Крепостная: другая сторона

Григорий смог начать разговор первым после того, как Катя едва не наступила на те же грабли в виде капкана. Он нелепо закатил глаза, подняв брови вверх, после чего вздохнул. - Видишь, к чему это приводит? Та молчала. Катерина задерживала дыхание, будто бы уже целую вечность и не чувствовала ни малейшего признака биения сердца. Только лёгкое жжение в груди. - Успокойся, всё хорошо. - Промолвил Григорий Петрович, немного отстранившись от неё. Идём домой. - Спасибо. - Тихо прошептала девушка. Руки её всё ещё были у его груди. Наступать на больную ногу было тяжело, он чувствовал адскую боль, но пытался стерпеть весь путь домой. - Пани, - заявил Марко, войдя в гостиную, - к вам гости. - Кто же приехал? Отец? - Нет, то-с друг Григория Петровича, Роман Романович Воронцов. Позвать? Натали задумалась, ведь не знала ничего об этом человеке и не могла представить ничего, после улыбнулась и привстала с софы, чтобы встретить гостя. - Добрый день! - Молодой человек улыбнулся в ответ и прошёл в глубину комнаты. Он наклонился к руке дамы и поприветствовал её. - Позвольте представиться, я — Роман Романович Воронцов, старый друг Григория Петровича. - Очень приятно. А я Наталья Александровна.. - Верно, вы жена Григория Петровича. - Он перебил её, заставив покрыться румянцем её кожу. - Вы совершенно правы. - Такая очаровательная, поэтому я не смог ошибиться. Вы такая же, как мне про вас рассказывал ваш муж, даже прекраснее! А где же сам Григорий Петрович? - Право, вы смущаете меня. - Хихикнула она, прикрывая уста ладонью. - Вероятно, вы разминулись. Но он в скором времени обещался вернуться из Нежина. Вы можете присоединиться к обеду, если пожелаете, когда он приедет. - Почту за честь. Григорий осматривал девушку с ног до головы, пока та сидела перед ним, продолжая молчать. Он поднёс к столику чашку горячего чая с мятой и присел рядом. - Вот, выпей. До сих пор вся холодная. - Коснувшись до её рук, он был ошарашен температурой тела. - Промёрзла вся. - Григорий Петрович, зачем вы приехали сюда? - Как — зачем? - Он удивился. - Увидеть тебя, я соскучился. - Но ведь в последний раз вы говорили совсем о другом. - Милая Китти, - его взгляд вновь был холодным, - забудем об этом. - Но я не могу забыть! Я не чувствую себя живой, будучи заточённой в этих стенах!? Вы получили меня, получили мою душу. - Из уст вырывался крик вперемешку с плачем. - Вы получили, что так желали, Григорий Петрович! Только почему же вы всё такой же бесчестный по отношению ко мне? Чем я это заслужила? От этих слов его взгляд переменился, ему стало безудержно стыдно и мерзко осознавать то, каким он являлся. Его руки потянулись к плечам Кати, но та резко отпрянула, направившись в другую комнату. Натали находилась в компании этого удивительного молодого человека, слушая его рассказы. Она действительно была заинтересована в его беседе. - Как жаль, что Григорий Петрович не рассказывал мне о вас раньше. - Война разлучила нас, к сожалению. Этим многое сказано. Но теперь мы будем видеться чаще. - Вот как? - Удивилась Натали. - Вы остаётесь здесь, в Нежине? - Да. Решил прикупить для себя приличный дом. Хочется жить по соседству. - Улыбнулся он, а глаза Романа сверкали. - Что же это за имение? Где-то поблизости, и правда? - Шеферское имение, сдаётся мне. От услышанного Натали потухла, её улыбка исчезла с лица, пани тотчас вспомнила об умершей лучшей подруге, которую она потеряла не так давно. Её голова окуталась туманом, а руки судорожно затряслись. Тот, естественно, заметил это и обеспокоился: - Наталья Александровна, вам нехорошо? Мне послать за доктором? - Нет, - та поднялась с места и едва пошатнулась, держась за голову, - это сейчас пройдёт. - Я чем-то вас обидел? - Нет, нет, право. Что вы, Роман Романович. Понимаете, тот дом, что вы хотите приобрести — это дом моей подруги. Она погибла. - Мне довелось услышать об этом инциденте, я глубоко соболезную вам. Роман Романович приблизился к госпоже Червинской и сообщил о том, как сильно он сожалеет ей. Он извинился перед ней за то, что заставил так расстроится, после чего в скором времени приехал Григорий. Он явно был не рад присутствию Романа в его доме, но не показывал это, а лишь улыбался, приветствуя незваного гостя. Через мгновенье семья с приятелем уже находились в столовой, ведя светскую беседу. - Утка просто восхитительна! - Заявил Роман, возбуждённо доедая блюдо. - Я очень рада, что вам понравилось. Григорий Петрович, а вам пришлось по вкусу? - Да. - Робко ответил пан, откладывая вилку в сторону. - Ну-с, как там ваш будущий переезд? - Надеюсь, что со дня на день я въеду в свой новый дом. Завтра оформлю оставшиеся бумаги, и дело с концом! Кстати, - Воронцов улыбнулся, - надеюсь, вы окажете мне честь, и приедете на праздник, который я собираюсь организовать в честь новоселья. - Как замечательно! - Радостно промолвила Натали. - И, позвольте узнать, - продолжил он, наблюдая за Григорием в ту секунду, - не разрешите ли вы Катерине Степановне посетить мой вечер? От услышанного Натали побледнела и застыла. Она мгновенно переглянулась с мужем, посмотрев в его глаза с упрёком и обидой, а после вернулась к Роману. - Вы знакомы с Катей? - Да, я.. - Мы подумаем над вашим предложением. - Подождите, Роман Романович ведь ещё не закончил. - Ехидно улыбнулась она, требуя продолжения. - Так получилось, что мы встретились с Катериной, а Григорий Петрович нас представил друг другу. - Вот как. - Он рассказал, что Катерина Степановна является крепостной, но я так хотел бы видеть её вместе с вами. - Мы.. - Возразил Григорий Петрович, пока жена не перебила и его. - Конечно, Роман Романович. - Решительно промолвила она, утерев нос пану. Григорий Петрович знал, что та рано или поздно что-то может прознать. На его лице засверкала злость, также он заметил, как сжался её маленький кулачок от гнева и непонимания, за что тот поступает с ней так, но промолчала, а дождавшись, когда Воронцов покинет их имение, подошла к мужу, что вновь увлёкся опием. - Григ, соизволь объясниться. - Да-да, прости, родная. - Отложив трубку в сторону, он мигом поднялся с кресла и подошёл к ней, чтобы обнять красавицу, однако та отстранилась, а брови её нахмурились. - Что ты хочешь узнать? - Как они могли встретиться с Романом Романовичем? Ты этому поспособствовал? - Нет же, всё это произошло случайно. - Хотя, стой. - В её глазах засиял огонёк. Этот огонёк был непростой. - Роман мог быть стать для Китти не плохой партией. От её слов Григорию стало не по себе, уши дёрнулись, а взгляд застыл: - Что ты несёшь, Натали? - Ты должен вернуть Катю домой, сюда, в Червинку. Почему она всё ещё там? Мы поможем ей справиться со всем, а потом сможем жить счастливо, Григ! Наталья будто бы была не в себе, она, словно ребёнок, хлопала в ладоши и радовалась, не замечая, что происходит вокруг. А Григорий не понимал, что ему делать дальше и как реагировать на её бред. Его руки нежно обвили её плечи. - Натали, с тобой всё нормально? - Конечно, милый! Пошлёшь за ней коляску? - Ещё недавно ты ненавидела её, мне пришлось перевезти Катю в другое место, что она не изводила тебя, а теперь ты хочешь её возвращения? - Да, ведь то, о чём я говорю — пойдёт ей на пользу! - Я не хочу обсуждать это, хватит! - Твёрдо заявил он, уйдя в сторону. Григорий вновь взял в руки свою трубку и зажёг её, чтобы насытиться парами и попасть в другой мир, подальше от реальности, но та не дала совершить ему это действие. Натали решительно приблизилась к мужу и отложила её в сторону, присев ему на колени. Она и правда была не в себе, что-то изменилось в её сознании, её было не узнать. Пан смотрел на жену и не понимал, что она собирается делать, пока та не поцеловала его, не давая ему и возразить. Она видела, как постепенно его глаза закрылись, а мышцы лица расслаблялись, поэтому стала попутно расстёгивать его рубашку, избавляя его тело от лишней одежды. По началу он пытался сопротивляться, однако это не срабатывало. В голове его пробегали мысли, что такой он видит её впервые: безумной, видит, ту, которой наплевать на всё. Эта девушка уже не была той истеричной особой, она явно знала, чего хочет, пусть и не понимала, как она исполнит то, что должно произойти, по её желаниям. Её руки обвивали шею мужа, не отпуская его от себя, тело Натальи требовало ласки и любви, которой так давно она не получала.