Удивительное тепло жизни

      «Снова они», — промелькнула мысль у Миры в голове, когда она устремила свой взгляд в окно. Однажды они уже забрали Ориона, и девушка не собиралась давать им возможность забрать и её.       Папа направился открывать дверь, да с таким непоколебимым видом, будто всю жизнь готовился к этому дню. Взгляд Мирабель заметался от мамы к отцу и, наконец, к двери. Девушка быстрой, но неуверенной походкой подошла к Луизе.       — Мам, вы ведь не отдадите меня этим людям? — с надеждой в голосе начала та.       — Мира, я уже ничего не могу обещать, — женщина поглаживала дочь по спине.       Никто не собирался ни на кого обижаться за эти слова. В их время ничего нельзя было обещать. Всё в любой момент могло пойти против их желаний и обещаний. Народу оставалось лишь ждать.       — Выведете всех девушек этого дома, — приказным тоном распорядился один из мужчин в чёрном.       Мирабель с Каролиной робкой походкой прошли к двери, оставаясь на пороге дома. Головы были опущены, а руки сложены в замок спереди. Девушки медленно поклонились мужчинам, не отрывая взгляд от деревянного порога. Никогда бы в жизни девушки не могли подумала, что им придется общаться именно таким образом с людьми. Всех девочек этому учили дома, но только в целях воспитания.       — Назовите ваши имена с фамилией, возраст и поднимите головы, чтобы мы смогли взглянуть на ваши черты лица, — прозвучал не менее серьёзный голос второго мужчины. Их слова пробуждали в Мире страх, который она так упорно пыталась подавить в себе. О том, чтобы посмотреть на них, речи и не шло. — Первая пусть начнет та, что выше.       — Каролина Сив, двадцать один год, — девушка подняла голову чуть увереннее, чем до этого.       — Двадцать один?       — Да, сэр.       — Такая взрослая, а всё ещё живете с родителями.       Ответа со стороны Каролины не последовало, но Мира почувствовала стыд, которым наполнилась её старшая сестра. К сожалению, она и правда долго жила с родителями, но лишь потому, что её возлюбленный, который мог стать её мужем, умер прошедшей зимой от лихорадки. Теперь же Каролина не видела своего будущего, но Мирабель считала, что она это заслужила за свои выходки, считая себя самой красивой девушкой на земле.       — Мирабель сив, двенадцать лет, — пытаясь изобразить спокойствие, девушка подняла на них взгляд, задержав дыхание.       Мира попыталась совладать со своим телом, при виде двух высокорослых и широкоплечих мужчин, которые выглядели хуже, чем просто устрашающе. Перед её глазами вновь заскакали вспышки зимних воспоминаний. Кружась в быстром танце, они не выдерживали ветра и рассыпались на сотни частиц.       — Ты достаточно пугливая, но это пока не проблема. Умеешь ли ты готовить?       — Да.       — Шить, вязать?       — Да.       — Общаться с детьми?       — Не доводилось, но со сверстниками лажу.       — Рано ли встаёшь?       — С солнцем.       Короткое молчание повисло между ними, но в скором его нарушил один из мужчин.       — Много ли еды ты требуешь для себя?       — Лишь столько, сколько положено.       — Часто заболеваешь?       — Последний раз такое со мной случалось около трёх лет назад.       Незваные гости переглянулись между собой и едва заметно кивнули друг другу.       «Они вообще в этих капюшонах что-то видят?» — мысль, что застряла в голове всех членов семьи.       — Вставай к двум другим девушкам, — мужчины расступились, и только тогда Мира заметила девочек примерно её же возраста.       Мирабель резко обернулась в сторону родителей, которые с таким же замиранием сердца наблюдали за состоявшимся разговором. На лице мамы отразилась гордость и разочарование одновременно. А вот отец как был безэмоционален, так и остался. Девушка чуть менее уверенно повернулась к мужчинам и осмелилась задать им вопрос:       — Могу ли, — Мира запнулась, — могу ли я попрощаться с родными?       — У тебя минута, — ответил один из них.       «Своевольный», — свой острый язык Мира решила не оголять перед мужчинами и бросилась к маме.       — Я постараюсь вернуться как можно скорее, — прошептала Мирабель ей.       — Но ты ведь ещё не знаешь, что тебя будет ждать, — Луиза взяла дочь за плечи и посмотрела ей в глаза.       — Мне они не нравятся, и предчувствие плохое. Я не хочу уезжать от вас, — продолжила девушка.       Луиза переглянулась с Итаном, стараясь сморгнуть подступившие слёзы.       — Ты обязательно вернёшься, если захочешь. Но если всё окажется лучше, чем тебе представляется, то не упускай шанс. Он может больше не повториться.       Папа всё это время смотрел на девушек, словно тоже хотел что-то сказать. После слов мамы он всё же подошел к Мире.       — Я их боюсь, пап, — со слезами на глазах прошептала дочь.       На его лице наконец отобразилось понимание, которое Мирабель так долго пыталась уловить.       — Представляю, дочь, но они тебе не принесут вреда.       Девушка покачала головой. Слишком тяжело, слишком сложно и страшно. Руки Миры тряслись. Итан взял их в свои, пытаясь унять дрожь.       — Посмотри на меня.       Пересилив себя, девушка это сделала.       — Меня же ты не боишься, хоть и выгляжу как эти великаны.       — Это другое, — с мольбой продолжила та.       — Ты засёк время? — донеся голос одного из мужчин, стоявших позади прощавшихся.       — Я думал, это ты сделал, — ответил ему второй.       — Святые, за что мне ты.       — Аналогично.       Мирабель с папой всё это время молчали, прислушиваясь к их словам.       — Вот видишь? Они оболтусы всего-навсего. Всё будет хорошо. Это было первое, а второе, если ты думаешь, что мы решили отдать тебя на произвол судьбы, то это не так. Мы знаем, кто они и куда вы направляетесь. Ты будешь даже в большей безопасности, чем здесь.       Слова главы семейства чуть облегчили состояние Миры, вселив веру в лучшее. Но нельзя было отрицать и того, что он лишь на время отодвину эту проблему.       — Мирабель Сив, ваша минута истекла.              — Примерно минута, — поправил его второй.       Обнявшись со всеми, Мирабель подошла к другим двум девочкам. На лице одной из них красовались застывшие дорожки слёз. Мира чувствовала своё сходство с ней.       Пока они все вместе ходили от одного дома к другому, девушек становилось всё больше. Из одних домов к ним присоединялись сразу аж три девочки, а из других — ни одной. Мира с нетерпением ждала, когда они должны были подойти к дому Роуз. Она знала — её возьмут. Манеры и внешность были самыми подходящими.       Прошло немало времени, когда они наконец подошли к её дому. Мужчины в черном облачении постучали в дверь. Отворил Раймон. Миру данное событие насторожило. Девушке было его плохо видно, но по доносящемуся голосу можно было предположить, что он на взводе. У них проходила очередная ссора.       — Девушек в семье нет.       — У нас есть информация, что есть.       — Болеет.       Подруги не виделись около недели и Мира даже не предполагала, что такое произошло.       — И часто с ней такое происходит?       — Часто.       Раймон врал и не краснел. Он знал кто они. Страх Миры возродился с новой силой.       Рэй закрыл перед ними дверь. Мужчины лишь фыркнули и направились к следующим домам.       — Ещё три дома, — оповестил один из громил.       Оставшиеся дома оказались самыми быстрыми. Девушки если и были, то не старше восьми. Мужчины окинули взглядом присутствующих и пересчитали.       — Один, два… Двадцать три, — заключил первый.       — Ты одну не посчитал.       — Да посчитал я всех.       Второй водил пальцем по воздуху, отмечая посчитанных.       — Двадцать четыре.       — Да как?       — Посчитал. Тебе стоит вспомнить базовую арифметику.       Первый лишь фыркнул, и девушки направились через извилистые улочки. Один из мужчин шёл перед ними, а другой позади. Мире до ужаса сильно хотелось пить. Вокруг не было ни одной возможности утолить жажду, а сколько по времени должна была занимать дорога — никто не знал.       Как только все вышли из очередного поворота, они наткнулись на кареты с запряжёнными в них лошадьми. Из толпы послышались удивлённые голоса и перешёптывания.       — Одна часть усаживается в одну, другая в другую, и побыстрее, — мужчина хлопнул два раза.       Девушки со всей скорости разбежались по бордовым каретам с золотыми деталями, блеск которых усиливался из-за солнца. Внутри окна были завешены бархатными бордовыми занавесками, которые нельзя было отодвинуть — угол каждой был приколочен к такого же цвета стенкам.       Девушки разместились друг напротив дружки, так и не познакомившись. Такой расклад событий не устраивал Мирабель, поэтому она решила начать первой.       — Раз уж мы все здесь собрались, то негоже ехать неизвестное количество времени, не узнавши даже имён. Я — Мирабель, предпочитаю не использовать свою фамилию.       — Кристина, но можно просто Крис, приятно познакомится, — отозвалась одна из девочек, находившаяся через два места от Миры.       Кто-то из присутствующих не стал называть своих имён и молчал всю дорогу, но все остальные поддержали активную беседу, обсуждая свои эмоции и мысли. Самое интересное, что никто из них не знал, куда их везут, поэтому напряжённая атмосфера не развеялась даже за время разговоров.       Дорога, по которой кареты направлялись в неизвестном направлении, оставляла желать лучшего. Камни часто попадались под колёса, из-за чего девушки болтались по карете так, словно вместо них были дрова.       «Чёртовы дрова».       Мирабель уставилась в одну точку, пытаясь угомонить всплывающие воспоминания. Окружающие не обратили внимания на смену настроения девушки и продолжили общаться.       В момент дорога стала круговой и теперь все зависли в наклоненном состоянии. Как только они вернулись в исходную позицию, продолжая ехать по более-менее ровной дороге, то резко остановились. Дверь открыл один из мужчин.       — Дамы, выходим.       Все медленно выползали из карет и разминали конечности, попросту затёкшие за время поездки.       — Святые, — изложила Крис.       Мира обратила свой взгляд туда же, куда и знакомая, и увидела тот самый замок, которого испугалась в один из летних грозовых дней.       «Семейство Киндэс, проживающее в этом замке, было одним из самых загадочных», — вспомнилась девушке фраза мамы, оброненная, когда та рассказывала о правящей династии.       Это замок королевской семьи Киндэс. Ориона увезли эти же мужчины. Все кусочки пазла постепенно складывались в голове Миры.       «Нет, нет, нет, этого просто не может быть. Это просто совпадение».       — Мы что, приехали в замок Киндэс? — начала одна из девочек, вылезавшая из другой кареты.       — Именно, — подтвердил мужчина.       Не совпадение. Всё это время тот парень, которого Мирабель знала, был… был кем? Но ведь его увезли сюда, а значит, он тоже здесь и может быть кем угодно. Начиная от садовника и заканчивая сыном короля.       Голова заболела от непонимания всей ситуации, да и мозг всё никак не мог в это поверить и смириться с происходящем. Мирабель не могла успокоиться, пока не увидит его своими глазами. Хоть его видеть ей хотелось меньше всего.       Мужчины приказали проходить в замок. Пока девушки шагали по разным залам и коридорам, Мира всё никак не могла угомонить свои мысли, и лишь иногда до нее доносились восторженные голоса девушек.       — Проходите в этот зал и выстройтесь в линию.       Все так и сделали. Мирабель встала ближе к центру, а Крис справа от нее.       — Волнуешься? — её слова Мира услышала не сразу.       — А? Да, есть такое. А ты?       — Тоже, — Крис перешагивала с ноги на ногу.       Зал, в котором стояли девушки, был выполнен в тёмных оттенках. В нём оказалось всего три окна, но по размерам их можно было сравнить с пятью дома. Свет проникал с такой силой, что освещал практически всё помещение.       — Внимание всем, — начал торжественное представление один из слуг, стоявших у входной двери, — его Величество Ричард Киндэс со своей женой Даяной Киндэс.       Девушки опустили взгляд и встали в одну позицию, с замкнутыми спереди руками. Медленные, но громкие шаги раздались по всему залу. Король проходил мимо ровной линии, окидывая всех присутствующих быстрым взглядом. Королева лишь шла с ним под руку.       — Его Высочество принц Орион Киндэс со своей будущей невестой — Глафирой из другого государства.       По помещению раздавались тихие, но не лишённые важности шаги.