Чистильщик

— Чимин! — вскрикивает Юнги немного охрипшим голосом, когда отходит от своего шокового состояния. Хотя, казалось, он был настолько поражён, что примерно полминуты стоял с приоткрытым ртом, не моргая и глядя округлившимися глазами на Чимина, и не шевелясь даже тогда, когда крепкая хватка державшего его мужчины прекратилась и тот упал замертво, пристрелянный Хосоком. Юнги не понимал ничего: начиная с того, что здесь вообще делает Чимин, и заканчивая тем, что Тэхён… наконец мёртв. В голове у Мина в один миг стало и пусто, и тесно одновременно, потому что мыслей было столько, что они смешались в один сплошной рой, отталкивались от стенок черепной коробки и сталкивались друг с другом, но ни за одну нельзя было зацепиться… Но когда потрясение отступает и тело Юнги словно оживает после оцепенения, он бежит. Бежит прямиком к Чимину, застывшему над трупом Кима, бежит, с каждым мгновением сокращая между ними расстояние, а потом вцепляется в его плечи, вглядываясь в глаза так, будто пытается понять — действительно ли это Чимин и взаправду ли всё, что происходит прямо сейчас. Может, Юнги уже мёртв, но попал в параллельную Вселенную? Или это просто очень красочный и реалистичный сон?.. Юнги хочет хоть что-то сказать, но попросту теряется от количества бушующих в нём мыслей и вопросов и лишь порывисто обнимает Чимина, прижимая к себе так крепко, словно в любой момент тот может испариться, оказавшись на самом деле обычным видением, фантомным образом, пришедшим к Юнги перед самой смертью. Мужчина сильно зажмуривается, утыкаясь носом в изгиб его шеи, обвивая руками чужую талию, и кажется, даже чувствует подступившие к глазам слёзы от разрывающих его изнутри эмоций. А потом слышит звук выпавшего из руки Чимина пистолета, что ударяется о поверхность бетонного пола, и ощущает, как мальчик отвечает на его объятия. — Он мёртв… — шепчет Чимин ему в плечо, крепко обнимая за шею. — Я убил его… Я… убил… Если совсем недавно Чимин выглядел совершенно бесстрашно и самоуверенно, без всякой жалости стреляя в Тэхёна и заставляя челюсть Юнги от этого буквально отвиснуть, то сейчас мальчик начинает трястись в его объятиях, сжимая пальцами ткань джемпера Юнги и пряча от него лицо. — Я убил его… — тихим дрожащим голосом повторяет он. — А если кто-то узнает? Что тогда будет? Меня посадят?.. Юнги думает о том, что Чимин, вероятно, действовал под влиянием адреналина, что вынудил его закрыть глаза на какой-либо страх ради спасения любимого человека. Но теперь, когда он осознаёт всю серьёзность своего поступка и ситуации, в которой мог пострадать и сам, его накрывает запоздалая тревога. — Тише, малыш. Никто никого не посадит. Никто не узнает о том, что сегодня произошло. Всё будет хорошо… — успокаивает Юнги, одной рукой гладя его по спине, а другую положив на каштановую макушку и оставляя целомудренный поцелуй на виске. — Ты всё сделал правильно… Если бы не ты, он бы просто убил меня… Ты спас мне жизнь, Чимин. Последние слова Юнги проговаривает с особым проникновением, взяв лицо шатена в свои ладони, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. Он поклясться готов, что слышит бешеное сердцебиение Чимина, а может, это его собственное сердце колотится так неистово — Юнги самому не помешало бы сейчас успокоиться. А ведь он находился в шаге от своей гибели… И этот факт заставляет всё внутри него содрогаться, сжиматься и холодеть. Тэхён в самом деле собирался убить и его, и Кёнхи, и, возможно, он убил бы даже Намджуна и Хосока, которые так не вовремя ворвались в здание и помешали Киму сделать то, что он планировал. Если бы не Чимин, который пролез через окно с другого конца коридора и выстрелил Тэхёну в спину, тем самым застав его врасплох. Всё это случилось настолько быстро, что просто не укладывалось в голове. Секунды. Юнги оставались всего лишь секунды. Всё время, что было доступно Чимину и Хосоку с Намджуном на то, чтобы провернуть это, — какие-то жалкие секунды… Ни у кого из них не было права на ошибку. Не трудно догадаться, что они успели это спланировать, ибо Мин видел, как быстро и слаженно они действовали: Хосок, не раздумывая, сразу стрелял в мужчину, который держал Юнги, а Намджун пристрелил громилу, удерживающего Кёнхи. Ну а Чимин... Он сделал то, чего Юнги даже представить себе не мог. Они стоят в таком положении, не выпуская друг друга из объятий, ещё неизвестное количество времени. Будто напрочь забыв о присутствии здесь других людей, валяющихся на полу окровавленных трупов и вообще о существовании всего остального мира. Но никто их и не прерывает, не торопит, все понимают — им обоим нужны эти несколько минут, чтоб хотя бы немного прийти в себя. — Не могу поверить… — произносит Чимин. — Я же мог потерять тебя, Юнги… — Но ты не потерял, — мужчина поглаживает его по щекам, пристально заглядывая в глаза. — Ты… ты мой маленький герой. Самый сильный и самый храбрый. Юнги наконец удаётся искренне улыбнуться, когда вихрь безотчётного панического страха постепенно стихает, уступая своё место чувству долгожданного успокоения, смешанного с ещё пока неполноценным, неосознанным счастьем. Ведь сейчас всё именно так, как и должно было быть — Чимин жив, он рядом с ним, и больше никто никогда не посмеет ему навредить; живы его напарник Кёнхи и друг Намджун, что из последних сил держится на ногах, весь избитый и измученный событиями последних суток, но счастливо улыбающийся ему, так как этот ужас наконец-то подошёл к концу; и Хосок, который стоит чуть поодаль от них, глядя на своего бывшего и уже мёртвого босса с чувством наконец свершившегося возмездия. — А теперь… у меня есть кое-какие вопросы, — обращается к друзьям Юнги, когда они с Чимином неохотно отстраняются друг от друга. — Как вам вообще удалось?.. — Ну-у, — чешет затылок Хосок, раздумывая над тем, как объяснить всё Юнги. — Всё произошло очень спонтанно… Когда Кёнхи привёл Намджуна с его семьёй и усадил всех в вашу машину, он сказал, что вы вдвоём собирайтесь дождаться Тэхёна. Ну а я… я просто понимал, что ваши шансы на победу были очень малы. Ведь это же Тэхён, я знал, на что он способен, и что вряд ли вы смогли бы с ним справиться. Я не мог просто сидеть и ждать вас сложа руки, и… решил, что обязан помочь. Господин Ким захотел пойти со мной. — Хоби… — лишь произносит Юнги, делая несколько шагов навстречу Чону. Если ещё недавно Юнги не имел стопроцентной уверенности в том, что Хосок полностью честен в своих намерениях, то сейчас от всех сомнений не осталось и следа. Этот парень, невзирая на страх и риск, кинулся к нему на помощь, прекрасно понимая, насколько это опасно и как плачевно может закончиться… Не это ли тот самый знак, свидетельствующий о том, какой Хосок на самом деле добрый и отважный человек? — Намджун, но ты-то зачем в это полез? — Юнги переводит взгляд на Кима. — Тебе в твоём состоянии нужен покой... — О каком покое может идти речь, когда вы двое решили самостоятельно прикончить Тэхёна? — указывая пальцем на них с Кёнхи, возмущается Намджун. — Да, я знаю, вы профессионалы своего дела, но это же Тэхён, чёрт возьми! Ваши шансы против этого психа изначально были равны нулю. Если бы мы задержались хоть на секунду, ты бы валялся здесь с пулей в черепе и спасать вас было бы поздно. Юнги не стал возражать, ведь Намджун определённо был во всём прав. Тэхён бы ни за что их не пощадил после того, как они ворвались на его территорию, спасли его заложников и убили Чонгука, а Юнги только сильнее спровоцировал его своими словами о Сокджине, ведь Тэхён наконец понял, кем был убийца его брата. Рано или поздно, но он сделал бы с ними то же самое, что и со всеми остальными своими жертвами. Юнги на полном серьёзе готовился попрощаться с жизнью. — Постойте… Что значит «профессионалы своего дела?» — Хосок озадаченно хмурится, процитировав недавние слова Намджуна. Юнги прикусывает нижнюю губу и прикрывает глаза, опуская голову и шумно вздыхая. Кажется, здесь только Хо не в курсе бывшей профессии Мина. — Раньше я работал киллером, — объясняет ему Юнги, понимая, что скрывать это от Хоби дальше уже нет смысла. Теперь он уверен — этому человеку можно доверять. Чон поймёт его, как никто другой, ведь его прошлое таит в себе не меньше крови и секретов, чем прошлое Юнги. — О… Вот как, — Хоби, казалось, почти не удивился такой новости. Будто и сам уже догадывался, что Юнги может скрывать что-то подобное. Ну, это и неудивительно, ведь Юнги добровольно отправился прямиком к Тэхёну, чтобы спасти Намджуна, понимая все риски, то, что там обязательно придётся сражаться, и имея при себе настоящее оружие. Хоби достаточно смышлённый, чтобы понять, что Мин Юнги не так уж и прост, как может показаться на первый взгляд. К тому же, теперь Хосоку известно, что тот и вправду замешан в убийстве Ким Сокджина. — Но что здесь делает Чимин? — спрашивает у них Юнги, теперь поворачиваясь к мальчику, что так и стоял неподалёку от трупа Тэхёна, глядя на Мина с каким-то виноватым видом, будто ожидая, что сейчас его будут ругать за проступок. — Думаю, это он расскажет вам сам… — произнёс Хосок, потому что и сам не до конца понимал, как так получилось, что тот оказался в Тэгу. Ведь Юнги ясно ему сказал, что не брал Чимина с собой. — Малыш? — подходя чуть ближе к нему, мужчина встречается с младшим вопрошающим взглядом. — Ничего не хочешь мне рассказать? Чимин тяжко вздыхает. Он понимал, на что шёл, и что вряд ли его выходка обрадует Юнги, но иначе поступить просто не мог…

———

Несколькими часами ранее

Стоило Юнги только скрыться за порогом их номера, как Чимином овладела настоящая паника. Нет, он всё утро был как на иголках, с того момента, как открыл глаза и увидел беседующего по телефону и очень нервного Юнги, что был сам не свой, но ради него Чимин старался сохранять спокойствие и не показывать своего волнения. Сейчас же он даёт эмоциям волю: тело пробивает нешуточной дрожью, сердце в груди стучит так, словно вот-вот выпрыгнет, а на шее точно затянули верёвку, не дающую сделать вдох полной грудью. Он принялся беспокойно ходить туда-сюда, уперев руки в бока, искусал себе все губы и обгрыз до крови кожу вокруг ногтей, судорожно пытаясь придумать, что ему теперь делать. Что вообще происходит? Что там успело случиться за такое короткое время? Неужели Намджун действительно попал в неприятности? И как так вышло, что Тэхён узнал всю правду о том, что Хосок обманул его, а сам Чимин остался жив?.. Он сокрушённо вздыхает, подавляя в себе желание разреветься от безысходности и неизвестности, что окружала со всех сторон, и присаживается на край кровати, уперевшись ладонями в колени и опустив голову. «Что делать, что делать, что делать» — лишь эти два слова звучат на повторе в его голове, когда он всеми силами пытается сосредоточиться не на своей обуревающей тревоге, а на том, как помочь хёну. Они оба думали, что уехали от всех проблем в новую, счастливую жизнь, но видимо, они ошибались. Даже так им не избавиться от их главного врага. Быть может, идея просто уехать, оставив всё как есть, изначально была проигрышной, и единственный способ наконец обрести покой — избавиться от Тэхёна в буквальном смысле? Ведь только тогда, когда он точно исчезнет, ни Чимину, ни Юнги больше ничего не будет угрожать. Наверное, хён думает точно так же, и именно поэтому сорвался обратно в Тэгу, чтобы собственноручно прикончить Кима. И всё бы хорошо, если бы это не было настолько опасно… У Чимина перед глазами невольно всплывают яркие картинки из болезненных воспоминаний: люди с автоматами в его квартире, забрызганные кровью пол и стены, жестоко убитые Тэхёном Паки, и особенно Джиён, от вида которой что-то в сердце сжалось тогда с такой силой, что не разжимается до сих пор… В тот день Чимин увидел своими глазами лишь мельчайшие детали того, что натворил Тэхён, ведь останавливаться нельзя было ни на секунду, и он просто шёл прямо, к квартире Юнги, к своему спасению, чтоб не попасть под прицелы чужих автоматов. Но даже тех нескольких секунд ему хватило с головой, чтобы ощутить этот леденящий душу ужас и осознать, на какую чудовищную и кровавую жестокость способен человек по имени Ким Тэхён. А сейчас прямиком в лапы к этому монстру направляется Юнги. Единственный человек после Джиён, который дорог Чимину. Нет, даже больше, гораздо больше: единственный человек, которого Чимин любит до сумасшествия, до потери пульса, и будет любить до последнего вздоха. Шансы потерять его слишком высоки… И что же должен делать Чимин? Сидеть и ждать в этом дурацком номере, когда же Юнги к нему вернётся и они заживут долгой и счастливой жизнью? Но что будет, если этого не произойдёт? Наверняка за Чимином приедет либо Намджун, либо Хосок, либо сразу органы опеки, и его упекут в детский дом, пока он не достигнет совершеннолетия. Но всё это — мелочи, всё это совсем не важно по сравнению с тем, что Чимин может навсегда потерять Юнги. Нет, он не позволит ему погибнуть, не станет сидеть сложа руки и мучать себя томительными ожиданиями чего-то неизведанного. Чимин будет действовать. И ему абсолютно всё равно, насколько это для него может быть рискованно. Чтобы собрать свои вещи, ему хватает нескольких минут: он быстро кидает в рюкзак всё самое необходимое — свой паспорт, телефон, деньги на автобус и, самое главное, запасной пистолет Юнги. Сейчас Чимин как никогда благодарен хёну за его предусмотрительность и наличие у него двух личных пистолетов, один из которых мужчина забрал с собой, а другой, как всегда, оставил ему на всякий случай. Чимин понятия не имеет, зачем берёт оружие, скорее, это просто интуиция и какое-то нехорошее предчувствие вынуждает его перестраховаться таким образом. Мальчик вынимает обойму, проверяя наличие в ней патронов, и заворачивает глок в первую попавшуюся свою футболку, чтобы в случае чего его кто-нибудь не увидел. Всё-таки, ребёнок с пистолетом может вызвать лишние подозрения и рискует даже оказаться в полицейском участке, а это Чимину сейчас ну совсем ни к чему. Он закрывает их номер и прячет ключ в карман, спускается на лифте в людный отельный холл и пересекает его быстрым шагом, проходя мимо стойки ресепшена, но выходить из отеля сразу не спешит. Для начала нужно убедиться, что Юнги уже уехал и точно не застанет его покидающим отель. Но машины Мина не наблюдается, значит, уехал он совсем недавно и, скорее всего, ещё недалеко. Чимин думает о том, что если поспешит и сядет на ближайший автобус до Тэгу, то они с Юнги доберутся до города примерно в одинаковое время. Но старшему об этом лучше не знать. Автовокзал находится не так далеко от центра Тэджона, поэтому Чимин быстро находит его, уточнив нужный путь у прохожих, ибо ориентироваться в новом городе ещё не так уж и легко. Самый ближний по времени автобус до родного города приезжает на автовокзал через двадцать минут, и Чимин, не раздумывая, покупает себе билет, а уже через полчаса едет в набитом пассажирами транспорте, усевшись у окошка в самом конце. Он даже себе не может ответить, что и зачем сейчас творит. Просто понимает: по-другому нельзя. Он точно не собирается отпускать Юнги туда одного, пусть у Чимина и нет никакого плана своих дальнейших действий. Он уверен лишь в том, что они должны быть рядом; что если у него есть хоть малейшая возможность помочь Юнги каким-либо образом, он обязан ею воспользоваться, и что если с Юнги всё же что-то случится, Чимин должен быть рядом с ним, держать его руку, смотреть в его глаза даже в самые последние минуты, но точно не бездействовать, сидя в другом городе и ожидая какого-то чуда. Путь занимает немного больше полутора часов, которые проходят для Чимина невероятно мучительно. К счастью, с наушниками и любимой музыкой получается немного отвлечься от сумбурных тревожных мыслей, но полностью расслабиться ему вряд ли сегодня удастся. Что он будет делать, когда приедет? Как найдёт Юнги? Единственным доступным способом будет позвонить Хосоку и разузнать обо всём у него, но не факт, что сам Хоби расскажет ему такие подробности и вообще одобрит его вмешательство в эти «взрослые» дела. В итоге Чимин решает, что со всем разберётся на месте, и наконец выходит из автобуса, когда тот подъезжает к автовокзалу города Тэгу. — Алло, Хоби? — набрав номер друга, Чимин подносит телефон к уху. — Чимин?! — кажется, Хосок не на шутку удивляется, услышав его голос. Они ещё ни разу не разговаривали после того, как вся правда о Хосоке и его работе на Тэхёна всплыла на поверхность. Чимин невольно вспоминает тот день, когда Хо навёл на него пистолет и умолял его убегать. Из той квартиры, из того дома, из этого города… Тогда Чимину казалось, что Хосок его предал, что больше они никогда не будут друзьями и их ничего не будет связывать; что они станут друг другу абсолютно чужими людьми так же быстро, как стали близкими. Но сейчас ему ясно как день, какой Хосок на самом деле человек, и что он вовсе не собирался вредить ему, а наоборот — пытался спасти. — Зачем ты звонишь?.. — с долей тоски в голосе интересуется Хосок. — Что-то случилось? Если бы не те недавние события, что построили между ними, казалось бы, непроходимую каменную стену и сделали их былое дружеское общение весьма напряжённым, то, наверное, не было бы ничего удивительного в обычном телефонном звонке. Но сейчас, когда их отношения такие невыясненные и когда общение на неопределённое время пришлось прервать, снова слышать голос друг друга… странно, непривычно и приятно одновременно. Чимин знает, что Хосок сожалеет о том инциденте, который поставил их дружбу под огромный вопрос. Но также он знает и то, что Хосок, как бы сомнительно это ни звучало, поступил так ради его же блага и безопасности. И Чимин, очевидно, солжёт, если скажет, что не соскучился за Хоби и не хочет вернуть всё обратно… — Мне нужно знать, куда отправился Юнги, — произносит он спустя несколько секунд неловкого молчания. Потом они обязательно поговорят друг с другом и вернут их прерванное на время общение. Но сделают это вживую, а не по телефону. Сейчас же Чимину просто нужно достать нужную информацию. — Что? — недоумевающе переспрашивает Хо. — Разве он не сказал тебе? — В общих чертах, — отвечает Чимин, уходя с автовокзала по оживлённой улице. — Но я хочу знать подробности. Ты ведь разговаривал с ним сегодня, ты должен быть в курсе. — Чимин, что ты задумал? — раскусив его, спрашивает парень, и Пак даже представляет, как тот сейчас прищурил глаза на другом конце провода. — Ничего я не задумал! Да и что я могу задумать, находясь в другом городе? — уверенно врёт Чимин, и, да простит его Хоби, очень надеется на то, что тот ничего не заподозрит. — Просто… у меня душа не на месте, понимаешь? Юнги сказал, что хочет разобраться с Тэхёном, а меня запер в этом отеле и запретил ехать с ним. Я очень волнуюсь за него, Хоби… Поэтому я хочу получше узнать о том, где сейчас Юнги-хён и чем занимается. — Чёрт, ладно, я понял, — слышится голос Хосока спустя пару секунд, и Чимин не сдерживает победной улыбки. — Мы с ним поехали на заброшенную фабрику, где, скорее всего, Тэхён держит его друга Намджуна. — Постой, ты сказал «вы с ним»? Вы что, вместе? — Да, я хотел помочь ему, но… он не позволил, — вздыхает Хо. — Сказал, что для меня это слишком опасно, и оставил дожидаться его в машине. — Он пошёл туда один?! — взволнованно уточняет Чимин, ускоренным шагом направляясь к ближайшей остановке. — Не совсем… Сюда ещё приехал его давний друг, которого зовут Кёнхи. Они отправились на фабрику вместе. Кёнхи, ну конечно. Чимин помнит, что Юнги не раз упоминал этого человека в рассказах о своей бывшей профессии киллера. — А о какой фабрике ты говоришь? — задаёт новый вопрос Чимин. — Где она находится? — Такое ощущение, что ты меня допрашиваешь… — горько усмехается Чон. — Это заброшенный район на конце города. — На конце города, говоришь… — задумчиво бормочет себе под нос Чимин, когда замечает неподалёку несколько такси, и проходит мимо автобусной остановки, решая, что так добраться до этого района будет проще. — Хэй, ты точно находишься в Тэджоне? — всё-таки, Хосок что-то заподозрил… Но теперь это не так уж и важно, ведь Чимину удалось выудить нужный адрес. — Хоби… Поговорим позже, — уходит от ответа Чимин и отключается, пряча телефон в карман и подбегая к одному из автомобилей такси. Машина оказывается свободной, и Чимин, объяснив водителю место, в которое его нужно отвезти, плюхается на заднее сидение, пересчитывая оставшиеся у него деньги — к счастью, их оказывается достаточно для оплаты ещё одной поездки. Проходит больше двадцати минут, прежде чем такси подвозит его к месту назначения; водитель наверняка недоумевал, что подростку понадобилось в таком захолустном, забытом всеми районе, но лезть в чужие дела не стал и молча забрал протянутые Чимином деньги за проезд. Когда машина уезжает и скрывается из виду, становится поистине жутко. Окраина города выглядит такой запущенной, словно минимум лет пять здесь не наводили порядки и вообще не появлялись люди, однако Чимин достаёт пистолет и решает не забивать голову лишним, направляясь по грязному, потресканному асфальту, усыпанному всяким мусором, то и дело попадающимся мальчику под ноги. С каждым шагом вглубь района, заполненного различными и уже давно не работающими предприятиями, его смелость медленно сходила на нет, перевоплощаясь в крохотную серую мышку и трусливо забиваясь в самый дальний уголок души. Что ему делать теперь? О какой именно из этих фабрик говорил Хосок и где искать Юнги? А может, где-то там уже вовсю идёт ожесточённая перестрелка, лезть в которую лучше не стоит? У Чимина, чёрт возьми, и в самом деле нет никакого плана. Возможно, он поступает глупо и по-детски, добровольно направляясь в самое пекло, где может поджидать смертельная опасность, но там Юнги, и это единственное, о чём думает Чимин. Сейчас он действует не столько разумом, сколько горячо любящим сердцем, что каждой клеточкой стремится к родному человеку. Он вновь ощущает лёгкий мандраж, чувствует, как зашкаливает от усиливающейся тревоги его пульс, но сдаваться точно не собирается. Пути назад нет — только вперёд, только к Юнги. — Чимин! — слышит он непонятно откуда голос Хосока, что заставляет его вздрогнуть от неожиданности и развернуться на источник звука. Он видит примерно в пяти метрах от себя машину Юнги, припаркованную рядом с какой-то старой постройкой, и выскочившего из авто Хоби, что смотрит на него с беспокойством и строгостью одновременно. — Живо сюда! — парень пересекает расстояние между ними в пару широких шагов и, несильно схватив за предплечье, тянет Чимина к машине. — Ты что здесь делаешь?! — Я… я… — тот откровенно теряется, хлопая ресницами и переводя взгляд с Хоби на Намджуна, что так же выходит из машины Юнги. — Господин Ким?.. Намджун выглядит просто ужасно: в глаза сразу бросаются безобразные тёмные синяки на его лице, разбитые бровь, нос и губы, запёкшиеся кровоподтёки и очень уставший, измученный вид… Значит, Юнги был прав, и Тэхён действительно похищал господина Кима, к тому же, Чимин замечает на заднем сидении машины другие знакомые лица — там сидят дочь и жена Намджуна. Неужели Тэхён навредил и им? Зачем ему это понадобилось, Чимин не понимает до сих пор. Он не в курсе конфликта, который произошёл между Намджуном и Тэхёном, но решает не лезть не в своё дело и не задавать лишних вопросов. — Как ты тут оказался? — недоумевает Намджун. — Так и знал, что ты что-то задумал, — качает головой Хосок, уперев руки в бока, точно родитель, что застукал ребёнка за какой-то шалостью. — Чимин, ну как можно было додуматься сюда соваться? Это же опасно! А если бы тебя увидел кто-то из людей Тэхёна? Всадили бы пулю в лоб, и глазом не моргнув! — Хоби, пойми меня, я не мог сидеть в другом городе, пока Юнги тут рискует своей жизнью! — слегка повышая тон голоса, возмущается Чимин, хотя Хосок, несомненно, говорил неоспоримую правду. Только вот что это может изменить? — Чимин, чёрт возьми, — Хосок устало потирает пальцами переносицу. — Да, я понимаю, каково тебе… Но нужно же иметь хоть какой-то инстинкт самосохранения! — Я уже здесь, и своими нотациями ты ничего не изменишь, — заключает Чимин, складывая на груди руки. — Поэтому лучше расскажи мне, где Юнги и что здесь происходит… Хосок, видимо, мысленно соглашается с этими словами, поняв, что спорить с Чимином сейчас абсолютно бессмысленно. — Юнги находится вон там, — указывая головой на большое здание, которое, хоть и находится далековато, всё равно хорошо виднеется отсюда. — Они с Кёнхи спасли Намджуна и его семью, а теперь поджидают Тэхёна, чтобы его прикончить… — Разве Тэхён не здесь?.. — Как выяснилось, нет, но это пока, — говорит Намджун. — Он приедет с минуты на минуту… — Поэтому тебе лучше залезть в машину и сидеть там тише воды, ниже травы, — Хосок открывает дверцу переднего сидения и требовательно смотрит на Чимина, выжидая, пока тот сядет внутрь. — А что будешь делать ты? — Пак даже не сдвигается с места. — Я… — начинает парень, но прерывается, нервно вздыхая. — Я пойду туда и постараюсь помочь им. — Я с тобой, — вызывается господин Ким. — Они же буквально загоняют себя в ловушку, сами того не сознавая… Без нас они могут не справиться. Мы должны быть рядом в случае чего. — Господин Ким, вы сейчас явно не в том состоянии, чтобы идти туда, — возражает Хосок. — Возвращайтесь в машину к своей супруге и ребёнку… Так будет лучше. — Думаю, мне виднее, что лучше, а что нет, — недовольствует Намджун. — Там мой друг, и я не могу позволить ему погибнуть сегодня. Хосок поднимает руки вверх, снова смиряясь с тем, что переспорить этих двоих ему просто не под силу. — Ладно, хорошо, — сдаётся он. — Тогда идём туда вместе, господин Ким, но учтите, что нужно держаться рядом друг с другом и быть максимально осторожными. Чимин, ты в машину, быстро. Но как раз в этот момент до них доносится звук подъехавшего к фабрике автомобиля, и все трое оборачиваются в одну сторону. Хосок, глядя туда и не смотря на Чимина, сам подталкивает мальчика к машине Юнги, и тот наконец усаживается на переднее сидение, пока Чон с господином Кимом издалека наблюдают за авто, из которого выходят какие-то люди. Чимин даже с такого большого расстояния может разглядеть знакомый силуэт Тэхёна, который со своими подручными направляется к зданию… — Это он… — тихо произносит Чимин, не отрывая пристального взгляда от своего ненавистного врага и неосознанно сжимая руки в кулаки. — Их там трое, — отмечает Намджун. — Но они проходят мимо… — добавляет Хосок, провожая взглядом Тэхёна и его свору, которые почему-то обходят здание фабрики и скрываются за его углом, даже не заходя внутрь. — Чёрт, я, кажется, начинаю понимать, — нервно усмехается Ким, выглядывая из-за машины таким образом, чтобы не сильно показываться на виду у противников, но прекрасно наблюдать всё то, что там происходит. — Они решили проникнуть внутрь через крышу. Юнги пришил его людей, но возможно, те успели сообщить Тэхёну о наших ребятах. В таком случае он захочет застать их врасплох. — Думаете, ему удастся, если он воспользуется этим входом? — Хосок достаёт свой пистолет и снимает его с предохранителя. — Если ребята поджидают его внизу, то вполне вероятно, — рассуждает Намджун. — В любом случае, нам лучше поспешить, иначе помогать будет уже некому. Хосок лишь согласно кивает мужчине, и они, немного пригнувшись под полуразрушенными постройками, чтобы быть менее заметными, бегут прямо к зданию, пока всё, что остаётся Чимину — лишь наблюдать за ними через окно машины Юнги. Но кто сказал, что он будет беспрекословно слушаться Хосока? Чимин дёргает дверцу машины за ручку, обнаруживая, что она даже не закрыта. — Эй… — раздаётся с заднего сидения голос Ханы, на коленях которой сидит совсем не весёлая и не разговорчивая сегодня Миён. Кажется, девочка не хуже взрослых понимает всю серьёзность последних событий. — Что ты собираешься делать? — Я хочу помочь им, — отвечает Чимин, поворачиваясь к женщине, и видит на её лице явное нежелание позволять ему идти туда, куда направились только что Намджун с Хосоком. Но, при всём уважении Чимина к госпоже Ким, её мнение по этому поводу никак на него не повлияет. А Хана, наверное, и сама это ясно осознаёт. — Вообще-то, я не должна такого допускать… — произносит она, — но вряд ли я могу хоть как-то поменять твоё мнение, когда ты так хочешь помочь своему хёну… — Госпожа Ким… Прошу вас, не волнуйтесь за меня. Я не могу оставаться здесь, пока они там. Я знаю, что делаю, и буду очень осторожен… Поймите, я просто не могу по-другому. Возможно, женщина хотела сказать что-то ещё, но Чимин попросту не успел этого услышать, так как уже в следующую секунду выбежал из машины, хлопая дверцей и направляясь по тому же пути, что и Хоби с господином Кимом. Он незаметно перебегал от одного здания к другому тихими быстрыми шажками, передвигаясь вдоль стен и держа в руке глок, уже снятый с предохранителя и полностью готовый к стрельбе. Коротко взглянув на пистолет, Чимин вспоминает, когда стрелял в последний раз: это был тот день, когда Юнги отвёз его на стрельбище и учил правильно пользоваться оружием. Конечно, уже после того, как Чимин за день до этого схватил по глупости пистолет Юнги и несколько раз выстрелил из окна его спальни на улицу, отчаянно пытаясь доказать непреклонному мужчине, что он способен за себя постоять и готов обучаться убийствам. Тогда его целью, затмившей весь здравый рассудок, было лишь отомстить подонку, убившему его семью. Его любимую младшую сестрёнку. Потом Чимин, конечно, одумался, переосмыслил эту безнадёжную идею, прислушавшись к Юнги и доверившись его мудрости. Но что же происходит сейчас? Да, как раз таки то, от чего Юнги так пытался его отговорить и уберечь. И вряд ли ему понравится то, что Чимин сунулся на эту чёртову фабрику, но совсем скоро, когда этот кошмар закончится, всё остальное уже не будет иметь былого значения. Просто так сложились обстоятельства… Когда Чимин почти добегает до нужного здания, Хосок и Намджун его не замечают: они притаились под грязными окнами, видимо, подслушивая чужой разговор и готовясь ворваться внутрь в любой момент. Чимин решает воспользоваться их отвлечённостью и тихонько пробегает мимо, забегая за угол здания, куда выходило ещё несколько окон, самое первое из которых было открыто нараспашку. Оценить ситуацию было бы сейчас очень кстати, поэтому Чимин приподнимается на носочках, аккуратно заглядывая в окно буквально одним глазком… И он видит их. Тэхёна, который стоит к нему спиной, Юнги, находящегося в нескольких метрах от Кима, и другого мужчину, который, вероятно, и является тем самым Кёнхи. Чимин сильнее сжимает рукоять оружия, когда замечает, что Юнги и его напарника удерживают двое громил, с которыми сюда приехал Тэхён, и мужчин они держат так, что те, наверное, не могут даже пошевелиться в их умелой крепкой хватке, а их оружия валяются на полу таким образом, что им до них никак не дотянуться… Чимин слышит голос Юнги. Видит безумно странное состояние Тэхёна, что находится словно в каком-то шоке. До Пака доносятся обрывки миновых слов, но он вовсе не может сообразить, о чём говорит Киму Юнги. — Покойный Сокджинни был рад тому, что младший братик пошёл по его стопам? Разве таким он хотел вырастить тебя — зависимым монстром, по которому плачет койка в палате психиатрической больницы? — произносит Юнги, когда Чимин как следует прислушивается к его речи и… ...просто выпадает в осадок. Сокджин — тот самый человек, который являлся заклятым врагом господина Кима и которого Намджун в итоге поручил убить своему киллеру, коим на тот момент был Юнги, — старший брат Ким Тэхёна?.. — Именно об этом я думал, когда стрелял в бедного Сокджинни, превращая его тело в истекающее кровью решето, — снова звучит голос Юнги, и Чимин даже с расстояния отчётливо видит в его чернеющих с каждым словом глазах пылающее желание причинить Тэхёну такую душевную боль, что не сравнится даже с той, какую сам Ким заставляет испытывать своих жертв, убивая их без капли всякой жалости. Теперь Чимину всё становится ясно… Теперь становятся понятны истинные причины, по которым Тэхён похищал Намджуна, наверняка разузнав о том, что он был тесно связан с убийством Сокджина, и те причины, по которым сам Юнги сорвался сегодня обратно в Тэгу, ведь и его жизнь, и жизнь господина Кима была под настоящей угрозой. И решить эту проблему можно было лишь одним способом. — Его убил ты… — произносит непривычно тихо Тэхён, прерывисто дыша и глядя на Юнги так, как смотрит свирепый бык на ярко-красное полотно. — Так сдохни же прямо сейчас, ублюдок. И в этот миг сердце Чимина замирает, потому что рука Тэхёна нащупывает у себя на поясе, под пальто, пистолет, которым собирается выстрелить в Юнги; потому что в голосе Тэхёна с его последними словами, точно как с обвинительным вердиктом, слышится самая истинная ненависть, и потому что он, чёрт возьми, вовсе не шутит, а в самом деле желает прямо сейчас поквитаться с убийцей его брата и с самым дорогим Чимину человеком… И в этот миг, когда сердце замерло, замер словно и весь остальной мир, потухли все затаённые в душе страхи, испарилась вся робость и нерешительность. Если ещё часом ранее он понятия не имел, что будет делать, когда приедет сюда, хотя и имел непоколебимую уверенность в том, что просто обязан быть здесь, рядом с Юнги, то сейчас, в это самое мгновение, Чимин точно знает то, что отомстит этому подонку, убившему когда-то его сестру, а сейчас готовому сделать то же самое и с Юнги. Чимин отомстит, во что бы то ни стало. В здание внезапно врываются Намджун и Хосок, тут же пристреливая мужчин Тэхёна, в то время как Чимин, пользуясь его секундным замешательством, ловко запрыгивает внутрь через окно и стреляет в Кима несколько раз подряд. Держащие пистолет руки резко дёргаются от отдачи оружия, выстрелы звучат так оглушительно громко, что у Чимина уши закладывает. В крови бушует адреналин, а сердце, точно обезумевшее, содрогается за рёбрами, собираясь вылететь из грудной клетки подобно этим пулям, что вылетают из пистолета в руке Чимина и пронзают тело Тэхёна на сумасшедшей скорости. Голова пуста, и все те правила, которые он так старался запомнить, когда Юнги обучал его стрельбе, мальчику бы сейчас даже не вспомнились. Единственное, что он чётко осознаёт, — так это то, что стрелять нужно в жизненно важные органы. Чтобы наверняка. Чтоб без единого шанса выжить для этой мрази. — Привет тебе от Джиён, сукин сын! — не сдерживаясь, произносит Чимин, когда Тэхён уже лежит на спине в собственной крови. — Сначала убил мою сестру, а теперь решил пристрелить моего Юнги-хёна? — спрашивает он, уверенно делая несколько шагов к Тэхёну.— Ну нет уж. Больше я не позволю тебе лишать меня родных людей.

———

Пока Чимин всё это рассказывал, Юнги разрывался словно меж двух огней, когда смотрел на него, и чувствовал, как смешиваются все эмоции и забываются все слова. Чимин — невероятный. Он может быть нежным, мягким и трепетным, точно хрупкий, едва распустившийся весенний бутон, который хочется оберегать от суровых морозов. А может быть храбрым, мужественным и самоотверженным, жертвовать собственной жизнью ради спасения других, ради своих близких людей, во имя справедливости и любви. На первый взгляд может показаться, что этот паренёк совсем ещё ребёнок, но Юнги знает наверняка: Чимин — уже давно не маленький. Это взрослый и сильный человек со стальным стерженем внутри и слишком большим для шестнадцати лет количеством шрамов на сердце, но при этом не утерявший своей душевной доброты, искренности и умения находить светлое даже в самом мрачном. Юнги бы хотел сейчас сказать, насколько это было опасно, возмутиться на Чимина за то, что тот обхитрил его и рванул в Тэгу вслед за ним, пока Юнги об этом даже не догадывался, и что это могло стоить Чимину жизни, но какой теперь смысл во всех этих ненужных словах, когда всё уже свершилось и изменить ничего нельзя? Да и выжил бы сегодня Юнги, если бы не его маленький герой, который примчался к нему на помощь и спас ему жизнь буквально в самый последний момент? — Юнги… — Чимин подходит немного ближе к мужчине на дрожащих ногах. — Сокджин был братом Тэхёна? Он искал того, кто убил его, да? Почему ты ничего мне не рассказал? — Чимин… — Ребята, — слышится за спиной Юнги голос его напарника, и оба оборачиваются в сторону Кана. — Давайте вы обсудите всё это позже, но не здесь и не сейчас… Нам нужно избавиться от тел и прочих улик. Конечно, вряд ли кто-то вспомнит о существовании этой фабрики в ближайшее время, но лучше перестраховаться. И молиться, чтобы никто не услышал звуки стрельбы. — Кто мог их услышать? — задаёт риторический вопрос Хосок. — В этом районе, кроме нас, ни души. Но вы правы, нельзя оставлять всё как есть. — Мы с Кёнхи займёмся этим, — распоряжается Юнги. — Хосок, Намджун… Спасибо вам… За то, что пришли на помощь… Я, если честно, даже не знаю, как могу вас отблагодарить, — Юнги подходит к друзьям и обнимает их по-очереди, так крепко и искренне, что одни только эти объятия уже заменяют сотни лишних слов благодарности. Видеть такое тёплое проявление чувств от Юнги, которого все привыкли считать хладнокровным и безэмоциональным человеком, крайне непривычно, но и Намджун, и Хосок обнимают его в ответ, улыбаясь и по-дружески похлопывая по спине. — Подождите нас с Кёнхи в моей машине, — говорит Юнги. — Чимин… иди с Хосоком. Я скоро подойду и мы с тобой обязательно обо всём поговорим, хорошо? Сказав это, Юнги с любовью обнимает Чимина, целуя его в макушку, а сам мальчик лишь улыбается ему уголками губ, пронзительно заглядывая в глаза. Им обоим так хочется как можно скорее уединиться, чтобы побыть только вдвоём, обсудить всё без лишних глаз и ушей, дать волю своим рвущимся наружу чувствам, но Хосок аккуратно берёт Чимина за руку, тем самым приглашая пойти за ним в машину, чтобы мужчины могли «подчистить» за собой место преступления. — Ты всё-таки не послушал меня… — задумчиво вздыхает Хо, но звучат эти слова без всякой злости или обиды. Они неторопливо шагают в сторону машины, выйдя из здания фабрики. — Прости, Хоби, — искренне извиняется Чимин с долей сожаления в голосе. — Прости, что обманул тебя сегодня. Я знаю, что ты беспокоился за меня и хотел как лучше, и я очень ценю твою заботу, правда, но… — Эй, эй, я понимаю, Чимин, не стоит за это извиняться… Я вовсе не держу зла, — улыбаясь своей солнечной улыбкой и сжимая ладошку Чимина в своей, отвечает Хосок. — Ты делал это ради Юнги и ты, как никак, спас ему жизнь, хоть это и было для тебя очень опасно. Я знал, что этот человек дорог тебе… Но сегодня увидел, насколько сильно. Ты настоящий храбрец. Чимин лишь смущённо улыбается, опуская глаза. На душе становится теплее и спокойнее. — И да, ещё кое-что… — произносит Хоби. — Не могу избавиться от этого противного чувства, что между нами осталась какая-то недосказанность, поэтому… Прости меня, Чимин. Прости, что заставил почувствовать себя преданным, что причинил столько боли, что врал… Я постоянно об этом думаю, и… чёрт, мне безумно жаль, что тогда всё сложилось таким печальным образом. В этом только моя вина. — Нет! — восклицает вдруг Чимин, от чего тот поднимает на него удивлённый и немного растерянный взгляд. — Хоби, я знаю твою историю, знаю, что Тэхён убил твоего отца так же, как и моего, и что ты работал на него потому, что другого выхода у тебя просто не было. Этот мерзавец шантажировал тебя, манипулировал, как марионеткой, и не давал тебе возможности жить спокойной и счастливой жизнью. Разве же есть в этом твоя вина? — Чимин делает один шаг к Хосоку и душевно обнимает его, закрывая глаза. — Ты не хотел меня убивать… Ты ведь совсем не такой. И я благодарен тебе за то, что между мной и Тэхёном ты выбрал меня, что помог нам с Юнги уехать отсюда, и за то, что вообще появился в моей жизни. Ты настоящий друг, Хоби. — Прошло не так много времени с нашей последней встречи… но я чертовски по тебе соскучился, — парень обнимает его в ответ так же крепко, положив свою голову Чимину на плечо, и оба вздыхают с долгожданным облегчением, ощущая, как этот груз из тревог о невыясненных отношениях наконец свалился с их плеч. Жизнь подарила их дружбе шанс расцвести снова.