Льдинка

- Антон... - Рома отстранился, прислоняясь к столешнице кухни. - Слушай, ты не понимаешь, о чëм говоришь. Видимо у тебя совершенно отсутствует понимание различия влюблëнности от обыкновенного интереса. - Пятифан тяжело выдохнул, - Ты видимо никогда такого не испытывал, впрочем, как и я. И знаешь, если судить по твоему поведению в классе, тебе никто по настоящему не нравится. Ты думаешь я совсем дурак безмозглый, который не замечает твоих натянутых улыбок? Если так, то ты меня ахуеть как недооцениваешь. Антон недоумëнно смотрел на парня снизу вверх. Он испытывал противоречивые чувства и совершенно не понимал как реагировать на слова и доводы Пятифана. Он поднялся с пола, усаживаясь обратно на свой стул. - Наши чувства друг к другу абсолютно разные, ты понимаешь? Если тебе блять впервые стал интересен человек, это не значит, что ты влюблëн в него, нахуй ты мне сейчас мозги компостируешь этой хернëй? Ты сам не понимаешь, что на больное давишь? Мне вообще ни в каком месте легче от твоего типа "признания" не стало! - Рома нервно сжимал свои плечи, хмуро глядя на Петрова. - Ром, Я... Я действительно ничего не понимаю, - Антон стыдливо опустил взгляд на стол, краснея. Его тыкали носом в самый непонятный для него аспект своей жизни, в котором он совершенно не разбирался и каждый раз терялся, в неспособности определить собственные эмоции. - Ты мне как минимум не безразличен. Это уж точно. Во мне что-то поменялось к тебе, раньше я даже не смотрел в твою сторону, потому что думал что ты скучный и предсказуемый, что мы точно никогда не сможем поладить! - На счëт последнего я по-прежнему уверен, - недовольно пробурчал себе под нос Рома, наконец приходя в себя и усаживаясь на своë прежнее место. - Когда случилась та недо-драка в классе, после моих слов и... Тебя и твоего взгляда во мне что-то щëлкнуло! Я не знаю как объяснить это, будто загорелась лампочка или... Как будто, э... Обогреватель включили, Я не знаю... Просто... Мне всегда было скучно. И никуда это чувство не девалось раньше, с кем бы я не общался. Знаешь, с Полиной... Она дорога мне как подруга и близкий человек, Я доверяю ей и переживаю за неë в трудные моменты, не хочу причинять ей боль, но... Это немного другое, понимаешь? Я не представляю, что могу делать с ней всякие... вещи и тому подобное, у меня в голове это не вяжется. Но с тобой всë по другому. Я вдруг... Начал видеть тебя. Замечать то, на что раньше не обращал внимания, Я хочу узнать тебя всего, хочу увидеть больше остальных! Я действительно не знаю как правильно назвать это чувство, потому что у меня такое... Впервые? Наверное... Рома внимательно наблюдал за Антоном, который выглядел очень взволнованным и нервным. Он отводил взгляд и говорил быстро и сбивчиво. Пятифану даже польстило, что с ним Петров наконец перестал строить из себя невесть кого и стал обыкновенным парнем, а не ледяным айсбергом из спокойствия и надменности. - Мда, вот упал же ты на мою голову... - сдавленно проговорил Рома, слабо усмехаясь. - Казалось бы такой уверенный и умный Антошка даже собственных эмоций понять не может, чудеса! - уже во всю ухмыляясь продолжал издеваться парень. - Заткнись... Как будто тебе легче, ага! Ври больше! - обиженно пробурчал Петров, краснея ещë гуще. - Ладно, если по-честному, я наверное в таком же положении, что и ты. Я до сих пор принять не могу, что мне нравится... парень... Да ещë и кто! Самовлюблëнный пиздюк! Это же блять вообще пиздец! Вот жил же спокойно, дрочил на девок, за Полинкой бегал и всë было заебись, но пришёл ты и всë испортил нахуй! - Рома гневно жаловался, артистично вскидывая руками. - Ну извините, это произошло не по моей инициативе! Помолчав пару минут, парни слегка успокоились, по прежнему не решаясь поднять друг на друга взгляд. - И... - Пятифан неуверенно поднял голову, смущëнно глядя куда-то сквозь Антона. - Что мы будем с этим делать? - Для начала нам нужно как минимум получше друг о друге узнать, не считаешь? Потому что на данный момент мне известно лишь тот факт, что ты главный гопник на районе и что у тебя большой член. На последней фразе Рома вспыхнул, краснея как помидор. - Ты это... Лишнего не пизди!.. - А то что? Отшлëпаешь меня до потери пульса? - Антон хохотнул, состроив обманчиво испуганное выражение лица. - Если надо будет - так и сделаю! - Пятифан угрожающе помохал кулаком возле лица Антона, незаметно усмехаясь. - Но в остальном ты прав. Чур, начинаешь рассказывать ты! Потому что о тебе у меня сведений вообще нет. Ты же у нас скрытный, никому ничего не доверяешь, ну-ну. - Да когда бы мне было о себе рассказать. То дерëмся, то дрочим, ни минуты свободной на разговоры по душам. - Ну с последним поспособствовал только ты! Я вообще собирался игнорировать тебя всю оставшуюся жизнь! - Видимо, не судьба, - улыбнулся Антон. На его щеках до сих пор горел румянец. Непривычное чувство, но... Это было тепло. Приятно показывать себя такого кому-то, особенно Роме, ведь именно он был причиной столь радикальным переменам в Петрове. - Что ж... Я даже не знаю, с чего начать... Я родился в Москве, до недавнего времени мы жили спокойно, но месяца три назад у отца случились серьёзные проблемы на работе и теперь мы все скрываемая в этой глуши, чтобы нас не кокнули, - парень говорил об этом так спокойно, будто в угрозе жизни не было ничего особенного. Рома изменился в лице, встрепенувшись. - Чо... Погоди, реально? У тебя батя бандит что ли? Это чо за проблемы такие могут быть, за которые со всей семьёй расправиться могут?! - Он бухгалтер. Знаешь, с людьми и не такое случается. Я просто... Я уже принял эту мысль и пока нас не нашли мы не поднимаем эту тему. Рома продолжал недоумëнно смотреть на Антона, но больше ничего по этому поводу не говорил, решив, что расспрашивать о подобном будет не очень уместно в нынешней ситуации. - Что ещë... У меня есть младшая сестра, еë зовут Оля и ей сейчас 12 лет. Она... - парень замялся, не зная как продолжить свою мысль, - Я очень сильно люблю еë, больше чем кого-либо ещë. Наши родители... Скажем так, специфические люди. Всë что они делают, это ругаются днями напролëт и игнорируют нас с ней. Так было не всегда, но... Еë это очень ранит. Меня раньше тоже, но Я вырос и теперь мне по большей части плевать, моя главная забота оберегать от их истерик еë. Пятифан сочувственно покачал головой, прикрывая глаза. Вот оно что... - Так почему они не разведутся? Зачем жить друг с другом, если понимаете, что любви между вами нет? Это же... Блять, даже не знаю... Для меня это недопустимо. Антон напряжëнно посмотрел на Пятифана, поджимая губы. - Знаешь, сказать то всегда легко... - он грустно покачал головой, - там много факторов задействовано, некоторых Я и сам не знаю. Я раньше больше всего на свете боялся того, что они разведутся, потом уже привык к их ссорам и перестал обращать на это внимания. Признаться честно, Я бы не хотел жить ни с одним, ни с другим в случае их развода, оба самовлюблëнные и эгоистичные куски льда. - "Прямо как ты", - пронеслось в голове у Ромы, но вслух он этого произнести не решился. - Во-от... Ну, на счëт остального наверное больше нечего рассказывать. Потом ты получше меня узнаешь, не хочу рассказывать сразу все свои секреты. - Петров лукаво улыбнулся, кладя голову на сцепленные пальцы, - Твоя очередь. Рома неловко почесал затылок, вздыхая. - Так, ну... Чо могу сказать, родился и жил тут всю жизнь, мамка моя в местной больнице работает, вкалывает днями и ночами, батя мой... - Рома поник, незаметно сжимаясь. - Батя на Афгане погиб. Антон распахнул глаза от неожиданного заявления, сочувственно опуская глаза. - Ром, мне жаль... - Ой, вот только не надо со своими соплями! Нормально всë, без жалости твоей обойдусь. Просто сказал, чтобы потом рассказывать не пришлось. Было видно, что для парня эта тема очень болезненная и распространятся о ней и дальше он не намерен. Петров лишь пожал плечами, не говоря больше ни слова. - Ну чо ещë... Дела решаем с Бяхой потихоньку, ходим, разбираемся тут с недалëкими... Я тебе не изверг какой-нибудь, который мелочь у пиздюков отнимает. Вот Сëмка таким был, приклеился к нам как банный лист и не отцепишь, тем ещë отморозком был... Пропал - да и хер с ним, наверное застрял где-нибудь между веток в лесу и висит там, проход загораживает, - хоть Пятифан и говорил столь жестокие вещи, а его взгляде читалось беспокойство. Было видно, что эти напускные слова были сказаны лишь для мнимого поддержания его хладнокровия. - Мне он тоже никогда не нравился, сначала всë лез ко мне, так после того как я вмазал ему - притих и пыхтел на меня через весь класс. Смешной такой, - Антон хихикнул, вспоминая разъярëнное лицо одноклассника. - Да он только на это и был способен... Ладно, чо мы как бабы сплетничаем тут, не по-пацански как-то, - Рома встряхнулся, нахмуриваясь. - Ага, а дрочить в мужском туалете очень "по-пацански", - ехидно вставил Антон. - Блять, вот только не начинай, это ты в тот раз меня в кабинку затащил! - И стонал от удовольствия тоже я, конечно же. Рома гневно зыркнул на Петрова, поджимая губы. - А что мне ещë оставалось? - Ну... Например отмутузить меня прямо там и свалить по-быстрому, пока я ничего не сделал. Я кстати до последнего этого ожидал, совсем не того, что ты меня поце... - Да заткнись ты наконец! - Рома был красным от кончика носа до ушей, - Это была ошибка, Я просто себя не контролировал! - Не сомневаюсь, однако это не тот поступок, который можно совершить просто так. Антон во всю ухмылялся, ехидничая. Ему было откровенно смешно с реакции парня. - Хочешь верь, хочешь нет, если тебе так нравится тешить своё самолюбие... - А давай прямо сейчас и проверим! Не давая Роме осмыслить сказанные Антоном слова, Петров резко приблизился и поцеловал парня через стол, бесстрастно вторгаясь в его личное пространство. Он настойчиво целовал Рому, не закрывая глаз, не касаясь чужого рта языком, лишь мягко сминая чужие губы. Ромино лицо вытянулось в недоумении и пару секунд тот никак не реагировал, тупо смотря на парня перед собой. Придя в себя, Пятифан подхватил инициативу, притягивая Антона ближе, ведясь на его очевидную провокацию. Петров от неожиданности вздрогнул, распахивая глаза. Это что, его шутка только что вышла из под контроля? Пятифан потянулся к парню ближе, зарываясь обеими руками в его светлые волосы, мягко стягивая их. Язык плавно скользнул в чужой рот, сталкиваясь с языком Антона. В кухне слышались мокрые причмокиванием и тяжелое дыхание парней, которые не могли остановить череду влажных поцелуев ни на секунду. Щëки Антона горели от румянца, мысли путались, собираясь в единый клубок, в голове было пусто, а в груди - горячо. Спустя несколько до невозможности долгих мгновений Рома первым отстранился, победно усмехаясь. - Не ожидал, Антошка? Петров тяжело дышал, пытаясь восстановить сбившиеся дыхание. Глаза были мутными, губы - мокрыми. - Э... - парень неловко кашлянул, отворачиваясь, в попытке скрыть своë смущение. - Ладно, шутка вышла из под контроля, - Антон закусил губу, изображая на лице волнение, - Но это ничего не значит! - Ага, ну посмотрим, заяц. Это прозвище неожиданно всплыло в голове у Ромы. А ведь и вправду, Петров чем-то напоминал косого, взять хотя бы цвет его волос! Банальнее прозвища придумать было сложно, но, на что хватило фантазии Пятифана - на то хватило и он ни за что бы не упустил возможности лишний раз поддеть Антона. - Не называй меня так, - сердито произнëс Петров, гневно глядя на Рому. - Как скажешь, косой, - весело усмехнулся Рома. Сейчас парни общались как ни в чëм не бывало, подкалывали друг друга, беззаботно шутя. Будто не было ранее драк и тревоги, не было недосказанности и злобы. Обоим было хорошо. Оставшееся время ребята разговаривали о всякой всячине, действительно стремясь узнать друг о друге побольше. Антон рассказывал смешные истории из прошлой городской жизни, Пятифан делился ситуациями из частых стрелок со школьными отморозками. Он рассказал о Бяше и их дружбе, о том, сколько ребятам пришлось пережить вместе, чтобы стать почти что братьями друг для друга. Антон слушал во все уши, удивляясь и смеясь с очередной Ромкиной шутки. Ему было интересно, громкий голос парня, который почти через каждое слово вставлял излюбленную брань ни сколько не отталкивал, а даже наоборот подстëгивал на ещë большую вовлечëнность. Не смотря ни на что, Антон понимал каждое его предложение и периодически задавал Пятифану уточняющие вопросы. Было непривычно видеть Ромку на столько оживлëнным и дружелюбным. Это было очень приятно, Петров ощущал что с каждой новой его историей они с ним становятся на йоту ближе, и Антон каждой клеткой своего тела чувствовал это единение. Пока что они не решались охарактеризовать каким-то определëнным словом свои взаимоотношения, избегая и откладывая эту тему, ведь их даже друзьями пока назвать было сложно. Не смотря на это, парни частенько между делом касались друг друга, якобы случайно, сидели друг напротив друга на скрипучей кровати Пятифана, соприкасаясь коленками. Каждый из них замечал это, старательно делая вид, что ничего необычного не происходит. Это устраивало всех. Спустя пару часов, когда на улице уже начало заметно темнеть, Антон распрощался с Пятифаном. Подарив тому лукавый и быстрый поцелуй, быстренько смылся из его дома, захлопывая дверь перед самым носом Ромки, так, как сделал это сам Рома ранее днём. Выйдя на крыльцо чужого дома, Антон счастливо улыбнулся, закрывая глаза. Так и должно было быть. Теперь, всë правильно.