Oops, you think I'm in love. That I'm sent from above. (I'm not that innocent).

Нил ждал Эбби в медкабинете. Он сидел на кушетке в углу, раскачивая ногами взад-вперед. Нил думал, что в комнате будет как-то холодно, душно, но стены были выкрашены в оранжевый цвет. Не кричащий, резкий оранжевый цвет корта и униформы, а более глубокий, темный. От этого в комнате было тепло, даже уютно. — Приветствую, — сказала Эбби, когда вошла; она выглядела рассеянной, смотря в свой планшет. — Ты, должно быть, Нил Джостен. Дэвид сказал мне, что у тебя были проблемы с Эндрю? Нил усмехнулся: — Я бы сказал, что скорее у него были проблемы со мной. Эбби подняла глаза, и Нил улыбнулся ей. Это произвело эффект, который обычно бывает у многодетных женщин средних лет: она сразу же смягчилась. Эбби улыбнулась. — Хорошо, давай начнем. Мне нужно, чтобы ты снял свою футболку. Нил согласился, а Эбби, благослови ее сердце, задохнулась. Нил ждал, пока она придет в себя от беспорядка шрамов на его спине и торсе. Он почувствовал на себе ее взгляд, пробежавшийся по участкам его тела, на которых было больше шрамов, чем нетронутой кожи, и она быстро отвела глаза и что-то записала в своем планшете. Он не знал, распознала ли она пулевые ранения, но ему было все равно, поэтому он не стал спрашивать. Остальная часть осмотра была рутинной. Вопросы о пристрастии к наркотикам, история семьи. У него не было никаких предрасположенных заболеваний. И нет, он больше не курил. — Больше? — спросила Эбби. — Раньше курил, но через некоторое время бросил. Это была неприятная привычка, которую я не мог себе позволить поддерживать, — ответил Нил. Все деньги, которые он тратил на сигареты, лучше было использовать для погашения долгов. Спустя некоторое время сумма накопилась. — Я понимаю, почему ты не нравишься Эндрю, — сказала Эбби, улыбаясь. — Ладно, на этом все, можешь идти. Нил кивнул в знак благодарности и повесил футболку на плечо. Выйдя из комнаты, он сразу же на кого-то наткнулся. — Воу, ты в по… рядке? Мужчина был выше шести футов ростом, сложен, как кирпичный дом, и у него были добрые глаза. На флешке в плюшевом медвежонке он находился в папке «Мэтт Бойд: не угроза». Пауза в его вопросе была вызвана тем, что он обратил внимание на шрамы на теле Нила. Нил сделал вид, что не заметил. — Я в порядке, извини, я должен был смотреть, куда иду. Мэтт покачал головой, усмехнувшись. — Не беспокойся. Ты ведь Нил, верно? Новичок? — Я. Мэтт протянул руку для рукопожатия: — Я Мэтт. — Приятно познакомиться. Нил принял рукопожатие. У Мэтта была хорошая хватка. Нил решил, что они будут друзьями. — Ты сейчас идешь на медосмотр, да? — Да. Тебя подвезти до общежития? Это не займет много времени. Нил покачал головой: — Нет, спасибо, Эндрю должен был отвезти меня обратно. Мэтт втянул воздух сквозь зубы. — Ты уверен, что хочешь, чтобы он сделал это? — Он был абсолютно любезен с тех пор, как я его встретил, — пожал плечами Нил. — Разве он не угрожал тебе ножом дважды? Новости здесь распространялись быстро. Нил поднял руки вверх в знак того, что ничего не может с этим поделать: — У каждой дружбы есть свои трудности. — Я бы не назвал это дружбой. Голос раздался с другого конца зала. Появился Эндрю. Он смотрел на грудь Нила. Было ли это из-за шрамов или из-за отсутствия футболки еще предстояло выяснить. — Тогда у отношений, — Нил пожал плечами. — Было приятно познакомиться с тобой, Мэтт. — Тоже, — сказал Мэтт, не отводя сузившихся глаз от Эндрю. Нил прошел мимо Эндрю, наблюдая, как ореховые глаза скользят по его торсу. Значит, не только из-за шрамов. Он стянул футболку с плеча и медленно надел ее обратно. — Уже без футболки перед товарищами по команде, — хихикнул Эндрю в своей наркотической манере. — Ты ведь знаешь, что у него есть девушка? — Хм. Приятно знать, но я ничего не планировал. Он симпатичный, но не в моем вкусе, — Нил улыбнулся. — Если бы я не знал тебя, я бы подумал, что ты ревнуешь. Эндрю прищелкнул языком. — Хорошо, что знаешь. — Хорошо, — повторил Нил. Нилу нравилось сидеть спереди. Машина была довольно просторной, когда в ней не было еще трех человек. — Ники, Аарон и Кевин не захотели приехать? — Что, тебе не хватает Ники, который пристает к тебе? Нил пристегнулся, когда Эндрю стал выезжать с парковки. — Зависть, зависть, делает тебя злым, зависть, зависть, делает тебя зеленым. Эндрю выпустил еще один высокий, безумный смешок. — Я не завидую. — И все же. — Знай, я убью тебя, если ты будешь продолжать в том же духе. Нил пожал плечами: — Давно бы пора, а то все постоянно угрожают. Что-то насчет моего умного рта. Глаза Эндрю переместились на этот самый умный рот, а Нил сделал вид, что не заметил. И тогда Эндрю резко врубил радио. «Не разбивай мне сердце» — пело оно. — «Я бы не смог, даже если бы попытался.» — О, эй, я знаю эту песню! — сказал Нил. — Так говоришь, будто это редкое явление, — ответил Эндрю, автомобиль набирал скорость. Он был прав. — О, милый, а вдруг я потеряю покой! — Нил пел вместе с радио, просто чтобы передразнить его. Он выучил эту песню вместе с Сьюки во время миссии по слежке в Праге. — Дорогой, ты не из таких! — У тебя ужасный голос, — прокомментировал Эндрю. — Я компенсирую это энтузиазмом. Ты стучался в мою дверь! — Нил пел в такт песне. — Ну же, не будь скучным. — Я отдал тебе свой ключ, — отшутился Эндрю, добавив подходящие паузы, но не изменив интонацию ни на йоту. Тем не менее, он подыгрывал, и Нил мог с этим смириться.

—

Дорога, по которой ехал Эндрю, не вела к общежитию, так что либо Эндрю выбрал короткий путь, либо они ехали куда-то еще. — Куда мы направляемся? — Мы едем за сладким, — пожал плечами Эндрю. — Если я не найду результаты удовлетворительными, мы продолжим на следующей неделе. Если да, то я отвезу тебя домой, а ты расскажешь всем, что я снова пытался тебя зарезать. — Думаю, это работает… но сладкое… — осторожно заметил Нил. — Что? — Эндрю практически выплюнул. — Эндрю, у нас свидание? Тот фыркнул. — Не будь глупым, мышонок. Это допрос. — Замаскированный под свидание. — Заткнись. — Я не думаю, что десерт — это хорошая идея утром. Эндрю посмотрел на Нила, когда въезжал на парковку, и ухмыльнулся. — И что? Нил посмотрел на фиолетовую вывеску. На ней было написано что-то по-итальянски, а рядом стояло что-то, похожее на рожок мороженого. — Джелато? — Джелато. Нил поморщился. — Кевин убьет нас, если узнает об этом. — Кевин? — спросил Эндрю. — Да. — У Кевина в заднице ракетка для экси, и он не распознает хорошо проведенное время, только если оно не подойдет к нему, не даст виски и не сделает минет, — он сморщил нос. — Он не такой уж плохой, — сказал Нил, внутренне шокированный тем, что защищает Кевина. — Откуда тебе знать? Ты с ним едва знаком. — Эндрю закатил глаза. — Кроме того, он не любит джелато, — сказал он, как будто это делало Кевина не заслуживающим доверия. — Пойдем, у них есть не только джелато; мы найдем тебе десерт из кроличьей еды. Эндрю вышел из машины, прежде чем его слова дошли до Нила. — Я не кролик, — пробормотал Нил, отстегивая ремень безопасности. Внутри магазина было приятно прохладно. Нил предположил, что это имеет смысл из-за джелато. В помещении также было довольно много народу, и Нил мог понять почему. Магазин был ярко освещен и обставлен мягкими креслами и низкими столиками. Несмотря на холод от джелато и удивительно большой размер, он казался весьма уютным. Эндрю пробрался сквозь толпу и поприветствовал кассира нездоровой улыбкой. — Мне, пожалуйста, среднюю страчателлу с тестом для печенья. И гранита и бриошь для кролика. С лимоном. Спасибо. — Тебя здесь знают, — заметил Нил. — Люди часто видят меня здесь, — поправил Эндрю. — Я иногда прихожу сюда с Рене. Рене. Нил еще не познакомился с ней, но… — Я пробовал гранита и бриошь в Италии, это место может сравниться с ними? — Подожди немного и узнаешь, — со скукой ответил Эндрю. Гранита была поставлена перед Нилом; у нее была текстура, как у свежего снега, а рядом с ней дымилась маленькая булочка из сладкого теста. Нил попробовал и то, и другое. — М-м-м. Да. Это так вкусно. — С миндалем лучше, но я подумал, что у тебя будет сердечный приступ, если ты будешь есть что-то, насыщенное сахаром, — заметил Эндрю, стараясь не смотреть на губы Нила. Нил улыбнулся. — Может быть, в следующий раз. Эндрю поднял брови. — В следующий раз. — Ну, если предположить, что ты не ненавидишь все это так же сильно, как я не ненавижу это? Я бы сказал, что все идет довольно хорошо, так ведь? У меня бывали свидания и похуже. — Это не свидание, — сказал Эндрю сквозь стиснутые, улыбающиеся зубы. Он не хотел улыбаться, и именно это делало его вид таким мучительным. — Точно, это «допрос», — сардонически повторил Нил. — Ну, допрашивай. — Почему ты здесь? И не надо мне рассказывать про «поиграть в экси». Мы оба знаем, что это ложь. Ты здесь из-за Мориям. Что ты делаешь для них? Нил вздохнул. Он знал, что это произойдет. Но это не означало, что он хотел говорить об этом. — Как ты, наверное, уже понял, я не просто плачу Мориямам, а еще и работаю на них. — Постарайся сказать мне что-то, чего я еще не знаю. — А как много ты знаешь? Сколько Кевин тебе рассказал? — Предположим, что я ничего не знаю, — протянул Эндрю, лениво вытянув руки над головой. Нил выразительно поднял бровь. — Я в этом сомневаюсь. Но ладно. У Мориям есть две ветви. Главная ветвь и побочная. В побочной находится всё, что связанно с экси, где работают Тетсуджи и Рико Морияма, вторые сыновья. Не очень важные, но приносят нам много денег. На лице Эндрю на секунду появилось замешательство, прежде чем им овладела улыбка. — Я работаю на главную ветвь. Бóльшую часть времени я занимался слежкой и остальной побочной работой вместе с Ичиро и его тогдашней девушкой, а ныне женой — Сьюки Морияма. Тогда мы все были подростками, а кто обращает внимание на парочку играющих на улице ребят, когда вы обсуждаете конфиденциальную информацию на втором этаже? Мы отапливали комнаты настолько, что им приходилось открывать окна, — Нил улыбнулся при этом воспоминании. — Когда я не занимался этим, я выполнял задания по защите или переводил что-то. — Переводчик? — Claro que si, — ответил Нил. — Легко учить языки, когда каждый месяц находишься в новой стране. Я свободно говорю на девятнадцати языках, еще на семи — просто хорошо. — Что значит, что ты говоришь по-немецки. Нил кивнул: — Что значит, что я говорю по-немецки. Только не говори Ники. Мне кажется забавным, когда он говорит о моей заднице. Эндрю фыркнул. — Я больше не занимаюсь слежками. — И я не думаю, что ты здесь для того, чтобы что-то переводить, что означает, что ты на задании по защите. Эндрю быстро соображал. — Кого ты защищаешь? Нил наклонил голову и съел ложку граниты. — Того же, кого защищаешь ты. — Ты должен быть более конкретным. Нил рассмеялся: — У него в заднице экси-палка, и он не поймет, как проводить время хорошо, если оно не отсосет ему. — Я думал, Мориямы не заинтересованы в его защите. Из-за того, что они отправили его к нам, избитого до полусмерти, — заметил Эндрю, облизывая свою ложку, с таким видом, как будто он только что сделал замечание о состоянии волос Нила. — У разных ветвей разные интересы. Рико Морияма… — Нил вздохнул, — иррационален, импульсивен, угрожает интересам основной ветви и, вероятно, снова станет угрозой для Кевина. Я работаю над этим, но, для протокола, Кевин пострадал в результате несчастного случая на лыжах, и мы не можем наказать Рико за это. Я здесь, чтобы убедиться, что Кевин не поставит под угрозу свою полезность, вернувшись в Эвермор. — А Кевин знает? Нил пожал плечами: — С чего бы это? Эндрю хмыкнул. — Этого достаточно? — спросил Нил. — Достаточно. Пока что. — До следующего раза? — предсказал Нил. — До следующего раза, — подтвердил Эндрю.

—

Поездка домой была далеко не тихой, просто не было никаких разговоров о Кевине или Мориямах. Вместо этого Нил и Эндрю обсуждали стратегию выживания в зомби-апокалипсисе, любимые сорта мороженого и немецкие ругательства. Нил был рад узнать, что с Эндрю довольно весело находиться рядом, даже если он слишком широко улыбался и слишком много смеялся. Просто в нем было что-то такое… О. Нилу он нравился. Это случилось как-то быстро. Быстрее, чем это обычно бывает. Может, и разонравится тоже быстро. К тому времени, как они заехали на парковку, Нил не хотел выходить. — Ты получил все, что хотел? От этого… не свидания? — спросил Нил, не зная, какой именно ответ он хочет услышать. Он расстегнул ремень безопасности. — Я не уверен, что это так, — Эндрю посмотрел на Нила, нахмурив брови; на его лоб упала прядь волос, а ореховые глаза засветились, как золото под лучами солнца. — Ты не складываешься, Нил Джостен. — Я не математическая задачка. Нил оглядел Эндрю с ног до головы. Он был милым, когда не улыбался, как маньяк. — Я все равно решу тебя, — ответил Эндрю, и его голос был глубоким и хриплым. Нил наклонил голову, медленная улыбка расплылась по его лицу. — Не буду врать, это довольно сексуально. — Еще один вопрос. — Валяй. — Ранее ты сказал, что Мэтт не в твоем вкусе… Несколько мгновений Эндрю больше ничего не говорил, а Нил спокойно сидел на своем месте. Не двигаясь, чтобы выбраться, пока Эндрю не закончил вопрос. — …так кто же? Нил издал смешок. — Обычно я бы сказал, что у меня его нет, но в последнее время... Он открыл глаза и позволил солнечному свету залить его зрение, и на несколько мгновений все стало достаточно ярким, чтобы Нил мог говорить все, что хотел, и не видеть, как это воспримет мир. — В последнее время мне нравятся блондины. Резкое движение в его сторону. Расстегивающийся ремень безопасности. Внезапный вес на коленях. Ноги, обхватывающие его. Глаза Нила лишь на мгновение открылись, чтобы увидеть Эндрю во всей его солнечной красе, а затем снова закрылись, чтобы поцеловать его. Разве умным, веселым и красивым быть недостаточно? Эндрю также отлично целовался. Поцелуй был грубым, но не до синяков: не было неуклюжих, разъяренных признаков зубов, которые могли бы возникнуть при таком быстром поцелуе. Нет, Эндрю целовался так, словно через пять минут наступит конец света, и он должен вложить в этот поцелуй все свои чувства, иначе они будут потеряны навсегда. Он целовался так, словно Нил был чем-то редким, чем-то немногочисленным и далеким. Как будто он целовал Нила годами точно так же, уверенно, но мягко, как будто держал что-то ценное, как будто не было другого способа целоваться. Нил отстранился, чтобы отдышаться, и на мгновение насладился тем, как Эндрю преследовал его губы. Затем Нил снова наклонился, но не до конца. Он позволил Эндрю сократить расстояние. Под его футболкой теперь были теплые руки, проводящие по грубой, покрытой шрамами коже, изучающие каждый рубец. Рука Эндрю двинулась вниз, чтобы расстегнуть ремень Нила, и тот отпрянул. — Подожди. Руки мгновенно убрались. — Что такое? — отступил он. Нил положил руки на плечи Эндрю, чтобы успокоить его: — Ты под кайфом, — спокойно сказал он. — Я не хочу делать ничего такого, о чем ты потом будешь жалеть. — Откуда ты знаешь, что я буду жалеть? — Я не знаю, — пожал плечами Нил, — Но прямо сейчас, откуда ты знаешь? Эндрю замолчал. — Кроме того, — продолжил Нил насмешливо-надменным тоном, — ты захочешь быть в здравом уме во время первого раза со мной, — он плавным движением откинул голову назад. Эндрю положил руку на его щеку и отодвинул его лицо назад. — Ты невыносим. — Тебе это нравится. Эндрю посмотрел Нилу в глаза. — Это было не свидание. — Ты ясно дал это понять. Эндрю поднес палец к губам Нила: — И в будущем не будет никаких свиданий. Это, — Эндрю отвёл палец назад и жестом указал на пространство между ними, — это ситуация без чувств. Нил пожал плечами: — Друзья с привилегиями, я могу с этим работать. — Мы не друзья. — Знакомые с привилегиями. — Мы едва встретились, я бы не сказал, что мы знакомые. Нил задумался на мгновение. — Сокомандники с привилегиями? Эндрю кивнул. — Это сойдет. Он достал ключ, открыл дверь со стороны Нила и вышел. — В то же время на следующей неделе? — дразняще позвал Нил. Эндрю остановился и обернулся. — Да, — ответил он совершенно серьезно. Это было не свидание.