жестокий

      Просыпаться одному в постеле, хотя засыпал не один — страшно. Особенно если засыпал с человеком, которому признался и всё ещё думаешь, что он с тобой из-за жалости.       Я замечаю фигуру на балконе, о котором только что узнал, потому что вчера плотные шторы закрывали окно и дверь.       — Ты чего так рано? — мужчина кладёт свою ладонь поверх моих рук, которые сомкнулись на голом торсе.       — Нормально, — я вдыхаю аромат летнего утра, который смешался с запохом сигарет. — Можно? — я веду ладонью по руке Арсения, которой он держал сигарету.       — Своих нет? — с усмешкой произносит учитель, но никотиновую палочку мне отдаёт.       — Я не курю, — и я затягиваюсь. Надо было видеть лицо Попова. После слов «я не курю» школьник затягивается и спокойно выдыхает дым, даже не покашляв.       — Да ладно! От тебя же вечно сигаретами несло.       — Это Эд курил, а я рядом стоял, чтоб ему скучно не было, — отдаю сигарету обратно владельцу и устраивают свой подбородок на чужом плече. — Можно не скромный вопрос? Хотя я всё равно задам в независимости от твоего ответа. Почему ты был таким холодным ко мне в последние месяцы?       — Хах, считай зеркалил тебя.       — Я не мог быть холодным. Я знаю, что за меня всё выдаёт взгляд, а там должны были быть сердечки при взгляде на тебя.       — Нет, Антон. Взгляд был такой, словно ты готов меня убить. Очень ошибаешься насчёт своих глаз.       — Ладно. Но почему ты перестал на меня хоть как-то обращать внимание?       — Потому что это было бесполезно. Знаешь как мне было больно, когда ты издевался над моими чувствами? Да, это было вполне заслуженно, но всё же. Поэтому я решил просто их спрятать.       — Прости, — шепчу я и невесомо касаюсь губами шеи брюнета.       — Я вообще удивлён, что ты меня простить и смог впустить в свою жизнь, — я лишь хмыкаю и тут же нахожу тему для нового разговора.       — Так что в той коробочке? — я за долю секунды скрываюсь в комнате.       — Шастун, не надо туда лезть! — Арсений перехватывает мою руку, в которой уже та самая заветная коробочка.       — Ну, Арс, пожалуйста, — я стараюсь состроить умоляющее личико и свободной рукой просто сбиваю крышку.       — Антон, прошу, не надо. Просто отдай её мне, не заглядывая туда. Антон, блять! — я высыпал содержимое на кровать и, боже, зря.       — Арс… — я глупо хлопаю глазами, уставившись на мужчину. Он же в свою очередь поджал губы и пытался не заржать в голос.       — Антон, — я готов поклясться, ещё немного и он будет плакать в приступе смеха из-за моей реакции. — Это не то, о чём ты подумал.       — Арс…нет-нет-нет, — на моих серых трусах появляется мокрое пятнышко. — Арсений, я сейчас, — я уже собирался уйти, как меня хватают за руку.       — Давай я, — меня аккуратно укладывают на кровать, а моё сердце готово вот-вот выпрыгнуть.       — Арсений, не надо, — но меня не слышат, а лишь вылизывают мою шею. — Попов, блять! Отпусти! — пытаюсь скинуть с себя брюнета, но всё бесполезно.       — Я ничего тебе не сделаю. Поверь, — меня аккуратно целуют в губы. — Если не хочешь, то отпущу. Не хочешь?       — Хочу, — это так стыдно признавать, но а кто, блять, не захочет Арсения?       — Знаешь, первый раз вижу, чтобы у кого-то на игрушки вставал, — улабаясь, Арсений продолжает меня целовать, спускаясь постепенно вниз.       — Не совсем на игрушки, — если к моим щекам сейчас приложить руку, то можно получить сильный ожог.       — А на что?       — Можно я не буду это говорить? — почему я, блять, теряю уверенность от касаний этого мужчины?!       — Анто-он, неужели ты…       — Да! Да, я представил тебя, мать его! А лучше забудь что я сказал, потому чт…а-ах, — мой член бесстыдно сжали, да так, что у меня звёздочки перед глазами. — С-сука, — я клянусь, я до этого никогда не испытывал боль-наслаждение в одном. — Давай только без…ну, ты понял…       — Без…презервативов? Без…рук? Без чего? Вариантов много, — Арсенияй мажет языком по члену через ткань.       — Без проникновения. Дрочки будет достаточно, — с меня резко стягивают бельё и берут орган в руку.       — Хорошо, кис, — Попов целует меня в висок и начинает делать медленные движения рукой вверх-вниз. Второй рукой он стягивает с себя боксеры и откидывается их куда-то на пол.       Я обхватываю чужой член ладонью и повторяю действия учителя, подстраиваясь под ритм его руки.       Если бы мне ещё тогда, в феврале, сказали, что у меня такое будет с петухом, то я бы прописал тому человечку пару ударов в морду. А сейчас я просто наслаждаюсь приятными ощущениями и ебануто сексуальными стонами над ухом. Я тянусь к Арсению за поцелуем и получаю его. Он наполнен нежностью и заботой, но я хотел не этого. Я грубо проталкиваю язык дальше и мужчина понимает.       — Закрой глаза, — он полностью отстраняется от меня и встаёт с кровати. Я слышу щелчок, ещё щелчок. — Перевернись, но глаза не открывай и не бойся.       Я слушаюсь учителя и ложусь на живот. Мои ягодицы оглаживают и не сильно раздвигают их. Моего входа касается что-то холодное, а потом легко заходит внутрь.       — Арс? — я поворачиваюсь на учителя и тут же сильно вздрагиваю. По моему телу прошла волна вибрации. — А-Арсений…бля-ах…я же просил, — ладно, это слишком приятно и интересно для меня.       — Это не считается, — ещё несколько щелчков и вибрация становится сильней. Брюнет опять ложится рядом и возвращает руку на мой член. Я рефлекторно делаю тоже самое.       — Арсений, — я не знаю что хотел сказать, потому что такого оргазма у меня не было и в жизни. Я достаю из себя эту жужжащую штуку, продолжая надрачивать Арсению. Его член дёргается в моей руке, и сперма забрызгивает нас обоих.       Я обмякшим телом просто прижимаюсь к Попову и вдыхаю его природный запах.       — Слишком быстро у нас развиваются отношения, не кажется? — Арсений нежно выводит указательным пальцем узоры на моей руке.       — Не знаю. Ну думаю, что… — мою речь прирывает мелодия моего же телефона. На экране высвечивается надпись из четырёх букв и мне становится не по себе. Он редко мне звонил. Только письма. — Да?       — Антонио, а ты где? Я вот стою возле твоей двери, но мне никто не открывает, — слышится весёлый голос в трубке.       — Пап, я у… — я смотрю на Арсения и думаю как его можно представить перед отцом. — …Я у друга. А что ты хоте-мм, — меня кусают за шею, за что тут же получают щипок за бок.       — Помнишь я тебе обещал забрать с собой? Так вот, получилось чуть раньше и получится только на Мальдивы. И напиши адрес друга, я сейчас подъеду, — звонок сбрасывают, а я продолжаю прижимать телефон к уху.       — Арс, мне надо уехать.       — Давай отвезу или доведу, тут же немного идти до твоего дома. А зачем ты пишешь мой адрес? И откуда ты его вообще знаешь? — мужчина заглядывает ко мне в телефон.       — Меня отец забирает. И он сейчас за мной приедет.       — Куда забирает? — Арсений принимается натягиваеть трусы и бросает мне мои.       — На Мальдивы, — Попов просто замер. Только моргает смотря на меня.       — Привет, — я сажусь в машину отца.       — Привет, сынок, — он изучает меня взглядом. — А чего ты к другу ходишь в костюме? Или там не друг, а девушка, м?       — Ну, вчера был выпускной и я к нему с ночёвкой пошёл. И почему сразу мысли про девушку?       — У тебя свежий укус на шее. Ещё след от зубов не прошёл, — отец выруливает со двора.        «Блятьблятьблять»       — А, это, — я потираю место укуса и просто не знаю, что сказать. — Да это так, — омахиваюсь и понимаю, что делаю ситуацию только хуже. Отец лишь хмыкает и улыбается.

***

      «‹Мальдивы, отдых, коктейли, море. Это, конечно, классно, но блин, одному тут скучно. Да, тут отец, но он тут по работе, а меня взял просто, чтобы я отдохнул. Я его почти не вижу! Хоть бы ты оказался рядом))» — я нижимаю на кнопку отправки и откладывают телефон.       Вид перед моими глазами завораживает. Закат скрывается за линией моря, оно приятно шумит, а волны красиво, но лениво перекатываются. Я расположился на кровати, которая находится под крышей и по бокам закрыта лёгкими шторками. Естественно, отец снял нам два разных домика и, естественно, VIP домика. У меня есть личный бассейн, личный выход к морю с моего же балкона. Эх, мечта, которая осуществилась. «» Скинь геолокацию» — приходит мне сообщение. Я в недоумение скидываю то, что просят и так же убираю телефон в сторону.       На улице, конечно, очень хорошо, но насекомые так и норовят выпить из меня всю кровь. Я шагаю к дому по мягкому и тёплому песку, по-настоящему наслаждаясь моментом жизни. Никогда раньше этого не делал, потому что моя жизнь состояла из одной учёбы и постоянных запар о том, что что-то завалю. Жизнь проходила мимо меня, в том числе и всякие тусовки. Да, летом я ходил по клубам, но это не то. «То», это когда сидишь с друзьями у кого-то на хате, пьёшь какую-нибудь алкашку, а потом находитесь приключений на жопу, после которых в обезьянике хоть кто-то должен был оказаться.       Я падаю на кровать и смотрю на себя в зеркало, которое находится на потолке. Идиотская задумка так делать зеркало, но прикольная.       Собравшись с мыслями и немного посидев в телефоне, понимаю что надо идти в душ, ведь смыть соленую воду с себя надо.       Прохладная вода крупными каплями стекает по моему телу и разбивается об чёрный кафель. Душ тут ничем не отличается от моего душа в квартире, но всё равно приятно осознавать, что ты моешься, блять, VIP водичкой.       — Блять! — слово на все случаи жизни, например, как сейчас. Горячие руки оглаживают мои бока, а чужое тело прижимается ко мне со спины. Я не понимаю кто это, потому что в мои глаза льётся вода.       — Нельзя же не закрываться, — этот шёпот я узнаю из тысячи. Я тут же разворачиваюсь лицом к мужчине, и всё-таки продираю глаза, терпя воду, которая в них попадает.       — Ты, блин, чё тут делаешь, дурак? — мои руки так и застыли на голове, с которой я смывал пену от шампуня.       — Соскучился сильно, — Арсений притягивает меня к себе, так что мы соприкасаемся животами.       — Мы не виделись неделю, дорогой, — я улыбаюсь и получаю улыбку в ответ. — Ты так и будешь смотреть?       — На тебя нельзя насмотреться, — широкие ладони соскальзывают с моей талии к ягодицам и оглаживают их. Взгляд океанов так и остаётся невинным, но чужой стояк таким не является, он тычется мне в бедро.       — Арсень, не сейчас, — я кладу руки на крепкую грудь и чуть давлю на неё.       — Антон, — судорожно выдыхает моё имя Попов. — Почему?       — Я не готов. Просто не готов. Дело не в тебе, если ты так думаешь, — я касаюсь губами лба мужчины и подбадривающе улыбаюсь. — Я люблю тебя, но не могу.       — Давай попробуем, — не унимается брюнет и всё равно подходит ближе.       — Давай я тебе отсосу, — нет, ну мне надо искать другие пути, лишь бы в меня не вставили.       — Кис, — меня пытаются поднять с колен, но всё бессмысленно.       Я направляю струи воды в другую сторону при помощи крутилки, чтобы она не лилась на нас. Кладу ладонь на ноги мужчины и немного касаюсь губами члена. Я несмело проникаю языком под крайнюю плоть и делаю языком круговые движения вокруг головки. Сверху раздаются тихие вздохи и редкие стоны. Чужие пальцы впутываются в мои волосы и тянут меня наверх, заставляя встать.       — Ты не будешь этого делать, — чуть ли не рычит Попов.       — Тебе же нравится, — я опять делаю попытку сесть на колени, но меня с силой удерживают.       — Я не хочу видеть тебя на коленях перед собой. Как по мне это унизительно.       — Да брось, в любых отношениях присутствует минет, — я сжимают чужой член, выбивая болезненный стон.       — Тош, я сказал не позволю, — брюнет прижимает меня к себе и мокро целует в губы.       — Неужели это месть за то, что я не подставляюсь под тебя, — я улыбаюсь в поцелуй и вижу игривый блеск в глазах напротив.       — Анто-ош, — доносится из комнаты голос отца.       — Блять, — тихо выдаёт брюнет.       — Я сейчас, — я вылетаю из душа и обматываю Полотенчик вокруг бёдер. — Да, пап, — отец рассматривает не мои шорты.       — Откуда они? Мы же такие не покупали, — папа продолжает вертеть шорты Арсения в руках.       — Да это мои старые. Ты чего хотел то?       — Да я просто к тебе зашёл. Нравится тут?       — Спрашиваешь ещё. Конечно! — всё бы шло хорошо, еслибв не грохот в душе.       — У тебя там кто-то есть? Ты девушку уже успел себе найти? — папа направляется к двери в комнату.       — Пап, никого там нет. Наверное, шампунь неудачно поставил вот и упал. Даже, если еть, то пойдёшь смотреть на голую девушку? — я встаю перед отцом перегорождая путь. — Да и наверное тебе уже пора. А то я сегодня много купался, устал и теперь в сон сильно клонит, — я наигранно зеваю.       — Ладно, спи. Дверь закрой!       — Хорошо. Всё давай, — я закрываю за отцом дверь на все замки и прислоняюсь спиной к двери.       — Сильно было слышно? — Арсений выходит уже полностью сухой и с таким же полотенцем на бёдрах.       — Капец как. Ты там решил перестановку устроить? — я падаю на кровать. Попов ложится рядом со мной и крепко обнимает меня.       У меня до этого были отношения только с девушками и всегда в роли обнимальщика был я. И сейчас так приятно находится в крепких объятьях, ощущать чужое дыхание и губы у себя на шее.       — Давай ляжем спать, — я переворачиваюсь на бок лицом к мужчине. — Я устал.       — Давай, — учитель целует меня в кончик носа и прижимает ещё крепче к себе.       Даже в такую жару я готов находиться вплотную прижатым к Арсению, засыпать от приятных поглаживаний по спине и редких поцелуев в макушку.       Я же ведь даже не думал о том, что каникулы провела вот так. На Мальдивах, так ещё с любимым человеком.