Историю!

      — Валим? Там всё равно никого нет.       Перед парнем стоял его полненький друг Станислав. В его руках был портфель, внутри которого была сложена школьная форма в виде чёрных джинс и чёрной водолазки. Дружный класс свалил с урока геометрии, а половина ещё и с предыдущей физкультуры. Математичка — та ещё злюка, которой нужно отдать долг! Ведь это именно она покричала на школьников в прошлый раз! Но вот Эмиль, сидя в медпункте, решил, что останется на этом чёртовом уроке. Да, ему влетит не только от одиннадцатиклассников, но и от математицы, но он не хотел подставлять классного руководителя. Он услышал от старшего, как его поругают за выходку на физкультуре, так что усугублять ситуацию не хотелось. — Нет. — Что прости? — Я останусь. — сказал Иманов, выхватывая из рук свой рюкзак. — Не хочу доставлять проблем Диману. — Эмиль, ты же понимаешь что Илюха сто процентов тебе это не простит? Вы и так не ладите. — Понимаю. Но от этого моё решение не изменится. — Ну, спорить с тобой я не буду. Ладно. Держись, через минуту звонок. — попрощался Стас и побежал к лестнице. Эмиль тяжело выдохнул и пошёл в класс математики. Учительница там пока не появилась. Видимо, задерживалась в учительской.

*

      На входе в школу стояли одиннадцатиклассники класса «А». Они считали людей, которые окружали друг друга. В центре всей толпы стоял главный затея этого мероприятия — Илья Грешов. Именно он со своими дружками считал людей. — Двадцать пять. Двадцать шесть. — сказала Лера, которая увидела выходящего Плетнева. — Где ещё один? — Точно, новенький не вышел ещё. — кто-то крикнул из толпы. — Он решил остаться, — сказал Стас, когда спустился с последней ступени. — Я уговаривал его, но ему похуй. — Блять! — выругался Грешов, когда узнал эту новость — Этого ещё не хватало! Нас же наругают, а его как ангелочка выставят! Вот еблан! Получит у меня ещё. — Блин, ты серьёзно? — спросила Яна, когда её друг подошёл к знакомой компании. — Увы, но да. В толпе послышались грустные и злые крики, маты, вздохи. Некоторые уже хотели идти домой, другие думали возвращаться. Когда неловкость, словно туман, окутала школьников, то одна девчонка пошла обратно в школу. — Я изначально не собиралась прогуливать! — крикнула отличница, открывая входную дверь. После её ухода некоторые девчонки тоже пошли за ней, не исключая Яну. — Пошевеливайтесь! — крикнула она, осматривая свою компанию. — Идём, идём… — простонал Егорик и поднял свой рюкзак с асфальта.

***

      Звонок. Учительницы всё нет, а класс до сих пор пустует. Эмиль сел на свою третью парту но понимал, что его пересадят. Если математичка вообще придёт. Волнение так и скачет вместе с сердцем танго. Обдумывая это, Иманов слышит шорох. Дверь открывается, а за ней и само зло. Учительница посмотрела на пустующую комнату и сильно удивилась. Её очки чуть не упали. — Что это ещё такое! — выругалась она, посмотрев на школьника. — А ну быстро встал и пойдём к классному руководителю! Эмиль послушал её и встал со стула. Учительница и ученик пошли в класс истории. Елена Викторовна всё это время ругалась на Эмиля, на Дмитрия Андреевича, на его доброту и отношение к учащимся. Видите ли, что это он виноват в прогуле школьников. — Дмитрий Андреевич! Это не позволительно! — крикнула математичка, открывая дверь истории. В кабинете никого не было, не считая историка. — Что произошло? — спросил Диман, осматривая Эмиля. Почему-то младший почувствовал себя виноватым, но ведь это не так! Неловкость, страх за взятую ответственность, смущение. Всё это сейчас было написано на лице школьника. Но не смотря на эти чувства, он все равно стоял ровно и неподвижно. — Посмотрите какой безобразный школьный вид! Так его класс ещё взял, и прогулял урок! — Давайте не будем кричать и всё нормально обсудим. — предложил Дима. — Ваши ученики взяли и прогуляли мой урок. За исключением Иманова, который пришёл в спортивной форме. — пока математица рассказывала свои проблемы, Дмитрий Андреевич смотрел то на Эмиля, то на коллегу. Эмиль замечал эти взгляды, от которых мурашки пробежались по коже. Как ему сейчас было стыдно! — Это всё из-за Вашей доброты! Нельзя так с одиннадцатиклассниками. Они уже взрослые, так что не обидятся, если на них покричать. — Не могу с вами согласиться. Я знаю, что Вы на последнем уроке алгебры наругали моих учеников. Полагаю, они устроили Вам бунт. Я считаю что не стоит кричать на учеников. Они такие же люди, как и мы. — пожал плечами Дима. От этих слов внутри Иманова что-то потеплело. Но это не было вроде ремня, от которого жгут эмоции, нет. Это было тепло поддержки. — Вы ещё ничего не понимаете в воспитании детей. Так что не стоит меня учить! — Уверяю Вас, мои одноклассники одумались и пришли на урок. — зачем-то сказал Иманов, но тут же замолк, когда на него посмотрела учительница. — Да ну? Не верю! Они не такие дружные, так что не могли просто взять и прийти! — А я согласен с Эмилем. Думаю, школьники уже пришли на урок. — сказал Дмитрий. Услышав эти слова, сердце внутри Эмильена застукало ещё сильней. Младший понимал, что никого нет в кабинете, но всё равно был рад такой поддержке. Поддержке, которую оказал его возлюбленный учитель. — Пойдёмте проверим, раз Вы не верите. — сказал Иманов. — Хм… Хорошо. Но я всё равно не верю в такую ерунду! — сказала Елена Викторовна и всё трио зашагало на третий этаж. Пока Эмиль шёл до кабинета, то мысленно корил себя за эти сказанные слова. Никого в том кабинете нет и не будет, и только господь бог может туда их приклеить. Он выставил Дмитрия Андреевича в плохом свете перед учителем математики, так ещё и себя перед старшим. Правильно говорят: «Сначала думай, а потом делай!». Открывая дверь кабинета, Иманов увидел семь учеников. Две отличницы, Стас, Даник, Егор, Яна и тихоня класса. Вау, неужели его мысли услышал сам Господь? — Вот видите, ученики пришли. — попытался сгладить ситуацию Диман. — Ага, тут всего семь учеников. А ведь это только 1/3 класса! Трио так и стояло в начале класса. Эмиль не мог переварить, как тут оказались его одноклассники, а учителя обдумывали, кто виновен в их прогуле. — Ладно, у меня урок, обсудим это на завтрашнем собрании. — сказала математичка и указала Дмитрию Андреевичу на дверь. Тот спокойно вышел. — Эмиль, присаживайся на место. — пробубнила учительница и встала у своего стола. Эмиль покорно сел за свою парту. — Тебе влетит от Грешова. Он это прямым текстом сказал. — шепнул рядом сидящий Стас. — Понимаю. — выдохнул Эмиль и начал записывать в тетрадь число. — Раз уж вы соизволили прийти на этот урок, тогда дам вам проверочную вместо контрольной. — в классе снова были слышны выдохи и недовольные смешки. — Не волнуйтесь, контрольную работу я проведу на следующем уроке в четверг. Кристиночка, раздай тетради. Математица подозвала свою любимую отличницу и отдала ей стопку с зелёными тетрадями. — О чем с Димоном болтали? — шёпотом спросил Даник, который сидел впереди. — О моём внешнему виде и о вашем прогуле. А, да, математичка обвинила Димона в вашем поведении. — Третья и вторая парта! Что за разговоры? Ещё что-то услышу, Иманов, и пересажу тебя за первую парту. — Тц, потом расскажу. — чуть громче сказал парень, специально для отвода глаз.       Проверочная работа прошла незаметно и быстро. Иманов понял что ничего не знает по геометрии, Стас понял это в пятый раз, а Даник пытался найти ответы на эту проверочную работу. Но всё закончилось не так удачно, как хотелось. Ему сделали замечание и снизили оценку на 1 балл. «Ему что, поставят единицу, если он на два напишет?» — думал Иманов, но по большей части его мысли были заняты решением геометрических задач. Вот к примеру, докажите равенство треугольников. Ну блин, да их даже если вместе вырезать, то сразу видно, что равны. Точные копии. — Эмиль, зайдёшь потом к Дмитрию Андреевичу после урока. — объявила Елена Викторовна, убирая свой смартфон. Эмиль «угукнул» и принялся дальше ломать свой мозг задачами. Но его спас звонок с урока, так что тетрадь мигом оказалась на учительском столе, а сам ученик выпрыгнул из кабинета пулей. Ещё на уроке он договорился с Даником пойти вместе до дома. Как оказалось, семья Тауланова и бабушка Иманова живут в соседних домах, что очень удобно. Теперь Иманов будет ехать вместе с другом на маршрутке, попутно обсуждая любовные дела. Да и другие темы. — Звали? — тихо спросил ученик, когда вошёл в кабинет классного руководителя. Перед этим он трижды помолился, хоть и не верит в Бога. Но сегодня он точно прочтёт молитву на ночь, ведь такие вещи нельзя назвать совпадением. — Да, закрой дверь пожалуйста. — сказал старший, отвлекаясь от школьного журнала. Эмиль послушно закрыл деревянную дверь и прошёл до стола. — Нос не болит? — Да нет вроде. — Кровь не идёт больше? — Нет. Дмитрий Андреевич, я же понимаю, что Вы меня не по поводу травмы вызвали. — Правильно понимаешь. Завтра на собрании будут обсуждать ваши сегодняшние выходки. И ты в главной роли. — Лучше бы я отказался участвовать. — Но я поражён, что ты решил остаться на урок, несмотря на все упрёки одноклассников. — сказал Дмитрий, облокачиваясь туловищем на свой стол. — Решил, раз она не накричала на тебя, то должен прийти? — Нет. — А почему тогда? — Ну, — Эмиля до жути смущал этот допрос. Сейчас, один на один в кабинете, с закрытой дверью, он ощущал себя крайне неуютно. Вспоминая все сны, все моменты, когда он был дома у учителя, он чувствовал как его щёки и уши начинают гореть. Но больше всего сейчас горело, а точнее стучало, сердце. Голос Димона окутывал Иманова, заставляя летать в облаках, поэтому сообразить на лету попросту не удавалось. — Я думал, что не хочу подводить Вас в третий раз. Мне не хотелось, чтобы Вас ругали — сказал мальчик, глядя в пол. Он не подбирал слова, они лились из его сердца. Словно песня из рук глухого музыканта. Учитель лишь молча смотрел на своего подопечного. Его сильно удивили слова младшего. Он слушал каждое слово, и это же слово переваривал у себя в голове. — Похвально. — выговорил из себя Димон. — Так, ладно, можешь идти, но помни, из-за этих выходок я точно надеру вам зад. И тебе, и Грешову. А пока можешь идти. Услышав слова Дмитрия Андреевича Эмиль ещё больше покраснел, да так, что его сердце чуть не выпрыгнуло от такого спектра эмоций. Он уже мысленно представил картину: он стоит с голым задом, а Дмитрий Андреевич стоит сзади с большим ремнем, и железной пряжкой ремня.       Выходя из школы, он куда подальше забросил эти мысли, ведь увидел Яну и Даника. Они должны вместе поехать на автобусе. — Отругал? — Нет, спросил почему решил остаться. Но ещё сказал, что надерёт мне зад, если случится подобное, как на физре. — от этих слов Тауланов громко засмеялся, а Эмиль несильно ударил его по спине. — Ну-ну, буду ждать этот момент — хихикнула Зенина, и трио пошло на остановку. х Полина Савекина Иманов, Тауланов, Кикмарина, Трофимов и Дорьева вы ещё не сдали по 1 тыс рублей на подарок! А всего две недели осталось Карина Кикмарина Ща скину тебе на карту, только не спамь Там сразу за меня и за Трофимова Кристина Дорьева Завтра отдам Когда Яна увидела сообщения из ВКонтаке, то показала их друзьям. — Блять, точно! — крикнул Эмиль, после чего увидел на себе взгляды прохожих. Сейчас они уже сели в автобус, ждали остановку Зениной, так что им было что пообсуждать. — А она не говорила тебе что собирается купить? — спросил Даник, доставая кошелёк. Он собирался отложить тысячу рублей в чехол смартфона, чтобы на следующий день отдать купюру Савекиной. — Нет. — пожала плечами девушка — Насколько я знаю, она никому не говорит. Но, думаю что это будет какой-никакой галстук и бутылка алкоголя. На её телефон пришло новое сообщение. Все так же из школьной группы во ВКонтакте. Полина Савекина @emil_im надеюсь, ты успел спросить классного о музыке и алкоголе. — С точкой пишет, значит тебе явно не поздоровится. — пошутил Тауланов, разглядывая сообщения в телефоне подруги. — Щас ей отвечу. — кинул парень и достал свой разбитый айфон.

Эмиль Иманов

Да узнал я. Вино любит

А по музыке, так все просто

Добавь его в др и получишь ответ на свой вопрос

— Ё-моё, ты словно загадками говоришь… — удивилась Яна, рассматривая новые сообщения от старосты. — Ну а хуле! — посмеялся Иманов. — Ладно, моя остановка. — вздохнула девушка и встала с сидения. — До завтра! — До завтра. — парни попрощались с подругой и та вышла из транспорта. — Вино? Неужели ты пил тогда из-за Димона? — спросил Данияр, хитро улыбаясь. — Да ну тебя. — отвернулся Эмильен. — Хех, значит я угадал! — воскликнул друг. Эмиль рассматривал дорогу, которая проносилась за окном. Снега по-прежнему не было, но его передавали каждый день. Скоро начнётся снежная глава в его Московской жизни, а это значит день рождения Дмитрия Андреевича, ну и самого Эмиля совсем скоро! — Стрелец и козерог. Не думаю что пара сойдется. Хотя, у меня родственники таких же знаков зодиака взяли и сошлись. Уже пять лет вместе… — хихикал рядом сидящий Даник. — Да ну? А как по мне хорошая пара. Земной и огненный. — Огненный? Значит будет огнём в постели… — снова хихикнул Тауланов, наблюдая за реакцией друга. — Ну ладно, не красней. Потом расскажешь. — Да ну тебя! — оглянулся Эмиль, наблюдая за прохожими. Слава богу, в который раз, большая часть людей стояла в начале, а не в конце транспорта, поэтому на них не обратили большего внимания. — Ладно, ладно. От самого Дмитрия Андреевича узнаю. — тихо шепнул Даник, за что получил ладошкой по макушке. — Пошёл ты.

***

      — Бабуль, я дома. — сказал Иманов, войдя в квартиру. Здание большое, оно и не удивительно, ведь «рядом» живёт сам Дмитрий Андреевич. Хотя, как он сам выразился: «Это далеко». Но, за минут пятнадцать дойти можно. Наверно? В соседнем доме Данияр, с которым была назначена встреча через пол часа. Парни хотели вместе пройтись, прогуляться, поговорить по душам. Оставили время, что бы переодеться да пообедать. Всё же, есть хочется. Они тоже люди. — Борщ на столе. — сказала бабушка, залипая в телефон. Она сидела на удобном диване в гостиной, совмещённой с кухней. Один в один квартира историка, только вместо серых тонов, куча цветочков, розового и жёлтого цветов и картин. Комната Иманова была в синем оттенке, за что он был благодарен. Это лучше, чем розовые девичьи апартаменты. Мальчик сразу переоделся в удобные джинсы и толстовку. Он сверху накинет куртку, так что точно не замёрзнет. Сейчас он пытается аккуратно поесть дабы не испачкаться. — Кстати, я сделала тебе дубликат ключей. — сказала бабулита и рядом с кружкой чая положила ключи. — Присоедини их к остальным. — Угу. — промычал он, доедая суп. — Я вечером решил погулять с другом, так что приду к девяти наверное. — Хорошо. Можешь хоть к десяти, ключи то у тебя есть. — улыбнулась современная бабушка. Как же Эмиль любит её. Любит, ведь та не забывает что говорит с почти взрослым человеком. — Только что бы к часу был дома. Не хватало мне ещё стать прабабушкой! — Ну ба! — от таких выражений Эмиль чуть чаем не подавился. — Я не такой глупый! — Правильно. Презервативами пользуйся. — У нас пошла минутка просвещения во взрослую жизнь? — Можешь сказать и так. Твоя мать всё равно тебе не собиралась про это рассказывать. Эмиль лишь вздохнул и глянул на настенные часы. Циферблат показывал пятый час, а это значит пора выходить. Он быстро допил напиток из кружки и поставил её в раковину. Обув свои тёплые кроссовки которые купила ему бабушка, он ещё раз её поблагодарил. — Нашёл за что спасибо сказать. А пока иди, у меня тут серия начинается. — Приятного просмотра. — с этими словами парень вышел из квартиры и направился к соседнем дому, за другом.       Выходя из подъезда, он заметил маленькие снежинки. Уже зима, декабрь. Снег на земле лежит маленькими кучками, а с неба приятно летит маленькое чудо. На душе приятная грусть: хоть он и не любит снег, не любит зиму, ему сейчас приятно вдыхать этот прохладный воздух. Детская радость и непередаваемые эмоции заполнили голову Иманова. И всё это от выпавшего снега! Где-то рядом, возможно в самой квартире, находится очень знакомый ему человек — Масленников. Он видел его как в рабочем, так и в домашнем виде. И там и там приятный, будто родной человек. — О, дарова. — поздоровался Тауланов, пожимая руку приятелю. — Давай тут и погуляем. Только есть одно но — мне домой к восьми. — Чего так рано? — Мать думает, что меня могут украсть. — от сказанных слов Иманов слегка посмеялся. Но, где-то внутри, в самом далёком углу, он завидовал. Сейчас мать Иманова по-любому рядом с Михаилом. Ему что, придётся даже Новый Год праздновать с бабушкой? Двое гуляли по спальному району. Высокие пятнадцатиэтажки становились только страшней и страшней от наступающей тьмы. Зимой в Москве темнеет раньше, чем в Иваново. — Фух, как я устал… — выдохнул Даник, усаживаясь на качелю. — Я тоже. Давай просто покатаемся, а то я сейчас сдохну. — Эмильен тоже сел на качелю, соседнюю. — А ашка у тебя? Курить почему то захотел. — Ты куришь? — Иманов удивлённо взглянул на одноклассника. — Егор и меня подсадил. — пожал плечами очкарик. Эмиль порылся в карманах куртки, но так и ничего не нашёл. Там были наушники, мелочь, да ключи от квартиры бабушки. — Подумай, где ты мог её оставить? В школе? — Да нет. — Эмиль принялся вспоминать, где мог посеять электронную сигарету. — Блять! — Что? — Сука-а — выдохнул парень, после чего сжал свои волосы руками — Я в тумбочке у Димона оставил! Пиздец! — Ебать. — выдавил Данияр, после чего посмеялся. Эмиль мысленно корил себя за свою забывчивость. — Удачи, он по-любому её найдёт в скором времени. — Да блять! Пусть просто промолчит тогда. Друзья превратили трагедию в шутку, так что не сильно зацикливались на этой электронной сигарете. Даник рассказывал, как смог выиграть какого-то рандома в игре, а Эмиль смеялся от его выпадающих матов посреди рассказа. Вдруг Тауланову позвонили. — Угу… Да, хорошо. — сказал он в телефонную трубу и сбросил вызов. — Кто звонил? — Мама. Говорит домой телепётать. — Ну давай я тебя провожу. — хихикнул Эмиль, и приобнял друга. Вся ситуация превратилась в гейскую шутку.       Когда Даник скрылся за железной дверью, Эмиль слегка расстроился. Ему хотелось ещё погулять по вечерней зимней столице. Отыскав в своих карманах наушники, он сунул их в свои уши. Приятная мелодия заиграла и парень мысленно стал подпевать знакомые строчки.

Вы думали люди не любят? Не угадали

Люди любят, да ещё как!

      Вдруг какой-то громкий звук заставил мальчика оглянуться и снять один наушник. В темноте одного закаулка неподалёку что-то заблестело. «Кошка? Или крышка слетела с бака?» — подумал парень, когда собирался надеть наушник обратно. Но. — Иманов! Какие люди! — хихикнул довольно знакомый, и в то же время неприятный голос. Это был его одноклассник — Гешов. вокруг него компашка из его дружков — Гриша и Макс. Эмиль, вспоминая что сделал сегодня, решил просто пройти мимо, но его схватили за край куртки. — Блять! — выругался парень, когда его прижали к стене. Его держал сам Илья, а его дружки что-то обсуждали за его спиной. — Не хочешь извиниться? — Хм, а за что? — прикидываться дураком у Эмиля выходило просто ужасно. Он прекрасно понимал за что, но не собирался извиняться. Если он решил остаться на урок, то понимал все последствия. Но всё же, не хотел драться. И получать тоже. — Не включай дурочку. — хихикнул то-ли Гриша, то-ли Макс. Все трио было одето в черную одежду, включая шапки и куртки, так что различить их, тем более в темноте, было очень сложно. — Если не заметил, то я парень. — вырвалось у Эмиля, за что практически сразу получил кулаком в лицо. Удар прошёл в бровь, от чего та начала гореть. «Блять! Я не в том положении, чтобы огрызаться!» — кричал внутри себя парень, проклиная себя за эти слова. — Ну-ну. Я что-то не погляжу. Ростом невысокий, худой, так ещё и талию легко заметить! Платье подарить тебе может? — Только если ты подаришь свое. — умничать Эмиль умел, да вот думать над своими словами начинал поздно. Он снова получил кулаком по лицу и его опустили на землю ударом с ноги в живот. Он спустился на корточки от адской боли, пытался встать и ударить в ответ. Но ничего не вышло: их трое, он один, сил у него практически нет, только Бог его может спасти.       Получая удары, считая ни за что, Эмиль практически задыхался. Один из его одноклассников решил подушить парня, ведь эти дураки вспомнили об астме. Ингалятор Эмиль, конечно же, не взял. «Зачем? Я всего лишь погуляю» — думал он, когда дома заметил ингалятор на тумбе.       Холодный снег рядом ощущался в разы теплее, чем удары парней. Это трио пинало лежачего, смеясь и говоря что-то обидное. Эмиль почти не слышал их, в ушах от ударов звенело, в глазах темнело, а воздух в лёгких заканчивался. И как у него еще приступ не случился? И, неужели, он умрёт и именно сейчас и именно так?.. — А ну отошли от парня! — крикнул кто-то, чей голос был довольно знакомым. 11-классники быстро убежали от лежачего, свернувшегося от боли в клубок парня. «Неужели это Бог?.. С бородой?» — Эмильен вспоминал привычный ему образ Иисуса. Казалось бы, он не верит в высшие силы, в распределение ад/рай, но сейчас, передним стоял он — Бог. Да, борода была, но в придачу на голове была чёрная бандана. — Эмиль? — удивлённо спросил Сударь, когда увидел парня. — Твою мать. Что произошло? Старший помог ученику подняться на ноги, отряхнуться от пыли и вытереть грязь на лице с помощью платка в кармане. Эмиль быстро рассказал всё, что сейчас произошло, да только с изюминкой. — Ты хоть их лица запомнил? — Нет, говорю же, подкрались исподтишка. — Эмиль не хотел выдавать одноклассников. Нет, он конечно хотел проучить их и всё такое, но он понимал, что эту ситуацию расскажут ему классному руководителю. Иманов думал, что обвинят Диму, за такое поведение учеников. Мол, он их так воспитывает. Что не является правдой. Эмилька конечно не знал, как такую ситуацию будут обсуждать в столице, но в Иваново, если кто-то провинился — виноват классный руководитель. А Эмилю не хотелось доставлять Дмитрию Андреевичу проблем. — Не рассказывайте только Дмитрию Андреевичу. — сказал парень, возле двери подъезда. Никита решил проводить мальчика, боялся, что на него снова нападёт эта компашка. Все ещё от маленького шока и боли, Иманов путал обращение «Вы» и «Ты». — Почему? Это же нападение на несовершеннолетнего. Пусть с этим и школа, и полиция разбирается. — Не хочу доставлять Дмитрию Андреевичу проблем. — Эмиль перебил Сударя, от чего на его лице поднялись брови. — Ему и так завтра на собрании про меня говорить будут. — Хорошо. Ладно, тогда спокойной ночи. — И тебе спокойной. — Эмиль попрощался со «старым» другом и скрылся за железной дверью.       «Твою мать, и что с этим парнем на так? Его хорошо так побили, а он и не собирается выяснять эту ситуацию.» — думал Сударь, когда отходил от двери. Сейчас он направляется к своей машине. Он решил выполнить пожелание паренька: не расскажет о этой драке. Хотя, это можно назвать избиением, а не дракой!