5 дней до твоей смерти

Лёгкий морской бриз дул навстречу голубоглазому мужчине, что стоял на доковом трапе и наслаждался видами, открывающимися при размеренном движении огромного, почти неповоротливого, судна: вдали солнце играло своими лучами с водой, пытаясь коснуться самых сокровенных мест океана, где-то позади возвышались горы, казалось, что они не хотят расставаться с ним — так уж грустно они смотрели вслед. Но Цзинь не чувствовал, что ему грустно, наоборот, он пребывал в предвкушении скорого путешествия, вглядываясь в линию горизонта, так чётко делящую безумно тихий океан и яркое небо без единого облака. В какой-то момент его взгляд упал на воду около корабля, где плавал какой-то предмет. Брюнет стал его разглядывать, перекидываясь через корму, пока не понял, что это чемодан, и не чей-то, а его, тот самый который должен лежать под кроватью! Вздрогнув от неожиданного заключения, Цзинь даже закрыл глаза на мгновение, попытавшись понять, не ошибся ли он, а когда снова открыл, то перед ним уже плавал открытый чёрного цвета чемодан, в котором, очевидно, ничего не было. Зрачки бледнолицего мужчины расширились, дыхание участилось, а руки вцепились в ограждение. — Нет... нет... Как такое могло произойти... Быть не может... — Он тихо бормотал, а страх в нём рос с огромной скоростью. Внезапно всё вокруг начало пропадать, и в следующий миг Цзинь уже падал... Пока не проснулся в своей кровати. ⟨— О... Так это сон...⟩ — Рассеянно перебирая волосы на голове, присел он на кровати. Проснувшись и немного отойдя от этого ночного кошмара, Цзинь решил убедиться, что это лишь его воображение. Когда он доставал чемоданчик, его бледные руки подрагивали, однако открыть его он смог. И что же он увидел? — Блять! — Теперь джентльмен не выбирал выражений, а место страха заняла ярость. ⟨— Неужели это этот юнец? Ну да... Кто же ещё это мог быть... Бля... Зачем он полез сюда...⟩ — Размышляя в подобном ключе, Цинь-Ю позже обнаружил идентичный с его чемодан Мэттью, только в том была одежда. — Ах вот оно что... — С какой-то досадой протянул дилер, которого обокрали. — Ну что же, Мэттью Рейнор, я подожду тебя. — Его глаза устремились на дверь, по-злому сверкая. Когда Цзинь проснулся было около 9 часов утра, а потому ждать Рейнора нужно было ещё порядком 5 часов. Но это не расстраивало азиата: за это время он успел прочитать пару книжек, заботливо оставленных Мэттью непонятно для кого, рассмотреть интерьер в самых мелких деталях, отметив его бесценность и неповторимость и, конечно, просверлить дверь в каюту взглядом — злость в нём не затихала, лишь кипела. А тот, кого так с нетерпением ждали, неособо спешил возвращаться, во-первых, он не успел раздать всё «награбленное», а тащиться обратно в каюту с этим было весьма опрометчиво — этот «китайский дракон», как за глаза Мэттью называл Цзиня из-за его выражения лица, наверняка уже всё пронюхал и теперь ждёт его, как миленького. Во-вторых, каштановолосый парень не любил ссор, скандалов и прочих конфликтов — они утомляют и в них нет никакого смысла, разве что покричать, как отмечал он. ⟨— Может, напиться...⟩ — Проходя мимо ресторанчика «A la carte», размышлял Рейнор. Впрочем, зачастую, только подумав о чём-то, он тут же исполнял это, стеснение — то, о чём он уже успел как-то позабыть. Посетив-таки это место, этот раз не был исключением, вышел оттуда Мэттью уже менее задумчивый и более довольный. ⟨— Ну теперь пора к моему дракончику...⟩ — Подумал он и усмехнулся. Рейнор шёл, пускай и неторопливо, но такой «уверенной походкой юноши в расцвете сил», это очень нравилось мисс Рейс и многим другим дамам разных возрастов. ⟨— Да где же этот негодяй! Неужели он уже слинял с корабля?! ⟩ — Спрашивая сам себя, с ужасом, стоявшим в глазах, оценил Цзинь стену — это ему уже поднадоело, да и злость что-то начала испаряться. Он хотел было закурить, но тут же резко дверь распахнулась, даже скрипнув от неожиданности — появился тот, кого он хотел так сильно видеть. — Ах ты вот где… — Вырвалось у Цинь-Ю, и он отбросил идею с сигарой. — О, а что это вы тут делаете? Разве сейчас не день... — Мэттью улыбался своей ослепительной улыбкой и говорил очень развязно и мягко. — Сейчас день. Ты прав. Но знаешь... Вчера тоже был день. И в этот момент у меня пропала кое-какая очень важная вещь. — Цзинь сидел в кресле, а теперь немного наклонился вперёд — в сторону Рейнора, продолжая смотреть на того холодным взглядом. — Ты случайно не знаешь, где она? — Очень важная вещь... — Повторил Мэттью и отвернулся от собеседника, быстро кинув взгляд на кровать. — Смотря, что за вещь. — Снова повернувшись, добавил он. — Ты прекрасно знаешь, что это за вещь. — Думаете? — Знаю. — Э-эх... Хорошо. Нет смысла отпираться. Да, я взял у вас пару штучек. Но вам-то что? Вы же всё равно собираетесь их так же раздавать, а я вам помог. — Рейнор подмигнул в конце своему соседу по кровати, но это не смягчило недовольную мину брюнета в кресле. — Чужие вещи тебя не учили не трогать, да? — Может и учили. — Рейнор невольно плечами. — Ха... — Цзинь откинулся на спинку кресла. — Просто охуенно, спасибо, малыш. — За что? — Мне разнесут башку за это, мудак. — Он резко повернулся в сторону юноши и бросил взгляд, в котором Мэттью прочитал страх. — Кто...? — Выдержав паузу, поинтересовался он. — Тебя ебать не должно. Этот опиум должен быть в Нью-Йорке, а теперь здесь не достаёт товара. Как мне оправдываться там? — Он скрыл свои глаза рукой, которую облокотил на ручку кресла. — О. Так это не для корабля... — Ебать! Ты наконец-то понял. Раз прозрел, лучше начни предлагать мне деньги. — У меня их нет. — Не скрывая улыбку, невинным голосом произнёс Рейнор. — Неужели та старуха тебя выкинула? — Уже без всякой улыбки юноша, смотря в пол, кивнул. — Заебись. Как будешь отрабатывать этот проступок? — Теперь в этих нежно-голубых глазах заиграл огонёк любопытства. — Могу хоть телом. — Саркастически ответил зелёноглазый парень. — Давай. Начнём с минета. — Цинь-Ю явно не шутил, его выражение лица прямо-таки говорило: «у тебя нет выбора». — Окей... — Не стал отпираться Мэттью и подошёл к тёмноволосому, опускаясь на колени. Быстро разделавшись со штанами, обладатель каштановых волос приступил к выполнению задания. Однако уже спустя минуты 3 его прервали: — Бля, у тебя нет опыта с мужчинами, да? — Смотрел на него немного разочарованный взгляд сверху. — Ну... да... — Ладно. Сменим локацию — пошли на кровать. Конечно, кровать для двух достаточно не маленьких в хорошей физической форме мужчин была маловата, но в целом, всё было не так уж плохо. — Имеешь представления, как это делается? — Спросил Мэттью уже не такой строгий голос, лежащего под ним мужчины уже без брюк. — Ну... Наверное... — Рейнор не мог смотреть в это белое лицо, поэтому опустил взгляд чуть ниже. — Эй? — Позвал Цзинь, но Мэттью не поднимал взгляд. — Мэттью? — Белая, но почему-то холодная рука коснулась его щеки и, потянув немного вперёд, приподняла его голову. — Ты чего? — Нависающий сверху парень увидел беспокойство в глазах, смотрящих на него совсем иначе.... беспокойство... Сердце Рейнора забилось сильнее. — Нет... я... Просто это мой первый раз. — Смущение... как давно этого с ним не было. — Ахах, так мило стесняешься. Иди сюда — Бледная рука, которая так и не покинула его щёку, немного поглаживая её, теперь снова потянула его вперёд, и на этот раз их глаза оказались на одном уровне. — Поцелуй меня. — Шёпотом попросил Цзинь. Мэттью послушался его и на этот раз: он не сказал ничего в ответ, только сократил расстояние между ними до минимума и прикоснулся к губам, менее бледным, чем кожа, своими, горячими не то от алкоголя, не то от внезапно возникшего забытого чувства. — Ты пил что ли? — Прервал поцелуй Цзинь. — Немного... — Неужели ты так меня боишься? — Может быть... На этот раз зачинщиком поцелуя стал сам Цинь-Ю: он внезапно дотронулся губами до что-то произносивших губ Рейнора и, чтобы тот не попытался вырваться, обнял его шею своими руками, зачем-то поглаживая. — Не стоит меня бояться, малыш. Уже поздно. — Он смотрел на полностью потерянного юношу, ища в его глазах, вероятно, доверие. — Хорошо... — У нас сегодня будут только поцелуи? — Отведя взгляд, прервав тем самым неловкую паузу, с небольшой обидой проговорил Цзинь. Ответ не заставил себя долго ждать: Мэттью, посмотрев ещё несколько секунд в бледно-голубые глаза, переключился сначала на шею, а потом на ключицы... продолжая спускаться поцелуями всё ниже. В скором времени тело выше живота — эта бледная кожа, хранящая под собой, возможно, стальные мышцы, была покрыта красными пятнышками. — А-ах, Мэттью... — Да? — Юноша поднял голову, увидев перед собой покрасневшее некогда бледное лицо, и это как-то интересно подействовало на него: он не стал слушать, что там скажет этот мужчина, и продолжил начатое. Дойдя до места, с которым познакомился чуть ранее, он невольно остановился. — Не надо... просто растяни и войди уже в меня... Не люблю долгие прелюдии... — Услышал он голос, совсем не похожий на голос Цзиня. Но почему-то Рейнору захотелось ещё помучить этого «грозного дракона». И он продолжил ходить вокруг да около: покрытые недавними поцелуями места уже переставали быть бледными, однако Рейнору этого было мало — у него появилось странное желание попробовать эту бледную кожу на вкус, поэтому он и укусил зачем-то Цзиня, тот резко вздрогнул и посмотрел на него удивлёнными глазами. — Мы будем ебаться или ты превращаешься в пса? — Немного раздражённо бросил тёмноволосый мужчина. — Даже не знаю... — С улыбкой ответил Мэттью. — А нужно ли? — О-ох... — Эта улыбка явно добила Цзиня. Он хотел было подняться, но Рейнор, нежно дотронувшись рукой до его груди, отправил его обратно. — Я должен сделать всё сам. — Объяснил он. Цзинь встретил это не менее удивлёнными глазами, однако через мгновение вскинул голову и издал стон — пальцы Мэттью уже проникли и теперь неторопливо, как будто поглаживая, продвигались, насколько это было возможно, дальше. Не прошло и получаса, как Цзинь, обнимая подушки и проливая слезы не то от боли, не то от удовольствия, ощущал внутри себя настоящий пожар. ⟨— Пожалуй, Мэттью слишком разгорячён... Что он там пил...⟩ — Только появившись, тут же исчезла эта мысль — сейчас ни о чём думать не получится. — Цзинь, вы так сексуальны... Вы знаете? — Смотря на лицо, получающее сплошное удовольствие, проговорил Мэттью. — Эта бледная кожа... — Он провёл свободной рукой, вторая держала руки над головой Цзиня, по уже не очень бледному животу. — Как мрамор... Вы скульптура, Цинь-Ю. Вы знаете? — Он поймал помутневший взгляд пребывающего в явном удовольствии мужчины. Эти губы... Хочу их коснуться... — Он наклонился к нему и дотронулся до его губ, но тёмноволосому мужчине этого было мало — он облизал алые губы своего партнёра, намекая на продолжение поцелуя, и второй ему не отказал, обнародовав свой не менее горячий, чем губы, язык, он соприкасался им сначала с губами, а потом и с языком тяжело дышащего бледнолицего мужчины. Сколько точно времени прошло никто из этих двоих не мог сказать, однако, когда Цзинь уже даже и пальцем пошевелить не мог, Рейнор прервался: — Ладно, хватит так хватит. — Согласился Мэттью с более растрёпанной причёской, чем обычно, что немного рассмешило Цинь-Ю. — Что смешного? — Озадаченно взглянул на смеющегося мужчину снизу. — Ты с этой причёской немного забавный. — Только забавный? — Неожиданно даже для себя спросил Мэттью. — Возможно, ещё милый… для какой-нибудь развратной старушки... — Брюнет снова усмехнулся, а юноша, сделав обиженную гримасу, отвернулся. — Ну-ну, не обижайся. — Цзинь хотел провести рукой по лицу, но сил не хватало, вместо этого он нежно позвал: — Мэттью… — Парень повернулся к нему. — Давай поспим… Так они и улеглись лицом к другу и некоторое время просто скользили взглядами друг по другу: один рассматривал «свою работу», при этом восхищаясь этой бледной красотой, а второй просто лишний раз убедился, что оказался прав — юноша действительно был в хорошей форме и имел хорошую выносливость, при мысли об этом в пояснице невольно закололо. — Цзинь, вы были когда-нибудь в турецкой бане? — Никогда... — Давайте сходим завтра? — Почему нет... — Это «китайский дракон» сказал уже с закрытыми глазами и очень усталым голосом. — Я перестарался, да... — Тихо сказал Рейнор, накрывая уснувшего пледом — в каюте было достаточно тепло. — Тогда спокойной ночи, мистер Цзинь. — Он хотел было поцеловать это милое и беззащитное личико, но передумал. Вместо этого он просто лёг рядом и тоже заснул.