Каз, не пират, а корсар.

Волны бились о корпус корабля, ветер наполнял паруса, скрипело дерево, а громкие приказы и разговоры моряков не прекращались. Кто-то, пожалуй, мог бы сказать, что морехождение и всё сопутствующее ему скучнейшее творение Джеля, Гезена или других богов. Такая персона имела риск потерять интерес и уважение Штурмхонда полностью. Капитан безусловно понимал, что у всех свои прелести в жизни. Однако солёный привкус на губах уже стал настолько привычным, а прочий шум воды задавал ритм сердцебиению молодого корсара. Уже когда Ланцов перестал тратить много усилий чтобы балансировать во время качки, но всё ещё подолгу разминал тело после ночи в гамаке, он устроил собрание для всех новых членов команды. Кроме массивной мебели, в кают-компании теперь царил беспорядок. Хаотично раскиданные чертежи, карты и некоторые личные вещи. Именно в этой комнате, Волки редко собирались, а для Отбросов она пришлась по вкусу. Убранство действительно больше подходило игорному дому, нежели китобойному судну: отполированное дерево, резные узоры, слабое освещение и запертые шкафы, полные бутылок, различных ценностей и сувениров. За длинным столом уже сидел Каз, но по правде и не вставал. Как будто ничего не изменилось, он такой же сосредоточенный сидел за бумагами и не обращал внимания не мир на фоне. Сразу подошёл и Матиас, который очень неплохо проявил себя моряком, хоть почти и не общался с остальными Волками. Их взаимная неразговорчивость даже помогла им ужиться в одной каюте, пусть и оба спали в обнимку с оружием. Каз понятия не имел, как уживались остальные, но раз уж все живы, это его не волнует. Ибо они с Хельваром в первый же день закинули свои вещи в разные стороны и устроились в гамаках. Оба слишком уставали, чтобы вести диалог. Каз закрыл папку и провёл рукой в перчатке по волосам. Душным помещение не назовёшь, но когда Бреккер сильно напрягался и рядом находились посторонние, капли пота начинали стекать со лба. Почти следом, в комнату вошли парень, ровесник Николая и девушка, примерно того же возраста. И это снова были не те люди, к которым Каз привык. Бреккер понял это с первого взгляда. Их манера держаться, одежда, походка и даже то, как они осматривали помещение выдавало это. Хотя взгляд девушки был иным. Золотые глаза проскользнули по всей обстановке, улавливая мельчайшие детали, несмотря на скверное освещение. Цепкий взгляд прошёлся и по Бреккеру, точно так же как сам бастард Бочки изучал нечто незнакомое. — Питер и Сугар, — представил их Николай, — если вы ещё не успели познакомиться. В прочем, не важно. Каз, ты всё равно почти всё время здесь, уверен, вы сработаетесь. Где-то Бреккер уже слышал эти слова. Возможно сам их и произнёс. Прочитав ход мыслей по лицу, Николай полуулыбнулся, говоря «Я запомнил. Как тебе оказаться по другую сторону?». Каз хотел было послать пирата, но дверь открылась и, веселясь, вошли остальные Вороны. — Отлично, раз уж теперь все в сборе, можно приступить к делу.— начал Ланцов, — Нина, я безумно рад тому, что ты так хорошо поладила с близнецами. Буду надеяться, что это продлиться как минимум до конца путешествия. Матиасу бы поучиться у тебя заводить друзей. — после этих слов, дрюскель скривился, показывая всё своё отвращение к остальным, к работе, к Нине. Николай, знавший обо всём лишь в общих чертах, просто добавил очередную монету в копилку обид кеттердамских преступников. Капитан, его университетские друзья и корпориалка сидели на с левой от входа стороне. Поэтому, слушая Штурмхонда вполуха, Каз рассматривал незнакомцев. У парня вид типичного кеттердамца из богатой семьи. Светлое лицо из-за дефицита солнечных дней, каштановые волосы аккуратно уложенные, но с намеренной каплей небрежности, а глаза зелёные. Возможно есть калэльская кровь. Сугар же напротив сложно поддавалась описанию. Каз редко имел дело с шуханцами, но она не была похожа ни на одного из них, особено если сравнивать с теми, кто на борту. Единственный ориентир — золотая радужка глаз. Но волосы не тёмные, а почти русые, на свету они бы дополняли глаза. Вместе же чопорные, в меру серьёзные, не выказывающие ни малейшего беспокойства, будто каждый день сидели в комнате с вооружёнными бандитами. Люди, к которым Каз привык, пытались бы показать своё превосходство, запугать, найти рычаг давления. Однако Питер и Сугар молча сидели, внимая речам Николая и частично уходили в свои мысли. — В остальном, всё прекрасно, Джес. — голос капитана вырвал задумчивости Каза. — Просто чаще слушай Уайлена. — Подрывник то ли смущённо, то ли с гордостью улыбнулся. — Что насчёт меня? — только благодаря тому, что Инеж сидела практически в центре, никто не удивился и не дёрнулся от неожиданности. — Пока для тебя работы нет, можешь отдохнуть или помочь кому-то. — пожал плечами корсар. — О, Матиас, помоги Толе поставить пушки из трюма. Как всё установите, Джеспер и Уайлен начнут над ними работу. — Принято. — сказал Фахи, вертя в руках пистолеты. — А можно сейчас глянуть на них? Я наслышан, но увидеть их наяву… — Безусловно, после ужина. И к слову, все удобно расположились? — справился Николай. Все согласно закивали, не выражая жалоб. — Питер, Сугар, если хотите отдельно, я могу устроить ещё одну каюту. Могу поселить у себя Питера. — Нет необходимости, — отказалась шуханка. — глупо стесняться, когда весь первый курс засыпали едва ли не друг на друге. — Я бы не сказал, что только первый. — тихо прошептал Штурмхонд, но все и так услышали. Потихоньку остальные начали расходиться. Уже начался ужин, но Каз так и остался за столом, снова приводя бумаги в порядок. — Не будь таким педантичным. Когда вся эта история закончится, я лично позабочусь, чтобы все эти бумаги были сожжены или выброшены в море. Устрою ликбез акул. — сказал Николай, не смотря на Бреккера. — Тебе следовало заранее сказать, что ты собираешься сделать. — голос Каза пусть и звучал монотонно, но Николай сразу ощутил обвинения. — Все мы что-то скрываем. — Гезен, не в такой момент! — он уже начал злиться. — Один факт, что ты подставил под угрозу работу, другой, что не предупредил. — Ка-а-аз, — успокаивающе протянул Николай. — Они не такие люди, с которыми ты привык вести дело. В определённой степени, я им доверяю. — И всё рав… — Кроме того, ты и сам скрываешь, как по мне, важные детали. — Что именно? — Бреккер весь напрягся. — Ты говорил, что работа от Торгового совета, а сами пробираетесь в дом Ван Эка. Подозрительно, согласись? — Почему тебе нужно обязательно прицепиться? — Потому что могу. — шутливо произнёс Николай, но в следующее же мгновение стал серьёзным. — И потому что это касается меня. Пойми, у меня нет ни малейшего желания попадать в немилость правительства Керчии. Поэтому, будь хоть раз в жизни человеком, и я выслушаю причину. Может быть, мы даже перестанем держать друг на друга обиду? — А мы держали? — По-моему, ты — да. — Николай перешёл с противоположной стороны стола и сел рядом. Обычно, так он настраивал людей на свою сторону, подсознательно внушая мол «Друг, мы на одной стороне». Правда, сработает ли это с Казом, он не знал. — Задание действительно от Торгового Совета. Отличается лишь исполнение. — заговорил Каз. — Они хотели чтобы мы повредили Вал в самой Гавани. Таким образом, они имели и компромат на меня, то есть дальнейший рычаг давления и задержку партии земенского оружия. — Но ты, как вижу, перестраховался. — Нет, я предвидел такой исход. Торговый Совет часто промышляет такими делами, когда они всегда получают выгоду. К честным сделкам они не способны. «Забавно это слышать от тебя» — подумал Ланцов, но сказал: — Купцы всегда считают, что умнее других. Бреккер лишь согласно кивнул, однако внутри удивился таким словам от Николая, не-такого-с-кем-он-привык-работать: — Верно. И если это случится в море, как несчастный случай, нападение пиратов, то винить канальную крысу в том, что она что-то сделала с Валом не имеет никаких оснований. — Тогда почему ты согласился плыть с нами? — Штурмхонд не верил, что парень из Бочки сможет перехитрить правительство целого государства, но невольно испытал прилив уважения или восхищения. — Конечно, помимо контроля. — Контроль здесь не при чём. У меня достаточно способов убедиться, что всё будет идти по плану. — Каз чувствовал себя неуютно. Это он должен допрашивать. Это он должен так пристально смотреть. Кажется, он действительно оказался по другую сторону. — Но Ван Эк должен точно знать, что пусть формально это несчастный случай, а оплата как положена должна быть отправлена на мой счёт. Исчерпывающий ответ? — Вполне. Тогда не имеем к друг другу никаких претензий? — Штурмхонд, чуть наклонив голову и улыбнувшись, протянул ладонь для рукопожатия. — Допустим. — Бреккер собирался протянуть руку в ответ, но резко одёрнул себя и сделал вид, что не заметил жеста корсара. Николай заметил это, но вежливо промолчал. Но теперь ему захотелось получить ещё один «исчерпывающий ответ».