В кровати

Капургана, Колумбия. Декабрь 2017 года. 1. Анхелика почти бежит вприпрыжку и подол её любимого легкого красного сарафана на тонких бретельках развевается, обнажает стройные загорелые ноги. Она хочет догнать убежавшего вперёд брата. Диего младше её на 10 лет, но уже бегает быстрее сестры, хотя в идее торопиться ему и некогда совсем - мороженое из магазина никуда от него не денется. На улице стоит невообразимая жара и охладиться вкусным лакомством, после напряжённого рабочего утра в их семейной рыбной лавке, хочется не только братишке, но и самой девушке. Анхелика на самом деле очень красива, а некоторых, как например, продавца в этом самом магазинчике, и вовсе сводит с ума своей красотой - чёрные густые волосы ниже лопаток, миндалевидные глаза, обрамлённые пушистыми и длинными ресницами, женственная фигура с соблазнительными изгибами, тонкой талией и округлыми бёдрами. Юной красавице едва исполнилось 18, в этом году она заканчивает школу и надеется, что ей удастся вырваться в какой-нибудь большой город, чтобы больше никогда не чувствовать въевшийся, кажется, даже под кожу, запах свежей рыбы, которую лет с 7 ей приходилось чистить и потрошить каждое утро, а потом ещё и разносить по заказам в рестораны и на виллы. Совсем идеально было бы, чтобы её увёз из деревни какой-нибудь приезжий турист, в мечтах Анхелики он чаще всего был принцем, ну, или хотя бы просто миллионером, а ещё высоким, красивым, надёжным как скала. Главное, чтоб не бандитом из картеля. Внезапно Анхелика замедляет шаг, потому что её мечта о высоком и красивом принце материализуется прямо перед ней, менее чем в пятидесяти метрах - под крышей навеса у магазина стоит он. Нет, даже ОН. Девушка инстинктивно поправляет задравшийся от бега подол сарафана, а также заправляет за ухо выбившуюся прядь волос и подходит ближе уже более размеренным шагом, не забывая вилять бёдрами как учила её приезжавшая из Картахены кузина. ОН. Если нужно сказать, что он прекрасен - этого будет совершенно недостаточно для описания. Он богоподобен. Он чёртов идеал. ОН. Высоченный, огромный, сильный. На нём джинсовые шорты, что по мнению девушки на такой жаре не самый лучший выбор, и светло-светло-зелёная свободная майка-борцовка, практически не закрывающая грудь, но контрастно оттеняющая ровный лёгкий загар. У Него невероятно красивые руки, особенно бицепсы, не хлипкие как у часто приезжающих в посёлок сёрфингистов, а прям как в её мечтах. Такими руками только и обнимать её девичье тело... Когда она решается посмотреть на его лицо, Диего, конечно же, уже рядом с ним, громко здоровается: - Ола! - и скрывается в магазине. - Ола! - отвечает прекрасный незнакомец и поднимает солнечные очки, улыбается так, что у Анхелики слабеют колени, она непроизвольно подносит руку к груди, ещё замедляет шаг. Очень хочется рассмотреть такого красавца получше. У него светлые глаза, добрый взгляд и неровный нос. Из последнего факта Анхелика делает вывод, что он любит драки, что также будоражит её. Она вступает на дощатый пол веранды, по навесом которой в ожидании чего-то или кого-то стоит незнакомец, обращает внимание на его длинные мускулистые ноги и кроссовки (а не кроксы или шлёпки, в которых ходят тупые сёрферы), снова смотрит ему в лицо из-под полуопущенных ресниц, увеличивает амплитуду движения бёдер и на этот раз незнакомец сам проявляет инициативу. Он приподнимает прикрывающую его голову голубую панаму за край, кивает ей: - Ола! - Ола! - кивает девушка в ответ и тоже входит в помещение магазина, надеясь, что мужчина смотрит ей вслед. В магазине всего один посетитель и... "Господи ты боже мой! Святая Дева Мария! - думает Анхелика - Это где-то прям штампуют таких что ли?" И не то что бы они очень похожи... Тоже высокий, но пониже того, тоже слегка загорелый... Его можно рассмотреть со спины, чем она и занимается пока делает вид, что выбирает какое мороженое купить. Так вот, у него тоже спортивная фигура, свободная синяя рубашка и пляжные пёстрые шорты не могут этого скрыть, а на спине болтается соломенная шляпа с узкими полями. А ещё у него тоже потрясающие руки. Вообще, кузина из Картахены говорила Анхелике, что восхищаться мужскими руками - это правильно. А чем ещё? - Грасиас. - второй прекрасный незнакомец собирает с прилавка в рюкзак бутылки с водой и лимонадом, несколько апельсинов и манго, пару коробок "Бокадильо"*, какие-то конфеты. - Пожалуйста. - отвечает хозяин магазина - Пока! - машет рукой. - Диегито, дружочек, Анхелика, моё солнце! - приветствует Густаво новых посетителей. - Кто эти люди, а? - девушка выкладывает на прилавок две больших упаковки с мороженым. - Туристы с дальней виллы. Гуляют, осматриваются. - Густаво показательно грустно вздыхает. Им Анхелика никогда так не интересовалась, хотя он один из самых завидных женихов в посёлке, а у его отца один из самых прибыльных бизнесов - этот самый магазин... А она и не смотрит на него. - Они вдвоём отдыхают? Без семей? - непроизвольно закусывает губу, выглядывает в открытую дверь и видит, как тот, что был внутри магазина надевает шляпу, а другой, который ждал, подходит и что-то говорит, стягивает с его плеча рюкзак, закидывает на своё и берёт его за руку. А затем девушка как зачарованная смотрит как переплетаются их пальцы, как тот, что повыше склоняется ко второму, легонько касается губами щеки, совершенно не обращает внимания на вялые попытки увернуться и тянет его в сторону пляжа. - Они и есть семья, красавица. - произносит Густаво со вздохом. - Ты придёшь сегодня на танцы? - Не решила ещё... - рассеяно отвечает девушка, забирает с прилавка свои покупки, продолжая рассматривать дорогу за поворотом которой уже скрылись прекрасные незнакомцы. - Приходи, я буду ждать тебя. - кидает в Диего шоколадным батончиком и подмигивает ему. Тот с удовольствием ловит лакомство и прижимает к груди. 2. Вечером Анхелика наряжается для похода на танцы - на этот раз на ней яркая цветастая расклешённая юбка, белый почти прозрачный топ со спущенными плечами, по несколько металлических браслетов-колец на каждое запястье и эспадрильи на платформе, а волосы забраны в высокий хвост. Она даже макияж сделала, что для неё вообще редкость, но почему-то сегодня захотелось - черные стрелки и ярко алые губы дополнили образ. Мать назвала её цыганкой и попросила писать письма, если её в таком виде увезут в Голливуд и попрощаться им не придётся, потом поцеловала и велела веселиться от души! Отец же поцокал неодобрительно языком, глядя на вертящуюся перед зеркалом Анхелику и напомнил, что на завтрашнее утро есть большой заказ и ей было бы неплохо хоть чуть-чуть поспать. Лурдес, её лучшая подруга, уже ждёт девушку у дома, встретившись и расцеловавшись в щёки, они берутся за руки и идут в таверну, во внутреннем дворике которой по вечерам и устраиваются танцы. По дороге Анхелика рассказывает, что видела туристов с дальней виллы и что они вели себя не как просто друзья, держась за руки. В этот момент они обе почти синхронно смотрят на свои ладони, держащие одна другую, и также синхронно прыскают со смеху, решив пока не делать скоропалительных выводов. В таверне уже довольно много народу, пахнет жареным мясом, креветками и чем-то кислым, не то пролитым пивом, не то перебродившим вином. Густаво приветственно машет девушкам руками и они присоединяются к своей обычной компании, состоящей из местной молодёжи. Ещё здесь присутствуют несколько туристов из кемпинга и ближайших вилл, но ту самую парочку интересующих её мужчин девушка замечает в самом углу ресторанного дворика. Выбор она делает именно в этот момент - на том мужчине, который выше, футболка с длинным рукавом цвета слоновой кости, бежевые свободные брюки и лоферы им в тон. И это всё настолько слишком для неё, настолько охуенно красиво, что второго она даже и не замечает вовсе... На столике у них несколько тарелок с местными блюдами, а из алкоголя всего лишь по бокалу вина (хотя может они просто бутылку допивают уже и пустую со стола унёс официант), они сидят совершенно расслабленные, переговариваются, периодически кто-то из них отправляет себе в рот что-то из стоящих на столе закусок. Анхелика делает несколько глотков из бутылки пива, предложенной Густаво и как только начинает играть бодрая латино-американская музыка, она, набравшись смелости, подходит к интересующему её столику, обращаясь сразу к обоим мужчинам на своём не самом лучшем английском: - Я хочу с вами потанцевать. Пойдёмте. - протягивает к ним руки не особо надеясь на успех. На её удивление оба молодых человека улыбаясь поднимаются со стульев - Я Анхелика. - Артём. - пожимает ей руку и слегка склоняется тот, который высокий. - Игорь. - тоже жмёт руку, кажется, он чуть меньше рад. - Вы откуда? - музыка становится громче, девушке приходится перекрикивать её. - Мы из России. - Ого! Вы первые из России, с кем я знакомлюсь... Пойдёмте потанцуем! - призывно машет руками направляясь в сторону центра патио, где уже собралась значительная часть посетителей таверны. Они начинают танцевать, и надо признать, её новые знакомые неплохо двигаются. Только вот не смотрят на неё почти, всё переглядываются между собой будто бы с заговорщицким видом. Одна мелодия сменяет другую, и в какой-то момент Анхелика решает идти в атаку. Она призывно двигает бёдрами в такт музыке, гладит себя руками, смотрит без отрыва на Артёма, приближается к нему, поворачивается спиной, старается то ли потереться об него попой, то ли сымитировать какую-то пошлость. Ну, щас все так танцуют, ей кузина из Картахены показывала... Она замечает как почему-то хмурится Игорь, как на его лице, видимо, непроизвольно, играю желваки, как он сжимает и разжимает кулаки и не в силах сдержаться, отходит обратно к их столику, залпом допивает остатки вина из бокала, бросает на стол несколько купюр, после чего разворачивается и направляется к выходу из таверны. "Может у него живот прихватило..." - думает Анхелика, разворачивается лицом к Артёму, укладывает руки ему на плечи, рассчитывая продолжить более тесно с ним знакомиться, к тому же вон его ладони уже на её талии, обжигают полоску кожи между топом и поясом юбки, слегка сжимают и... он отодвигает её от себя: - Извини, мне надо... Я... Извини. - озирается по сторонам, снова поворачивается к девушке - А где Игорь? - Так он ушёл. - кричит она ему на ухо. - Ты боишься, что он не найдёт дорогу на виллу? - Ага, типа того... Извини. Ты красивая, но мне пора... - чуть кланяется и быстро-быстро выходит из таверны. Анхелика складывает руки на груди и хмурит брови, когда на её плечо ложится рука Густаво: - Глупышка. Он не для тебя... Не пытайся даже... - Много ты понимаешь, придурок! - выпутывается из-под его руки и тоже идёт к выходу, сама даже не понимая зачем. По улице она проходит быстрым шагом почти до поворота на их виллу в поисках её сбежавшего принца, на повороте притормаживает потому что слышит тихий раздражённый разговор на неизвестном языке: - ... она бы тебя прям там и трахнула, даже на второй этаж бы не повела... - Что ты несёшь, больной ты, идиот, блять... - шелест придорожных кустов, будто кто-то забирается в них поглубже. - Что за ревность опять? - Прекрати меня толкать, возвращайся на танцульки свои! - Ох, я так понимаю, кому-то стало скучно просто отдыхать, ёпт, да? - Что ты делаешь? - шелестение затихает, видимо кусты закончились и мужчины стоят буквально в паре метров от Анхелики, но за углом забора последнего дома на дороге. - Артём, прекрати! Перестаааань... - слышна возня, они, видимо, дерутся, но потом вдруг вместо криков звучат какие-то задушенные стоны, потом звук расстегивающейся молнии, причмокивания, чавканье, мычание какое-то... Подрались и теперь кому-то плохо? При этом стоны и всхлипы тоже не прекращаются, просто кажется, будто через ладонь. А ещё повторенье одного и того же слова "Тём, Тём, Тём"... Анхелика уже хочет закричать, позвать кого-то на помощь, когда ей и самой зажимают рот и она слышит на ухо быстрый шёпот: - Дурёха, ты, дурёха!! - шепчет Густаво - Оставь людей в покое. Они и без тебя разберутся. - хватает её за руку и тащит обратно в сторону таверны, где угощает её и Лурдес вином и всю ночь смешит дурацкими историями и анекдотами, а под утро и вовсе напрашивается проводить девушек. 3. Утром Анхелика не смогла бы встать с постели, если бы не знала, что ей надо отвезти заказ на ту самую дальнюю виллу, а значит это ещё один шанс пообщаться с Артёмом. она встаёт даже раньше, чем звонит будильник, тщательно умывается, собирается предвкушая встречу, возможно, её пригласят на утренний кофе, а потом... Ну, и заодно она хоть поймёт кто кого побил, а может и узнает из-за чего или из-за кого... Если она так понравилась Игорю, что он подрался с другом, то она непременно хочет это знать! Сегодня на ней коротенькие джинсовые шорты и завязанная на талии голубая в полоску рубашка, волосы решено не собирать, оставить распущенными, из макияжа только светлый блеск для губ. Она вешает на руль велосипеда корзину с рыбой и неспеша направляется к дальней вилле. А подъехав обнаруживает калитку открытой. Наверное, кто-то увидел её через камеры видеонаблюдения. Анхелика смущаясь поправляет растрепавшиеся в дороге волосы и завозит велосипед на территорию, захлопывает калитку, подходит к самому дому, решает не звонить и не стучать, а раз её ждут и оставили открытой калитку, то она вполне может воспользоваться таким "приглашением" и войти внутрь. Да, и любопытно же. Именно из-за любопытства она тихо приоткрывает дверь и входит внутрь. На всякий случай негромко покашливает. Никто не отзывается и она отправляется исследовать дом. На первом этаже только очень просторная кухня-гостиная, где она и оставляет корзинку с рыбой, ванная, кладовка, да выход к бассейну, а на втором этаже должны быть спальни мужчин и у девушки от своего хулиганского поступка начинает колотиться сердце и сбиваться дыхание. В одну из спален дверь оказывается приоткрыта и Анхелика заглядывает внутрь, видит залитую утренним солнцем комнату, большую двуспальную кровать и двух человек нежащихся в этих самых солнечных лучах на этой самой кровати. Девушка моментально прирастает ногами к полу, не в силах сдвинуться с места или хотя бы отвести взгляд. Мужчины укрыты лишь тонкой белой простынёй, поэтому их поза не представляет секрета. Оба на правом боку, как большая и маленькая ложки, настолько близко друг к дружке, что девушке неловко. Да, и вообще, на вилле 3 или 4 спальни... Внезапно Артём громко вздыхает, не открывая глаз несколько раз целует обнажённое плечо Игоря, двигаясь к шее. Игорь под простынёй шевелится, видимо, придвигается поближе, подставляясь под утренние ленивые ласки. Простынь совершенно не скрывает их движений - рука Артёма высовывается, чтобы за подбородок повернуть Игоря к себе, лизнуть его губы, выманить его язык наружу, поцеловать его, проскользнуть в его рот своим, поглаживая по горлу пальцами, вернуть руку под простынку, гладить грудь, прищипывая соски. Игорь хочет перевернуться на спину, но Артём удерживает его на боку, целует в скулу, шепчет что-то, скользя ладонью к его члену, накрывая его, совершая абсолютно однозначные действия. Анхелика стоит за дверью, зажимая себе рот, понимая что она видит и не в силах сдвинуться с места. Видно как Игорь облизывает свои пальцы, заводит руку назад, видно как дёргаются бёдра Артёма, стремясь туда, куда его направляют, как увеличивается скорость движения ладони по члену Игоря, который вгрызается зубами в обнимающую его поперёк плеч руку, как Артём шепчет ему на ухо, как Игорь стонет, отталкивает ласкающую руку, приподнимает левую ногу, быстро-быстро двигает своей рукой по своему же члену. Простыня сползает с мужчин и спустя непродолжительное время становится видно как из члена Игоря выплёскивается сперма, он стонет, запрокидывает голову назад в поисках более тесного контакта, у него закатываются глаза, тут же видно как резко и быстро двигается Артём, всхлипывает, стискивает своего мужчину, прижимает к себе ближе, ещё ближе, кусает в плечо, потом откидывается на подушку, притягивая Игоря к себе: - Ола! - и сначала Анхелика пугается, что это обращение к ней, что её заметили, но продолжения не следует, дальше они говорят на своём языке - Доброе утро, Кись! - Доброе, да! Меня надо помазать... - чуть поводит бёдрами, проверяя ощущения. И, да. Помазать его надо... Вообще, столько трахаться потрясающе классно, но вот могут быть такие мелкие неприятности. - Да? Блин... - Тёма расстраивается весь полностью, его сразу хочется утешить: - Не страшно, просто совсем без растяжки же... - гладит ладонью обнимающую его руку. - Перевернись, я посмотрю. - Тём, только давай без... - укладывается на живот, сгибает одну ногу в колене. Артём целует его в лопатку: - Я только посмотрю. - укладывает ладони на ягодицы, разводит их в стороны, смотрит как из ануса вытекает его сперма, трогает пальцами аккуратно, заправляет её обратно, а потом припадает губами. Игорь сучит ногами по матрасу: - Ты же... Ох, бля... Подлец!! - но сладкая пытка продолжается, внутрь несколько раз проскальзывает язык, ласкает натёртые стеночки, потом Артём отстраняется, рассматривает результат своего "труда", шлёпает ладонью по ягодице: - Ладно, всё. Пошли. Пошли-пошли, ёпт... Намою тебя и намажу, а то правда... - тянет его за левую щиколотку, стягивает с кровати. Игорь кряхтит, вставая, чем вызывает у Артёма смешок. - Детка, да ты дедка! Анхелика спохватывается, отступает за дверь в тень, стоит ни жива, ни мертва, ожидая, что её вот-вот раскроют, но мужчины проходят рядом с дверью и сворачивают в ванную. - Спасибо тебе, любимый! - Артём замирает, а Игорь еле-еле успевает затормозить и не врезаться в него - Я скоро вообще превращусь в одну огромную дыру, которая не сможет встать с кровати... - Как ты меня назвал? А? Никогда в жизни так не называл... А? Значит тебе всё нравится... А? - дальше голоса заглушаются льющейся из душа водой. Анхелика всё ещё зажимая себе рот руками отступает к лестнице, тяжело дыша и не особо заботясь о том, чтобы не шуметь. Никто сейчас на неё не обратит внимания. Она прихватывает с кухни корзину с рыбой, выбегает из дома, садится на велосипед и едет обратно домой, настолько быстро насколько может. Дома она говорит, что рано приехала, дверь ей не открыли, туристы, наверняка, ещё спят, закидывает рыбу в холодильный шкаф, обещает отцу, что съездит ещё попозже. Она проскальзывает в свою комнату, опирается спиной на закрытую дверь, всё ещё тяжело дышит, зажмуривается, утирает со лба пот, вспоминает только что увиденные ею картины, рука сама скользит по её же шее, по груди, животу, расстёгивает пуговицу на шортах, не в силах даже сделать пару шагов до своей кровати ныряет внутрь, туда где сладко тянет от увиденного, от подсмотренной чужой непонятной любви. Через час Анхелика садится на велосипед и снова едет на дальнюю виллу, теперь она звонит в открытую калитку, на этот раз ждёт, когда ей разрешат войти на территорию. Из дома выходит Артём, подходит к калитке, бубнит что-то на своём языке: - Сломалась она что ли? - потом вдруг спохватывается и обращается к девушке - Ола, Анхелика! Игорюш! Кисуня, иди сюда! - раскрывает калитку пошире - Проходи, пожалуйста. Ёбаный инглиш. Вон туда в дом, ага. - навстречу им выходит Игорь: - Ола, Анхелика! Как ты? - ей моментально становится жарко, в ушах шумит, горят щёки: - Нормально, спасибо. - опускает глаза в пол, стесняясь смотреть на Игоря, потому что, ну, потому что... - Дай мне твою сумку. - это девушке заботливым тоном, отбирая из её рук корзину, и тут же обращаясь к Артёму строгое - Олень, не мог сразу сам забрать? - Бля, я чё-то не подумал, ёпт. - такой огромный, такой властный (она видела!), такой сильный Артём чешет затылок и виновато поджимает губы. - Дай, я. - Ой, отвали. - заходит в кухню, выкладывает рыбины из корзины прямо в раковину. - Этого я трогать не буду... - тычет пальцем в лежащего снизу осьминога. Анхелика смотрит на них, слушает как они переругиваются на своём непонятном грубоватом языке и её начинает разбирать смех: - Вы такие милые ребята! А осьминога, если хотите, я могу приготовить... Я хорошо готовлю... - сама понимает, что болтает лишнего. - Воу! Спасибо! - Артём кладёт ладони Игорю на плечи, сжимает их. - Мы с радостью. Да, Игорюш? Ты же не приревнуешь снова? - Почему нет? Мне понравился придорожный минет... Да и вообще... - пожимает плечами. Тем временем Анхелика перекладывает осьминога в кастрюлю, заливает водой, находит солонку, высыпает половину её в воду и ставит в холодильник. - Удобно, да, когда никто нас не понимает? - Я приду часов в 7. Нормально? - уточняет девушка. - Да, будем тебя ждать! - Артём провожает её и проверяет работает ли электромеханический замок калитка, который позволяет (или позволял) открывать и закрывать её не выходя из дома. Замок работает. 4. Этим же вечером Анхелика возвращается на виллу, сама не особо понимая зачем вообще ей это надо. Ну, кроме возможности немного подзаработать, само собой. Но оказывается, что она во всём просчиталась - на заднем дворе виллы её ожидают не только Артём с Игорем, но и совершенно непонятно откуда взявшийся здесь Густаво. - Привет! А что ты тут делаешь? - кладёт на скамью на веранде свою сумку и пончо, взятое из дома на случай прохладной ночи. - Привет, моё солнце! Я помогаю вот с огнём! - указывает на очаг в углу дворика - Рыбу будем жарить, а потом меня пригласили остаться на ужин! - Хм, это за какие-такие заслуги, мне интересно? - она выкладывает на стол принесённые с собой овощи и зелень, которые нужны для приготовления осьминога. - Потому что я с ними подружился... - Густаво смешно выпячивает грудь. - Посмотри на них, Игорюш... - закидывает руку ему на плечо. - Блин, идея твоя, если не выгорит, то это будет не очень хорошо... - Игорь пусть и совсем немножко, но сомневается в купидоньих способностях Тёмы. - Да, мы уедем через пять дней, чё ты паришься... - говорит Артём со смешком и уводит Игоря в дом. - Мы-то уедем, а они-то останутся... - достаёт из холодильника кастрюлю с осьминогом, ставит на столешницу возле плиты. - И будут жить вместе долго и счастливо! Я отвечаю! Вот увидишь! - резко разворачивается и хватает Игоря за бока, впиваясь пальцами в рёбра, тот от неожиданности и потому что ему щекотно взвизгивает. - Дурачина ты! - стукает по плечам. - Скажи ещё раз! - наступает, нависает над Игорем, одновременно уводя их немножко вглубь комнаты, подальше от окон. - Да, что такого я сказал-то? - Скажи! - Нет, всё, прекрати... - безуспешно пробует вырваться. - Игорь! - морщит лоб, поджимает губы. - Тём, любимый, ну, перестань... - сдаётся, видит как Артём расплывается в счастливой улыбке и склоняется к нему для поцелуя. Именно в этот момент скрипят доски веранды. сообщая о чьём-то приближении и тут же раздаётся стук в дверь. Они отскакивают друг от друга, синхронно произносят: - Да! - и Анхелика просовывает голову в дверь. - Можно? - не дожидаясь ответа проходит внутрь с миской, в которой лежит 2 очищенные луковицы и довольно много зубчиков чеснока. - Проходи. Он ждёт тебя - Игорь указывает рукой на кастрюлю с морским гадом. - А белое вино у вас есть? - получает початую наполовину бутылку, выливает её в воду с осьминогом, лук и чеснок и тоже закидывает их в кастрюлю. Мужчины наблюдают за ней как зачарованные. - Пойдёмте к Густаво, там уже можно мариновать рыбу, не тут же всем... Ну, сидеть. Приходите, я покажу как соус к нему готовить. - тычет пальцем в сторону кастрюли. - Ага, мы... один момент и придём. Ок? - пожав плечами Анхелика выходит из дома - Бля, пиздец, она когда смотрит, я прям хочу тебя, не могу... - Артём обнимает Игоря, наклоняется, целует его. - Просто она типа знает... - Да, ты просто типа извращенец... Но то как она смотрит заводит, согласен. - прижимается ближе, практически виснет у Тёмы на шее. Тот наклоняется пониже, вылизывает шею, укладывая ладони на ягодицы, сжимает их. - Всё-всё, Тём, пойдём. - но не отстраняется, гладит лопатки и плечи, притягивает за голову к себе, целует в губы. - Или давай не пойдём... Ну, поедят они без нас, ничего страшного... - Я хочу научиться мариновать и жарить рыбу. Пошли. - А мы по-быстренькому... Давай? - Можешь один сходить по-быстренькому, если прям совсем неймётся... - за руку тянет Артёма в сторону выхода из дома. Спустя несколько часов и несколько бутылок вина, нескольких замаринованных, пожаренных на гриле рыбин, отваренного с ароматном бульоне, а потом тоже обжаренного на углях осьминога, Густаво говорит, что им пора, Анхелика порывается намыть посуду, но Игорь убеждает её, что Артём с огромным удовольствием сам всё уберёт и вымоет. В итоге, Густаво всё же удаётся увести девушку, правда недалеко. За углом дома она прижимает его к стене: - Поцелуй меня! - А? - таращит на девушку глаза. - Ты глухой? - вцепляется пальцами ему в рубашку. - Ладно, только ты... Ты точно? - несмело дотрагивается до её щеки. - Я тебя сейчас прибью! - наконец, парень набирается храбрости и целует её. На какое-то время они выпадают из этой Вселенной, а потом Анхелика вспоминает - Я забыла там пончо. - Хочешь, я схожу? - порывается уйти. - Нет, я быстро, никуда не уходи. - вручает ему свою сумку и заворачивает за угол. Тем временем Игорь быстро скидывает с себя всю одежду и прыгает в бассейн: - Иди сюда, ко мне. - Артём доедает последний оставшийся кусочек манго, у него округляются глаза: - Бегу, Игорюш! - торопливо снимает с себя всю одежду, прыгает в бассейн, обдавая Игоря волной брызг, подплывает поближе, прижимает его к бортику и к себе. - Ты весь измазался. - проводит Артёму по щеке кончиками пальцев, как раз в этот момент из-за угла показывается крадущаяся на носочках Анхелика, она пробирается к скамье, на которую бросила своё пончо, снова зажав себе рукой рот и торопясь побыстрее уйти, чтобы на этот раз увидеть поменьше. - Я манго! - Ты вкуснее! - обхватывает ногами его бёдра и повисает полностью отдаваясь во власть умелых родных рук. 5. Через полгода Анхелика вернётся с прогулки с Густаво под утро с припухшими от поцелуев губами, и будет сидеть над только что пойманной рыбой и клевать носом, пока отец отвлекается на какой-то футбольный матч. Того высокого, Артёма, она узнает сразу как увидит с мячом у 11-метровой точки перед воротами, завизжит, начнёт прыгать на месте, станет звонить Густаво, потом Лурдес, сбивчиво рассказывать. Игоря покажут по их телеку крупным планом чуть позже, когда Анхелика уже будет всматриваться в каждый кадр этого матча. Потом прибежит обалдевший от новостей Густаво и они крепко сцепившись руками будут болеть за своих знакомых, оказавшихся ни много, ни мало футболистами сборной России. Отец на заднем фоне будет громко ругать попеременно то Начо, то Ассенсио. Потом поменяют Артёма и их команде станет ещё тяжелее. Напряжение внутри рыбной лавки станет нарастать. Густаво схватится за нож и начнёт нервно потрошить и чистить рыбу, Анхелика плакать и просить их ни за что не проигрывать, а отец на заднем фоне объявит, что испанцы сами мудаки. Орать и прыгать после отбитого пенальти они втроём будут так, что из дома прибегут мать и Диего, подумав, что случилась что-то невообразимое. Хотя так и есть. Когда Игорь взмоет в совсем тёмное уже московское небо, Анхелика снова увидит, как влюблённо на него снизу-вверх смотрит Артём, вытрет слёзы и скажет: - Я так за них счастлива!