Thin Walls of Enmity (twoe)

      Когда Мокривский подавал заявку в данный ВУЗ, то надежды на то, что его примут — у парня не было совершенно, хотя его старший товарищ Лёша Губанов, а также сын подруги матери, помогал и учил его онлайн и по скайпу. И когда в один чудесный солнечный день мрачному от ожидания Роме пришло письмо о том, что он принят, парень буквально завалил Хесуса бесконечными сообщениями о благодарности, и о том, как же он счастлив. Лёша на это ограничился обычным «молодец, поздравляю», но и это короткое, совсем сухое сообщение заставило сердце Мокривского забиться чаще из-за похвалы, и кинуться сломя голову собирать свои вещи, хотя до учёбы было ещё довольно далеко.       В итоге он пропустил торжественную встречу выпускников, да и распределение по старшим тоже… В итоге, слава богу, его опекать стал Лёша, и он был очень этому благодарен. Не хотелось бы стать подопечным Братишкина с этими его загребущими руками и противными песнями прямиком в голову. И чего сироп в уши лить?       Только вот сейчас блаженная жизнь, где он будет жить в классной общаге и учиться на врача, медленно начала рушиться из-за одного очень противного клоуна и мудака Николая Лебедева, что устроил вчера такое представление на всю столовую, что и вспоминать страшно. Хотите послушать?       Когда Мокрица в самом что ни на есть приятном расположении духа прошествовал после увлекательных пар пообедать в столовой, то не заметил сразу, что на него смотрит пара десятков глаз. Ну, пока… — А вот и он, ребята. Да уж, этот парень может сделать жарко. Жаль, что не только одному человеку, ведь его ротик ненасытен. Рома Мокривский, ну-ка — поздоровайся с ребятами!       У того из рук чуть не выпал взятый в руки стакан сока, что он планировал поставить на поднос. Глаза тут же с ужасом скользнули в до ужаса довольное лицо Некоглая с этой его коронной широченной лыбой на пол лица, и читалось в них только одно: что ты, блять, несёшь? И у стоящего на стуле Коли для этого был припасен чёткий ответ: — Девочки, если вздумаете встречаться с этим красавчиком, то я хочу предупредить вас сразу: он гей. Был у меня с ним горький опыт, эх, — Лебедев смахнул с лица невидимые слёзы, горесть так и сквозила в его пропитанных грустью и отчаянием словах. Лживых словах. — Ну да ладно, Ром. Я давным давно простил тебя. Примешь заявку в друзья?       И долго потом сидевший с недовольной миной Мокривский действительно увидел присланную ему заявку в друзья в инсте и вк, но как Коля нашёл его — юноша недоумевал. Какой-то хакер ебаный, поди. Да нет, такой идиот, как Лебедев… — О боже, ну почему, почему я не могу, сука, прекратить думать об этом мудаке! — отчаянно завыл Роман в голос, прикрывая лицо книгой с медицинскими терминами, и крепко сжал пальцами корешок. Резко глухую тишину комнаты разрезал звук уведомления, знаменуя о новом входящем сообщении. Звучало это примерно так: «сквин, бим, бамблби, бамбл, бамбл, бамблби…». Короче, звук стоило сменить. — Ну кто там опять ебет мои мозги? А. Лёша. Так, спуститься вниз и посмотреть стенгазету. А зачем? В смысле, везде записаться? Але, а если я щас на этого ублюдского Некоглая наткнусь? Ну ты меня и подставил, однако, Алексей Александрович. — и так Рома и искал свои шлёпки, написывая другу свои сообщения недовольного содержания, одновременно причитая вслух.       Выходя из комнаты, парень первым делом осмотрелся, вглядываясь в дверь комнаты своего неприятеля, а после очень осторожно стал перемещаться в пространстве, стараясь идти тихо, но быстро, чтобы не дай бог не налететь на Колю.       Благо, его опасения были напрасны, и вот уже через минуту Рома оказался внизу, там, где толпились, кажется, все младшие, и что-то между собой обсуждали. Рядом стояла симпатичного вида низкая девушка, что держала при себе лист и что-то записывала, когда к ней подходили. Кажется, этот поток был неисчерпаемым. Но Мокривский смог пробиться сквозь толпу и прочитать, что же там написано. А написано было следующее: Здравствуйте, дорогие младшие, старшие и прочее. Каждый год, через две недели после вступления в нашу дружную семью, мы с преподавателями устраиваем мероприятия, где проведём: музыкальный конкурс, театральное выступление и поездка на природу: посиделки у костра. В музыкальном конкурсе примут участие те, кто хочет посоревноваться. Вас поделят на три команды, и у каждой будет шанс на победу. Как видите, людей нужно ограничено, поэтому прошу поспешить. Театральное выступление. Там будут участвовать все, без всяких отговорок. Ждём завтра в 5 часов в актовом зале. Дарья Куданова из нашего комитета вас проводит. Ну, а насчёт поездки вы и сами всё понимаете. Удачи. И не прогуливайте! Как Рома понимал, недобор в музыкальном конкурсе не был проблемой, и он бы мимо прошёл, если бы сзади внезапно не услышал: — Думаю в музыкальном конкурсе мне равных нет.       Сказано это было не ему, тихо и неслышно, но первокурсника очень хорошо это подбесило. Рывком обернувшись, парень насмешливо скользнул взглядом по лицу Лебедева, понукая посмотреть на себя. И когда тот это сделал, тараща на впереди стоящего удивлённые свои глаза, ответил не менее уверенным голосом: — Да что ты? Хочешь, я дам тебе фору?       Пару секунд постояв так и с ненавистью просверлив в друг друге дыры, враги кинулись к Даше, толкаясь локтями и пихаясь плечами. Когда вместе рядом с Гаечкой поравнялись, чуть ли не сбив напуганную девушку с ног, то, громко перебивая друг друга, начали выкладывать: — Мне нужно записаться… — Нет, это мне… — Стойте, стойте, подождите, не гогочите. Давайте всё по порядку. Сейчас посмотрю, есть ли свободные слоты…– попросила Куданова устало, и скользнула взглядом вниз. — Да, два последних. Вы в одной группе. — Что?! А можно как-то по другому распределение сделать? Чтобы мы в отдельной стояли? — Нет, нельзя, — отрицательно тряхнула волосами. — Будете оба играть на гитаре, и петь. — Тогда записывать нас не над-…– Некоглай хотел слиться и не участвовать в споре, ведь уже не было смысла, только вот: — Поздно. Я сказала так, значит — так. — Но я не умею играть на гитаре! — захныкал Мокрица, поднимая руки над головой, будто властям сдавался. — Мне там позориться стоять?.. — Я умею. — как-то даже сам неожиданно для себя ляпнул Николай, и мрачное лицо Гаечки в ту же секунду посветлело. — Ну это же просто отлично! Я скину вам песню, вы вместе будете её разучивать, играть — учиться играть на гитаре, и так вместе и выведите вашу группу на победу. Давайте, я на вас рассчитываю. — Не-ет! Не надо, не ставьте меня в пару с этим додиком, ну за что-о? — взмолился было Рома, даже чуть на колени не встал, но… Даша уже ушла. Как и все, впрочем. Осталось лишь парочка человек, и Коля тоже. И выглядел тот как-то счастливо, не понятно почему вообще. — Чё ты лыбу давишь, клоун крашенный?       Лебедев закатил глаза, открыл было рот, чтобы ответить, но тут его встряхнули за плечо, прося тем самым развернуться к себе. Парень обернулся, и увидел симпатичного парня в очках и с телефоном в руке, что явно записывал видео. Парень широко улыбнулся ему, и, протягивая руку, указал на камеру, что означало: улыбнись, я снимаю. — Привет, чувак. Меня зовут Вячеслав Леонтьев ака Полковник Бустеренко, но можно коротко: Бустер. Не хочешь сказать немного слов для моего блога? — Хочу, — Некоглай горделиво поднял подбородок, радуясь тому, что его высочество снимают, и внезапно растерялся. — А… а что говорить то? — Да что угодно. Можешь рассказать о конкурсе, кажется, ты и этот парень записались на него? — проворковал Слава насмешливо, видя, как у того упал запал. — А, ну да. Будем играть на гитаре, петь, и приведём группу к победе! — сначала неуверенным, но затем более твёрдым тоном пояснил юноша, делая пальцами «класс». — Я и Рома.       Рома тоже в сторонке, кстати, не скучал. К нему также подошёл серьёзного вида парень в очках с чёрной оправой, и тоже с телефоном, но он уже не так яро кричал, да и говорил с толком и расстановкой: — Привет, Рома. Не буду насчёт конкурса спрашивать, как вон тот очкастый хмырь, просто поинтересуюсь: а почему ты со своим бывшим тут стоишь? После этих слов замолчал даже энергичный Бустер, и оба блоггера внимательно уставились на стоящих у стенгазеты Рому и Колю. Блять — пронеслось в голове у парня с бело-голубым сплитом — это ведь как попал, теперь надо выкручиваться. Зря тот цирк устроил, но ведь надо было этого белобрысого приструнить. А ещё в его лёгкой головушке было очень мало мыслей и идей, поэтому ничего лучше, чем схватить того за талию и притянуть к себе первокурсник не придумал. — Да Рома просто хотел поговорить. Сказал, что скучает, вот мы и встретились. Да, сладкий? — наклонившись к ничего не понимающему Мокривскому, он зачмокал губами, готовясь поцеловать в щёку, но тот в последний момент успел подставить руку, блокируя доступ чужим губам. — Какой ты недоступный то, а. — Пизда! Ты что, в ебало давно не получал?!       Дальше пошли какие-то срачи, крики, Рома потянул Колю за волосы, Коля потянул Рому за волосы, а Эвелон и Леонтьев просто стояли и снимали это всё, тоже агрессивно толкаясь плечами и пытаясь заснять лучший кадр.

***

      Последующий час Мокрица пристыженно сидел на кровати своего старшего и позволял ему не только обрабатывать перекисью ранку на губе, но и отчитывать всеми возможными способами. А у Лёши таких способов было в достатке. — Вот ты мне скажи, Рома: какого, прости господи, чёрта ты полез его мутузить? Он же по силе тебя явно превозмогает, да и друзей много, как я вижу, завёл: проблем не оберешься! — Не упоминай Господа всуе, атеист, — заумно выкинул Роман, но тут же сменил тему, видя стальные глаза Хесуса. — Но он полез меня целовать! Если бы Вова к тебе с таким начал приставать, ты бы что, тоже стоял на месте, и всё? — И то верно…– задумчиво проговорил Хес, с жалостью потрепав младшего по щеке. — Не, но всё-же… Мог бы и потерпеть, не устраивать драку. — Значит, когда он придёт и будет в меня член запихивать, то мне тоже придётся стоять? — Ну это смотря какую позу ты предпочитаешь.       Диалог остановился, на секунду заставляя комнату погрузиться в тишину, а затем они оба взорвались смехом, не зная как, да и не пытаясь остановиться. Губанов прижался лбом к чужому плечу, сотрясаясь от хохота, и прильнул к другу, мягко сжимая в объятиях. Мокрица сначала непонимающе замер, но затем приобнял в ответ, чувствуя себя маленьким ребёнком, но главное — он ощущал таким образом безопасность. — Ром, ты мне как брат, поэтому пожалуйста: если у тебя будут какие-то проблемы, то ты всегда обращайся ко мне, хорошо? — Ладно. Спасибо, чувак. Затем они выпустили друг друга из неловких объятий, и Лёша отправился к холодильнику, беря с собой две баночки газировки: себе колу, Роме спрайт. — О, спасибо, — младший поймал кинутую ему банку, и быстро открыл крышку с громким шипением. Отхлебнув сладкий напиток, Мокривский зажмурился от удовольствия, чувствуя, как на языке остаётся сладость, а затем вновь заговорил. — Кстати, есть две новости. Хорошая и плохая. — Какие же? — с любопытством спросил того Хес, присаживаясь рядом и отпивая из своей баночки. — Начинай с хорошей. — Хорошо. — скаламбурил первокурсник. — Я записался на твой музыкальный конкурс! Буду играть на гитаре и петь. — Это же просто отлично! Молодец, Ромка! — Губанов восторженно улыбнулся, радуясь за друга, но в ту же секунду нахмурился. — Стоп. Но ты же не умеешь играть на гитаре? — Вот в этом то вся и проблема. Меня поставили в одну группу с Некогла-аем, — чужой никнейм он протянул с такой противной интонацией, означающей неприязнь, что Алексей невольно захихикал, прикрывая рот рукой. — И теперь он должен будет учить играть на гитаре меня! Ты прикинь?! — Да уж… не повезло тебе, чувак, — второкурсник сочувственно похлопал своего подопечного по плечу, а после заметил умоляющий взгляд, направленный на себя. — Оу, нет, нет, нет, парень. Даже не проси меня. — Но Лёш! — заскулил Мокривский, хватая того за руку и по щенячьи воззрившись большими глазами, да хлопая ресницами. — Алексей Александрович! Научите вы играть на гитаре меня. Вы же каждый год проводите такой конкурс, ты точно участвовал, я тебя знаю! — Даже не думай пускать в ход своё обаяние, малой. Я зарёкся не брать гитару в руки ещё с того момента, как… — Как? — Роман недоуменно выгнул бровь. — Ничего. Не проси меня, придётся тебе Колю терпеть, ты уж прости меня, Ромка. — поспешил врач съехать с темы. Мокрица заметил по опущенному вниз лицу, что говорить тот не желает, и это было… Очень странно. — Это как-то с Братишкиным связано? — Нет! — с яростью бросил Губанов, испепеляюще поднимая взгляд на друга. Но тут же осадил себя, заметив, как тот испуганно дернулся и отцепил свою руку от чужого запястья. — Прости… просто не люблю… говорить об этом. Извини. — Я… я понимаю. Но Лёш — ты тоже мне не чужой человек, и я готов выслушать всё то, что у тебя болит на душе. — Спасибо, — слабо улыбнулся Хес, вновь беря Романа за руку. — Но я хочу забыть это. Может, как-нибудь потом? Может, сходим куда? Тебе же нужны гитара и медиатор. Я в этом разбираюсь, помогу выбрать. — Ты меня так на свидание приглашаешь? Учти, платить сам буду. — Жаль. А так хотелось за тобой поухаживать…– с сарказмом в голосе протянул Лёша, сталкивая друга с кровати под общий смех, и всё-таки беря с собой кошелек и карточку.