Утоли свой интерес

— До начало учёбы осталось всего несколько дней, а мы так никуда и не сходили, — за дверью ванной послышался шутливо обиженный голос Антона. Да что ж это такое. Проснуться ещё не успел нормально, а от тебя уже что-то хотят. Арсу после пробуждения нужно как минимум полчаса, чтобы прийти в себя. А этот словно из кровати выпрыгивает и уже готов покорять мир. Если так будет продолжаться, то может проще обратно уехать. Дома и то было поспокойнее. От налаживания контакта с соседом было не отвертеться, так что из ванны в итоге пришлось выйти. — Ты всегда столько время на умывания тратишь? Не буду сравнивать с девчонкой, это даже не смешно, но если да, то видимо надо задружиться с соседями, чтобы я к ним по-маленькому бегал, если что. А то мне как приспичит, а терпеть я не могу. Арс пропускал это мимо ушей, думая лишь о том, есть ли у него силы куда-то идти. Про желания можно не думать, их словно нет в принципе. Хотя может желание побыть в тишине? Нет, это скорее потребность. Но не всегда всё случается, как мы хотим. — Так что идём гулять? — Дай немного в себя приду и можно сходить, — Арсений и сам в принципе думал как-нибудь окрестности поисследовать. Почему бы и не сегодня? Всё равно ведь не отвяжутся. — Ой, что-то я не подумал совсем. Тащу тебя так неожиданно, — Арсений уже было выдохнул, но не тут то было, — Ты ведь даже позавтракать не успел. Могу что-нибудь сварганить или зайдём на прогулке перекусить? Что за выбор без выбора? А если он есть вообще не хочет? Не надо тут варганить ничего. — Да я не голодный так то, вчера очень много съел. — О, я когда объедаюсь, на следующий день дико голодный просыпаюсь. Не знаю, как это работает. По идее наоборот должно быть. Может метаболизм такой, - Шаст пожал плечами. — Ну повезло, если так, - слышать такое не очень приятно, но ладно уже, - а у меня как будто ещё всё не переварилось, так что погнали. Меньше людей будет. Антона неожиданный энтузиазм, конечно, удивил, но вопросов, он решил не задавать, а то ещё настрой собьёт. А Арс только и рад был уйти от вопросов про еду, так что аж оживился и пошёл собираться. — Хорошо. Сейчас мимо универа пойдём и в парк. Я в интернете посмотрел, там смотровая площадка на Николаевской сопке, должно быть очень красиво. Для начала отлично, мне кажется. — Как скажешь. Погнали.

***

Вопреки ожиданиям, разговор во время прогулки складывался легко. С Антоном было просто. Его ничего не смущало, не волновало и не беспокоило. Арсений раньше не встречал таких открытых людей, как будто ему вообще нечего скрывать. Шаст готов был поделиться абсолютно всем, так как для него стыда словно не существовало. Арс сам не заметил, как влился и стал рассказывать про родной город, семью, детство. Самое важное он, конечно же, аккуратно обходил стороной, не вываливать ведь такое. На самом деле, он прям отстранился от своих проблем, словно забыл. На это время сложилось ощущение, что всё хорошо. Он даже не помнил, когда в последний раз его голова была свободна от мыслей о еде и худобе. А такого не было очень давно. Непривычно. И приятно. Разве такое вообще возможно? Арсений размышлял об этом, пока они, стоя бок о бок смотрели на открывающийся вид. Посмотреть действительно было на что. Ярко-зелёные холмы под практически безоблачным небом, которое отражалось в водной глади Енисея. И раскинувшийся, как на ладони, город. Так как было достаточно рано, людей действительно почти не было, и никто не мешал наслаждаться этой красотой. Стоя здесь он впервые понял, что у него получилось. Получилось сбежать и идти к своей мечте. Впереди ждало четыре насыщенных и интересных года. Впереди ждала целая жизнь. И перспективы. Быть может он всё-таки нашёл свой путь и своё место. Неужели это и есть желание жить. Может даже... может даже у него найдутся силы вылечиться. О таком он раньше не задумывался. В силах ли вообще дело или в желании. Арсений ведь даже не видел в этом проблемы, хотя пугали его предостаточно. Странно, даже Шаст притих. Может о своём будущем думает. Перед поступлением всегда волнительно. Новая глава жизни, новые люди и знания. И лучше бы он дальше просто стоял, но не тут то было. В то время как Арс старался разглядеть здания института и общежития, Антон скинул с плеча рюкзак и начал в нём активно копошиться. Арсений не обращал на это внимания, пока не услышал характерное шуршание упаковки. Тут он насторожился, повернул голову, и страх неотвратимо начал его захватывать, ведь он увидел протянутое ему. Спокойные размышления о жизни бросились в бега так, словно в этой голове они никогда и не должны были очутиться. По рецепторам резанул мерзкий запах дешевого ванильного ароматизатора. Песочное печенье. Шастун протягивал руку, продолжая глядеть в рюкзак: — Держи, я на двоих взял. У меня ещё и чай в термосе. Зелёный правда, но сладкий. Сейчас достану — Он потряс рукой, но не почувствовав какого-либо отклика посмотрел на застывшего соседа, — Если такой не любишь, я в следующий раз другой могу взять? Цвет чая Арса никогда не волновал, зато сахар, находящийся в нём, очень даже. Он не знал, что сказать. Хотя можно просто отказаться, сославшись на что угодно: на нелюбовь к сладостям, на сытость, на банальное нежелание. Но так сделал бы любой другой. А Попов привык, что его отказы люди не принимают, и начинают причитать о том, что так болезнь не отступит, что надо есть и далее по списку. Мозг яростно метался между тем, что надо быть обычным, ничем себя не выдавать и тем, что надо прятаться, бежать. Антон этот ступор не понял: — Ты чего? Всё в порядке? Может у тебя аллергия? Ты скажи просто. — Да…нет…да. Точнее не хочу, спасибо. Всё в порядке. Убери, пожалуйста, — последние слова звучали уже шепотом. — Ээ, ну хорошо, — Шастуна удивила смена настроения и он попытался разрядить обстановку, — На диете что ли? — и сделал всё только хуже. Лицо Арсения совсем побледнело, он замотал головой и отвернулся и пошёл вдоль ограждения. Всё снова перестало волновать: прекрасный вид, учёба, планы на будущее. Его словно окатили ледяной водой и сказали, вернуться в реальность. «Да что с тобой не так? Нельзя так реагировать. Не в первой же. Ты как псих, ненормальный! Тебе просто задали вопрос. Успокойся. Успокойся. Успокойся!» — Эй, что такое? — Антон в два своих огромных шага поравнялся с ним, — ты прости, если я сказал, что-то не то. Я просто ничего не понимаю. У него был такой грустный и виноватый голос, что Арсу стало его даже жалко, но после он загнался ещё сильнее. «Он ведь не виноват ни в чём, он просто ничего не знает, зачем ты пугаешь его». — Слушай, ты ничего не сделал, всё хорошо. У меня настроение просто пропало, бывает, — Арсений постарался выдавить улыбку. — Надеюсь. Ты говори, если что не так, а то я не знаю, может у тебя темы какие-то болезненные, а я ляпну глупость какую-нибудь. — Это в любом случае, не твоя ответственность. — И что? Я хочу, чтобы мы подружились и тебе комфортно было. Да и нам жить вместе. — Что ж, есть в этом какая-то логика. Прости. — Да за что. Обратно хочешь? — получив в ответ кивок, Антон лишь спросил, — В магаз зайдём? А то в холодильнике мышь повесилась. Боже, в этом мире как будто всё завязано на еде. Хотя ты что ли совсем забыл, куда поступил. И вообще, да, у тебя завязано. Так что Арсений лишь молча согласился и они стали спускаться.

***

— Это всё, что ты возьмёшь? — Шаст стоял с заполненной наполовину тележкой и с сомнением смотрела на обезжиренный творог и фрукты в чужих руках, — Не влом завтра снова за покупками переться? — Да у меня там ещё еда есть, всё норм. Пошли уже на кассу, я устал. Мало того, что идти до магазина было не близко, так они ещё бродили тут уже час, так как сосед похоже собирался закатить пир на весь мир. Или на крайняк на всю общагу. Видимо у него было намерение оставить здесь все деньги. — Ну что ты так смотришь? Я привык закупаться сразу всем, чтобы не бегать потом. Да и тут акций дофига. — Круто, конечно, но ты как это всё потащишь? — Часть в рюкзак, часть так. Проверенная схема. — Не ной потом, я помогать не стану. — Да чего мне ныть то. Да, да. Они и от магазина то отойти не успели, как у Антона уже всё валилось из рук, потому что «я не мажор пакеты покупать, это в руках донесу спокойно». Хотя, смотря на его покупки, можно реально подумать, что мажор. Нормальные студенты вообще мясо покупают? Или овощи. И речь не морковку, а про все по списку. Оливковое масло он вообще не понял, но с ним, как объяснили, всё вкуснее. Арсений вообще уже пару лекций прослушал про лучшие сочетания продуктов. Вот тебе и учёба началась. В итоге Арсу пришлось перехватить часть, чтобы спасти продукты от встречи с асфальтом. Правда у входа в общежитие появилась новая проблема: как достать ключи и открыть дверь, когда руки заняты. Но с горем пополам парни добрались наконец-то до комнаты, и Арсений, сгрузив продукты на стол, повалился на кровать: — Я всё. Меня не трогай. Умер. — А кто разбирать купленное будет? — Шаст смотрел на развалившееся нечто. — Явно не я. — Эх, ладно, тут всё равно почти всё моё. Забираю верхнюю полку холодильника. — Да хоть все. На часах было почти пять вечера. И так как Арс сегодня не ел и много ходил, усталость была предсказуема. Поесть действительно уже надо бы, хотя вставать лень. — Я сейчас готовить буду. Что думаешь о жареной картошке? С молоком. Я люблю и блюда посложнее делать, но сегодня ограничусь этим, хочется чего-то быстрого, голодный просто жесть. Арс думает, что даже видеть её не хочет, отгоняя мысли о том, что когда-то давно это было его любимое блюдо. Сейчас лишь упоминание вызывает отвращение. Жир, соль — кошмар наяву. Может молоко хоть обезжиренное, на крайний случай, однопроцентное. Хотя на что он вообще рассчитывает. — Спасибо, но я не буду. Своё поем. Шаст отвлекается от чистки картофеля и смотрит, изогнув бровь: — А что там едой назвать можно? Таким разве наесться возможно? На такие вопросы внутри сразу поднимается злость, но Арсений постарался ответить нормально: — Ты че пристал? Я ж тебя не трогаю, — не получилось. — Как грубо. Не хочешь, не ешь, — Антон нахмурился и продолжил свою готовку. Вышло действительно грубо. Злость как быстро пришла, также быстро и ушла, отдав своё место вине. Опять. — Блин, прости. Я устал, наверное. Спасибо, что предложил. Что-то я сегодня не очень приятный человек. Не только сегодня, подсказывало что-то внутри. — Да ладно, я тебя реально сегодня затаскал видимо. Посмотрим фильм? Сосед у него слишком отходчивый попался. Так даже лучше. А то с Арсом действительно может быть тяжело. Характер тот ещё.

***

Фильм уже подходил к концу. Пустые тарелки и кружки стояли на тумбочке. Пока Шаст ел, Арсений со своим творогом и несладким чаем сидел подальше, чтобы не чувствовать запах. Есть он старался, пока сосед не видит, хотя тот всё равно вроде был увлечён просмотром и не отрывал взгляд от экрана. Так что в итоге Попов расслабился и кое-как прикончил свою мизерную порцию, надеясь, что желудок не заболит. И по традиции залил всё водой. Сейчас же измученная переживаниями голова в полудреме медленно съезжала по стене на плечо Антона. Тот, как только почувствовал это прикосновение, удивился и застыл, стараясь не тревожить уснувшего… друга? Да, он надеется, что друга. Парень был странный, но интересный. К нему тянуло. А тараканы всякие у всех есть, что уж тут поделаешь. Сегодняшняя прогулка прошла хорошо. Ну её первая часть. Так что Шаст считал, что они смогут наладить общение и следующие четыре года пройдут отлично. Во время титров сбоку началось шевеление. И как только Арсений пришёл в себя, то подскочил и убежал в ванну, сказав, что пора бы готовиться ко сну. Да уж. Пугливый он какой-то, но время есть, может надо просто привыкнуть друг другу. Антон пожал плечами и начал прибираться.

***

«Нельзя так поступать с людьми. Перестань вести себя так». С соседней кровати было слышно только мирное сопение. Арс неожиданно проснулся посреди ночи. Не надо было во время фильма спать похоже. «Никто не просил его быть со мной добрым» «А тебя никто не просил быть невыносимым. У тебя и так никого нет» «Мне и одному нормально» «Это вряд ли, ведь ты себя ненавидишь. И ты ненавидишь то, что ты делаешь» А на это уже себе ответить нечем. Ни возразить, ни согласиться. Тело било мелкой дрожью от беззвучных рыданий. Ненависть и отвращение к себе пришли слишком внезапно. Ночь их любимое время для появления, ведь человек остается без щита из окружающих его людей и звуков, глушащих неприятные размышления. Его же всё раньше устраивало, что произошло то. Почувствовал жизнь на мгновение и всё что ли. Видимо это была последняя капля из тех, что годами точили камень сопротивления. Водя хороводы вокруг столпа нелюбви, мысли припоминали неоспоримые факты. Он никогда не хотел так жить, но это как стокгольмский синдром. Арсений полюбил свой недуг и стал ему служить. Он уже и не понимал, как можно по-другому. Это с ним каждый день на протяжении стольких лет, самое родное - самое страшное. От себя воротит. От себя тошнит. От себя не спрячешься и не убежишь. Не от того ты бежал, себя ведь всё равно всегда берёшь с собой. ----------------------------------------------------- «Just know that if you hide, it doesn't go away»