— 3 —
2 июля 2022 г., 07:32
Близнецы сидели в спальне вместе с их другом и фанатом Ли Джорданом, разрабатывая новую вредилку, когда их творческий покой нарушили Рон и Джинни.
— Чего вам, мелкие? — хмыкнул Ли.
— Нам нужно поговорить с братьями. Можешь выйти? — спросила Джинни, тоном не принимающим отказ.
Рон и Джинни не очень разделяли живой интерес обоих братьев к их подруге, поэтому оба решили поговорить с близнецами. Фред кивнул Ли, который наиграно обидевшись, вышел из спальни. Рон сразу поставил заглушающее заклинание.
— Итак, что надо? — спросил Джордж, будто не догадывался, что беспокоит младших.
— Вы и Гермиона. Я понимаю один из вас, но оба так нагло клеитесь к ней, что меня тошнит! — шипела Джинни.
— А ты не смотри, — предложил Фред, даря улыбку сестре.
— Ребят, Гермиона наша подруга, а вы всегда смеялись над ней, подшучивали, считали зубрилой…
— Прямо, как ты, Ронни, но в итоге, мы влюбились, а ты? — спросил Джордж.
— Влюбились? — недоверчиво спросила Джинни. — Оба?
— А что? — не понимал причины удивления Фред. — Мы близнецы, поэтому у нас могут быть одинаковы вкусы на все, в том числе и на женщин.
— Да, но вы влюбились в одну! Кого бы она не выбрала…
— Джинни! Она желает обоих, — рыкнул Фред. — Это не вашего ума дело! Чтобы ни случилось, мы это будем разгребать втроём! Куда вы лезете со своими советами? Ты ещё даже в отношениях ни разу не была, как и Рон! Гермионе в этом месяце исполнится шестнадцать — возраст согласия. Она мыслит нестандартно. И клянусь, если вы её накрутите, я накручу на шампур вас.
— Я её лучший друг! Как и Гарри, — рыкнул Рон.
— Что же, лучший друг, который обижался на Гарри в прошлом году за то, что тот проводил всё свободное время с пуффендуйцем Саймоном Кроном, ты ревновал! А догадаться, что друг — гей, нет? — спросил Джордж.
— Гарри — гей? — закричала Джинни в ужасе.
— Да, так что влюбись в другого, сестричка, — ухмыльнулся Джордж.
— И ты влюбись в кого-то другого, Ронни, ведь Гермиона наша, а ты её проебал! — рыкнул Фред.
— И да, если мы услышим по школе слух об ориентации Гарри, то мы знаем, кого наказать, — пригрозил Джордж.
— Меня сейчас вырвет, — Рон выбежал прочь.
Близнецы давно знали, что младший брат ходячий гомофоб. Гарри поэтому и держал в тайне от него свою ориентацию, но близнецы считали это ошибкой. Если ты истинный друг, тебя не будут волновать ни сексуальные, ни любые другие предпочтения друга.
— Джинни, ты только перешла на четвёртый курс, в школе полно классных парней, ты влюбишься в другого, — Фред обнял сестрёнку, которая начала истерически смеяться.
— Теперь понятно, почему каждый раз, когда я спрашивала у Гарри совета, он его давал. Говорят, геи умеют понимать девушек лучше гетеро парней, — близнецы засмеялись. — Обещаю, Рон умолчит. Только не обижайте Гермиону, прошу.
Близнецы забавлялись тому, как сестра переживает за Гермиону. Им казалось, что будь на их месте Рон или Чарли, то сестра бы не волновалась так. Перси они не вспоминали, учитывая, как тот бросил семью, заявив, что нищие родственники портят его репутацию. А когда они узнали, что тот помощник такой крысы, как Долорес Амбридж, им хотелось засунуть блевательный батончик Перси в глотку и задницу, чтобы оба отверстия приносили пользу, в отличии от неблагодарного придурка.
***
Как бы Гарри не хотелось не показываться на глаза студентам и профессорам, ему придётся выйти из укрытия. Он обещал профессору Реддлу точно явиться, и не хотелось бы подводить того. Наверняка, ради Гарри, он освободил время, которое мог провести с пользой. Сам мальчик желал в данную минуту умереть. Отец его уничтожил. Он постучал в покои Реддла, к которым пришёл не помня даже как. Гарри поднял взгляд на Тома, который, тяжело вздохнув, пропустил мальчика внутрь. Тёмная атмосфера комнаты говорила, что маг не особо любит свет. Камин потрескивал, кожаный диван и кресла будто звали опуститься, а на столе из красного дерева был идеальный порядок, которого Гарри никогда не умел наводить. А если наводил, то не придерживался. — Я приготовил успокоительный чай. Он поможет очистить мысли, успокоить душу, — Том протянул чашку мальчику, а после жестом руки пригласил присесть на диван, что Гарри и сделал. Первый горячий глоток заставил тело мурлыкать от спокойствия и удовлетворения. Будто сам мозг желал отключиться хоть ненадолго. — Как ты? Я слышал перед обедом, что твой отец забрал у тебя метлу. — Переживу. — Если тебе нужно что-то купить в Хогсмиде, не стесняйся просить, — Гарри непонимающе взглянул на профессора, и тот понял, что Поттер-старший кое-чего всё-таки не сказал сыну. — Я видел, как Минерва отдавала разрешения на твоё посещение деревни, — Гарри застонал, отец и это у него отобрал. — Благодарю, профессор. — Ты не будешь против, если я буду обращаться к тебе на «ты»? — Не буду. — Чудесно. Гарри, тёмная магия — это хорошо. Главное в разумных мерах и руках. Я поговорил с Андромедой и она в восторге от того, что ты уже изучаешь Артефакторику. В ноябре будут составляться списки предметов на шестой и седьмой курс. Я надеюсь, ты выберешь то, что хочешь, а не то, что хотят твои родители. К тому же, артефакторы очень нужны в Отделе Тайн. Там есть Артефакторный отдел. — Знаю, мне Регулус рассказал. Я мечтаю о нём. Этот отдел нужен и аврорам, и невыразимцам. Мне очень сложно в последние годы с родителями. Они будто перестали меня слышать. Считают, что знают лучше, что мне подойдёт. На четвёртом курсе Регулус часто бывал в школе, ведь следил и за студентами других стран. Турнир Трёх Волшебников многим нервы попортил. Он застукал меня возле озера, читающего книгу из Запретной секции. Мы разговорились и он начал присылать литературу. Иногда её привозила Дора, мы подружились. — Видишь, Тонксы и Блэки спокойно относятся к тёмным началам. Гарри, я прошу лишь одного — не идти на поводу у родителей. Нужны будут деньги или помощь, обращайся ко мне, к Альбусу, к Регулусу. — Хорошо, сэр. — А теперь поговорим о том, почему я изначально хотел пообщаться. Ты знаешь, что в Отдел Тайн принимают только, если экзамены сданы не менее, чем на «Выше ожидаемого»? Даже «Удовлетворительно» не проходит. — Разве мне не нужно будет учиться в ирландском колледже? — Если ты сдаешь Чары, Трансфигурацию, ЗоТИ, Зелья на пятом курсе на «В», а на седьмом на «П» — «Превосходно», теперь туда входят такие предметы как Тёмные Искусства и Артефакторика, то Отдел тайн выдаёт магу рекомендации, чтобы его приняли на учёбу в Египет бесплатно. Потом тебя возьмут на работу и в течении десяти лет ты должен будешь обязательно отработать, ведь твоё обучение будет финансировать Отдел Тайн. — Да? — оживился Гарри. — Да. Обычно Отдел Тайн берёт не более двух студентов в год на себя. Студента зачисляют в Каирский университет без экзаменов. В этом году ты должен всё сдать не менее, чем на «В». — Ну, ЗоТИ и Чары я легко сдам и на «П». — Хорошо, что не так с Трансфигурацией и Зельями? — МакГонагалл считает, что я недоучиваю, хотя предмет, как по мне лёгкий. Теорию я знаю плохо, а практика отличная. Но я буду теперь учиться, ради Каира. — Отлично, а со Снейпом, что не так? Почему ты ему так не нравишься? Это не ты увёл у него Лили Эванс. — Наслышаны? — хмыкнул парень. — Он меня просто ненавидит. Я похож на отца. — Ясно. Как ты смотришь на дополнительные занятия по Зельям три раза в неделю: вторник, пятница и воскресенье? Мы будем учить программу этого года и я буду натаскивать тебя за прошедшие года. Два часа будет длиться занятие. — Вы… Вы не шутите? Вы правда готовы помочь мне? — Гарри затаил дыхание, а Том видел слёзы счастья в глазах. — Ты считаешься лучшим студентом школы, но при этом тебе не ставят «П». Я хочу помочь способному ученику. Я был тем ещё заучкой. — Как Вы узнали, что являетесь наследником Слизерина? — Гарри распирало любопытство с тех пор, как профессор поведал о приютской жизни. — В середине четвёртого курса нашёл в Запретном лесу змейку. Отогрел. И Абраксас Малфой услышал, как я разговариваю с ней на парселтанге. Он и поведал мне, что этот язык был только в одной семье. Он, Эйвери, Долохов, Нотт и Лестрейндж стали мне помогать искать информацию. Я хотел чего-то достичь и шёл к своей цели. И тебе советую идти к своей цели. — Благодарю, профессор, — улыбнулся Гарри. — Завтра пятница… — И я буду ждать тебя в четыре часа. Ничего с собой не бери, кроме учебника за свой курс. В дверь постучали, Том взмахнул рукой, вызывая у Гарри восторг от увиденной беспалочковой и невербальной магии. Барти Крауч вошёл безумно доволен. — Добрый вечер. Я помешал…, Том? — Реддл улыбнулся. — Нет. Мы с Гарри закончили разговор. Гарри, ты знаком с моим старым, самым лучшим другом, которому я могу доверить даже Фаджа подставить, Барти Краучем? — Наслышан от мамы. Вы её заместитель. — Угу, — кивнул Крауч. — А ещё я знаю Вашу дочь Клер, она учится на втором курсе Когтеврана. — Да, верно, — ответил Барти. — Что с щекой? — Барти, не нужно, — Том изначально увидел след от пощёчины, но не стал заострять внимания, дабы не смущать мальчика. — Жду тебя завтра, Гарри. Постарайся не грустить. Гарри согласно кивнул. Он оживился возле профессора, который вызывал в нём нестандартные для парня эмоции. Осанка, взгляд, ухмылка, улыбка, пальцы — всё вызывало бурю эмоций, когда Гарри смотрел на Тома. Гриффиндорец желал впиться в бледные губы, а после быть связанным, чтобы Реддл мог осмотреть его. Гарри сам испугался своих мыслей, буркнув на прощание: «До свидания», и захлопнул за собой дверь. Барти перевёл взгляд на Повелителя и улыбнулся ему настолько искренне, насколько возможно. Реддл сидел в кресле и жестом руки пригласил слизеринца в кресло напротив. — Порадуй меня, — попросил Том. — Моя слизеринская тёмная сущность не могла проигнорировать пакостные мыслишки Джеймса Поттера. — Милорд… — Том. Просто Том, Барти. — Как скажешь, Том. В общем, я отправился в Азкабан к Питеру Петтигрю разузнать об этой карте Мародёров. Он стал таким худым, но вменяемый. Анимаг, всё-таки,— восхищённо говорил Барти. — Так вот, он потребовал взамен свободы, ведь был юным и его матери угрожали расправой. В принципе, Руквуд и не скрывал на суде, что мать Питера была целью, если тот предаст. Этого почему-то не взяли во внимание тогда. — Твоя супруга уже этим занимается? — Амелия разнесла Визенгамот. Это лучшее, что сделал для меня отец, — просватал за леди Боунс, — хмыкнул Барти. — В общем, Питера выпустили, а Лили и Джеймс Поттер понижены в должностях. Отныне глава Аврората Кингсли Шеклболт, а я Глава Отдела Правопорядка. — Умница. Быстро ты справился. — Я умён, хитёр и на моей стороне была правда. Карту Мародёров изъяли и передали Альбусу Дамблдору, чтобы тот мог следить за студентами, если посчитает нужным. — Значит, отныне это карта Директоров школы? — Барти оскалился, а Том победно хмыкнул. — Кто стал заместителем Кингсли? — Лили. — Не удивлён, а твоим? — Я написал Нимфадоре Блэк, что когда она выйдет из декрета, то станет моим заместителем. И между прочим упомянул, что её будущий кум лишился метлы. — Я в тебе не сомневался. Выпьешь или ты ещё на работе? — Я сам себе теперь начальник, могу позволить лишнего. Наливай. Том щёлкнул пальцами и к ним подлетели два бокала и бутылка вина. Барти не сводил глаз с Реддла, его многое интересовало. — Говори. — Почему ты не сказал мне раньше? — Не думал, что понадобятся старые связи. — Снейпа и Малфоя запугал, а мне не сказал! — Они напросились. Как видишь, я обратился только к тебе. — Мальчишка больше не опасен для тебя? — А был ли он опасен вообще, Барти? Он ребёнок, которого родители не слышат. Как думаешь, если бы я не вмешался, какое бы имя ему дали маги? Геллерт Грин-де-Вальд звучит опасно и красиво. Лорд Волдеморт звучит изящно. И оба проиграли. Не желаю Гарри этой участи. Если он равен мне, значит, я сделаю всё, чтобы так и было. Нельзя уничтожать потенциал. — Он симпатичный. — Барти, — засмеялся Том, — нет. Он ребёнок. — Который поедает тебя глазами. Мы с Беллой одержимы тобой, а в этих изумрудах одержимости нет. Он уже достиг возраста согласия, через год он станет совершеннолетним, а через три выпустится. Том отрицал очевидное: Гарри шестнадцать, он уже не ребёнок. Но называть ребёнком было легче, чтобы не потакать своим желаниям. Поттеры отдали сына в двенадцать лет в школу неспроста: боялись, что тому будет сложно учиться там, где все знали, что его родители сражались с Волдемортом до конца, а сам парень был Избранным остановить Тёмного лорда. Отчего-то не хотелось признаваться самому себе, что Гарри вырос. — Три года. Многое может случиться, — засмеялся Том абсурдности мысли. — Заходи ко мне почаще, мне одиноко. — Том, может, восстановить поместье Реддлов? — Оно сохранилось? — Старый маггл, работающий на Реддлов, присматривает за ним. — Попроси Амелию поднять документы на это поместье. Я бы не против его пропитать магией, и ремонт не понадобится. — Отличная мысль, не будешь же ты водить любовников в школу, — ухмыльнулся Барти, за что Том легонько ущипнул его магией за руку, на что Пожиратель расхохотался. Реддлу не хватало этого весельчака, который действительно был преданным магом. Идея с поместьем была отличной. Мэноров его предков нет, а дом нужен.***
Гарри вернулся в гостиную и подошёл к команде по квиддичу, которые что-то обсуждали. — Я буду летать на школьных мётлах, но от места капитана не откажусь, как и от квиддича. — Рады слышать, — ответила Кэти. — А то у нас тут паника. — Да, мы без тебя в жизни не выиграем Кубок, — заявил Фред. Рон недовольно косился на друга, а Гарри не понимал причины его гнева, пока Джордж не встал и не шепнул ловцу на ухо: «Мы рассказали Рону о твоей ориентации». Тут Гарри расплылся в улыбке. Самое интересное, в школе очень много гомофобов, особенно выходцев из магглов или полукровных семей: Симус и Дин на Гриффиндоре ненавидят геев. Но Рон чистокровный волшебник, а всё равно презирает такие отношения. — Какие-то проблемы, Рон? Рыжий хотел ответить при всех, но сдерживался. Близнецы не сводили с младшего угрожающего взгляда, поэтому Рон молча отвернулся от друга. Точнее, больше не друга. Поттер сегодня слишком часто расстраивался, чтобы снова накручивать себя. А Рон и в прошлом году бросил его, поэтому Поттеру было не так обидно на реакцию рыжего. Давно пора было поговорить об этом. Конечно, с родителями такой разговор без последствий не прошёл бы, но их сейчас здесь нет. Да и не о них речь. — Вы видели вечерний выпуск «Пророка»? — Джинни слетела со ступенек. — Гарри, твоих родителей сместили в должности за создание какого-то нелегального артефакта. А об этом артефакте рассказал Питер Петтигрю, которого выпустили из Азкабана, доказав, что его шантажировали смертью матери Пожиратели, поэтому он принял метку. Кстати, эти слова говорил Руквуд, когда его упекали в Азкабан, но тогда была министром Багнолд, Пожиратели убили её мужа и она всех подряд сажала, а Крауч-старший ей помогал. И здесь сказано, что новым главой Аврората стал Шеклболт, а глава Отдела Правопорядка теперь Барти Крауч-младший. — Кто? — удивился гриффиндорец. Гарри вспоминал приход Барти, которого распирало от чего-то. Это Реддл как-то за полдня поспособствовал тому, что его родители спустились на землю. Улыбка сама расползлась на лице парня. Карта отобрана. Она теперь у Дамблдора, который и так знает, что происходит в школе, а значит, она будет просто лежать в сейфе и дожидаться Реддла через три года. Поттеры больше не такие авторитеты, как были. Гарри услышал на заднем фоне слова Джинни, что заместителем Кингсли будет Лили Поттер, а вот Крауч заявил, что его заместителем будет Нимфадора Блэк. Блэки — друзья Гарри. Том сделал за один день для Гарри больше, чем кто-либо в этой жизни. «И как можно им не восторгаться? Он как чёрная дыра, притягивающая и поглощающая целиком. Он погубит меня, если я влюблюсь, но клянусь Мерлином, я не буду жалеть, если он меня просто использует. Реддл — лучший маг на планете. Сильный. Хитрый. Властный. Умный. Прекрасный».***
Гермиона весь вечер сидела сама не своя. Учёба не шла в голову, а Живоглот пытался успокоить её мысли, мурлыча. Ещё и письмо от родителей насторожило. Те написали, что у них появились соседи с сыном, который учится на юриста и ищет себе умную девушку. Письмо она просто порвала. Теперь её родители хотят ведьме нормального парня. Абсурдная ситуация. Уходя на дежурство, она была настолько зла, что снимала со всех нарушителей не менее пяти очков. В итоге за одну ночь минус десять очков с Гриффиндора, минус пятнадцать очков с Пуффендуя и минус тридцать с Когтеврана. — Чего такая злая? — спросил Блейз, докуривая сигарету на пару с Ноттом. — Спокойно, минус десять очков со Слизерина, мы поняли. Слышали, как ты только что обломала оргазм когтевранцам, — засмеялся мулат. — Что бесит? — спросил Нотт, протягивая косяк Гермионе, но та отрицательно покачала головой. — Никогда бы не подумала, что родители-магглы такой геморой. — Дошло? — засмеялся Нотт. — Хотят вернуть тебя в маггловский мир? — Парня уже нашли даже. — Ужас, — ответил Блейз. — Но разве ты не девушка близнецов? Джонсон очень громко орала на обеде, который ты пропустила, как и Поттер, что у вас там оргия. Правда? — заговорчески прошептал Забини. — Я её убью, — рыкнула ведьма. — Вперёд, мы посмотрим. Знаешь, Грейнджер, никто в школе и подумать не мог, что ты такая развратная, — хмыкнул Тео. — Мечтаешь о двух членах сразу? Мы, кстати, свободны. — Минус десять очков со Слизерина! — рыкнула ведьма. — Тебе понравится, — прошептал Тео, спрыгивая с окна, а ведьма сразу достала палочку, что умилило слизеринца. — Нас двое, ты одна. — Минус двадцать очков за приставание к старосте школы! — отчеканил каждое слово Реддл, выходя из тени. — Курите траву? Совсем стыд потеряли? Ещё раз увижу, вылетите из школы! Забини и Нотт недовольно косились на Тома, пока за его спиной пряталась гриффиндорка. Аура Реддла не давала дышать, поэтому слизеринцы, ненавистно глядя на полукровку, скрылись во тьме. — Я проведу Вас до спальни, мисс Грейнджер. — Спасибо, профессор. Слизеринцы с каждым годом становятся все страшнее. — Не беспокойтесь, их всех опустят с небес на землю. — Кто? — Судьба, — улыбнулся Том. — Я слышал ваш разговор с самого начала. Скажу так, магглы очень боятся нас. Мой отец от меня отрёкся. И поверьте, без него я всё равно нашёл себя. А у вас сразу двое кавалеров, вам завидуют. — Вы очень спокойно говорите об этом. Верите слухам? — Верю глазам, — ухмыльнулся Том. — Меня невозможно одурачить. Но я сам небезгрешен, не сужу магов, а постельные дела вообще никого не касаются. Позволите дать Вам совет? Гермиона неуверенно посмотрела на мага, которого знает всего четыре дня, и у них было всего два урока, но Реддл не походил на того, кто предпочитает высмеивать. Он тот, кто располагает к себе. Тот, кто заводит нужные связи. — Давайте, — рискнула ведьма, не обещая себе, что прислушается. — Если решитесь на отношения втроём, то для всех будьте девушкой Фреда. Ради Вас он бросил другую, но первого поцелуйте Джорджа, — Гермиона вопросительно посмотрела на профессора. — Оба предпочитали случайные связи, но Фред решил найти всё-таки Вам замену в лице мисс Джонсон, а Джордж нет. Пусть для всех он остаётся бабником, как раньше. И только Вы будете знать правду. В словах Реддла слышалась логика. Девушка даже улыбнулась, ведь профессор говорил разумно. Фред пытался забыть. Пытался заменить. Джордж же продолжал любить и даже флиртовать. Гермиона не заметила, что Том исчез, оставив её перед портретом Анны. Ведьма вошла в комнату и опустилась на стул. Ей очень хотелось быть девушкой обоих парней, но мир магов предпочитает брак и отношения вдвоём. Однако, никто не будет знать, что происходит за закрытой дверью спальни старосты. Однажды она закончит школу, а мальчики станут независимыми от родителей и съедут. Тогда им будет всё равно на Молли и остальных. Их счастье будет важнее. Сейчас же можно прислушаться к Реддлу, но для начала понять насколько серьёзными будут у них отношения втроём. Уроки Патронуса помогут.
