XIII
31 июля 2022 г., 14:28
Шесть месяцев спустя
Равенна разрушила купол на следующий же день после ночи откровений, и с тех пор Реджина больше не видела королеву.***
Миллс вновь наблюдала за сыном через зеркало, подаренное королевой, но даже это теперь не отвлекало от мыслей о ней же. Внезапно раздался стук дверь, и Реджина, отложив зеркало в сторону, подошла и открыла ее. Там стояла Равенна, которая прошла в покои, даже не спросив разрешения, и, дождавшись, когда брюнетка повернется к ней, выпалила: - Я сниму купол. Сегодня же. Кажется, Миллс уже устала удивляться в эту ночь и в этот день, но Ардент все не прекращала ее удивлять. - Но ты говорила, что тебе нужно время, - Реджина присела на пуф, стоящий у туалетного столика. - Больше не нужно, - отрезала блондинка, одарив собеседницу колючим взглядом. Что ж, они вернулись к этому. – Все, что от тебя потребуется – перенести меня обратно в мой замок, когда я закончу. Справишься с этим? - Да, конечно, но зачем… - она была прервана решительным жестом Равенны. - На этом все, Реджина. Я зайду за тобой, когда буду готова выдвигаться, - и вновь она скрылась за дверью, оставляя последнее слово за собой.***
Она вернулась за Реджиной через час в компании Столаса. Миллс не могла не заметить, как прекрасно блондинка выглядела в этой черной коже, и, черт возьми, она ругала себя за эти несвоевременные мысли. - Я перенесу нас к границе, а когда закончу с куполом, ты должна будешь вернуть нас в замок. Ты и твои люди сможете сразу же вернуться домой, но с ведьмой вам придется разбираться самим, я в этом не участвую, - не дожидаясь ответа, она сделала пасс рукой, и всех троих окутал черный дым. Равенна, бесспорно, знала больше, чем говорила Реджине, но посчитала, что та сама должна разобраться с зеленой сестрицей, о которой пока даже не подозревала. Они очутились недалеко от купола, и Равенна, не теряя ни минуты, приблизилась к нему, рассматривая зеленоватое свечение. Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь выиграть еще несколько спокойных секунд, после чего, закрыв глаза, коснулась обеими руками поверхности барьера, которая от этого движения пошла легкой рябью. Блондинка что-то тихо шептала себе под нос. Реджина заворожено наблюдала за каждым ее действием, в то время как Столас даже не казался удивленным: он уже не раз был свидетелем подобных безрассудных поступков, совершенных королевой. В первые секунды ничего не происходило, а затем внезапно яркая зеленая вспышка пронзила тело Равенны. Казалось, что зеленое свечение, исходящее от купола, каким-то образом переливалось в нее, вызывая крупную дрожь, пробившую ее тело. Стиснув зубы, она капля за каплей выкачивала темную энергию, подпитывающую купол. Каждая клеточка тела противилась этой магии, отзываясь нестерпимой болью, эта скверная зелень оставляла горький привкус во рту, и минуты казались вечностью. Все прекратилось в один миг: небо просветлело, барьер, преграждающий их путь, был стерт, и о том, что он когда-то вообще существовал, напоминало лишь мягкое зеленое свечение, все еще исходящее от кожи Равенны. Блондинка даже не успела повернуться к ним, как стала падать. От столкновения с землей спасли лишь крепкие руки Столаса, который тут же, оказавшись рядом со своей госпожой, подхватил ее на руки. - Равенна, - в ужасе воскликнула Реджина, - Что с ней? - Последствия поглощенной ею магии, - произнес Столас, с укоризной глядя на брюнетку, хотя она, по сути, и не была ни в чем виновата. - Но с ней ведь все будет в порядке? – с надеждой спросила Миллс, подойдя ближе и нежно убрав прядь волос с лица королевы. - Да, она восстановится через несколько дней, а сейчас вы должны перенести нас обратно в замок, - в этот раз он смотрел на нее с сочувствием. Если Миллс и смутил этот взгляд, то она лишь промолчала, а Столас лишь тяжко вздохнул, ведь он уловил все: и испуганный взгляд шоколадных глаз, и мягкое прикосновение, и еле уловимую дрожь в голосе. В следующее мгновение их окутал фиолетовый дым…***
Реджина покинула замок Равенны в тот же день, и за прошедшие месяцы многое произошло: она встретилась со своей злобной зеленой сестрицей, вернула свой дворец, а еще ей пришлось смириться с семейством Прекрасных, вновь ждущим пополнение, и их лесной компанией. И все это время она не могла выкинуть из головы мысли о королеве. Она знала, что у той все хорошо, ведь, как бы странно это не звучало, наблюдала за ней. Это стало почти что ритуалом: как только у Миллс выдавалась свободная минутка, она вызывала в зеркале образ сына или Равенны. Так она узнала, что после ее ухода, Ардент провела в своих покоях целую неделю, на протяжении которой ее буквально выворачивало от поглощенной скверной магии. Всю ту неделю Реджина отчаянно хотела оказаться рядом, ведь чувствовала свою вину, хоть и понимала, что другого способа попасть домой просто не было. Она видела блондинку, когда та скакала галопом на своем черном коне, когда та вновь проводила ночи в библиотеке за книгой, когда та брала в руки меч, работала в своем кабинете или сидела у камина с бокалом вина в руке. Реджина стала практически одержима, и это пугало ее. Но больнее всего было видеть, как Равенна делит постель с другими. Да, Миллс многое поняла за это время, и в первую очередь она приняла тот факт, что ее непреодолимо тянет к королеве. И хотя она не забывала ни единого слова, сказанного блондинкой, и искренне восхищалась ею, она не позволяла зернам надежды прорасти в душе, с каждым днем все больше и больше убеждаясь, что Равенна едва ли будет рада новой встрече. Так она думала…***
Реджина влетела в свои покои, захлопнув двери при помощи магии. Она была чертовски раздражена, ведь в этот день они провели очередное заседание совета, и главное с кем. С чертовыми гномами и лесными разбойниками. Что они вообще могут понимать в делах королевства, эти люди, которые должно быть моются в реке и используют шишки вместо денег. Миллс устало выдохнула и, заведя руки за спину, ухватилась за шнуровку корсета, ослабляя ее. Когда она уже хотела скинуть с себя это тесное платье, то услышала за спиной голос, который бы не спутала ни с каким другим. - Да, такое приветствие мне по душе, - раздался мягкий, хриплый смешок, пустивший дрожь по телу Реджины.
