Поворот

- Все этажи повторно проверили? – переспросил Штольман, угрюмо глядя на подчиненных. Полчаса назад он с ордером на обыск вошел в особняк в Лигово, но не обнаружил никого, кроме старой служанки. - Второй этаж полностью пуст! – молодцевато подтвердил Гриднев. - На третьем никого, Яков Платонович, - выдал побритый наголо, но не выказавший по этому поводу огорчения Плетнев. Обыском первого этажа советник руководил сам. Он быстро нашел комнату без окон, поднес к лицу подушку с кровати, вдохнул запах Анны. «Без сомнений, она ночевала здесь», - отложил он подушку. «Значит, успели уехать. Интересно, это было заранее задумано или кто-то предупредил Шмидта об обыске? Хотя скорее он мог убраться, обнаружив побег Машеньки. Но ничего, Браун узнает, где Анечка, и скоро мы встретимся». Яков поднялся на третий этаж. Осмотрев комнату, из которой была видна раскидистая сосна, он напомнил себе еще раз поговорить с детьми о прыжках и приемлемом риске, спустился на первый этаж и допросил служанку. Та поведала, что о хозяевах ничего не знает, сегодня утром её наняли второпях и велели открывать дверь, если кто постучится. Людей в доме она не видела, только посуду после завтрака помыла и поела хлеба, что остался на столе в кухне. - На сколько персон была посуда? – уточнил Штольман. - Так я не посчитала, барин, - заохала старушка. – Немного посуды было… Но не после одного… Может трое их завтракало? - Кто вас нанял? - Мужик какой-то… я в Стрельне живу, местных не знаю… Дал два рубля, сказал, через неделю приедет, скажет, надо ли дальше сторожить… Штольман внимательно взглянул на старушку. Что-то в ней настораживало, но что именно, он пока понять не мог. Скорее всего, если её оставил Шмидт, именно он придумал приемлемую на первый взгляд легенду. - Охранное отделение! – гаркнул Яков в коридоре, созывая подчиненных. – Уходим. … Глядевшая вслед пролеткам охранки Степанида стерла с лица выражение тупого подобострастия. «Ишь, какой коллежский советник. Быстро сориентировался. Значится, ты и увел девчонку ночью. А может, и сынка до этого. Но жены не нашел, и очень по этому поводу расстроился. Не обыграешь ты Мишеньку, охранный, как ни старайся, медведь волка завсегда поборет. Мишане ты в подметки не годишься. Хотя он тебя ценит. Ну дай бог, будешь ему полезен». … - Хорошо сработано, - похвалил Кромвель. На взгляд Скрябина, сделать это можно было не так скупо, но к стилю общения Кромвеля он давно привык. - Позволю напомнить, что хотел бы по окончанию нашей операции… - Я помню, - отмахнулся старший мужчина. - Все у вас будет. Нам потребуется время, чтобы реализовать задуманное, но когда все устаканится, можете ехать. Точно хотите променять блистательную карьеру на женщину? Скрябин улыбнулся так уверенно, что у вопрошающего отпали малейшие сомнения. - Жаль. Очень жаль… - протянул Шмидт. – Да и Анна оказалась полезной, я вижу открывающиеся перед нами перспективы. Но я помню, что обещал. Вас обоих мне будет не хватать. - Без Штольмана? – требовательно спросил младший. - Иван, вы выкручиваете мне руки. Мне нужны надежные люди в аппарате. Я уже решил, кого оставлю из ведомства Дурново - к сожалению, профессионалов там кот наплакал. Штольман профессионал, он мне нужен. - Вы не переманите его к себе без Анны, - буркнул Скрябин. - Согласен, - вздохнул Кромвель. - Идите, Иван. Скрябин вышел из кабинета в глубоких сомнениях. Шмидт обещал ему отдать Анну, но когда именно? И не обманывает ли он по своему обыкновению? Иван видел примеры циничного нарушения данных Кромвелем обязательств, когда это было выгодно последнему. Так что уверенности в том, что получит желаемое, у Ивана не было. Но и без Анны ему не жить. Он вскинул голову и расправил могучие плечи. Он – последний катар в истории. Анна – его женщина. Со шкатулкой или без, со Штольманом или без он её добьется! … Через несколько часов Штольман с детьми издали любовались четырехэтажным домом на Петроградской стороне. По словам Брауна Анну поместили на втором этаже в комнате с окнами во двор, предусмотрительно забранных решетками. - Папочка, а как мама вылезет? – поинтересовался сын. - То есть ты не сомневаешься, что мама выберется? – улыбнулся Яков. Митя взглянул на сестру, и Штолики синхронно покачали головами. - Ты ее украдешь, - уверенно сказала Машенька. Яков рассмеялся. - Ну раз ты так считаешь. Подпрыгнув на месте, Митя заявил: - Я могу отвлечь охрану! Я кину в них камнем! - Переедем сегодня сюда поближе, - решил Штольман. - Вечером будете меня координировать с Брауном, а я проделаю то, в чем вы уверены. - Кориди… что? - спутался мальчик. - Поможете мне с ним общаться. - А к маме мы пойдем? - с подозрением спросила девочка. Яков серьезно взглянул на детей. - Что я только что сказал, Штолики? Что вы будете делать? - Коридинировать... - повесил голову Митя. - Но это же не спасать! - А кто мне передаст слова Гордона, милые? - удивился Яков. - Без вас у меня ничего не выйдет. Без вас мне останется только ждать у моря погоды, и маму я спасти никак не смогу. Одной рукой узла не завяжешь. - А сколькими завяжешь? - заинтересовалась Маша. - Шестью - запросто, - рассмеялся Штольман. - Или даже восемью, если считать Брауна. - И маму надо считать! Тогда десять рук будет! Яков обнял своих умеющих считать волшебников и крепко прижал к себе. - Точно, Митя. Маму обязательно надо посчитать. … После неожиданного переезда Шмидт озадачил Анну беседой с Александром II. К удивлению медиума, дух деда нынешнего императора явился, но не один, а вместе с Томасом Кромвелем. После недолгого колебания она сделала книксен, а затем задала вопрос Шмидта: - Ваше Императорское Величество, позвольте узнать, в чем была главная ошибка вашего правления? - Я дал крестьянам свободу, но оставил им нищету, - коротко ответил царь Освободитель и тут же исчез. - Он хотел быть отцом, а надо было стать отцом-господином, - добавил Томас. - Остановите Майкла, мадам, ему эти ответы никак не помогут. Он зальет вашу страну кровью, а мою фамилию будут проклинать веками. Выслушав обоих, Анна пересказала Шмидту ответ Александра Второго, сказала, что это всё и получила грозный, полный недовольства взгляд духа истинного Кромвеля. - Простите меня, лорд-секретарь, - тихо сказала она через несколько минут, когда ушли и дух императора, и разозленный пренебрежением последнего Шмидт. - Ваш потомок удерживает меня силой. Если я передам ему ваши слова, боюсь, он меня просто убьет. Томас покачал головой. - Вы сильнее его, мадам. Вы справитесь. … Анна отвела взгляд от темного окна и вздохнула. Чего она ожидала? Что Яков прискачет на белом коне и освободит её из плена? Если честно, так и было, но мечты ни к чему не вели – плен она покидать пока не собиралась, белого коня в дверях не наблюдалось. Примостившись на краю кровати, она закрыла глаза. Как там Штолики? Как там Яша? Не попросить ли Брауна рассказать им, как она по ним скучает? Но будто Яков не знает, что она соскучилась… Разве что передать ему, почему она хочет остаться здесь подольше... Под потолком раздался какой-то шорох. Анна вздрогнула. Что это? Мыши бегают между перекрытиями? Она вскочила с постели и подошла к печи, от которой шли звуки. Не хватало еще, чтобы мышь упала в камин. Из дымохода показалась нога в грязном ботинке. Анна взвизгнула, вовремя прикрыв рот ладонью, потому что за второй ногой в камине появился Штольман. В исподнем, с кобурой на поясе, весь перемазанный сажей и с белозубой улыбкой. - Мышь, - истерически всхлипнула Анна. Склонив голову набок, Яков жестом поманил ее к себе, показал, что они сейчас же уходят в дымоход, и лишь потом раскрыл объятия. Несмотря на огромное желание броситься мужу на шею, Анна отступила к двери. На подвижном лице Штольмана появилось недоумение. - Анечка, ты что, не рада? - шепотом осведомился он. - Рада, - шепнула Анна. - Но сейчас с тобой не пойду. - Почему??? - Мне надо остаться здесь, чтобы узнать, что задумал Кромвель, - тихо ответила она. - Я сам это узнаю. - Как, Яша? Заметив недоуменно поднятую бровь, Анна поторопилась объяснить. - Я понимаю, ты опытен в таких делах. Но у меня есть Браун. Ты же знаешь, он может пройти куда угодно и подслушать что угодно. - Ну так попроси его остаться здесь, а сама иди со мной. Аня, я не могу тебя здесь оставлять, это опасно! - Гордон один не сможет! Он не может долго быть там, где рядом нет медиума. К тому же он рассеян и многое забывает. А у нас с Кромвелем сложилось некоторое… взаимопонимание и… - Что у вас сложилось?! - Тише, Яшенька, - она все-таки подошла ближе и приложила палец к его губам. - Он неплохо ко мне относится, особенно после того, как я вызвала для него парочку царственных духов. Мне кажется, он намерен свергнуть императора. Браун услышал разговор о том, что готовится мятеж в Семеновском полку. Пока не известна дата, но мы можем узнать! Это же очень важно! - Александр говорит с духами правителей? Мятеж в Семеновском полку? – задумался Яков. - Спасибо, милая, это действительно важно. Но ты уверена, что ты в безопасности? - Уверена. - Аня... С тихого до этого двора послышался громкий разговор. Яков подошел к окну, оттянул штору и выглянул в него так, чтобы не быть замеченным снаружи. - Это люди Шмидта, - пояснила Анна. - Я двоих по голосам выучила, одного из тех, кто внизу, зовут Седов. Охрана живёт тут и на четвертом этаже, Гордон говорит, их пятеро. Какие-то ещё мужчины к Шмидту приходят и уходят. - Обслуга? - Обслуга на первом этаже, сам Шмидт на третьем. Гордон меня предупреждает, если кто-то ко мне идёт. Яша, я уверена, что тут со мной ничего не случится, - серьезно сказала она. - Пожалуйста, не забирай меня. Он вздохнул. - На чердаке я поставлю Плетнева, он придумает, как получать от тебя сообщения. Пиши ему записки, он передаст мне. Но и ты при малейшей опасности убегай в дымоход, Плетнев поможет. Обрадовавшись, она поцеловала его в щеку. - У Штоликов все хорошо? - Не волнуйся за них. Все у них прекрасно, но они ждут тебя. Анна развела руками. - А почему ты не хочешь меня обнять? – с подозрением осведомился он. - Ты весь в саже, - прыснула она. - На мне тоже будут пятна. Помнишь, как тогда в Затонске, когда ты... Что ты делаешь? - А на что это похоже? – лукаво улыбнулся он, положив руки на пояс грязных штанов. - Дверь закрыта? Браун на страже? Сердце Анны пропустило удар, в животе что-то сладко и томительно сжалось. Яков что, хочет заняться этим сейчас??? - Дда... Охранник проверяет меня примерно раз в час, но он недавно приходил, ключом открывал. А Шмидт уже пожелал мне спокойной ночи, - не очень понимая, что именно говорит, пробормотала она. Штольман проверил внутреннюю задвижку на двери, быстро избавился от одежды. На губах его заиграла та невыносимо притягательная улыбка, которой никогда не могла противиться Анна. Она покраснела. Он наскоро умылся в рукомойнике, подошёл к кровати, качнул её ладонями. Та негромко скрипнула. Одним движением стащив перину на пол, Яков прошептал: - Иди ко мне. Госпожа Штольман прикрыла глаза и облизнулась. Ночную рубашку он снял с нее сам. … - Как ты добрался сюда, Яшенька? - спросила Анна, когда перина была возвращена на кровать, а супруги уселись на ней в обнимку. - Через крышу, - ответил довольный Штольман. - Это я поняла, - ткнула его пальчиком жена. - Поясни, пожалуйста, мне же интересно! Он улыбнулся. – Прекрасно понимаю твое любопытство. - Рассказывай уже, - в ответ улыбнулась она. Любуясь ямочками на её щеках, он скучно перечислил: - По крышам дошел до этого дома, через слуховое окно залез на чердак, нашел лаз в перекрытии, с помощью искр Брауна нашел твою печную трубу и спустился. Он не стал говорить, скольких трудов стоило бесшумно снять крышку технического люка, которой был забит лаз в трубу, и как тяжело было спускаться, упираясь плечами и коленями в узкий дымоход. Но радость в глазах любимой сполна восполняла все синяки и царапины. - Я еще когда служил в полиции, именно так одного грабителя взял, через дымоход. Тогда я был немного худее, - усмехнулся Штольман, - но и сейчас не застрял. - Там широкая труба? Я у родителей в детстве попыталась залезть снизу, но не удержалась. - Вершков десять. Не пробуй лезть на чердак ради баловства, пожалуйста. Только если будет реальная опасность. Хорошо? - Хорошо, - согласилась она, щекоча его грудь пальцами. - Видишь, я тоже тебе уступаю. Штольман вздохнул. Он согласился оставить жену здесь вовсе не из-за возможности разузнать планы Кромвеля. Сейчас, когда дом полон людей, лезть по трубе вдвоем было бы слишком опасно. Спускаясь, Яков сам пару раз едва не грохотнул на весь дом, а его юная гибкая супруга хоть и пролезет наверх, но одно неосторожное движение приведет к тому, что их обоих поймают. Поэтому – не сейчас. Нужно искать благоприятный момент, когда в доме будет как можно меньше людей Шмидта. Анна поцеловала его прохладными губами и заявила: - Мне всегда нравилось, какой ты плечистый. Вот сразу, как только ты в Затонске появился, я так и подумала – Боже, какие плечи! - Анечка, - тихо фыркнул Штольман, - ты же была благовоспитанной девицей, как ты могла думать о моих плечах? - Я? Благовоспитанной? – захихикала Анна. – Ты меня с кем-то путаешь. … - Все, Яша, уходи. Она подпихнула его к краю постели. - А то сейчас кто-нибудь проснется, и прощай наша конспирация. Будешь голым из револьвера отстреливаться? Как ты, кстати, сумел не выстрелить им в дымоходе? Ухмыльнувшись, Штольман стал бесшумно одеваться. - Энн, по коридору идёт ваш стражник, - не появляясь в комнате, предупредил Браун. - Яшенька, быстрее! - всполошилась Анна. Вскоре за дверью послышались шаги. Сердце Анны застучало, как у пойманного зайца. Шаги прошли мимо. Она быстро обняла полуодетого мужа, сунула ему рубаху и вместе с ним подбежала к камину. - Береги себя, милая. Люблю тебя, - шепнул Яков, ухватился за свисающую веревку и подпрыгнув, исчез в дымоходе. Анна обтерла влажные руки о бедра. "Постель! Одежда!" Кинувшись к кровати, она привела ее в божеский вид и надела нижнюю рубашку. В дверь постучали. - Уже сплю... Минуту, - проворчала Анна, напряжённо прислушиваясь к затихавшему наверху шороху. Через пару минут она надела выданный ещё Степанидой халат и открыла дверь, за которой оказался Седов. - Что вам угодно? - недовольно спросила Анна. - Обход, - таким же тоном ответил мужчина. - У вас все в порядке? Не дожидаясь ответа, он прошел в комнату, заглянул под кровать, проверил пространство за шторами и вышел. - Спокойной ночи, - с сарказмом произнесла Анна. И едва не ойкнула вслух. На пол камина с шуршанием приземлилась исподняя рубаха Якова. …