Юдоль скорби

— Значит, если я буду эту хрень колоть ещё четыре дня, ты меня никуда больше не потащишь? — вздохнул Каваки, дочитав инструкцию к шприц-ручкам. — Вроде того, — не вдаваясь в суть вопроса, бросил я. Большую часть моего внимания занимало происходящее на экране приставки. — Хотя, если подумать… что ты имеешь в виду — никуда не потащу? — Ко всяким мутным типам, чтобы они меня «вылечили». — Мне показалось, что мы уже закрыли эту тему, — я поставил игру на паузу и откинул приставку рядом с собой, на постель. — Да нет, давай ещё к Ивабе сходим. Он ведь тоже в медицинские ниндзюцу может, — Каваки подъехал на компьютерном стуле к кровати и подобрал приставку. Потом, судя по тому, на какие кнопки он нажимал, убрал игру с паузы и продолжил вместо меня. — Ты думаешь, он уже настолько продвинулся? — я похлопал глазами. — Это был сарказм, кретин. Ты что, читеришь? — видимо, он взглянул на уровень персонажа. — Было дело, — я ещё немного полюбовался тем, как он играет, затем встал с кровати и подошёл к окну, окинул взглядом ночную улицу, снова смотрел на Каваки. — Но мне доходчиво объяснили, почему так делать не стоит. Просто долго уже за этого перса играю. — Занятно… — он выключил приставку и кинул её примерно туда же, откуда и взял. Я повернулся обратно к окну. — Луна сегодня красивая, даттебаса, — на этот раз я решил первым выразить свои чувства. Пускай эту фразу традиционно говорят при признании, в самый первый раз — такого шанса у нас не было. Тем более, открывающийся взору вид определённо стоил того, чтобы на него взглянуть: ни облачка, только полумесяц и звёзды. Последние так вообще стали зрелищем редким — обычно их гасили огни окон и вывесок из новых районов Конохи, поэтому именно эта ночь показалась мне особенной, а момент — подходящим. — М? Такая же, как и обычно, — заключил он. — Ты безнадёжен… — я разочарованно вздохнул. — Каваки, я ведь совсем не о луне сейчас говорил. — Да ну? — он ухмыльнулся. — «Луна сегодня красивая» — твои же слова, кретин. — Обязательно спроси у кого-нибудь на досуге, что они значат. Только не говори, что это я тебе сказал, — я похлопал Каваки по плечу. — А у самого что, языка нет? — он схватил меня за запястье, притянул моё лицо поближе к своему и начал целовать. Я не стал отстраняться — всё равно время было позднее, вряд ли бы нас кто-нибудь прервал… хотя бы во время такого невинного действа. Его язык коснулся моего, и, ещё раз чмокнув меня в губы, Каваки отодвинулся. — Вроде, на месте. Так почему не скажешь? — Серьёзно? Ты только ради этого… — буду честен: я ожидал продолжения, и явно не в виде подобного вопроса; отвечать не хотелось уже из принципа. — Ага, — он едва заметно улыбнулся. — Давай потом это обсудим. Знаешь, уже так поздно, все давно спят, — я пытался плавно подвести Каваки к той же мысли, что посетила меня. — Так ты тихо скажи. Я приблизился к его уху. Уверен, он ожидал услышать мой шёпот, но вместо этого я небольно укусил его за хрящ, а потом там же лизнул. — Неа. Пока не ответишь — ничего не будет, — отрезал Каваки. Я непонимающе на него уставился. — Думал, я не замечу? — он кинул быстрый взгляд на мой пах, а потом снова посмотрел прямо в глаза. Хитрец решил использовать мой же приём против меня. Я мысленно пожелал ему удачи, потому что был убеждён — моя выдержка в этом плане сильнее таковой у него. По крайней мере, ровно до того момента, пока всё не заходит слишком далеко — потом я будто перестаю собой владеть, теряясь в ощущениях. А вот Каваки, кажется, всегда оставался собранным до последнего; он же и приводил меня в чувства при необходимости. Но я знал: в этот раз всё будет иначе — об этом говорила фраза «повышение либидо» в возможных побочных эффектах от лекарства Амадо. Прямо как чит-код в игре, она открывала для меня новые возможности, которых сам бы я вряд ли добился. — Как хочешь, — я пожал плечами и плюхнулся на кровать, располагающуюся позади меня. — Я не настаиваю. На лице Каваки сначала промелькнуло удивление, потом злость, затем показалась самодовольная улыбка. Он встал со стула и подошёл к двери. — Пойду-ка я спать. Сладких снов, кретин.