Глава 13. Совместная трапеза
17 июля 2022 г., 00:19
Было уже темно, и, очевидно, он был очень близко, но Цзян Чжэнь не мог разглядеть Чжао Цзингэ. Но даже так он все равно был очень счастлив.
Спустя такое долгое время Цзян Чжэнь наконец влюбился. Он почувствовал себя маленьким мальчиком и протянул руку Чжао Цзингэ. В результате он не поймал руку Чжао Цзингэ, а вместо этого наткнулся на еще горячую миску.
"Ты занят?" спросил Цзян Чжэнь "Ты хочешь отнести кому-то еду? Я пойду с тобой."
"Это для тебя" Чжао Цзингэ передал миску Цзян Чжэню.
Цзян Чжэнь угощал Чжао Цзингэ. С одной стороны, он отплачивал ему за его доброту. С другой стороны, ему понравился Чжао Цзингэ, но он действительно не ожидал, что Чжао Цзингэ посчитает себя должным дать ему что-то взамен. Ведь от начала до конца он дал ему только пять яиц и немного курицы.
"Для меня? Что это?" спросил Цзян Чжэнь.
"Это гольцы. Я поймал их, когда перекапывал землю." Чжао Цзингэ был несколько смущен. Такую еду, как гольцы, можно было ловить повсюду. Гольцы с фермы были бесполезны, их стоимость была определенно не так высока, как у яиц и курицы.
Цзян Чжэнь чувствовал себя очень счастливым, но и немного виноватым. Он не прилагал никаких усилий, чтобы достать яйца и курицу. По его мнению, это было действительно ничто, Чжао Цзингэ, который дал ему гольцов, мог только собственноручно ловить их. Похоже, Чжао Цзингэ потратил много сил.
Если подумать, то он слишком мало сделал для Чжао Цзингэ.
"Тебе это не нравится," — сказал Чжао Цзингэ, неправильно поняв молчание Цзян Чжэня,
"Нет, я счастлив." Цзян Чжэнь хотел обнять этого человека, но чувствовал, что еще слишком рано. В конце концов, он просто схватил Чжао Цзингэ за другую руку. "Давай поедим вместе."
"Я вернусь." Чжао Цзингэ был поражен. В темноте прикосновение усиливалось до бесконечности. Хотя его держали только за руку, он чувствовал, что рука становится все горячее и горячее, и он даже начал потеть.
"Давай поедим вместе." Цзян Чжэнь потащил его к соломенной хижине неподалеку.
Цзян Чжэнь нашел много полезных вещей в доме Чэнсяна, в том числе несколько свечей. Он зажёг кусок свечи и ограничил свет камнем, который был рядом с ним, чтобы он мог смотреть на Чжао Цзингэ.
Свет свечи был очень слабым, но Цзян Чжэнь все же мог разглядеть лицо Чжао Цзингэ, а также миску с гольцами в его руках.
Чжао Цзингэ был в его вкусе, но на самом деле он был простоватым, а гольцы в его руках не были чем-то особенным, но Цзян Чжэню все равно нравилось наблюдать за ним все больше и больше.
Несмотря на то, что он несколько раз пережил жизнь и смерть, он внезапно перешел в другой мир. Ему это было очень трудно принять; чувство смерти было еще более болезненным. Его спас Чжао Цзингэ.
Прошло несколько дней с тех пор, как он перешел в этот мир. Цзян Чжэнь не часто сочувствовал людям, но его отношение к Чжао Цзингэ было другим.
Можно сказать, что в этом мире единственным человеком, которого он принял, был Чжао Цзингэ.
Цзян Чжэнь взял руку Чжао Цзингэ левой рукой, но вскоре отпустил ее. Он взял сбоку веточку тутового дерева, сломал ее и превратил в две палочки для еды. После этого он снова сел и снова взял Чжао Цзингэ за руку.
Когда руку Чжао Цзингэ внезапно отпустили, его сердце сжалось. Теперь его снова держали, он чувствовал, что его рука словно горит. Он даже начал беспокоиться об этом. Он работал весь день, и его руки были в мозолях. Его руки были не меньше, чем у Цзян Чжэня. Цзян Чжэню это не понравится?
Цзян Чжэнь вовсе так не думал. Он несколько раз ущипнул руки Чжао Цзингэ, воспользовавшись моментом. Он взял гольца в рот палочками для еды, а затем использовал палочки для еды, чтобы засунуть одного в рот Чжао Цзингэ.
Гольцы, приготовленные только с солью, были не особо вкусными, но Цзян Чжэнь никогда не был привередливым в еде. Кроме того, это было то, что Чжао Цзингэ специально поймал для него, поэтому он подумал, что это очень вкусно. После того, как Чжао Цзингэ открыл рот и съел гольца, он покраснел.
Если бы он знал, то сказал бы матери, чтобы она не добавляла масла. . .
"Очень вкусно," — сказал Цзян Чжэнь. У гольца были кости посередине. Он съел мясо с одной стороны костей. Одну часть он съел, а другую отдал Чжао Цзингэ.
"Ты ешь. Мне не нужно…" Чжао Цзингэ быстро отказался. Он принёс гольцов Цзян Чжэню. Половину он сам съесть не мог.
"Какой смысл делить между тобой и мной? В будущем мы будем есть вместе" сказал Цзян Чжэнь. Как только он это произнёс, он почувствовал, что рука, которую он держал, слегка дрожит.
Зная, что Чжао Цзингэ хочет уйти, Цзян Чжэнь остановил его. "Поешь перед уходом!"
Чжао Цзингэ очень хотел уйти, но он беспокоился о Цзян Чжэне. Он беспокоился о том, чтобы не навредить другому, и боялся, что тот перевернет миску с гольцами. Он слишком боялся сопротивляться. "Отпусти меня!" Разве Цзян Чжэнь не был таким скромным, что не осмеливался ни с кем заговорить? Как это случилось?
Если бы их обоих увидели сидящими вместе, они бы погибли от сплетен и пересудов жителей деревни!
Чжао Цзингэ очень хорошо знал, что это было неправильно для него и Цзян Чжэня, но он, сам не зная почему, не очень злился.
Он никогда не понимал, как наглые, беспринципные мужчины умудрялись быстро найти себе жену, но теперь он смутно осознавал это.
"Я отпущу тебя, но ты не можешь уйти, иначе я догоню тебя ещё до твоего дома," сказал Цзян Чжэнь. Он действительно хотел поцеловать его. К сожалению, Чжао Цзингэ был слишком застенчив. Если бы он действительно попытался поцеловать этого парня, он бы точно убежал. Он мог только сдерживаться сейчас.
Однако, хотя он и был сдержан, он уже считал Чжао Цзингэ своим парнем. Конечно, для него не было проблемой быть с Чжао Цзингэ.
В древние времена даже богатые люди жили менее комфортно, чем современные люди, но если бы он мог найти кого-то, кто сопровождал бы его всю жизнь, Цзян Чжэнь почувствовал бы, что жить в древние времена было неплохо.
Так или иначе, он надолго остался в армии. Интернет-зависимости у него не было вообще. Он не чувствовал, что не может жить без высокотехнологичных продуктов, таких как мобильные телефоны.
В конце концов Чжао Цзингэ не осмелился уйти. Затем Цзян Чжэнь брал палочками еду для себя и для него, они вместе доели миску с гольцами.
Поев, Цзян Чжэнь не хотел уходить. Чжао Цзингэ молчал, и некоторое время они сидели молча, пока свеча, наконец, не догорела и не погасла.
"Я ухожу." Чжао Цзингэ встал, держа пустую миску.
"Я тоже вернусь." сказал Цзян Чжэнь "Завтра в полдень я пойду к тому месту, где мы вместе рубили дрова, чтобы найти тебя."
Чжао Цзингэ кивнул и подумал, что Цзян Чжэнь может этого не увидеть, поэтому сказал "Хорошо."
Когда двое мужчин договорились, Чжао Цзингэ посмотрел на темную фигуру Цзян Чжэня, прежде чем пойти домой. Цзян Чжэнь ждал, пока он уйдет. Он подобрал свой мясницкий нож и пошел домой в особенно хорошем настроении.
Как хорошо, что сегодня у меня было свидание с кем-то, не говоря уже о том, что у него назначена встреча ещё и на завтра!
Но . . . Цзян Чжэнь посмотрел на нож в своей руке и вдруг почувствовал, что он выглядит как-то не так.
Он не мог держать такой большой нож, каждый раз встречаясь с Чжао Цзингэ, но ему действительно нужно было оружие для внезапной самообороны.
Подумав об этом, Цзян Чжэнь в темноте пошел в деревенскую бамбуковую рощу.
Он срезал два стебля бамбука ножом и пошел с ними домой.
На следующий день Цзян Чжэнь встал рано, но не пошел на работу. Он сел во дворе и начал разбираться с двумя бамбуковыми стеблями, которые принес вчера вечером.
Он выбрал тот, что потоньше, отрезал его, сделал длину в свой рост, заточил его головку и сделал его похожим на своего рода копьё.
Если под рукой был такой острый бамбук, а его противник держал в руках нож, бояться нечего. В конце концов, нож был коротким, а бамбуковый шест длинным. Если он не позволит противнику приблизиться к себе, он определенно сможет использовать свой бамбуковый шест, чтобы выбить из рук противника нож. Заостренный конец может использоваться для прокалывания отверстий в различных предметах.
Конечно, самое главное, чтобы оружие не привлекало лишнего внимания. И когда он выйдет с бамбуковым шестом, он будет намного легче ножа.
Когда один бамбуковый шест был готов, Цзян Чжэнь начал резать второй бамбуковый шест.
Он очень толсто нарубил бамбуковый шест. Сначала он отрезал две большие бамбуковые трубки, затем сделал две пробки из дерева. Затем он начал делать другие вещи из оставшегося бамбука.
Цзян Чжэнь сделал две пары бамбуковых палочек для еды и две чашки из маленькой бамбуковой трубки. Когда он захотел заняться чем-то другим, он обнаружил, что не может сделать ничего другого. Ему пришлось отрезать еще несколько бамбуковых трубок и отложить их впрок.
Покончив со всем этим, Цзян Чжэнь взял кашу и отдохнул, а к полудню попросил два яйца и две тарелки риса.
Блюда, которые ели в этом месте, были без масла и воды. Не говоря уже о том, что из двух мисок риса Цзян Чжэнь на этот раз съел только одну; содержимое другой чаши он упаковал в бамбуковую трубку. Из яиц, он тоже съел только одно, а другое отложил.
После этого он пошел на кухню, чтобы наполнить бамбуковую трубку горячей водой. Затем Цзян Чжэнь вышел за дверь и отправился на свидание.
