Only Human

— Привет, — сказала Елена, проходя на кухню. Кэролайн кормила Генри, его личико было испачкано какой-то зеленой жижей, и он довольно улыбался во весь рот. — Все хорошо? — Ну, примерно половина пюре попадает в рот, так что это уже хорошо, — вздохнула Кэролайн и вытерла сына. — Я не знала, что ты придешь. — Да, я хотела дать тебе время после всего этого сумасшествия с похищением, — сказала Елена, придвигая стул. — Что случилось? — спросила Кэролайн. — Подарок Генри на День рождения. — Ты же подарила мягкие кубики с буквами, он любит их жевать, — Кэролайн нахмурилась. — Да, но у меня есть еще один подарок, — сказала Елена и полезла в свою сумку. — Это… — Кэролайн широко раскрытыми глазами уставилась на флакон. — Моя кровь, да, — сказала Елена, держа флакон с кровью. — Я не знаю, что ты планируешь, захочет ли Генри жить человеческой жизнью или он решит отказаться от магии и стать вампиром, но с моей кровью он без проблем станет гибридом. — Спасибо, — сказала Кэролайн, беря кровь. — Я вообще не подумала, что он, возможно, когда-нибудь захочет обратиться. — Я дам тебе кровь только один раз, — сказала Елена. — Я не могу… Я больше… — Я понимаю, — перебила ее Кэролайн. — У тебя больше не будут брать кровь для создания гибридов, я обещаю. Спасибо, Елена. — Пожалуйста, — она улыбнулась, и в этот момент Генри выплюнул пюре, размазывая все вокруг. — Генри! — воскликнула Кэролайн, но он только хихикнул и захлопал в ладоши. — О, плохой мальчик! Ты плохой мальчик! — девушка рассмеялась и наклонилась, целуя грязную щечку. — Пойдем приведем тебя в порядок. — Я помогу, — сказала Елена, желая провести с ним больше времени. — Ты уверена? Ты в итоге вся будешь мокрая. — Переживу, — ответила Елена, и две девушки пошли в ванную. И Кэролайн оказалась права. Они намокли больше, чем сам Генри.

***

— Я не могу, — сказала Кэролайн, глядя на Ребекку и Елену, как на сумасшедших. — Можешь, — возразила Гилберт. — Нет, не могу! Генри похитили неделю назад, я не могу просто так уехать в отпуск! Мало того, что ее сын был похищен, так ей еще и пришлось убеждать Клауса не выслеживать ведьм и не убивать их, как бы заманчиво это не звучало. Она никак не могла уехать. — У тебя осталось две недели до начала следующего семестра, это идеальное время, чтобы отдохнуть, — сказала Елена. — Генри останется с нами, в безопасности. Мы могли бы привезти его обратно в Мистик-Фоллс и пожить у твоей мамы. Таким образом, никто не сможет зайти к нам. — Я не могу оставить его, Елена, — сказала Кэролайн. — Есть еще одна причина, почему тебе нужно поехать, — сказала Ребекка. — Елена сказала мне, что ты любишь моего брата, и я рада это слышать… — Елена! — воскликнула Кэролайн, и та виновато пожала плечами. — В любом случае, — Ребекка проигнорировала ее, — последние два года вас с Ником связывает только Генри. Что, если бы у вас не было ребёнка? Вы бы все еще были вместе? — Конечно. — Мы считаем, что вам с Ником нужно провести время наедине и разобраться в своих чувствах, — сказала Ребекка. — Как только Генри проживет свою человеческую жизнь, если он, конечно, решит остаться человеком, ты все еще будешь любить моего брата? Да, у Генри могут быть дети, у которых будут свои дети, но вы не сможете быть вместе просто из-за приверженности своей семье. Вы должны быть вместе, потому что вы этого хотите. — Я действительно хочу быть с ним, и не только из-за Генри, — сказала Кэролайн, хотя в словах Ребекки был смысл. Держались ли они вместе только из-за ребёнка? — Это хорошо, но вам все равно нужно побыть вдвоем, — сказала Ребекка. — Чтобы ты окончательно убедилась в том, что хочешь быть с Ником, а не просто с отцом твоего сына… — Ребекка… — Я люблю своего брата и хочу, чтобы он был с тем, кто любит его, а не из-за родительских обязательств. Или секса. — Ребекка! — Мы вампиры, Кэролайн, потише, — усмехнулась первородная, и Кэролайн впилась в нее взглядом. — Так куда мы с Ником полетим? — спросила она, сдаваясь. Ребекка была права. Им нужно было поработать над своими отношениями. — Туда, где тепло, — загадочно сказала Елена, ухмыляясь.

***

— Мамочка любит тебя, — сказала Кэролайн, целуя Генри в пухлую щечку. — Ты будешь слушаться всех своих тёть и дядей, хорошо, мой маленький волк? — она посмотрела на сына, а затем снова на Елену, Ребекку и Бонни. — Нет, я передумала, я не могу… — Можешь, — возразила Елена. — Ты уедешь всего на десять дней, Кэролайн, и ты полетишь на Гавайи, а не в тюрьму. — Но что, если он не сможет уснуть? Он бывает очень капризным, и его успокаивает или история Ника, или мое пение. — Я знаю несколько историй, — Кол закатил глаза. — Но никто из вас не умеет петь, — сказала Кэролайн, и все переглянулись. — С ним все будет в порядке, — сказала Бонни, отпуская руку Кола и подходя ближе. — Мы позаботимся о нем, и эти ведьмы не вернутся, им дорога их жизнь. — Ты нам не доверяешь? — спросила Елена. — Удар ниже пояса, Елена, — ответила Кэролайн, но на ее лице наконец появилась улыбка. — Хорошо. Я доверяю вам. — Ну вот и все, — вмешался Клаус и поцеловал Генри в лоб. — Будь послушным, мой мальчик, давай, любимая, — Кэролайн передала ребенка Елене. — О, и если с Генри что-нибудь случится, я убью вас всех. А теперь пока. — Ник!

***

— Я мог бы организовать нам частный самолет, — проворчал Клаус, укладывая сумки на полку для ручной клади. — Это слишком, — сказала Кэролайн. — Кроме того, мы летим первым классом, так что мы все еще в лучшем положении, чем большинство людей. — Как скажешь, — сказал Клаус, когда мужчина средних лет в гавайской футболке оттолкнул его в сторону. Гибрид недовольно рыкнул, на что девушка рассмеялась. — Я думаю, тебе просто не нравятся люди, — сказала она с ухмылкой. — Хорошо, в следующий раз мы можем полететь частным рейсом. — Спасибо, — сказал Клаус, садясь на свое место. — Что ты наложила в свой чемодан? Я же сказал ехать налегке. — Только самое необходимое, и поверь мне, я ещё многое не взяла, так как ты запретил мне брать одежду. — Потому что мы купим ее на месте. Ты не даешь мне баловать тебя, так что терпи. Остальная часть полета была скучной и долгой, к чему Кэролайн не привыкла, поэтому ей было трудно оставаться на одном месте. Учась в колледже, воспитывая Генри и живя с могущественным гибридом, она всегда была в движении.

***

— О Боже! Вот это номер! — с восхищением воскликнула Кэролайн, как только открыла дверь. Клаус широко улыбнулся ее энтузиазму и занёс вещи, пока вампирша бегала по номеру, как заведенная. — Ник, ванна огромная! — прокричала Кэролайн и подбежала к окну. — Отсюда видно океан! Святое дерьмо! Боже, я иду в бассейн! — девушка счастливо взвизгнула и подпрыгнула, радуясь, что все-таки смогла взять с собой купальник. — Ты идешь? — Там же куча людей и орущих детей. Нет, спасибо, любимая, я не хочу ни с кем контактировать, если только мне нужна кровь, — Клаус замолчал, отвлеченный тем, что Кэролайн переодевалась прямо у него на глазах. — Ну, а мне нравятся люди, — сказала Кэролайн, надевая новую большую шляпу на голову. — Итак, я буду у бассейна, присоединяйся ко мне, когда перестанешь бурчать. — Я не бурчу, — сказал Клаус, но Кэролайн поцеловала его в щеку и ушла. Спустя каких-то десять минут гибрид вышел к бассейну и увидел свою возлюбленную, разговаривающую с пожилой парой. Она показывала им что-то в телефоне, и он был готов поспорить, что на экране были фотографии Генри. — О, он очарователен! Да, Клаус оказался прав. — Спасибо, — сказала Кэролайн, а затем помахала Майклсону рукой. — Элла, Ричард, это мой парень Клаус, — представила она. — Они празднуют сороковую годовщину свадьбы. — Поздравляю, — сказал гибрид, садясь. — Спасибо, — Элла кивнула. — Ваш сын прекрасен, и, кажется, он пошел в вас. — У него глаза его матери, — сказал Клаус, и женщина улыбнулась. — У нас самих шестеро детей, — сказала она. — Но иногда мне казалось, что мы погорячились с количеством, так что хорошо подумайте, сколько детей вы хотите, — выражение лица Кэролайн тут же изменилось. — О, дорогая, я что-то не то сказала? — Нет, у нас просто больше не будет детей, вот и все, но с Генри бывает довольно трудновато, так что мы точно не будем скучать. Было приятно познакомиться с вами. — И нам, дорогая, хорошего отдыха, — сказала Элла, и Кэролайн с Клаусом встали, чтобы поискать свободные лежаки на солнышке. — Что случилось, любимая? — Мы никогда не состаримся, как они, — тихо ответила она. Клаус обнял ее и поцеловал в макушку. — Не думай об этом, мы в отпуске. Постарайся наслаждаться отдыхом. — Ты прав, — сказала Кэролайн, а затем добавила: — На этот раз. — Ха-ха-ха, очень смешно.

***

— Жаль, что я больше не могу загорать, — сказала Кэролайн, наслаждаясь солнцем. — Но, наверное, я должна быть счастлива, что вообще могу выходить на улицу при света дня. — Раньше вообще считалось непривлекательным загорать. — Да, мужчины хотели, чтобы их женщины были хрупкими и бледными, — сказала Кэролайн. — Хорошо, что я родилась в другое время. — Ты не хотела бы родиться в другое время? — Если не брать в учет душ и туалет, — со смехом начала Кэролайн. — Я бы не хотела жить с единственной целью — быть красивой и рожать детей. Браки по договоренности и все такое, я люблю «Гордость и предубеждение» и «Унесенные ветром», но я бы не хотела, чтобы все мое существование зависело от мужа. Хотя одежда была красивой. — А что насчет того времени, когда я родился? — спросил Клаус. — Конечно, с учетом, если бы мы построили душ. Кэролайн улыбнулась. Он хорошо ее знал. — Думаю, да. Не было никаких лордов и леди, по крайней мере, в Мистик-Фоллс. И я была бы с тобой. Мы бы поженились, и у нас появились бы дети. — Поженились, — повторил Клаус, усмехнувшись, на что Кэролайн швырнула в него своей шляпой. — Могу я предложить вам еще один напиток, сэр? — спросила официантка, подходя к ним и лучезарно улыбаясь Клаусу, при этом игнорируя Кэролайн. — Пока нет, дорогая, но не уходи далеко, — сказал Клаус, и девушка покраснела и ушла, слегка спотыкаясь. — Серьезно? — возмутилась Кэролайн, опуская солнцезащитные очки. — Нам нужна будет кровь. — Но никаких убийств, — напомнила ему Кэролайн, — даже если она сучка, — Клаус засмеялся и поцеловал ее руку.

***

— Давай, милый, пора спать, — измученно сказала Елена, так как Генри отказывался ложиться спать. Они все пытались уложить мальчика, но тот был слишком упрям. Остался только один человек. — Почему вы смотрите на меня? — спросил Деймон, когда заметил, что все внимание сосредоточено на нем. — Я не буду… — Деймон, — сказала Елена, и тот вздохнул и сразу забрал у нее Генри, который мгновенно расслабился. — Что не так с этим ребенком? — спросил Деймон, оглядываясь вокруг. Генри задремал, и все, что Сальваторе сделал, так это взял его на руки. Деймон посмотрел на ребенка, который зевнул и прижался к его груди. Ладно, мальчик был довольно милым, честно говоря, даже его ледяное сердце растаяло. Но Деймон никогда не признается. — Нам лучше не говорить об этом Нику, — прошептала Ребекка Колу. — Хорошая идея, — прошептал в ответ первородный. Последнее, что их брату нужно было знать после похищения, это то, что Генри испытывал неестественную привязанность к Деймону Сальваторе.

***

Клаус наблюдал за Кэролайн, пока она спала. Она лежала к нему спиной, и ее кожа, казалось, светилась в лунном свете. Девушка перевернулась, обнажив свою грудь. От него потребовалась большая сила воли, чтобы не разбудить ее и снова заняться любовью, но он сдержался. Кэролайн вздохнула и придвинулась ближе к нему. Это напомнило Клаусу о первой ночи, когда она спала в его постели. Казалось, это было так давно, но прошло всего два года. Часть его не могла поверить, что все это реальность. Кэролайн сопротивлялась ему так долго, что Клаус начал думать, что ее упрямство победит и она никогда не уступит ему. И все же сейчас она крепко спала рядом с ним. Клаус никогда не позволял женщинам спать в его постели, никогда. Он выгонял их, не раздумывая. Или пил их кровь, пока сердце не переставало биться. И все же Кэролайн мирно спала, прижимаясь во сне все ближе к его телу. Любуясь ее волосами, лежащими россыпью на подушке, словно золотой ореол. Она ангел, идеальная пара для дьявола. Он опустил голову на подушку. Кэролайн придвинулась еще ближе и обняла его за талию. Клаус наконец закрыл глаза и погрузился в сон.

***

Они вдвоем сидели на пляже, наблюдая, как разбиваются волны о берег и как луна поблескивает на водной глади океана. Клаус сидел на песке, Кэролайн устроилась между его ног, прижавшись спиной к его груди. — Я не хочу возвращаться домой, — сказала Кэролайн, нарушая молчание. — Правда? — сказал Клаус, думая, что ей не терпится вернуться к Генри. — Я безумно скучаю по Генри, не пойми меня неправильно, но мне здесь нравится. Мне нравится, что это только мы вдвоем. — Верно, — согласился Клаус. — Мы почти никогда не бываем вдвоем. — Клаус? — М? — Я давно хотела тебе это сказать, но не знала как, — сказала Кэролайн, и тот сразу напрягся. — Если ты снова скажешь мне, что беременна, я сойду с ума, — сказал Клаус, и Кэролайн рассмеялась. — Боже, нет, во-первых, я не могу снова забеременеть, и ещё меня называют драматичной. — Тогда в чем же дело? — Я люблю тебя, — ответила Кэролайн. Последовало долгое молчание, но она не удивилась. Клаусу понадобилось время, чтобы осознать это. — Я… я тоже тебя люблю, — сказал Клаус, и Кэролайн выпрямилась и посмотрела на него в ответ. Она действительно не ожидала, что он скажет это. Он не был силен в выражении своих чувств. — Почему ты так на меня смотришь? Во всяком случае, я любил тебя дольше. Я встретил тебя тысячу лет назад, помнишь? — она улыбнулась и поцеловала его, опрокидывая на спину. — Любимая, не то чтобы я жалуюсь, но это общественный пляж, ты же помнишь? — Заткнись, — сказала Кэролайн и продолжила раздевать его, не обращая внимания на то, что их могут застукать. О да, Клаусу действительно следует почаще высказывать свои чувства, особенно если она отреагирует подобным образом.

***

— Ма! Па! — закричал Генри, когда увидел своих родителей. — Я скучала по тебе, мой маленький волчонок! — сказала Кэролайн, подбегая и забирая его у Ребекки. Она расцеловала его всего, отчего Генри захихикал. Кэролайн передала сына Клаусу, который улыбнулся и чмокнул его в лоб. Ребекка выразительно посмотрела на девушку, и Кэролайн кивнула. Она была бы с Клаусом, независимо от того, родился бы Генри или нет.