Удивительное тепло жизни

      Сердце Мирабель отбивало бешеный ритм, перебиваясь на маленькие паузы. Девушке хотелось верить, что её удивление не было заметно на уткнутом в пол лице. В голове никак не укладывалось, что всё это время ей приходилось иметь дело с сыном короля.       Стук, стук, тишина — они остановились у какой-то из девушек. Стук и опять пауза.       «Я постучала в дверь два раза, сделала небольшую паузу и постучала ещё один раз. У нас это что-то вроде знака для своих», — пронеслось в голове Мирабель.       Теперь Орион и Глафира прошли мимо всех, не задерживая особого внимания на присутствующих. Мира не могла разобраться в своих чувствах и желаниях, противостоявших друг другу. С одной стороны, ей хотелось посмотреть на того, кто отнял любую существующую веру в дружбу, взглянуть в его бесстыжие, но одновременно прекрасные голубые глаза. А с другой стороны, ей хотелось провалиться под пол, насколько это было возможно, и убежать обратно домой, забраться в мамины объятья, укутавшись в тёплый плед.       — И их Высочества принцессы Барбара и Веро́ника Киндэс.       «У него ещё и сёстры есть… Наверное, такие же фальшивые, как и их брат».       — Поднимите свои глаза на нас, — скомандовал король Ричард. Мирабель обратила свой взгляд сразу на говорящего мужчину, стоящего чуть по диагонали от центральных девушек. — Мы вас здесь собрали, чтобы выбрать достойных компаньонок для моих дочерей.       Мира решила дать себе обещание, что ни под каким предлогом не останется в замке. Жить под одной крышей с ненавистным для неё человеком, у которого вдобавок есть невеста с отвратительным именем.       — Самим дочерям я не позволю проводить отбор, иначе здесь останутся если не все, то только красивые, поэтому этим займётся моя жена и сын. Одна половина к одной, а другая к другому.       Как и было велено, девушки разделились на две группы, и было бы правильно, если бы Мира пошла в сторону того конца, куда была ближе. При таком раскладе девушка попала бы именно туда, где должен был разбирать Орион. Мирабель пошла в противоположную сторону.       — Стойте, стойте, — приостановил расхождение Ричард. — Поровну разделитесь. Вот вы, — указал он на Миру и ещё двух девочек, — вам вправо. Иначе у нас с одной стороны будет человек тридцать, а с другой двое, — пытался он говорить максимально добрым голосом, хоть и чувствовалось, как ему сложно держаться в таком тоне. — А сколько их всего? — обратился король к двум мужчинам, всё ещё стоявшим в капюшонах.       — Двадцать три.       — Двадцать четыре.       Они не догадались договориться о том, чтобы кто-то из них промолчал.       — Так сколько в итоге?       Мужчины молчали.       — Вы что? Совсем уже от рук отбились, что людей посчитать не можете? — теперь король перестал сдерживать себя. — Без обеда сегодня будете. Всё самому приходиться делать, — пробубнил Ричард себе под нос, качая головой.       Прошло несколько секунд, и король сообщил о своих подсчётах.       — Двадцать пять, идиоты, — сквозь зубы произнёс он. — Если среди девочек есть совсем низкие — это не значит, что их не требуется считать.       Ричард взял всё в свои руки и начал указывать каждой девушке, в какую сторону идти. Во второй раз король вновь приказал Мире идти к Ориону, но в этот раз только потому, что она стояла ближе к правой стороне зала. Крис оказалась на стороне Даяны.       Мирабель повернулась в сторону других напуганных девочек. До этого момента Мире ни разу не приходилось обращать свой взгляд на бывшего друга, о встрече с которым она только и мечтала несколько месяцев назад. Пока его внимание было занято речами Глафиры, девушка решила рискнуть и пересилить себя. Первое, что ей бросилось в глаза, так это его волосы. Прекрасные русые кудряшки, неопрятно спадающие на лицо, сменились на тёмные и более прямые волосы. Лучи солнца, пробивавшиеся в зал, лишь слегка осветляли его макушку. Черты лица немного заострились, но это уже не удивляло — взросление брало своё.       Мирабель резко стала рассматривать фактуру стен, осознав, что слишком долго смотрела на его выражающее внимание лицо. Уж слишком велико было желание девушки увидеть Ориона, забыв на несчастные минуты о том письме. Миру передёрнуло от этого воспоминания.       Девушка перевела взгляд на его руки, а если быть точнее, то на их тыльную сторону, не скрытую чёрной рубашкой, блеск которой был схож с поверхностью озера на закате. Платье Глафиры состояло из жёлто-оранжевых тканей и именно они создавали картину заката солнца на чёрном полотне. Может, в своё время, Мирабель и не заостряла бы внимания на его руках — ей не особо это было интересно — но они точно изменились. Вены были видны куда больше, чем у того же Джеймса, руки которого словно никогда не работали в поле или даже просто дома.       Теперь уж всё это имело ничтожно малое значение. Для Миры Орион стал не больше, чем человек, который подарил счастливое и тёплое детство, после разбившиеся о скалы гордыни.       — Вы все будете ждать здесь. После, вы будете по одной заходить в предназначенные комнаты, а оттуда вас уведут в отдельное помещение. Обсуждать принятые решения запрещено до того момента, пока находитесь в стенах этого замка. Всем удачи, — быстро проговорил король, после удаляясь из помещения.       За это время в зал зашли еще две девушки — служанки сестёр. Они увели принцесс. Слуги в бело-чёрных костюмах брали по девушке из каждой кучки. Рядом с одним слугой пошла Даяна, а с другим — Орион. В их походках не было и доли схожести. Принц, на удивление, двигался более уверенно.       Минус две девушки, четыре, шесть. Их количество то уменьшалось со скоростью умирающей лошади, а иногда так, будто они куда-то опаздывают. Недавно отсутствующий страх постепенно зарождался в груди Миры. Устав стоять на месте, девушка решила поиграть в пальчики. Так эту игру называли у них дома. Нужно было сложить ладони, чтобы все пальцы совпадали, а после отставлять их по одной паре. Если сначала это делать медленно, а после ускоряться, то можно было получить подобие волны.       «М-да, и мне двенадцать лет», — подумала Мирабель, резко остановившись перебирать поочерёдно пальцы. — «Ну и ладно», — девушка отмахнулась от лишних предрассудков и вернулась к своей игре.       Прошло более трёх часов, и Мира осталась одна в целом зале. Лишь слуги, стоявшие по стойке смирно, разделяли её одиночество. Все переживания уже давно покинули тело девушки и не собирались возвращаться, пока не пришел слуга — проводник. Мирабель вскочила с пола, на котором устроилась от усталости. На ледяном полу лежать ей не понравилось, но слуги любезно принесли небольшую простыню.       — Пройдёмте, — только и произнёс мужчина с невозмутимым лицом.       Неожиданная тревога вновь нарастать. Как и в первый раз, Мира даже не пыталась запоминать повороты коридоров, зная, что находится в надёжных руках.       — Вам сюда, — мужчина ушёл обратно, оставив девушку в пустом коридоре.       Мирабель ухмыльнулась себе и сделала глубокий вдох, положа руку на ручку двери. Не успела она выдохнуть и приложить хоть небольшие усилия, как перед девушкой уже появилось такое незнакомое серьёзное лицо. Тело Миры превратилось в натянутую до предела струну. Лицо Ориона скрылось за дверью, и она уже полностью открылась, приглашая в небольшую комнату. В помещении было всего два кресла, стоявших друг напротив друга. Мира вступила в кабинет, вставая между бордовой мягкой мебелью. Дверь закрылась.       — Присаживайся, — принц указал на правое кресло, за которым висело чёрное полотно, колыхнувшееся из-за сквозняка от двери.       Всё в таком же напряженном положении девушка уселась практически на край кресла. Орион плюхнулся напротив, по хозяйски закинув ногу на ногу. Его длинные руки расслабленно улеглись на подлокотники, свисая чуть вниз. Тишина. Они сидели в гробовой тишине, и казалось, что если прислушаться, то в ней можно будет расслышать, как бьётся сердце, гоняя кровь по организму. Взгляд Ориона медленно прошёлся по Мирабель с ног до головы. Только сейчас она поняла, что всё ещё была в своей грязноватой серой рубахе, длина которой доходила до щиколотки. Внутри Мира съёжилась, продолжая выглядеть непоколебимой.       — Хорошо выглядишь, — то ли искренне, то ли с сарказмом высказался Орион.       Мирабель продолжила молчать. Она старалась убеждать себя в том, что его слова для неё ничего не значат. Теперь уж его глаза метались по лицу бывшей подруги в поисках немого ответа.       — Просто, — за несколько часов молчания голос девушки стал слишком низким, поэтому она прокашлялась. — Просто веди свой опрос, — практически безэмоционально проговорила Мира.       Он лишь моргнул. Опять молчание. Опять тишина.       — Мы ведь так давно не виделись, — принц слегка наклонил голову вбок.       — И пожелала бы ещё столько же не видеться, — Орион сузил глаза, пытаясь понять, шутит ли Мира.       — Ты мне перестала отвечать.       Теперь уж девушка не смогла скрыть своего удивления, но, быстро сбавив пыл, вернулась в свою прошлую эмоцию.       — Я не буду компаньонкой для твоих сестёр.       — Я бы и не позволил тебе быть ей.       Кулаки Мирабель сжались, и, не собираясь терпеть насмешки в свою сторону, девушка вскочила с кресла. Орион сделал то же самое.       — Ты неправильно поняла, — его голос понизился.       — Замечательно. Так будет легче расстаться, — Мира перешла на грубый тон.       Девушка повернулась в сторону двери, через которую вошла. Рука Ориона аккуратно охватила её запястье. После случая в лесу к Мире прикасались лишь те, кому она позволяла. Поначалу в этот круг входили лишь мама и Роза. Лишь месяца полтора назад девушка смогла пересилить себя и обнять Джеймса, который наведывался к подруге практически каждый день. Даже несмотря на все резкие высказывания, он не оставлял Миру одну.       Мирабель стряхнула руку Ориона, резко повернувшись к нему. Парень стоял непозволительно близко. Девушка пошатнулась, но смогла при этом не потерять равновесие.       — Что произошло? — слегка прикрикнул принц.       Мира непонимающе заморгала, пытаясь погасить свою злость.       — О, ну да! Построй ещё из себя непонимающего человека. Тебя это не спасет.       — Я не понимаю тебя, — теперь Рион отошёл чуть подальше, приглашая обратно на кресла.       Немного помедлив, Мирабель вновь пробежалась глазами по кабинету. Её взгляд уцепился за небольшой графин, стоявший на маленьком круглом столике в глубине помещения. Только сейчас она вспомнила о желании выпить воды.       — Я хочу пить, — проговорила девушка холодным голосом.       Орион обратил внимание на графин. Быстрым и лёгким движением руки он наполнил стоявшую рядом пустую кружку. Обхватив её руками и раздумав, Мира послушалась и уселась на свое место.       — Раз уж ты не хочешь говорить, то я могу рассказать всю историю со своей стороны.       Кивок. Мирабель жадно выпила всю воду.       — Я уехал из деревни сразу сюда. О том, кто я, узнал в тот день, когда мы вернулись с рыбалки. Здесь жил, тужил, учился, тренировался, писал вам всем письма по возможности. Об этом писал, собственно, — в его голосе слышалась небольшая усталость, которая ранее заставила бы Миру переживать. — В какой-то из дней я получил письма от всех, кроме тебя. Сначала я подумал, что ты просто заболела. У тебя я это спрашивал в последующих письмах, но всё также была тишина. А когда эта ситуация повторилась ещё и ещё раз, я стал не на шутку переживать. В моей голове были разные сюжеты, доходившие до непозволительных, и теперь ты сидишь передо мной, как ни в чём не бывало. Живая и здоровая. Вдобавок говоришь, что не хочешь меня видеть ещё лет так пять. Честно, не понимаю ни одной твоей реакции на меня. Боишься то ли замка и атмосферы, то ли меня, — Орион встал с кресла, расхаживая по небольшому кабинету, иногда потирая переносицу двумя пальцами. — Неужели я за такое небольшое количество времени стал настолько страшен и некрасив, что вызываю у тебя страх, который ты, кстати, неумело скрываешь? Разве я монстр? — обратился парень к Мире.       Девушка ничего не смогла ответить. Орион встал перед ней и опустился на корточки. Его тяжелые руки легли на её плечи, отчего Мира сжала челюсти. Парень попытался заглянуть в глаза подруги, которые были до этого момента устремлены в пол.       — Ответь же мне что-нибудь, — тихим голосом проговорил он, не отодвигаясь ни на шаг и продолжая свои попытки поймать взгляд Мирабель.       Девушка подняла свои холодный взгляд, устремляя в его всё такие же голубые глаза, как и в десять лет. Только теперь в них плескалась не река детской непринужденности, а океан отчаяния и безнадёжности.       — Что с тобой произошло? — Орион не сдвинулся ни на миллиметр. — Если ты не хочешь говорить сама, то я буду предлагать варианты, а ты говори да или нет. Заболела?       — Нет.       — Устала от общения?       — Нет.       — Что-то в семье произошло?       Ответ отрицательный.       — Что-то с друзьями?       Она покачала головой.       — А ведь это был мой самый выигрышный вариант. В последнее время ты стала чаще упоминать Джеймса, и я подумал, что вы вместе.       — Ты был практически прав.       — Но это ведь не причина для нашего не-общения?       — Не причина.       В его запасах оставалось совсем немного вариантов, которые он быстро перечислил, и перед последним сделал большую паузу, боясь произносить. К их сожалению, он попал прямо в цель. В деревнях подобное было не редкость. Мирабель старалась не подавать виду, но само тело содрогнулось лишь на половине слова. Орион сразу же отдёрнул руки от плеч девушки, не вставая с корточек.       — И кто?       — Не знаю, но это не причина. Я устала слушать твои варианты, поэтому просто вспомни о своём письме, после которого я перестала отвечать.       Принц встал с корточек, начиная вновь расхаживать по комнате.       — Да ничего такого, вроде. Всё было как обычно. Рассказал про прошедший месяц, вопросы какие-то задал, да и всё.       — Хочешь, процитирую часть того письма, которое получила?       Орион повернулся к Мирабель, медленно кивая в ответ.       — «Сравнивая её с тобой, я должен признать, что она мне интереснее, чем ты в своё время, да и сейчас по твоим письмам я также в этом убеждаюсь».       — Я... я такого не писал, — его брови сближались.       — Я не собираюсь выслушивать твои оправдания, — Мира встала с кресла.       — Прошу, поверь мне, — Орион боязливо замолчал. — Как раньше.       — Как раньше уже не будет, — девушка помедлила. — Я поищу возможные причины того, что это был не ты. Ах, да. Что это были не вы, Ваше величество, — Мирабель сделала шутливый реверанс, но по-настоящему ей было не до шуток. — Если что-то выяснится, то, так уж и быть, напишу вам письмо. Не хочу мешать вам с Глафирой, поэтому постараюсь как можно быстрее покинуть этот замок.       — Если у меня получиться восстановить свою репутацию в твоих глазах, то я буду готов отказаться от свадьбы с Глафирой.       — Не дурите, принц Орион.       — Хватит со мной так обращаться. Мне непривычно это слышать от тебя.       — Как жаль… Прощай.       Мирабель направилась к выходу.       — Тебе не туда, — Орион пошёл к занавеске, за которой была дверь. — Там тебя будут ждать, — его руки проворачивали замок, отворяя проход. — И я не дурю, — уже тише произнёс Орион.       Теперь его взгляд упал на её левое запястье, что виднелось из-за слегка задранного рукава рубахи. На нём всё так же красовались два браслета, один из которых был подарен Рионом. Заметив, куда направлен его взор, Мира отдёрнула вниз серый рукав, закрывая браслеты. Принц не сказал ни слова на прощание, поэтому девушка вышла снова в угнетающую тишину.