Как братья Пак стали убийцами

Тэмин стоял перед зеркалом, тщательно осматривая себя. Он выбрал одежду, которая была одновременно красивой и удобной — идеально подходящей для сегодняшнего дня, когда он собирался встретиться с Хосоком и провести время с ним и его сестрой Лейси. Последние недели они с Хосоком стали гораздо ближе, проводя вечера вместе, гуляя по городу, выходя на пляж, а Лейси даже устроила для них фотосессию, что стало прекрасным воспоминанием для всех троих. Теперь у Тэмина было больше свободного времени, чтобы проводить его с Хосоком, так как он — передал рецепт Намджуну. Тэмин закончил свою подготовку, выбрал последний акцент в своем образе и направился к двери. Как только он открыл ее, на пороге появился Ноа. Он посмотрел на Тэмина и с улыбкой спросил: — Ты куда-то идёшь? — Да, по делам, — ответил Тэмин, не скрывая намерения. Ноа нахмурился, его взгляд стал более настороженным: — Тебе что, жить негде? Почему ты ещё в штабе? Ты можешь жить где хочешь, как твой брат. Тэмин улыбнулся и, в свою очередь, ответил: — Да нет, мне так удобно. Зачем мне платить за квартиру, если есть штаб? Да и тренировки у меня по утрам с остальными ребятами. Почему бы и нет? Ноа, не стал спорить. Он лишь кивнул, а Тэмин, не задерживаясь, прошел мимо. Тэмин направился к выходу и, немного задумавшись, взял своё оружие, проверив его, как обычно. Лин стоял у дверей и спросил: — Ты сегодня вернёшься или как? — Не знаю, — ответил Тэмин, — если что, у меня есть деньги, могу где-то переночевать. Лин немного улыбнулся, добавив: — Так штаб открыт 24 на 7. — Всё, я поехал, — с этим Тэмин повернулся и вышел из здания. В его глазах была решимость, и настроение было легким. Он быстро подошел к своему мотоциклу и, взяв шлем, завел его двигатель. Взлетев с места, он направился в сторону парикмахерской, решив немного подровнять волосы, чтобы выглядеть идеально для встречи. В парикмахерской мастер аккуратно подровнял кончики, устранив ненужную длину, и Тэмин, удовлетворённый результатом, вскоре покинул салон. Он не терял времени и направился прямо к дому Хосока, мысленно предвкушая предстоящий вечер. Тэмин стоял у двери и слегка нервничал. Он прижал палец к кнопке звонка, и его сердце заколотилось сильнее обычного. Каждое биение отзывалось в груди, как будто оно пыталось выбраться наружу. Он быстро выдохнул, стараясь не выдать себя. Его феромоны немного поднимались, и он знал, что должен держать себя в руках, чтобы не выдать свою нервозность. Вдохнув глубже, Тэмин постарался успокоиться, но когда дверь открылась, и на пороге появился Хосок, его сердце снова бешено забилось. Хосок стоял перед ним, с доброй улыбкой на лице. На мгновение Тэмин замер, встречаясь с его взглядом. Это было как будто мгновение вечности — его глаза скользнули по лицу Хосока, а мысли замерли. Быстро скрыв растерянность, он чуть улыбнулся и обнял его. Тэмин постарался контролировать свои эмоции и феромоны, не давая им захлестнуть его. Хосок с радостью ответил на объятия, чувствуя тепло и спокойствие, исходящее от Тэмина. — Заходи, — сказал Хосок, пригласив Тэмина в дом. Его голос был мягким, тоном чуть приглушённым, но искренним. Тэмин вошел и уже в коридоре почувствовал, как на его лице расплывается улыбка. Он знал, что это будет хорошая ночь. Вместе с Хосоком они направились в гостиную. Там, сидя на диване, с пучком на голове и перепачканными вареньем штанами, сидела Лейси. Она взглянула на Тэмина, улыбнулась и, подмигнув, похлопала по свободному месту рядом с собой. — Садись сюда, — сказала Лейси, явно довольная визитом Тэмина. Ее голос был игривым, с легкой ноткой веселья. Хосок, не зная, что сказать, подошел к дивану и сел рядом с сестрой. Но Лейси, поджав ноги, спихнула его с места и заявила: — Это место Тэмина. Хосок возмутился и поднял брови: — Эй, я твой брат вообще-то! Почему ты меня с места толкула? — Потому что это место для Тэмина, — ответила она, хихикая. Хосок рассмеялся, но все же уступил. Он сел на свободное место рядом с Тэмином, но взгляд его был полон недовольства. Он в очередной раз покосился на сестру, но в конце концов улыбнулся. Игра началась. Кион, разделен на три фазы: Инь, Янь и Куон. Каждая фаза дополняла историю, и только пройдя все три, можно было полностью понять весь сюжет. Игра была хоррором, а они играли в нее ночью. Во время игры Тэмин несколько раз случайно касался Хосока. То по плечу похлопает, то волосы с глаз аккуратно поправит. Его сердце бешено стучало в груди, каждый взгляд на Хосока давал о себе знать, заставляя его чувствовать себя неуютно и в то же время будто окрыленным. Секунды тянулись, когда он только мельком смотрел на Хосока, чувствуя его присутствие рядом. В какой-то момент Хосок повернулся и поймал его взгляд. Его глаза слегка сузились, а на лице появилось недоумение: — Что такое? У меня что-то на лице? — спросил он, внимательно вглядываясь в лицо Тэмина. Тэмин моментально почувствовал, как его лицо заливается краской. Он постарался скрыть свои чувства и быстро отмахнулся: — Да нет, тебе показалось. Я просто не на тебя смотрел. Он сделал вид, что все в порядке, но сердце продолжало стучать в груди, и он едва сдерживал напряжение. Лейси сидела в позе лотоса на диване, ее лицо было спокойным, а руки сложены в удобные ладони на коленях. Прямо перед ней стояло ведро с попкорном, и она с наслаждением поедала его, наслаждаясь моментом. Но внезапно, из-за испуга, она не удержала равновесие и перевернула ведро. Сначала она не поняла, что произошло, но затем, увидела, как попкорн рассыпается прямо на Хосока, который сидел на полу, сосредоточенно играя. Ведро с громким звуком перевернулось, и в один момент Хосок был покрыт целой горой попкорна. — Твою мать, Лейси! — выкрикнул Хосок, вскакивая на ноги и пытаясь стряхнуть с себя попкорн. Лейси сдерживалась, чтобы не рассмеяться, она быстро встала с дивана и, заметив, что все смотрят на нее, мгновенно включила свет. Тэмин мгновенно поставил игру на паузу, его взгляд скользнул по беспорядку, который только что создала Лейси. Он хотел что-то сказать, но в этот момент Хосок направился за веником, его лицо выражало недовольство. — Я всё уберу! — буркнул Хосок, вставая и направляясь к кухне. Лейси повернулась к Тэмину, и ее взгляд был неожиданно серьезным. Она с легкой улыбкой, но в то же время с прямотой, спросила: — Тебе нравится мой брат не просто как друг, да? Тэмин застыл, его сердце резко заколотилось. Этот вопрос застал его врасплох. Он мгновенно посмотрел на Лейси, но не мог выдавить ни слова. Его лицо стало красным, и он заикался, пытаясь придумать что-то, что могло бы оправдать ситуацию. — Н-нет, это… не так, — произнес он, махая руками, словно пытаясь разогнать свои мысли, но это только усложняло его попытки. Он чувствовал, как его дыхание стало немного учащенным, как будто воздух внезапно стал слишком густым. Лейси лишь пожала плечами, без особого выражения на лице. Ее голос был спокойным и беспристрастным: — Он за правильные отношения, бета/бета, альфа/омега. И мои родители как и Хосок не знают, что я би. Тэмин тяжело вздохнул, и это ощущение сразу привело его в замешательство. Казалось, что воздух сдавливает его грудь, а тяжесть на сердце становилась почти невыносимой. Он чувствовал, как его дыхание начинает сбиваться, а его эмоции почти вырываются наружу. Лейси, заметив его беспокойство, мягко подала ему банку колы, с легкой улыбкой на лице. Тэмин взял её, но он не мог избавиться от чувства страха, которое всё сильнее охватывало его. Он нервно потер лоб, пытаясь собраться. — Осторожнее, — сказала Лейси, её тон был теперь немного серьезным. — Он может ударить за такое, если что. Так что будь внимателен. С этими словами она развернулась и направилась в свою комнату, оставляя Тэмина в полной растерянности. Он сидел, сжимая банку в руках, и чувствовал, как его сердце колотится. Его тело было напряжено, а дыхание прерывистым. Все мысли смешались в голове, и он едва удерживал слезы, которые поднимались из-за того, что в голове всё оказалось таким запутанным. Лейси исчезла в своей комнате, а Тэмин остался сидеть на месте, почти теряя контроль над собой. Он чувствовал, как слезы подступают, но сдерживал их, стараясь не показать это. — Что, сестра отказала встречаться, ха-ха. Хосока улыбка была такой искренней и теплой, что Тэмин на мгновение почувствовал, как его сердце сжалось. Он улыбнулся в ответ, но в его душе было пусто. Он всё равно чувствовал, как тянет к Хосоку, но понимал, что все это слишком сложно. Когда Хосок выключил свет, игра продолжилась в тишине, а напряжение постепенно стихало. Тэмин наблюдал за ним, стараясь не показать своих переживаний. Игра завершилась, ведь Хосок уснул, его лицо стало мягким и невинным, с которым Тэмин общался весь вечер. Тэмин не мог отвести взгляд от спящего Хосока. Он почувствовал, как в его груди учащается дыхание. Он подошел к дивану, возле которого спал Хосок, и, несмотря на свое желание просто остаться рядом, аккуратно накрыл его пледом. Но в какой-то момент его мысли охватили желание сделать больше. Он не мог просто оставить его так. Он осторожно взял Хосока на руки, перенес его на диван и аккуратно поправил подушку под его голову. Тэмин замер, его сердце бешено билось, и это ощущение тревоги и желания было настолько сильным, что казалось, его грудная клетка вот-вот треснет. Он смотрел на Хосока, его взгляд был полон нежности, и Тэмин едва сдерживался, чтобы не поцеловать его. Он был так близко, но понимал, что не может сделать этот шаг. Он чувствовал, как его внутренний мир колеблется, как что-то сильное тянет его к этому человеку, но он сдержался. В этот момент Лейси подошла к Тэмину и, похлопав его по плечу, спросила с легким оттенком насмешки: — Ты уверен, что он тебе не нравится? Тэмин резко обернулся, его сердце чуть не выскочило из груди от страха. Неожиданно прикосновение Лейси заставило его дернуться, и он поспешно отступил назад, его щеки покраснели от смущения. — Что ты… — его слова едва вырвались, и Тэмин почувствовал, как паника начала подниматься внутри него. Лейси же только улыбалась, явно наслаждаясь ситуацией. Тэмин быстро покинул дом, не говоря ни слова, оставив Лейси за спиной. Её смех эхом раздавался в ушах, но он не осмелился оглянуться. Тэмин прошел мимо своего мотоцикла, не обратив внимания на шум ночного города, который продолжал жить своей жизнью. Сев на мотоцикл, он завел двигатель, и резкий звук выхлопа прорезал тишину. Тэмин не заметил, как быстро он оказался в клубе. Он припарковал мотоцикл возле входа и пошел внутрь, где царила непринужденная атмосфера. Свет тусклый, музыка гремела, а люди весело общались, будто забыв о проблемах. Тэмин подошел к бару и заказал несколько крепких напитков, надеясь, что это поможет ему немного забыться. Бармен, заметив его напряженный взгляд и усталое лицо, с любопытством спросил: — Что случилось? Ты сегодня не в своем репертуаре. Тэмин улыбнулся, но эта улыбка была слабой и неискренней. Он сделал глоток и откинул голову назад. — Ой, лучше не спрашивай, — сказал он, немного заикаясь. — Всё нормально, просто… день не из лучших. Бармен кивнул, понимая, что это не тот разговор, который стоит продолжать, и вернулся к своей работе. Тэмин снова сделал несколько глотков из стакана, ощущая, как алкоголь постепенно начинает расслаблять его. Но это не помогало унять все, что творилось в его голове. Когда он почувствовал, что уже достаточно выпил, чтобы хоть немного отстраниться от всего, он встал и направился к выходу. Взяв ключи от своего мотоцикла, Тэмин шагал по коридору клуба, его шаги становились всё более уверенными. Он вышел на улицу, на ночной воздух, и сел обратно на мотоцикл. Двигатель снова рыкнул, и Тэмин встал на своих двоих, направив мотоцикл в сторону штаба. Путь был знакомым, но в этот раз его мысли были далеки от того, чтобы насладиться спокойной ездой. Он только думал о том, как избавиться от того давления, которое ощущал в груди. Почти не замечая времени, он добрался до штаба, остановил мотоцикл, выключил двигатель и, не задерживаясь, пошел внутрь.

***

Юнги проснулся с тяжёлым чувством раздражения, которое тут же переросло в глухую ярость. Голова гудела, мысли путались, а внутри всё кипело от злости. Вчерашняя встреча с шишками штата оставила глубокий след — мерзкое послевкусие угроз и давления. Они были недовольны. Недовольны новым детективом, слишком любопытным для их вкуса. Они требовали от Юнги избавиться от него или, по крайней мере, заставить его не совать нос в их дела. Их слова прозвучали как приказ, и, что ещё хуже, в воздухе явственно витала угроза. Они даже осмелились намекнуть на его сестру. Не прямо, конечно. Но Юнги понял всё без слов. Грудь сжалась от ярости. Он резко поднялся с кровати, подошёл к стене и со всей силы ударил по ней кулаком. Боль пронзила руку, костяшки побелели, и на коже выступила капля крови, но ему было плевать. Боль не заглушала гнев — лишь делала его ещё отчётливее. Губы Юнги скривились в злобной усмешке. Если они думают, что смогут сломить его, то глубоко ошибаются. Если они посмеют тронуть тех, кто ему дорог, он разорвёт их. Юнги глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Он быстро собрался, натянул рубашку, застегнул пиджак и направился на работу. Как только он вошёл в здание, Чимин бросил на него злой взгляд. Глаза детектива полыхали раздражением, и, проходя мимо, он даже не удостоил Юнги ни словом, ни лишним жестом. Юнги чуть прищурился, следя за ним. Что-то случилось? Или это просто последствия усталости? Но он не успел спросить. Чимин уже ушёл. Стиснув зубы, Юнги направился в свой кабинет и с силой захлопнул дверь. — Элин! — рявкнул он, даже не глядя в сторону двери. Через несколько секунд в кабинет вошла девушка с аккуратно собранными волосами и бесстрастным выражением лица. — Следи за Чимином, — приказал он, не поднимая взгляда от стола. Элин не удивилась. Она лишь кивнула, принимая приказ к исполнению, и вышла. Юнги устало провёл рукой по лицу и глубоко вдохнул. В голове всё ещё звучали вчерашние слова тех ублюдков, но сейчас у него не было времени на эмоции. Он открыл папку с отчётами, пробежался по списку дел, проверил, что уже готово. Но даже сквозь работу ярость не утихала. Юнги бросил взгляд на телефон, когда экран вспыхнул от входящего сообщения. Он не ожидал ничего важного, но, увидев текст, замер. «Если не хочешь, чтобы твои родители так и затухли в тюрьме, делай то, что должен.» Холодок пробежал по его спине. Глаза сузились, а пальцы сжали телефон так сильно, что пластик корпуса слегка скрипнул. Он чувствовал, как внутри поднимается ярость — тёмная, удушающая, почти неуправляемая. Если бы его родители были на свободе, никто бы не смел ему угрожать. Всё было бы по-другому. Юнги медленно вдохнул, стараясь взять себя в руки. Потом выдохнул, разжав пальцы, и быстро набрал ответ. «Хорошо.» Юнги уже практически погрузился в работу, когда внезапно кабинет потряс резкий звук — будто что-то громко хлопнуло или упало. Он резко обернулся, тело мгновенно напряглось. Шум доносился за дверью, Юнги нахмурился, бросил папку на стол и быстрым шагом направился к выходу. Когда он вышел из кабинета, его взгляд тут же зацепился за Чимина. Тот как раз вернулся с перерыва, неся в руках стакан кофе. Чимин выглядел раздражённым, но, заметив Юнги, его выражение лица стало ещё более напряжённым. Юнги направился прямо к нему, намереваясь поговорить, но не успел сказать и слова, как вдруг почувствовал резкое тепло на своих штанах. Горячее. Он опустил взгляд вниз — по ткани его брюк растекалось коричневое пятно. Чимин застыл на месте, широко распахнув глаза. — Чёрт, — выдохнул он, моментально сообразив, что случилось. Юнги медленно поднял голову, встречаясь с его встревоженным взглядом. — Прости, — быстро сказал Чимин и тут же наклонился, доставая из кармана платок. — Давай, я вытру… Чимин осторожно коснулся штанов Юнги, пытаясь убрать пятно. Юнги замер. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но этого оказалось достаточно, чтобы его сердце начало биться быстрее. Он не понимал, что именно вызвало такую реакцию — внезапный контакт или само присутствие Чимина так близко. Горячий кофе уже не казался главной проблемой. — Хватит, — резко сказал он, отпихивая руки Чимина. Тот удивлённо моргнул, но отстранился. — Эм… ладно, извини, — пробормотал Чимин, делая шаг назад. Юнги не сказал больше ни слова. Развернувшись, он быстрым шагом направился обратно в кабинет, чувствуя, как внутри нарастает странное напряжение. Закрыв за собой дверь, он глубоко вдохнул и медленно приложил ладонь к груди, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. «Что за чёрт?» Юнги сидел за столом, но мысли его путались. Он смотрел в документы, но видел перед собой не цифры и отчёты, а недавний момент — тепло рук Чимина, его удивлённый взгляд, мягкое прикосновение платка к ткани. Раздражённо вздохнув, он поднял голову и скользнул взглядом через стекло. Чимин сидел за своим столом в углу комнаты, опустив голову и сосредоточенно изучая что-то в своём ноутбуке. Юнги невольно задержал на нём взгляд. Он пытался понять, почему это его так задело. Почему простая случайность вызвала в нём такую бурю эмоций? Он едва заметил, как Чимин поднялся, быстро собрал бумаги и вышел за дверь. Время шло, но Чимин так и не вернулся. Юнги снова взглянул на стекло, но его место было пустым. Лёгкое беспокойство закралось внутрь. Неосознанно постукивая пальцами по столу, он в конце концов позвал Элин. — Куда пропал Чимин? — спросил он, стараясь сделать голос ровным. Девушка, скользнув взглядом по нему, пожала плечами. — Он пошёл на обед, а потом должен поехать на место преступления. Юнги коротко кивнул. Как только Элин вышла, он с силой опустился в кресло, чувствуя, как внутри поселилось странное разочарование. Юнги молча просматривал последние документы, проверяя цифры и подписи. Взгляд его невольно метнулся к часам на стене — наконец-то, он мог идти домой. Собрав бумаги в аккуратную стопку, он встал, накинул пиджак и схватил ключи. На улице воздух был прохладным, но приятным после духоты офиса. Подойдя к парковке, он заметил Элин и махнул ей. — Почему Чимин всё ещё на работе? — спросил он, мельком взглянув в сторону здания. Элин взглянула на освещённые окна и ответила: — Том попросил его подменить на ночной смене. Чимин согласился. Юнги тихо выдохнул, но не сказал больше ни слова. Он пошёл к машине, открыл дверь и сел за руль. Но прежде чем завести двигатель, снова посмотрел на здание. В одном из окон горел свет. Там сейчас сидел Чимин. Юнги задержал взгляд, ощущая странное, почти незаметное напряжение внутри. Но затем глубоко вздохнул, отвернулся и завёл машину. Дорога домой прошла на автопилоте. Он припарковался, вышел из машины и направился к входу. Как только он вошёл в дом и включил свет, взгляд его тут же зацепился за что-то на кухонном столе. Семейное фото. Простреленное. Юнги застыл. На снимке были он, Динья, их мать и отец. Но теперь лица их пересекали рваные следы от пуль. Его пальцы непроизвольно сжались в кулак. Кровь в жилах похолодела.