Джакузи для Кузи

Злой Рагнвиндр шëл по улице. Эмоции зашкаливали, перебегая от гнева до сожаления, как макаки по веткам. Этот Осаму... Да как он посмел? Так нагло позариться на его, Дилюка, достоинство. И в прямом, и в переносном смысле. Честное слово, не будь он учителем и в целом, уважаемым человеком, которому есть, что терять, точно бы пришмякнул кого-нибудь сейчас. Казалось бы, что в такой момент могло пойти хуже, оказалось, есть что. Не успел Дилюк дописать воображаемую книгу о ста способах убийства наглых перебинтованных мальчиков, как увидел, что прямо на него с не самым доброжелательным видом шагает рослый, мускулистый парень. И когда Дилюк собирался так же злобно пойти ему навстречу, затуманенный от злости взгляд смог различить знакомые черты его проблемного ученика - Данила Степанова. Магнат разрывался между гневом и нежеланием встревать в лишние разборки, после драки с учеником, как Данил заговорил сам -Дилюк Иванович! - голос его звучал так яростно, что Дилюк уже предпологал причину такого раздражения, как Степанов ответил сам. -Там Т/и за гаражами курит!!! - а день не перестаëт подкидывать Дилюку новые приключения. -Курит? Действительно ужасно, Данил, ты же не собрираешься оставлять это просто так? - конечно, Рагнвиндр знал о крайней неприязни его ученика к сигаретам и алкоголю. -Я, как учитель, не могу не обратить на это внимание, где она? Данил засветился. Дилюк иванович непременно отучит т/и от вредных привычек, иначе зачем ему такой злобный вид и голос. Заворачивая за указанный Данилом гараж, Рагнвиндр светился не меньше. Вот он, способ снять надоевшее раздражение. Даниил не соврал, т/и сидела на корточках около стены с вейпом в одной руке и банановым рэд булом во второй. -Т/и, ты же знаешь, что курить вредно? - нетерпеливо произнëс красноволосый, желая поскорее покончить с прелюдиями. -Что я, по-твоему, должен с тобой сделать? Точно не похвалить. Взгляд Рагнвиндра затуманился от похоти и предвкушения, когда т/и резко встала и решительной походкой подошла к Дилюку. -ВЫ МУДАК!!! - С яростью выкрикнула девушка, влепив Рагнвиндру нехилую пощëчину, пока красноволосый пытался угадать причину внезапной злости его ученицы. -Фëдор мне всë показал! Как вы... Вы... С ОСАМУ!!! Пару секунд Дилюк удивлëнно молчал, прежде чем спросить первое, что пришло на ум. -Фëдор, какой Фëдор? - будто у него мало Фëдоров на курсе. Но т/и ничего не ответила, в ярости убегая из той подворотни.

*прошла минута, я не знаю, зачем здесь пауза*

Т/и бежала. Бежала и злилась. УХ, КАК ОНА ЗЛИЛАСЬ! Дилюк оказался обычным извращенцем, а она ему верила!!! Хотелось напиться.... И ЗАРЕЗАТЬ ЕГО! Возможно познакомиться с другим парнем, создать семью... И ЕГО ТОЖЕ ЗАРЕЗАТЬ! ВСЕХ ЗАРЕЗАТЬ!!! Ну почему именно она? Почему на Т/и ни с того ни с сего обрушилось столько проблем. За гневными мыслями Т/и совсем на заметила, как в очередной подворотне, через которую она пробегала, кто-то сзади неожиданно прижал к еë рту странно пахнущую тряпку.

*очень очень долгая пауза*

Т/и очнулась в странном помещении, больше похожем на подвальное. Тут же еë охватила паника. Глаза слабо различали в темноте очертания старой кровати, к которой она была прикована наручниками, диван у противоположной стены и маленькое окно у потолка, за которым была глубокая ночь. Воспоминания ударили в голову. Фëдор, фото, Дилюк, ссора, злость, подворотня, тряпка на лице. Волны паники подступали всë с большей силой. Т/и не знает, где находится, кто еë похитил и зачем? Страх окутал тело беззащитной девушки. Казалось, сердце замерло, когда Т/и расслышала за стенкой медленно приближающиеся к ней шаги. Дверь распахнулась. Там. Был. ОН. Т/и хотелось умереть. Умереть от страха прямо сейчас, лишь бы не думать, что будет дальше. Кузя. Это он. Именно такой, каким Т/и его видела в новостях в день смерти еë родителей. Он вернулся за ней Лица маньяка не было видно за маской, рыжие волосы, высокий рост, да разве сейчас было дело до его внешности. Кузя медленно подходил, и с каждым шагом истерика подступала к Т/и. Всë было спланированно идеально. Пьяная т/и, ничего не соображающая после ссоры, благодаря Осаму; скорбящий по Ахмеду Степанов; гордый Дилюк, что не извенится и не побежит за т/и; еë постоянный маршрут от школы домой, естественно, через тëмные переулки. И в конце - вот она. Планы Достоевского его(Кузю) никогда не подводили.