Удивительное тепло жизни

      Орион резко обернулся на звук. Кто-то оказался слишком настойчивым, чтобы прекращать. В голове всплыл страх того, что заметили пропажу Миры или их разговоры оказались слишком слышны. Вернув свой взгляд на напуганную подругу, он указал ей на место, которое будет скрыто открывшейся дверью.       — Кто там? — подал голос принц.       — Братья Кростовы, — раздался тихий шёпот.       Парень открыл дверь, за которой увидел слуг в их публичном обличии.       — Почему вы в них?       — Мы услышали, как вы с кем-то разговаривали, поэтому решили перестраховаться, — начал Томас, — но мы здесь не для этого.       — Король потребовал вас сейчас, —дополнил слова брата Эдгар.       — И оно не может подождать до утра? Полночь ведь.       — Срочно.       — Очень, — ещё тише произнес Эдгар.       — Да вы издеваетесь все, — сквозь зубы проговорил Орион.       Принц пригладил упавшие на лицо волосы.       — Тогда идёмте скорее.       — А человек, с которым вы говорили?       — Подождёт здесь.       «Её слуги могли уже проснуться от возникшей суеты в коридоре. Они могут пойти проверять, всё ли в порядке».              — Скажите, только честно. Я ведь могу вам доверять?       Братья в который раз повернули головы друг на друга.       — Вполне, если это не связано с законами.       Бровь Риона вопросительно приподнялась.       — В общем…       Парень чуть прикрыл дверь, чтобы встретиться с Мирой глазами, и, качнув головой, попросил её выйти.       — Вы её здесь не видели, а моих разговоров не слышали, — его голос едва можно было услышать.       Кростовы слегка повернули голову, чтобы увидеть девочку позади принца.       — И-интересно, — на лице Эдгара расплылась ухмылка, заметная даже под капюшоном.       — Очень, — то же произошло и с его братом.       —Так, — строже, но не громче упрекнул их Орион, — мне требовалось лишь сообщить ей некоторую информацию.       — Да-да.       Медленно закрыв дверь, они выдвинулись к выходу, по пути заведя Мирабель в комнату. Не сказав ни слова, мужчинв продолжили свой путь. И лишь когда они оказались практически у входа в комнату короля, Орион всё же решился задать волнующий его вопрос:       — Так что с ним произошло? К чему такая срочность?       — Нам самим не сообщили об этом. Пришёл слуга Кристиана и сообщил о срочном вызове Риона. Вот, собственно, ведём вас.       Впервые в комнате отца Орион оказался именно в этот день. Она считалась секретной. Комната, конечно, пыхала богатством и просторностью, но не более. Мачеха сидела рядом с Ричардом и поглаживала мужа по руке, что-то приговаривая.       — Извините, вы, кажется, хотели меня видеть?       — Давно ты ко мне на вы обращаешься в безлюдном месте? Давай-ка обратно.       — Прости. Мне сообщили, что дело срочное.       — Именно. Дорогая, — обратился он к жене, — не могла бы ты оставить нас наедине?       Даяна кивнула, переведя взгляд недоверчивый взгляд на Риона, и вышла из комнаты. Мужчинам стало легче дышать. Как только дверь закрылась с другой стороны, Кристиан начал:       — Слава святым, она вышла.       Орион не постеснялся показать своё удивление. Сейчас нужно было быть с ним как только возможно честным и искренним.       — Ты не пойми меня неправильно. Со мной случился небольшой удар, но он не такой, чтобы потерять сознание. А она считает, что теперь мне требуется лежать, есть, спать и так по кругу, словно я какой-то неполноценный. Хотя это не так. Но это не отменяет срочности. Ты, конечно же, помнишь о моей ноге?       Кивок.       — И сейчас эта болезнь у меня проявляется и на второй ноге. Ты не подумай, что я уже завтра перестану существовать, но мое положение медленно и успешно падает. Понимаешь, к чему клоню?       — Честно, не особо.       Орион всё прекрасно понимал.       — Свадьба, Рион, свадьба. Она не обязательна, а вот венчание и вступление на престол очень даже обязательно.       Принц замер в ожидании его следующих слов, но вне зависимости от них, Орион уже подготовил ответ.       — В восемнадцать ты станешь королём, даже если я буду ещё жив.       — А Глафира?       — Глупый вопрос, Орион. Она будет твоей королевой.       — Нет, отец, не будет.       Кристиан приподнялся на локтях и опёрся на один из них.       — С ней что-то произошло?       — Со мной что-то произошло. Я не хочу править с ней.       — Ну, мало ли что ты не хочешь.       — Согласен, но понимаешь ли? Она стала слишком заносчивой и несерьезной.       Врать Орион не умел и отец это знал.       — Ты же сказал, что с тобой что-то произошло, а не с ней, — отец прищурил глаза.       — Да, мне так кажется. Но вообще есть ещё одна причина.       — Дай угадаю. Не любишь её?       — Да, отец, не люблю и не любил никогда.       — А кого тогда любишь?       Принц замялся перед своим ответом, пытаясь понять, безопасно ли это.       — Не бойся ты так, или хочешь, чтобы я сам догадался? У меня времени предостаточно.       — Сомневаюсь, что ты угадаешь.       — Пф-ф, ты меня недооцениваешь. Компаньонка?       «И впрямь недооценивал».       Орион не знал, как скрыть своё удивление и стыд. Он боялся возможного наказания. Каждое неверное движение могло привести к краху доверия.       — Должно быть, ты ждёшь от меня пояснений или гнева, но для второго я сегодня не настроен, а для первого — очень даже. Ты, скорее всего, думаешь, что у меня плохая память, но я помню, как пришёл к тебе домой пять лет назад. В тот день мой гнев не знал границ и, возможно, напугал вас всех, — мужчина негромко засмеялся. — У меня не было этого в планах, но незадолго до моего визита врач сообщил о моём заболевании и его исходе. Преемник у меня не готов, здоровье ухудшается, война приближается, а дочери слишком малы и глупы. Только представь все мои эмоции. Про ту девочку я забыл так же, как и встретил, не придав ей большого значения. После настал день твоего отъезда сюда и мне братья Кростовы сообщили о какой-то девочке, прибежавшей из соседнего дома. Думал: ладно, уже это всё не важно. Пришёл день выбора компаньонок, и те воспоминания сами по себе всплыли у меня в голове. Ты правда думал, что Мирабель попала к тебе только из-за того, что она не на ту половину пошла? Она совсем не изменилась внешне за столько лет.       Принц слушал отца как заколдованный, поглощая каждое слово.       — На самом деле мне хотелось бы увидеть твою реакцию на это, а после и на результат опроса. Сначала я подумал, что ты растерял к ней интерес, когда встретил девочку в стенах этого замка, но после семейного собрания, на котором ты выбрал её в компаньонки… Знаешь, у меня отпали все сомнения. Ты ведь наверняка так и не задал ей обговоренные вопросы?       Щёки парня наливались, как яблоки под конец осени.       — Но я не был против неё. Она выглядит умной и начитанной девочкой. Хотя, казалось бы, незатейливая девушка из деревни. Мало кто мог бы понять, почему твой выбор пал на неё, а не на принцессу, — отец почесал подбородок, словно обдумывая свои же слова. — Так ты её любишь?       — Отец, я…       — Хватит с меня недомолвок и вранья. Я хочу знать всю правду, особенно с твоей стороны. Ты будущий король и должен иметь стержень внутри себя. Как видишь, я сегодня разговорчив, поэтому хватит быть размазнёй и говори как есть.       — Да, ты был прав во всём. И знаю, что произошла ошибка с Глафирой. Я был слишком зол на тебя тогда. Я хочу… точнее, мне бы хотелось, чтобы Мирабель стала моей женой.       — Но ты ведь знаешь, что это невозможно и приведёт к войне.       — Ты ведь тоже любил простую девушку. Почему нельзя сейчас произвести те же действия?       — Но исход был ужасен, и я не хочу, чтобы ты пошел по моим стопам, — голос короля слегка задрожал.       — В этот раз будет по-другому.       — В нашем случае ещё грозит война, и её избежать мы не сможем. Уверен ли ты, что она того стоит?       — А как бы ты ответил на этот же вопрос? Стоила ли Кейт всего того, что после произошло?       — Да, — ответил Кристиан без промедлений, — как ни крути, благодаря ей у меня есть ты.       — Ты же её любил, и любил искренне. Пошёл на все для того, чтобы она была с тобой. Так и я такой же.       Глаза отца наполнились болью.       — И это плохо. Твоя жизнь не будет длинной.       — Зато будет счастливой. Я не желаю жить более пятидесяти лет с нелюбимым человеком. Не думаю, что сейчас ты рад своей судьбе.       Кристиан учащенно заморгал, будто борясь с подступившими слезами. Недолго помолчав, он продолжил говорить:       — Значит, ты хочешь, чтобы я сделал Мирабель более знатной личностью, прогнал Глафиру, обвенчал вас и отдал единственного сына на войну?       Утвердительный ответ прозвучал моментально. Отец вновь замолчал, окунувшись в размышления.       — Тогда в течении месяца документы будут готовы, а перед этой разговорчивой Глафирой объясняться будешь сам. Я не полезу в это.       Орион бросился к Кристиану в объятья, чуть ли не закричав от радости. На эти звуки пришла Даяна.       — Что у вас…? Орион! Не бросайся на отца, ему нужен постельный режим!       До принца лишь мимолётно долетели фразы мачехи, да и вес они никакой для него не имели. Парень поцеловал крупное кольцо на руке Ричарда, после чего мужчина крепко схватил сына за плечи, обращая свой взгляд в его глаза.       — Будь счастлив, сын мой, — отец поцеловал Риона в лоб. — Но правила остаются те же. На протяжении двух лет вы не сможете обниматься и всё в этом приятном духе. Её будут контролировать, даже ночью. Переселять не будут, так как должность её не изменится для жителей замка до вашей помолвки. Понял меня?       Орион активно закивал.       — Конечно, папа, конечно. Спасибо тебе!       Кристиан слегка опешил после второго слова — ранее Рион так к нему не обращался. Даяна всё ещё стояла, мало что понимая.       Выскочив наружу, принц немного задержался у дверей в надежде подслушать разговор правителей, после чего быстро направился обратно к себе. Братья пытались разузнать от Ориона хоть что-то. Они выспрашивали, чему он был так рад, но принцу не хотелось рассказывать им именно сегодня. Завтра.       Как только Кростовы скрылись в своей комнате, Орион уже по привычке подошёл к нужной двери. Но только он приблизился, как она распахнулась. Мирабель не ожидала увидеть принца здесь, поэтому они чуть не столкнулись.       — Я согласна, — едва слышно прошептала она.       Улыбка вновь озарила лицо парня. Лишь когда они оказались в комнате Ориона, тот смог всё рассказать. Казалось, будто принц запомнил каждое слово из диалога с отцом.       — То есть… я… мы...       — Да, абсолютно точно.       Глаза Мирабель озарились новым потоком света. Если бы взгляд Ориона безотрывно был направлен в глаза подруги, то тот застрял бы в рассвете. Они молчали, но тишина не была неловкой. Наоборот, пара наслаждалась лишь своим присутствием. Между ними больше не было преград, кроме стражи на ближайшие два года.       — О чём говорили твои родители, когда ты задержался у их двери?       — Даяна бросилась на него с вопросами. Отец тихо проговорил несколько фраз, после чего она завопила: «Подвергаешь страну войне только ради сынишки?».       — А король что?       — Он согласился с её словами, пояснив, что шаг ответственный, но он верит, что сможет договориться.       Мира вновь застыла, улыбаясь. Но ненадолго. Она бросилась на Риона, обхватив его как можно крепче руками и ногами. Она то смотрела ему в глаза, то возвращалась в объятья.       — Я не могу поверить, Ри, — произнесла она восхищенным шёпотом.       — Я и сам не могу, — прошептал принц, зарываясь носом в её волосы, — не могу.