужую макушку и с удовольствием сжимая волосы на загривке. Снизу снова послышалось протяжное многократное мычание, и избранная, едва не закатив глаза от нахлынувшей волны, задрожала, судорожно сжимая ногами голову подруги. Оргазм накрыл быстро и беспощадно – задержать дыхание пришлось настолько надолго, что лёгкие зажгло и закололо от невозможности вдохнуть. Нежные ладони оглаживали ноги и бока, успокаивая, губы, оказавшиеся прижатыми к естеству, бездумно целовали родинки на внутренней стороне бедра и лобке. Спустя минуту, казавшуюся вечностью, Штрэфонд расслабилась, тяжело задышав и повиснув на тумбе мёртвым телом. – Хорошо? – с томной улыбкой прошептала Лебедева, освобождаясь и укладываясь головой на вздымающийся живот. – Просто... – тяжело сглотнув, начала вторая. – Пиздец как хорошо. По ванной разнёсся приятный женский смех. Анариэль приподнялась, выбираясь из ванной и останавливаясь рядом с возлюбленной, рассматривая довольное и выглядящее, наконец, не таким уставшим лицо. Она не торопила девушку своим возбуждением. Понимала, что нужно для начала прийти в себя. – Когда-нибудь и я так смогу... – тихо прошептала Желточенко, поворачивая голову и глядя на супругу снизу вверх. – Научусь. Обещаю. – Душа моя, мне будет хорошо даже если ты меня вовсе не коснешься! – рассмеявшись, брюнетка потянула девушку на себя, помогая встать. И тут же была прижата к той же тумбе. Крис помогла кареглазой усесться на неё, и, не позволяя опомниться, опустилась на колени. Мокрые от воды ляжки тут же оказались закинутыми на плечи. – Как это, не коснуться? – обдав естество горячим дыханием и прижавшись к нему губами, избранная села поудобнее, сразу вставляя пальцы и выбивая скромный стон. Заботливые руки зарылись в волосы, лаская кожу головы. Лебедева улыбнулась, лаская ещё и теплым взглядом карих глаз – самых невероятных, что Мириэль видела за свою дрянную жизнь. Хотелось сделать приятно. Заставить дрожать и трястись так же, как несколько минут назад умирала в агонии она. Девушка попробовала сделать так же – провела языком между губ, собирая смазку и пробуя на вкус. Задвигала внутри пальцами, давя на стенки и меняя их положение. Сверху доносилось ободряющее тяжелое дыхание и хриплые стоны. Голубоглазая старалась, не сбавляя ритма и не меняя условий, при которых дыхание любовницы сбивалось и замирало. Слишком пошло хлюпала и втягивала в рот мягкие складки, жадно перебирая языком капюшон клитора. – Любовь моя... – на вдохе шепнула Мария, красиво выгибая грудь и порываясь откинуть голову, но останавливая себя, чтобы жадно наблюдать за происходящим между своих ног. – Вот сейчас... – судорожный стон. – Не останавливайся... Вспомнив о приятной дрожи по промежности от мычания, Крис жадно застонала, повторяя его и двигая пальцами шустрее. Ведьма на тумбочке слишком мило поджала аккуратные пальцы на ногах, вскрикивая и хватаясь за края тумбочки. Дрожь на плоти лишь усилилась, сопровождаясь протяжными стонами и фырчанием снизу, смазка, обильно стекающая по ягодицам вниз от интенсивного движения, скапливалась на деревянной поверхности небольшой лужей. Всё происходящее слилось воедино в испепеляющем танце тела и агонии криков удовольствия, заполняя собой пространство большой ванной. А затем голову Крис, точно так же, как она до этого, крепко обхватили чужие ноги. Плоть под языком задрожала, а пальцы, вогнанные по самые костяшки, сжали до такой степени, что вынуть было невозможно. Сверху приглушенно доносились стоны, откровенные и кричащие пошлостью, но приятные уху как ничто другое. Желточенко слезливо наблюдала за этим завораживающим действом, зажатая упругими ляжками, и ощущала, как голову начинает кружить от давления на виски. Сейчас она понимала, как это неприятно и даже больно, несмотря на удовольствие партнёра, и думала, что с Марией так больше не поступит. Выбравшись из капкана спустя пару мгновений после оргазма, Мириэль слегка пошатнулась, хватаясь за края ванной, что-бы не упасть. – Эй, ты в порядке? – Лебедева тут же соскочила с тумбы, беря девушку под руки и взволнованно глядя в мутные глаза. – Да, просто голова закружилась. Всë-таки захват ляжками опасный приём! – весело усмехнулась блондинка, молча падая в приятные разнеженные объятия и утыкаясь носом в чужую шею. – Это было круто. Даже лучше, чем бурек или испуганное лицо Альцины. – Да, у меня давно не было такого... – сладостно ответила вторая, прижимаясь щекой к чужим влажным волосам и улыбаясь, когда к шее прижимаются чужие губы. – Не уходи. Останься со мной на ночь. Если ты и сейчас уйдешь, после такого, я повешусь от тоски... – недовольно взмолившись в сгиб шеи девушки, голубоглазая крепче обняла тонкую талию, показательно вжимая в себя, давая понять, что не отпустит. Анариэль счастливо прикрыла глаза, зарываясь в светлые волосы пальцами и выдыхая. – Конечно я останусь с тобой, моя душа.