Рабочие тетрадки и бас-гитара

Чехол, в котором находится гитара, валяется на полу. Весь пыльный и потертый, этот чехол напоминает Джисону самого себя. Последние пару часов, по крайней мере, точно. Хан сидит у этого чехла и смотрит в стенку уже несколько минут. Ему нужно, во-первых, протереть чехол или закинуть его в стирку, а, во-вторых, натянуть струны. Но тяжелые мысли в голове будто пригвоздили его к полу. Сама голова готова вот-вот упасть на пол под силой притяжения. Джисон шлепает себя по щекам, чтобы немного оклематься. Нужно чем-то себя занять, чтобы отвлечься. Джисон по-другому не умеет. Только физический труд может избавить его от ненужных мыслей, заглушить настойчивый голос внутри и притупить неясную тревогу в груди. Поэтому парень все же встает с пола, открывает чехол и шумно втягивает носом воздух. О чем сразу же жалеет, потому что вся пыль резко поднимается в воздух. Хан чихает несколько раз, вытирает нос рукавом и достает свою гитару из чехла. Он прокручивает ее в руках, рассматривая все стикеры, что приклеены на инструмент, проводит пальцами по выцарапанной канцелярским ножиком надписи «Han Quokka» на обратной стороне, скользит по струнам, чувствуя пальцами легкие вмятины от постоянного пользования. Корпус гитары синего цвета с белой вставкой, которую Джисон обклеил стикерами. Пришлось даже снять струны, чтобы заполнить все пространство. Стикеры немного пожелтели, но в основном остались целые. Хан кладет гитару на колено, зажимает первый аккорд, пришедший в голову, и проводит пальцами по струнам. Слух режет фальшивый звук. Конечно, за струнами-то никто не ухаживал. Даже подтянуть их не догадался, Хан Джисон. Следующие полчаса Джисон проводит за «уборкой» гитары: начищает корпус до блеска, меняет все струны, настраивает на слух тональности. И это помогает. Очень хорошо помогает. Джисону всегда нравилось настраивать струны. Он может заниматься этим часами, просто чтобы довести все до идеальности. В боковом кармашке чехла Хан находит кучку старых медиаторов. Он кладет их на пол и рассматривает, чтобы выбрать каким он будет играть сегодня. В итоге он поднимает тот, на котором изображена мордочка котика. Теперь осталось выбрать, что играть. Немного подумав, Джисон открывает браузер в телефоне и гуглит аккорды. Сыграв на пробу несколько раз, чтобы освежить память, Хан, наконец-то шумно выдыхает. Он встает с пола и подключает гитару к усилителю, который отец отказался увозить в гараж, потому что на новый потом денег не будет. Джисон тогда обиделся, но сейчас благодарен, что отец не стал потакать его выходкам до конца. Еще Джисон решает записать это на камеру, чтобы можно было пересмотреть на наличие ошибок и сыграть еще раз. Нет, скидывать он это никому не собирается, так, чисто для себя. Хан ставит телефон на стол, а сам садится в кресло, нажимает на кнопку записи и начинает играть. — Don't kill me, just help me run away, — немного неуверенно пропевает Хан, — from everyone, I need a place to stay. Джисон закрывает глаза. А там, в полной темноте, виднеется чья-то спина, обтянутая белой тканью рубашки. Если поднять взгляд выше, то можно увидеть тонкую шею, а если еще чуть выше, то пушистые волосы, цвета молочного шоколада. — Where I can cover up my face, don't cry, I am just a freak, — уже громче, а на следующих строчках Джисон полностью погружается в песню (или в то, что он видит в своей голове?). — My head is filled with parasites, black holes cover up my eyes, I dream of you almost every night, hopefully I won't wake up this time. Джисон резко открывает глаза, заканчивая играть. Он нервно выключает запись. У него уже галлюцинации начались. Так не пойдет, нужно с этим срочно что-то делать. Для начала, поговорить с кем-то о том, что происходит. Но страшно, как же, черт возьми, страшно. Хан снова закрывает глаза. Перед ним только темнота. Джисон применяет дыхательную технику, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Он медленно вдыхает на четыре счета, потом задерживает дыхание на следующую четверку, еще четыре счета, чтобы выдохнуть и последние четыре задержать. Подышав пару минут, Хан берет в руки телефон и открывает видео. Вроде бы ничего такого, даже ошибок не было. Только в конце заметно, как он начинает дергаться. Джисон обрезает видео до одной минуты, заходит в Какао, открывает диалог с Минхо и отправляет ему. Джисон нервно смотрит на экран, сдерживая себя, чтобы не удалить то, что отправил. Он надеется, что Минхо его поймет. То, что Джисон не может сказать словами. Хан подскакивает на стуле, когда замечает, что старший онлайн. Чуть ли не выкидывает телефон, когда сообщение помечается как прочитанное. Тихо пищит, когда высвечивается «печатает…» через несколько минут. Но ответа так и не приходит. Ни через пять минут, ни через пятнадцать. Джисон блокирует телефон, а сам падает на кровать лицом вниз. Неужели он так сильно обидел Минхо, что тот теперь не хочет с ним общаться? Тогда, в машине, Джисон сразу заметил, как поменялось настроение старшего. Еще это его: «Я тебя понял». Что он там понял, когда сам Джисон ничегошеньки не понял? И до сих пор пытается понять. Пока получается плохо, но он пытается. В воскресенье тоже тишина. Джисон не заходит в классный чат, не заходит в чат группы, даже в диалог с Феликсом не читает. Просто весь день пялится в этот значок «прочитано». Родители беспокойно поглядывают на сына с огромными синяками под глазами. Джисон отвечает им, что все в порядке, просто не выспался. И он даже не врет, а просто не говорит всей правды. Хан не представляет, как завтра пойдет на историю. Он теперь Минхо в глаза смотреть не сможет. Зачем он отправил это дурацкое видео? // Минхо заходит в квартиру, быстро скидывает ботинки и уходит в свою комнату, чтобы положить пластинку сразу на полку. Ему просто несказанно повезло найти в том задрипанном (по сравнению с остальными, в которых он был) магазинчике нужную ему пластинку. Настроение было и так отличным, так он еще и Джисона встретил. Только все пошло по одному месту, там, в машине. Минхо правда пытался разговорить младшего, но это казалось каким-то бессмысленным занятием. У него появилось ощущение, что он слишком навязывается. Тем более, по рассказам Феликса, с Джисоном нужно сближаться медленно, потому что он не каждого подпускает близко к себе. Но главная причина, по которой Хан строит между ними стену — учительский статус Минхо. Ли и сам это понимает. Понимает, что поступает непрофессионально, пытаясь завести дружбу со своим учеником. Но после того самого дня, когда младший зашел в их квартиру с такими дурацкими словами, Минхо просто не может отказать себе в желании общаться с ним. Но также, не может позволить себе допустить чего-то, что потом нельзя будет исправить. Только проблема в том, что он уже допустил. Ладно, не будет драматизировать, исправить можно. Правда, такой вариант Минхо совсем не по душе. Ли старший заходит на кухню, где его встречает Феликс, жующий что-то сладкое. — Приятного аппетита, мелкий, — Минхо достает из верхнего шкафчика кружку с котиками. — Спасибо, хочешь тоже? Я сам сделал, — младший протягивает кусочек, Минхо чуть ли руку не откусывает, — Воу, осторожнее! Мне моя рука еще нужна. — Для чево? Одной двочить не удобвно? — с полным ртом издевается Ли старший. — Очень смешно, хен. Никогда не хотел стать стендапером? — Феликс кривит лицо в отвращении, а потом его настроение резко меняется на заинтересованное, — Кстати, ты купил пластинку? — Ага, в комнате лежит. Но прежде чем идти смотреть, помой свои грязные руки, не надо мне заляпывать мое сокровище, — уже дожевав, предупреждает Минхо. — Я хотел вместе послушать, как раньше, — Ликс отхлебывает чай из кружки, смотря куда угодно, только не на брата. — Оу, Ликси, это так мило, — говорит старший нарочито высоким голосом. Но это не издевка, Минхо правда считает своего младшего брата милым. И старший даже рад, что Ликс первым идет ему навстречу. — Да-да, давай, делай свою бурду и пошли слушать, — Феликс встает из-за стола и шлепает босыми ногами в комнату старшего брата. Минхо делает свою «бурду» и отправляется в след за Феликсом. В комнате пахнет хвоей и еще чем-то травяным, Минхо, если честно, не читал состав диффузера до конца, просто увидел «хвоя» и схватил, сразу побежав на кассу. Здесь почти ничего не изменилось. Разве что добавилось больше макулатуры. Минхо еще не все вещи перевез из Японии, остальное хранится у его бывшего, по старой дружбе. Как только Минхо подыщет себе хороший вариант, то сразу же переедет, чтобы не мешать родителям и брату. Ему и так не очень комфортно находиться в этой квартире. Он слишком привык к одиночеству. — Ты какой-то загруженный, все нормально? — спрашивает Феликс, распаковывая пластинку. — М-м-м, не думаю, — мычит старший. Рассказать или не стоит? Лучше все же рассказать, вдруг Феликс ему поможет, — Агх, в общем, это касается Джисона. — Что-то у тебя в последнее время все касается Джисона, ты что, влюбился? — шутит Феликс, чтобы разрядить обстановку. Становится не смешно, когда старший брат не издает ни звука, — Ты прикалываешься? — Нет, я не влюбился, успокойся, — Минхо отмирает и подходит к брату, чтобы забрать пластинку и поставить ее в проигрыватель, — я встретился с ним в магазине, в котором купил эту пластинку. И предложил подвезти его до дома. Он сказал, что ему нужно заехать в гараж, чтобы забрать гитару. Мне было все равно, в принципе, поэтому я согласился. Я пытался поговорить с ним, узнать, почему он меня игнорирует, но он прям ни в какую не шел на разговор. Я решил отстать. Я, наверное, навязываюсь? Минхо не вдается в детали, просто уточняет общие моменты. Не обязательно Феликсу знать, что Ли старший заставлял Джисона поехать с ним. — Ты думаешь, что особенный? — Феликс почему-то ухмыляется, что очень напрягает Минхо, — не тебя одного он игнорирует. Только не забывай, что для него ты — незнакомец. А также, учитель истории в его школе. И мой старший брат. Я же уже говорил тебе, что Джисон к себе близко сразу не подпустит. Не надо пытаться влезть в его личное пространство, ты только хуже сделаешь. Почему ты вообще к нему прицепился? — Ну, это в какой-то степени из-за тебя, — Минхо трет шею, — я хотел помириться с тобой. Джисон показался мне идеальным вариантом. Но мы как-то и без него справились. А потом я просто… не знаю. Не знаю и все. — Должна же быть причина, — не унимается Феликс. Минхо кладет пластинку на проигрыватель, ставит тонарм на нее и нажимает «плэй». — Я не знаю, Феликс, просто не знаю, — Минхо садится на кровать и зарывается пальцами в волосы. Экран телефона Минхо загорается, оповещая о новом сообщении. Ли старший заходит в КаТок и видит, что это сообщение от Джисона. Феликс сидит на полу, прикрыв глаза, и слушает песню. Минхо открывает диалог. Джисон отправил ему видео, длинной в одну минуту. Никакого текста, просто видео. По обложке, Минхо понимает, что на видео сам Джисон, с гитарой в руках. Ли старший выходит из комнаты, не забыв предупредить Феликса, и направляется в туалет. Он закрывает за собой дверь на замок, опускает крышку унитаза и садится. Нервно тыкает на воспроизведение, ожидая загрузки. На видео Джисон ставит телефон на тумбочку, потом берет гитару в руки и начинает играть. Эта мелодия кажется старшему знакомой, наверное, где-то в тик токе услышал. И Джисон начинает петь. Минхо пытается вслушиваться в текст, но все его внимание сосредоточено на голосе младшего, и на том, как тонкие пальцы зажимают аккорды. Видео будто обрывается. Ли сразу догадывается, что оно обрезанное. Он перематывает на самое начало, теперь уже с целью понять о чем поет Джисон. Песня на английском, еще лучше. Посмотрев видео до конца еще раз, Минхо открывает браузер и гуглит текст, чтобы точно ничего не упустить. В животе появляется чувство тревожности. Почему именно эта песня? Просто так или это что-то значит? Минхо несколько раз печатает текст, а потом стирает, потому что формулировки кажутся ему либо слишком глупыми, либо слишком прямолинейными. — Черт с ним, завтра разберусь, нихрена не понимаю, — с такими словами Минхо выходит из туалета. // О этот ужасный понедельник. Наверное, каждый житель на планете Земля ненавидит понедельники. Даже новорожденные. Возможно, кто-то из них родился в понедельник. Джисон не исключение. Он тоже ненавидит понедельники. Радует одно: сегодня будет первая репетиция с группой. Хан поднимает чехол с гитарой и надевает его на спину. Пришлось переложить учебники в сумку через плечо, потому что с рюкзаком гитару тащить вообще не вариант. Джисон как обычно ждет у ворот своего друга. Хан замечает светлую макушку Феликса на тротуаре. Судя по всему, Ликс идет с остановки. Интересно получается. Они здороваются своим фирменным движением и двигаются к главному входу. Джисон ничего не спрашивает, а Феликс тоже не торопится заводить разговор первым. Так и идут молча, пока кто-то не догоняет их, преграждая путь в школу. — Доброе утречко! — Чонин весь светится от счастья. Кажется, Чонин то самое исключение из правила на ненависть понедельников, — Как выходные провели? — Привет, да никак, дома откисал, — Феликс морщится немного, — а ты чего такой веселый? — Я просто рад, что мы сегодня соберемся, я ужасно скучал по репетициям, — Чонин пожимает плечами. — А я-то думал, что Рюджин тебя на свиданку позвала, — хихикает Джисон. Ни для кого не секрет, что эти двое друг к другу неровно дышат. — Фу, нет, хен! — Чонин моментально краснеет и закрывает лицо ладонями, пытаясь спрятаться ото всех. — В смысле «фу»? Я тебе сейчас по шее дам, — Рюджин появляется незаметно, от чего все трое подскакивают на месте. — Ах, нуна, я не это имел ввиду! — Чонин сейчас совсем уже сварится. — Пошлите уже, а то опоздаем, потом в своих делах сердечных разберетесь, — Джисон фыркает и подталкивает всю компанию ко входу. Раздается первый звонок, Хан заходит в актовый зал, чтобы оставить гитару. Не таскать же ее с собой весь день, правильно? Он подходит к сцене, залезает на нее вместо того, чтобы воспользоваться лестницей, потому что лестницы для слабаков. Гитара прячется за барабанную установку, ну, мало ли что. Джисон разворачивается и собирается уже уходить, когда слышит как открывается дверь, и в зал кто-то заходит. Человек держит в руках пакет, быстро оглядывается и, кажется останавливает взгляд на Джисоне. А Джисон ни черта не видит, потому что свет включен только на самой сцене. Человек быстро спускается к сцене, выходит на свет, и сердце Джисона начинает скакать по грудной клетке. — Привет, мне сказали, что ты будешь здесь, — говорит Минхо. — Здравствуйте, учитель Ли, — Хан кланяется, краем глаза замечая, как старший закатывает глаза. — Вот, это тебе, — Минхо протягивает подарочный пакет, Джисон смотрит на него неуверенно, будто сомневаясь в реальности происходящего, — Ну, чего смотришь? Бери давай. — С-спасибо, учитель, — Джисон забирает пакет и сразу открывает его. Там лежит какая-то тетрадь. Хан аккуратно достает ее, рассматривая обложку с котиками, а потом читает, что на ней написано, — нотная тетрадь? — Ага, открой ее, — Минхо кивает как болванчик, а глаза светятся в предвкушении. И Джисон открывает. На белом листе обложки аккуратно написаны какие-то слова. Джисон подносит тетрадь поближе к лицу, вчитываясь. — «Не бросай любимое дело из-за мелких неудач. Ведь впереди у тебя череда удач больших. L.M»? — читает вслух. Замечает, что тут уже есть запись какой-то песни. — Это я написал, — гордо так, поднимает подбородок вверх. — Я ничего не понимаю. Что происходит? Это какой-то пранк? — Джисон начинает злиться, — Говоришь мне, что я тебя игнорирую, а сам? Потом даришь мне подарки, ничего не объясняя. Хен, я правда ничего не понимаю, что происходит? Я уже запутался. — Я тоже. Извини, что не ответил тебе, я просто не знал, что написать, — блеск в глазах сразу тускнеет, — видимо, мы с тобой не умеем общаться словами. Ты мне отправил видео, а я сделал тебе подарок. И даже так мы друг друга не поняли. — Я отправил видео, чтобы показать, что я тебя не игнорирую, я хочу общаться, но я не знаю как, — Джисон проводит пальцами по бумажным страницам тетради, — и меня напрягает то, что ты мой учитель. — А я подарил тебе подарок, потому что подумал, что тебе это пригодится, а песню… ну, там немного криво вышло, я пытался исправить, — старший начинает тараторить, — Боже, как сказать-то… я бы хотел с тобой подружиться, но я прекрасно понимаю, что нельзя. Я вообще тут ненадолго, если честно. И… — Хен, успокойся, — Джисон поднимает взгляд, сталкиваясь с мечущимися глазами Минхо, — я понял. Теперь понял. Это странно. Ну, все происходящее. Но мне теперь интересно, чем все закончится. Спасибо за тетрадь. У нас урок через две минуты начинается. История, кстати. — Черт! Мы опаздываем, — Минхо хватает младшего за запястье и тянет за собой. Резко себя одергивает, потому что вспоминает, как Феликс говорил, что Джисон не любит лишних прикосновений, — Ой, прости, я по привычке уже. Все время с Феликсом так таскался, вот и… — Мы все еще опаздываем, хен, — Джисон сдерживается, чтобы не засмеяться. — Агх, да твою мать, — Минхо переходит на легкий бег, потому что актовый зал находился в другом крыле от классных комнат старших учеников. — Фу, учитель Ли, вам не стыдно? — Джисон пристраивается рядом. — Слышал бы ты, какие речевые обороты применят ваш классный руководитель, когда выставляет вам оценки, посчитал бы меня святым, — Минхо ухмыляется, а потом прикладывает указательный палец к губам, — Только это секрет. — У нас подозрительно много секретов, — Джисон хмыкает, сдерживая улыбку. — Это уж точно. //

ну кто-нибудь уже придумал название?

Panini 7:59 я только что видел как джисон-хен и наш историк занимались пробежкой MiniMin 8:00 Че Feliz navidad 8:00 они вместе забежали в класс че происходит Джисон?????

Hanney 8:01 че ниче просто столкнулись в коридоре

Ruyjin 8:01 врешь, я видела как вы выходили из актового зала вдвоем че сосались там да Panini 8:02 НУНА (⊙_⊙;) MiniMin 8:02 Че Feliz navidad 8:02 не понял

Hanney 8:03 я отказываюсь это комментировать

Ruyjin 8:03 1:1 Джисони <3 MiniMin 8:03 Че