•6• Глава о родительской любви
22 августа 2022 г., 13:31
Ранним утром, когда небо только начало светлеть, но на улице до сих пор было темно, поезд остановился. А после люди, сидящие на своих местах, начали спешно собираться, чуть ли не спотыкаясь об чужие сумки и свои ноги. Дети, что шли маленькой линейкой за родителями, плакали, чем и раздражали уставших пассажиров.
Где-то раздавались крики вперемешку со смехом, песни, что звучали совсем не круто, тем более хриплым голосом. Видимо, люди всячески радовались тому, что приехали в нужное место.
Ведь сидеть в прохладном купе, где не сдвинуться и не отдохнуть, не очень-то и удобно. А теперь, когда они почувствовали запах свободы и холода, обрадовались.
Парень, сидящий до сих пор на своей полке, согнувшись до такой степени, что чудом спина осталась жива, тихо хихикал от того, что Позов прислал какую-то смешную картинку с котиком. Оксана, которая проснулась от этого, а не от того, что женщина объявила остановку, потянулась и начала ворчать.
— Оксан, ты всегда такая злая после сна? — спокойно спросил Шастун, складывая вещи обратно в рюкзак.
— А ты всегда такой любопытный? — таким же тоном ответила она, будто передразнивая. Не хватало ей ещё показать язык и обидеться, словно малое дитё, которому не дали шоколадку.
— Всегда, знаешь ли, — пробубнил он себе под нос.
Волосы неприятно лезли в глаза, мешая разглядеть оставшиеся вещи на простыне, которые нужно было быстро бросить обратно, а после выйти из вагона, освобождая место.
Антон шёл быстро. Делая шаг так, будто чуть не садился на шпагат. Оксана же семенила позади, что-то рассказывая о том, что это нечестно и что он должен идти медленнее. Но тот её не слушал, продолжая двигаться к выходу, не оборачиваясь.
Рюкзак тянул плечи назад, заставляя чуть ли не качаться из стороны в сторону, чтобы удержать равновесие, а чемодан не хотел ехать из-за сломанного колеса.
Антон не ожидал, что чемодан упадёт на пол во время движения поезда, также не ожидал и того, что колесо треснет пополам.
— Блять, — он прошипел это настолько тихо, чтоб никто не услышал, но девушка, уловившая смысл фразы, сразу начала донимать того вопросами, тем самым раздражая.
Антону казалось, что его собеседница — солнце. Яркое и жаркое солнце, на которое невозможно было смотреть без слёз. Девушка всегда была активной, разговорчивой — полностью обратная сторона личности Антона.
Он помнил, что противоположности притягиваются, но точно знал, что между ними ничего серьёзного не будет. Уж тем более взаимной любви и долгих отношений. Поэтому Шастун держал её на расстоянии вытянутой руки и не подпускал к своему сердцу, оставляя ту лишь другом.
Увидев, что Антону нужна помощь, Оксана мигом обошла парня с другой стороны, а после, присев на колени, помогла вправить колесо. Но это ситуацию не улучшило, что заставило её громко вздохнуть и показательно опустить взгляд.
— Ну ничего, доедем как-нибудь, — улыбнулся Антон.
— Точно?
— Да, я уверен, — искренне засмеявшись, парень раздвинул руки для крепких объятий настолько широко, насколько мог. Оксана, что не стала стоять на месте, побежала к нему, чуть ли не падая из-за шнурков.
— Аккуратней, девушка, — крепко прижав к себе, Шастун начал покачиваться из стороны в сторону, отчего подруга чуть не задохнулась.
— Не скучай, Антошка, — весело буркнула она, посмотрев на парня снизу вверх.
С её ракурса был виден лишь подбородок и кончик носа, но это не огорчало, поэтому немного отойдя, девушка смогла нормально вдохнуть.
— Береги себя! — прошептала она одними губами, смотря на то, как собеседник начал поправлять куртку, в надежде сохранить хоть некое тепло.
— И ты себя, — отправив воздушный поцелуй, парень развернулся и ушёл, чувствуя спиной холодный и пустой взгляд.
Расставаться после недавнего знакомства ему было не очень-то и больно, особенно, когда они находятся в одном городе и имеют номера друг друга. Оксане же, наоборот. Та не могла смириться с тем, что больше не с кем обсуждать всё, что приходит в голову, никто не будет ворчать ночью и уж тем более ударяться на каждом шагу.
Девушку забавляла неуклюжесть Антона, отчего иногда пробирался смех, выходя наружу тихим хихиканьем.
— Пока, — в пустоту прошептала она, уходя с платформы для того, чтобы выйти с другой стороны.
***
Антон шёл. Нет. Даже бежал к любимому, тёплому дому. Обходил тусклые и серые дворы, где образовались лужи из-за частых дождей. Там было совсем иначе, лишь ветер гулял между домами, образовывая сильный поток, который чуть ли не сносил с ног. В этих местах, улицах, уголках смежных панельных домов было одиноко. Он привык к этому чувству, но яростно пытался бороться с ним разными способами, ведь знал, что если один раз дать себе волю, то никогда уже не всплыть из этого болота. Вот он и держался на поверхности, хватаясь руками за всевозможные углы и выступы, лишь бы свободно дышать и иметь смысл, чтобы жить. Антон считал, что люди, что живут здесь — серые тени, давно потерянные тени когда-то счастливых людей. Антон боялся таких. Боялся до ужаса и ненависти к себе. Антон не хотел быть одной из них. Антон хотел быть в любви. Хотел быть любимым. — Эй, — грубых голос со свистом заставил того обернуться и нервно сглотнуть. Незнакомец молчал. — Что вам? Нужна помощь? — Шастуна учили вежливости. Даже в таких страшных случаях, когда воображение играло плохую шутку, придумывая несчастный исход. — Закурить не найдётся? — мужчина средних лет подошёл к парню, заставляя того поморщиться из-за потока неприятного запаха. — Я не курю, — ложь, — и вам не советую. — Даже так? Смелый нашёлся? — сплюнув вязкую слюну под ноги, мужчина начал медленно приближаться. «Вот и пришёл тебе конец, Тоша», — пронеслось в мыслях перед тем, как парень с силой зажмурил глаза, чтобы хоть как-то уменьшить боль от удара. Но того не последовало. Мужчина кряхтел и возмущался, что кто-то ему помешал. Было неприятно принимать поражение, тем более поражение слабому парню. — Я вам не помешаю, граждане? — с долей уверенности сказал некто, кто тëр грязными ладонями какой-то платок. Из-за размытого зрения от адреналина было не очень видно территорию, но парень разглядел своего родителя, что стоял неподалеку от незнакомца. Парень пытался совладать со своими эмоциями, что лились через край. Но горький привкус из-за страха и дрожь во всём теле напоминали ему об инциденте. — Что ты тут делаешь? — спросил Антон, чуть приоткрыв рот в удивлении. — Решил тебя встретить. Как видишь, у нас тут не совсем тихий район, — хмыкнув, отец убрал руки в карманы, провожая человека взглядом. — Спасибо тебе, — слабо улыбнувшись, Антон сглотнул и обнял мужчину, отчего у того чуть не хрустнула спина. — Пошли, нас там мама заждалась. Всё время говорила про тебя и радовалась. — Идём, — благодарно посмотрев в глаза, Антон взял свои вещи и направился в сторону дома. По пути они ещё долго обсуждали ситуацию, говорили о том, что Антону повезло и что всё теперь будет хорошо, ведь семья в сборе. Когда лифт открыл свои старые железные двери, которые местами проржавели, Шастун дал себе обещание, что позже расскажет о поездке, встрече с Оксаной и об инциденте с мужчиной Арсению. Парень надеялся, что на его рассказ хоть как-то отреагируют и не напомнят, что он взрослый человек, а такие люди не рассказывают всё, что произошло за день. Антон-то это и осознавал, но сердцу не прикажешь, тем более когда хочется поделиться чем-то с тем человеком, с которым тебе комфортно. «Арсений точно охуеет от этого», — внутренний голос надсмехался над ним, указывая пальцем, как на клоуна, но парень не поддавался своим мыслям. Больно сжав пластмассовую ручку чёрного цвета, парень ощутил покусанные кончики ногтей на своей коже, которые наверняка оставили следы в виде полумесяцев. Антон не страдал причинением себе вреда, но в некоторых моментах такая боль отрезвляла, заставляя думать здравомысленно. — Готов? — спросил его отец, положив обе руки на худые плечи. — Готов. Антон решительно кивнул головой и поднял взгляд на стоящего напротив мужчину. — Нажимай, — указав головой на дверной звонок, сказал парень, на что родитель хмыкнул и отвернулся к двери. Спустя пару долгих минут, за которые они смогли обругать не только хозяйку за её медлительность, но и обсудить политику и экономику страны. Они сошлись на едином мнении, что помогло им не рассориться на пороге квартиры. — Вернулись мои любимые, — Майя выглянула из-за двери, улыбаясь широко, что улыбка чуть не доходила до ушей. — Я вас уже заждалась, — полностью открыв тяжёлую дверь, женщина пригласила их внутрь. — Ма-а-а-ама, — протянул парень, повысив голос от радости и нахлынувших чувств нежности, поэтому быстро сняв ботинки и положив телефон на комод, накинулся с поцелуями и объятиями на мать. Женщина тут же тихо ахнула и обняла в ответ, вливая в этот жест все свои эмоции и чувства, которые долгое время скрывались за каменной стеной. — Майя, дай сыну отдохнуть, он же с поезда только что, — командным голос проговорил Андрей, а после засмеялся, ломая стереотипы о серьёзном мужчине. — Сам-то не даёшь проходу, — передразнила его Майя, заливаясь счастьем от того, что вся семья находится рядом с друг другом. — Можно я сам решу? Как-никак я уже взрослый парень, умею сам себе накладывать еду и мыть руки, — протиснувшись через родителей, парень поднял руки вверх, будто показывая, чтоб к нему не приставали, и ушёл в ванную. «Докатились», — мысль крутилась на языке, чуть ли не сама срываясь с него. Антону было приятно, что оказался в тепле и родительской любви, о которой яростно мечтал пару месяцев подряд перед сном. Он и правда сильно устал от всего, особенно от работы, которая не приносила большой доход. Но главным плюсом работы в частной клинике было то, что парень делал людей радостнее из-за того, что те становились более менее здоровыми. После тех мыслей о счастье и его личных границах, Шастун начал думать об Арсении. Думал о диалогах, переписках. Вспоминал тёплые прикосновения, согревающие душу, улыбку и яркие глаза в свете фонарей. Всё это навеяло непонятную тоску по будням. Парень решил, что лучше побыстрее окажется за столом, чем окунётся с головой в воспоминания о лучшем дне. — Антош, ты идёшь уже? — с кухни доносился мужской голос и звон посуды. Он крикнул «да», после чего слабо улыбнулся своему отражению и вышел из ванной комнаты. Кухня чуть ли не ослепила из-за яркого света. Лампа висела над столом, напоминая советское время. Мебель, выполненная в особых нежных тонах, приятно согревала душу, радуя глаз. — Ого, вы ремонт здесь сделали. Красиво, — восхищённо прошептал он, осматривая каждый сантиметр помещения. Здесь всё было идеально, начиная от картин, заканчивая занавесками с цветочками, которые гармонично совпадали с зеленью на подоконнике. — Да, это папа твой постарался, — положив руку на коленку мужа, Майя слабо улыбнулась, будто делая вид, что всё хорошо, но это было не так. Антон изначально заподозрил родителей во лжи, когда те контактировали при нём, но старался молчать. Правда всегда вскроется в любом случае, а портить взаимоотношения не очень-то и хотелось. — Я могу поблагодарить вас за тёплый приём? — аккуратно спросил Шастун, садясь напротив отца. — Конечно, мы всегда рады тебя видеть. Это и твой дом тоже, — своим самым спокойным голосом, с долькой заботы, начал мужчина. — Тебе не надо спрашивать у нас разрешения, — поставив точку в предложении, Андрей начал разрезать запечённую курицу в духовке, отделяя ножку сыну. — Спасибо. За всё, я вас люблю, — с улыбкой произнёс парень, благодарно кивая. Взяв еду, семья начала рассказывать о своей жизни и работе. Майя с восхищением описала поход в театр с подругами, чуть ли не подскакивая на месте из-за неконтролируемой радости, Андрей же молчал. Было видно, как мужчину что-то мучило, будто нечто неизвестное кусало изнутри. Он боялся забыть себя, боялся оставаться наедине с собой, ведь мысли о разводе не давали засыпать. — А у тебя что нового? — пришла очередь Шастуну рассказать о проведённых месяцах в Москве. — Так. Начну с того, — он был прерван кашлем отца. Парень видел, как близкий ему человек задыхался, видел покрасневшие глаза и дорожки слёз на щеках. Антону было страшно понимать, что отец висит на грани жизни и смерти, что один неверный шаг, и мир повернётся на сто восемьдесят градусов. — Пап, па-а-ап, — дрогнувшим голосом умолял он, вставая из-за стола так, что стул с грохотом упал на пол. Мужчина полусидел за столом, одним боком заваливаясь в сторону, что настораживало ещё больше. — Всё хорошо? — еле выговорил Антон, падая на колени перед отцом. — Да, — прохрипел тот, наконец-то начиная дышать без боли, — теперь да, всё в порядке, Тош. Андрей взял испуганного юношу под руку, дёргая на себя, отчего тот упал на колени отца. — Я рад, — то, что смог выговорить он, слабо улыбнувшись. Лёгкая дрожь в руках и повышенное сердцебиение напоминали о той ситуации, которую парень хотел забыть, но у него это не получалось. Переживание о близком человеке давало о себе знать. Антон сидел у себя в комнате, держа в руках выключенный телефон. Думал о том, что было бы, если кусок еды был больше, или отец был один. Парень понимал, что только что чуть не лишился родителя, поэтому рассказ о жизни был отложен до лучших времён, а именно до ужина. Оставалось совсем немного времени до прогулки. Шастун пытался уговорить родителя остаться дома, чтобы тот отдохнул, но Андрей всё тянулся провести время с сыном, поэтому сказал, что пойдёт с ними. Антон больше не стал возмущаться, осознавая то, что переспорить отца почти невозможно. Сейчас, лёжа на одеяле, парень думал о том, чтобы написать Диме и поговорить по душам, либо Арсению, но тот, вряд ли захочет об этом говорить. Глубоко вдохнув, парень открыл чат с другом, печатая короткое сообщение: Антон Шастун Поговорим? Ответ пришёл спустя десять минут, видимо, собеседник принимал пациентов. Дмитрий Позов О чём хочешь? У меня десять минут свободного времени, а потом работа, Шаст. Антон Шастун Тогда немного позже. Напиши, когда освободишься. Дмитрий Позов Хорошо. Прочитав сообщение, парень отложил телефон. Открыв дверь, он спросил у матери, когда они пойдут гулять, и, получив ответ, парень начал собираться. Отложив пункт о том, что нужно будет написать вечером другу, Антон вышел из комнаты. — Антон, ты уже всё? — смущённо проговорила мама, убирая чистую посуду в навесной шкаф. — Да, — громко ответил он, но когда заметил спящего отца на диване, то замолк. Всё-таки он не пойдёт с ними гулять. — Подожди меня немного, я скоро соберусь и пойдём гулять, — с улыбкой проговорила она, уходя в спальню. Парню оставалось только сидеть на кресле, наблюдать за отцом, мельком подглядывая на телевизор. Какая-то женская программа его не заинтересовала, отчего скука наступила очень быстро. Разблокировав телефон, он снова вошёл в чат, но не с другом, а с Арсением. Антон Шастун Добрый день, я вам не помешаю? Арсений Попов Конечно же, нет. Я пока ничем не занят. Лежу и скучаю. Антон Шастун Сейчас у меня то же самое. По телевизору идёт что-то сопливое, что даже смотреть не хочется. Антон Шастун Я сегодня чуть не умер. Арсений Попов Спасибо за откровенность. Мне теперь интересно, что такого случилось-то. Антон Шастун Неудачно вошёл во двор. Там какой-то мужчина ко мне пристал. Арсений Попов Будьте аккуратны, Антон Андреевич. Как-никак сейчас много таких людей. Антон Шастун Согласен с вами. А у вас что нового? Арсений Попов Ну, в принципе ничего такого. Учусь, сижу дома, сплю и снова учусь. Какой-то день сурка. — Я всё, — прокричала женщина, показывая своё платье. — Мам, там холодно, ты не замерзнешь? — оторвавшись от телефона, спросил Антон. — Уверен? — Да, — уверено кивнув, парень увидел, как мама снова ушла в комнату, закрывая за собой дверь. Антон Шастун Может, чем-то заняться тебе в свободное время? Арсений Попов Так у меня его немного. В общем, я занимаюсь фотографиями. Люблю фотографировать всё красивое и лёгкое. Недавно закат увидел, тот был таким красивым. Антон Шастун Ого, я ожидаю ваших фоток. Думаю, что они достойны висеть в картинной галерее. Арсений Попов Вы меня смущаете. — Ну что, пошли? — женщина подошла сзади, чуть ли не пугая парня. Тот ответил «угу», после чего взял телефон и ушёл в коридор обуваться. День проходил быстро, особенно с любимыми людьми. Даже час чувствовался, будто минута. Выйдя кое-как на улицу из-за того, что лифт вновь оказался сломанным, они огляделись по сторонам, понимая, что не зря оделись теплее. — И правда холодно, — уткнувшись носом в тёплую куртку, проговорила Майя. — Куда пойдем? — Пошли в магазин сначала, а потом где-то погуляем. Не хочу далеко. — Я тоже, — улыбнувшись, она поддержала мнение. Антон сейчас чувствовал некое умиротворение, переходящее в сон. Казалось, что скоро он проснётся и окажется дома под одеялом. Но он не просыпался. Шёл по улицам, по которым ветер гулял всё с большей силой, смотрел на витрины магазинов, любуясь, и радовался, что снова оказался в своём родном городе. Он принял решение сфотографировать пару мест, чтобы потом отправить Арсению взамен на его фото. Антон надеялся на то, что помимо закатов парень пришлёт и себя, но он помнил, что выманить Арсения на своё селфи не так уж и просто. Попов некая мисс загадочность, которая немного бесила окружающих людей, но Попову было на них абсолютно всё равно. Он не обращал на них внимание. — Расскажешь дальше? А то я до вечера не выдержу, интересно же, как там сыночек поживает, — прерывая тишину, произнесла она, выдыхая пар. — Так, я остановился на том, что живу с хомяком. Его зовут «Морковка». Потом работаю, как всегда, с Димой общаюсь. Ты его помнишь, маленький такой, с очками. — Да помню. Это так замечательно, что ты завёл себе хомяка, не так уж и одиноко тебе будет теперь. — Провёл лекцию в колледже про вред курения и дыхательные заболевания. Там ещё парень был такой красивый и по-своему странный. Я не ожидал там его увидеть, — размахивая руками, продолжил рассказывать он. — Почему? — Потому что он приходил ко мне на приём один раз, — пояснил парень, смотря на проходящих людей. — А-а-а, — протянула Майя, продолжая задавать много вопросов, на которые Антон уже устал отвечать. Попросив прощения у мамы, парень взял телефон, отправляя несколько сообщений Арсению. Антон Шастун Вот вам несколько фото. Я считаю это красивым. А тебе нравится? Арсений Попов О боже, это так классно. Прямо атмосфера 90-х. Антон Шастун Да-а-а. Теперь ожидаю ваши фото. Арсений Попов Они скоро будут. Простите, напишу вам позже, я иду на другую пару. Антон Шастун Удачи тебе! Арсений Попов И вам!
