Шанс есть, если есть надежда.

Адриан сталкивает навязчивые мысли на то, что увидеть Маринетт с Лукой было слишком неожиданно. Настолько, что у него настроение испортилось. Агрест уверенными шагами направляется к пекарне, пока Плагг что-то бормочет под ушком. Парень совсем его не слушает, он идёт, идёт, идёт и. приходит. Вся его уверенность, с которой он сюда шел, испарилась, когда он стоял у входа в пекарню. Ему до того стыдно, что он вот-вот уже собирается уйти, но мужественность всё-таки подталкивает к тому, чтобы открыть эту чёртову дверь и сказать всё, что парень хочет. Юноша неуверенно открывает дверь с опаской заглядывая, боясь, что вот-вот на него накинется отец Дюпен-Чен, но всё обходится. Он заходит и родители его одноклассницы лишь сухо приветствуют Адриана. Да, возможно, не так тепло, как раньше, но хотя бы не крики, оскорбления и кулаки. Парень здоровается, а те будто его и не слышат. Он понимает их, не обижается. Лишь собирается с силами, чтобы спросить, наверное, самый тупой вопрос в его жизни. *** Лицо парня растягивается в идиотской улыбке когда Алья разрешает ему пытаться восстановить общение с Маринетт. Агрест выглядит так счастливо после того, как и родители, и подруга Дюпен-Чен разрешили ему сделать то, к чему лежит его душа. Адриан с нетерпением дожидается следующего дня. Дня, в котором он сможет снова услышать её нежный голос. Девушку подвозит Куффен. Кулаки парня сжимаются до боли. Ему так не нравится эта картина, хоть он и рад за свою одноклассницу. Лука уже собирается уезжать, как довольно агрессивный взгляд Адриана Агреста встречает его невинные глаза, что с влюблённостью смотрят на Маринетт. Он сразу опускает взгляд, видя то, что Лука Куффен уставился на него. Парень не собирается пожирать другого своим взглядом, да и он чудесно понимает, что это неправильно. У порога Агрест подходит к Дюпен-Чен. Она сначала и не заметила, что это был её одноклассник, ведь она смотрела в пол. Девушка медленно поднимает голову и немного отступает назад видя того, кто не так уж и давно раскрошил ей сердце. — Маринетт, привет. — Адриан натягивает нежную улыбку, пытаясь не спугнуть её. — П-привет. — заикаясь, ответила Маринетт. Подросток напротив расплывается в самой искренней улыбке. Он так скучал по этому голосу, по этим заиканиям и по этому, как казалось бы, тупому смущению. Юноша даёт волю своим эмоциям. Агрест тянет Дюпен-Чен к себе, хватая за запястье и прижимая к себе со всей силы. Хочется вжать её в себя, да так, чтобы всегда были вместе. Он никогда не думал, что можно так скучать по ней. Возможно, ситуация с ЛедиБаг тоже повлияла на реакцию Адриана сейчас. Честно говоря, он почти не чувствовал никаких эмоций за эти два месяца. Только если с Нино, но не надолго, ведь все его мысли были заполнены лишь двумя девушками. Он настолько волновался за свою миледи, что времени на веселье попросту не было. Она настолько загнулась, что Нуару казалось, что ЛедиБаг заменили. Пусть и Кот поддерживал её как мог, но, видимо, от этого ей ничуть не лучше не становилось. Он безмерно рад за свою напарницу, потому что в последние дни, если можно так сказать, она начала «восстанавливаться». Хотя бы улыбаться стала, а еще лучше — смеяться. Он рад, что в её жизни появился человек, который смог поставить ту на ноги. Только жаль, что этот человек — не Кот Нуар. *** Маринетт вырывается из объятий в недоумении смотря на парня. В глазах читается полное непонимание его действий. — Прости, но. — в её глазах читается то, что она требует объяснений, а на ярко-розовых щеках читается смущение. Адриан смущён ничем не меньше. Он всегда уважает личные границы, но безумно сложно сдерживать себя после того, как у него с его единственной и самой лучшей подругой не было контакта целых два месяца. — Извини, Маринетт. — тихо промолвил Агрест, отстранившись от одноклассницы на приличное расстояние. — В общем, как бы это странно ни прозвучало, но мне хотелось бы восстановить с тобой общение. Я знаю, что, возможно, это неправильно после нашего последнего разговора, но. Ты моя хорошая подруга и если твои чувства остыли, то. Юноша и договорить не успевает, как лицо Дюпен-Чен мило расплывается в лёгкой улыбке. — Адриан, да, конечно. Мы можем снова стать друзьями. Мои чувства к тебе уже остыли. — без смущений и заиканий. По-крайней мере, она так думает. А для Адриана непривычно. Очень непривычно. — Прости за такой вопрос, но ты теперь встречаешься с Лукой? — вопрос, что неприятно скребет всё внутри у Агреста. Неприятные ощущения легко перейдут в боль, если он услышит… — Да, мы встречаемся. Вот что боялся услышать он. Непонятное чувство предательства, которого, по факту, и не должно быть. Вообще. Определённо. — Эм, хм, ну как сказать встречаемся. — мямлит Маринетт себе под нос, — Мы еще не поцеловались. Но по умолчанию встречаемся. Наверное. Всё очень запутано. Но он меня любит. Лицо её заливается сладким румянцем, только в случае парня, это не сладкий румянец. Далеко нет. Приторный и только. Девушка продолжает что-то мямлить заикаясь. Адриан никогда не представлял себя таким. Таким. Таким — ревнивым и агрессивным. Он не винит никого. Он винит только себя за то, что был одурачен любовью, что не принесла по итогу никаких плодов. Агрест слишком поздно понял, что под носом всегда скрывалась та, что по-настоящему его любила. Только вот по итогу он остался ни с чем. Адриан сжимает губы и с трудом сглатывает. *** — Парень, ты что, правда влюбился в Маринетт? — спросил Плагг, параллельно поедая свой любимый сыр. — Нет, Плагг. Просто это слишком неожиданно, что она уже встречается с Лукой. Так быстро забыла меня. — потерянно говорил парень. — А она, по-твоему, всю жизнь должна была по тебе убиваться после твоего отказа? Адриан слышит это и тяжело вздыхает. А ведь Плагг прав. Оставить прошлое позади — очень важный шаг в жизни. Маринетт сильная, если решилась на это. Агрест сам ей отказал, с чего она вообще должна любить его дальше? Влюблённость Дюпен-Чен основывалась больше на надежде. Объект её любви, в свою очередь, чётко и ясно объяснил, что шансов у неё нет. Какая может быть надежда, если нет шансов? — Ты прав, Плагг. — Ты так грустно отреагировал на то, что она теперь с тем, кто её по-настоящему любит, что складывается ощущение будто ты уже забыл ЛедиБаг. — Ты издеваешься? Я же уже объяснил, что просто в шоке. ЛедиБаг уже стало лучше, все чувства вернутся. Да. Вернутся. Но когда? Проходят дни и недели, ЛедиБаг стала прежней, а вместо сердца при виде своей бывшей возлюбленной у Кота Нуара просто камень. Тупой камень. Он никак не реагирует. Не порхает, не начинает бешено биться, руки не трясутся, улыбка не растягивается на лице. Чисто отношения напарников. Разве так должно быть при любви?