Робин Гуд и Сьюзен

Начались каникулы. Все друзья Сьюзен опять улетели в Синегорск, а сама она, конечно, поскакала в Шервудский лес. Как и в прошлый раз, верхом на Матильде. Лошадь, как обычно, пыталась отказываться и ворчать, что «ни до чего хорошего эти Робин Гуды не доводят», но мисс Нипер даже не слушала свою четвероногую подругу. Всё равно всё будет так, как хочет она, черноглазая! …Итак, Сьюзен верхом на Матильде пробиралась по Шервудскому лесу к заветной поляне. – Странно, – сказала девушка лошади. – С такого расстояния нам уже должно быть слышно зудение лука. Почему они не выставили часовых? Ты постой здесь, а я пойду узнаю, в чём дело. Ладно? – Угу, – буркнула Матильда. Мисс Нипер спешилась и пошла вперёд. Вот и поляна. Но что это? Под деревом стояли двое и о чём-то оживлённо разговаривали. Один из них был, несомненно, Робин Гуд, а второй… Приглядевшись, Сьюзен узнала красотку Мэриан. Ту самую, которую видела на балу и о которой славный стрелок отозвался весьма нелестно. А теперь вот разговаривает с ней, как с хорошей знакомой! Забыл, что ли, свои признания? Или, наоборот, вспомнил более ранние? А ещё говорил, что она, Сьюзен, первая и единственная, что никто и никогда… «Ах ты, обманщик!» – готово было сорваться с губ мисс Нипер. Но девушка побоялась, что её обнаружат. Нет, лучше влезть на дерево и послушать, о чём они говорят! Черноглазая подошла к дереву и взобралась на него почти без всякого шума. Это было нетрудно: Сьюзен была в лыжной куртке и в спортивном костюме, а ветки дерева располагались почти как ступеньки. Теперь мисс Нипер оказалась прямо над головами этой парочки и навострила уши. Мэриан говорила жалобно, видимо, не думая о собственном унижении: – Робин, пожалей бедную девушку! Я так тебя люблю! – Леди Мэриан, я не могу хорошо к вам относиться. У нас с вами слишком разные взгляды на жизнь. Вы превыше всего цените своё собственное счастье и удобство, а я – счастье всех людей. Нам с вами не ужиться. И кроме того, разве я вам ровня? Вы – графская дочь, наследница огромного состояния, а что есть у меня, кроме лука со стрелами? – Если бы ты, Робин, вёл себя умнее и не забывал, что ты хорошего рода, у тебя бы тоже было всё… – Это с косой-то перевязью на родовом гербе? Большое спасибо! Нет, мне ваш мир ни к чему. Там нет ни любви, ни справедливости. Лучше уж строить свой мир, вместе с людьми простыми и добрыми, которых вы, леди Мэриан, привыкли презирать. Вам здесь у нас не место. Блажь это всё с вашей стороны, вот что я вам скажу! Через два дня вам бы захотелось красивой жизни, балов и развлечений, а я, знаете ли, не привык оставлять себе те богатства, которые могу у кого-то отобрать… Отдам тем, кто заслуживает, вот так-то! Идите-ка лучше поцелуйте шерифа, может, он превратится в человека и не будет таким злобным… Мэриан не заплакала. На секунду её красивое лицо исказилось злостью. И каждое её слово звучало будто удар хлыста: – Шерифа? Разумеется, он у моих ног! Но знал бы ты, кретин бесчувственный, что благодаря этому я жизнь тебе спасла! Робин сдавленно что-то пробормотал. Видимо, поминал все зелёные деревья Шервуда. – А что тебя удивляет? – продолжала Мэриан. – Думаешь, я не знала, что Фланелеграф собирается, поймав тебя, добить и твоих людей? Так я сказала ему: давай погодим с войной, давай ты пойдёшь на загородный бал к моему отцу, там будут все приличные люди… Я же точно знала: если никого из наших не будет в городе, твои разбойники спасут тебя или ты сам как-нибудь спасёшься… – Ой… Ну спасибо, конечно, ваш поступок делает вам честь, леди Мэриан… Но всё равно мне, если честно, неприятно быть вам обязанным. Вы взамен потребуете такого, чего я не могу выполнить… И даже сами не поймёте, в чём дело. – Отчего же? Я прекрасно понимаю, что приди я к тебе в темницу с ключами – ты бы предпочёл смерть. Я хитрее… – Но меня вам не перехитрить! – Сумасшедший! – Ну такого меня мама родила… Где-то здесь поблизости, кстати. И в этом-то всё дело, наверное. Вот скажите: можете вы подчинить ветер, облако, молнию? Значит, не можете подчинить и меня, ведь я сродни вольному ветру. Меня, как и его, ни к чему нельзя принудить. Я, как и он, хожу там, где хочу, и делаю то, что мне нравится. Правда, ветер просто шалит, а я стараюсь помочь людям. И ещё, ветер нигде не задерживается подолгу, а я если уж полюбил девушку – не забуду её до самой смерти. – Да, ЕСЛИ ты полюбил. Но ты ведь никого не любишь! Твои стрелки гуляют с половиной города, а ты… В монастырь собрался? – Я считал себя на войне. Да и теперь считаю. Но только я сейчас во власти самой сильной любви, на какую только способно моё сердце! Другое сердечко резко стукнуло при этих словах Робина. Мисс Нипер на дереве ощутила прилив счастья и раскаяния. А Мэриан поджала губы и едва не зашипела, как кошка на веник. – И кто же, – спросила красотка, – кто же, позволь узнать, твоя избранница? – Черноокая Сьюзен из другого мира. Между прочим, вы и её спасли осенью из темницы, мы сидели там вдвоём. – А-а, я её видела на балу. Она ещё так на меня посмотрела, как будто понимала, что не стоит краешка моего платья! И в эту-то малявку ты влюблён? Ну, Робин, я была о тебе лучшего мнения! – Ваше счастье, леди Мэриан, что вы принадлежите к слабому полу. С женщинами вольные стрелки не дерутся, потому что это неблагородно. А будь вы мужчиной – я вызвал бы вас на поединок и уложил на месте за такие слова! Черноглазой уже неинтересно было, что ответит ноттингемская красотка. Сьюзен спрыгнула с дерева – и попала прямо в объятия Робин Гуда. Он прижал девушку к себе и осыпал её лицо поцелуями. А она не сопротивлялась – горячо отвечала тем же… Мэриан смотрела-смотрела, а потом, оскорблённая в лучших чувствах, ушла. Выпустив наконец Сьюзен, Робин спросил: – Откуда же ты взялась, моя радость? С неба? – Нет. Вон с того дерева. – А что ты там делала? Неужели подслушивала, о чём говорили я и Мэриан? Мисс Нипер кивнула и, покраснев, прошептала: – Прости… – Я тебя ни в чём не виню. Я тебя понимаю. Ты подумала, что я назначил свидание другой, но не захотела верить, так? Ну и за что тебя осуждать? – Спасибо… А если ты ей свидания не назначал – то она тебе назначила, нет? – Я бы не пошёл. Было так: я стою, никого не трогаю, вдруг приходит Мэриан и начинает приставать… Ты очень кстати появилась, не то она бы ещё часа два меня мучила! – Бедный Робин… Слушай, она теперь со злости мстить не начнёт? – Не знаю… Ну а что она может сделать? Шериф давно знает, что я снова в Шервуде и что нас здесь не достанешь… Ладно, пошли отсюда, я замёрз как собака из-за этой… а ты, наверное, устала и хочешь есть? Кстати, а где твоя Матильда? – Ждёт в лесу… Пошли за ней?

* * *

Ни в лесу, ни в лагере почти ничего не изменилось. Шалаш Сьюзен ждал её, всё такой же уютный – только на стене теперь висел лук, а рядом – колчан со стрелами. – Ой! – вырвалось у черноглазой. – Я же даже стрелять не умею! – А научиться хочешь? – Робин Гуд улыбался ей с порога. – Ещё бы не хотеть! Я тебя ещё в прошлый раз хотела попросить меня поучить, только вот не пришлось… И смешно сказать: у меня же стрела твоя осталась, помнишь – ты мне в подоконник воткнул? Так я пыталась… ну, правда, как дротик, в стенку метала, у меня там теперь мишень нарисована… – И как успехи? – Ну… Пока восемь из десяти… А бывает и больше… – Хорошая моя! Маленький опасный воин! Ну, сегодня вечером, когда стемнеет, и начнём. – А почему вечером? Ничего же не видно будет. – А нам и не надо ничего видеть, кроме звёзд. Это будет, Сьюзен, вводный урок. Проверка остроты зрения. – По звёздам? Это как? – Увидишь. – Ой, как интересно! Слушай, Робин, а ты хочешь научиться грамоте и разным другим полезным вещам? – Спрашиваешь! Мы вроде уже договорились, что ты меня научишь… …Дотемна они писали на бумажке буквы и цифры. Мисс Нипер так и думала, что её Робин – парень способный, и предсказывала: – Если дальше так пойдёт – к концу каникул ты меня догонишь! К ночи вызвездило, воздух был ясный и холодный. Робин Гуд и Сьюзен вышли на поляну. – Найди на небе Большую Медведицу, – сказал славный стрелок. – Нашла. – Около средней звезды ручки есть слабенькая звёздочка. Ты её видишь? – Вижу! – Значит, зрение у тебя острое! Сможешь хорошо стрелять!