Сделка с демоном (Deal with a demon)

Не успели Фан Хэнь и Ен Мон ступить в Снежный лес вечных льдов, как им «посчастливилось» наткнуться на Северную птицу и Белого оборотня. Причём на самых опасных зверей леса. Сейчас они были на грани, между жизнью и смертью. Тень оборотня над сугробом, в котором спрятались Фан Хэнь с Ен Моном, нависла сверху. Принюхавшись, но, к великому счастью, так и не унюхав ничего съестного, Белый оборотень переступил через горсть обглоданных костей оленя и прихватив самую толстую кость, на которой хоть что-то оставалось из мяса, прилег рядом и начал грызть. Заваленному Фан Хэню было неудобно лежать на Ен Моне, по одной простой причине. Поза, в которой они оказались была чересчур интимной. Ен Мон прижимал руками его к себе, держа за талию. Грудь Фан Хэня плотно прилегала к его груди, одна его рука была над головой парня, а вторую, не зная куда пристроить, положил на его плечо чтобы хоть как-то держаться и не навалиться всем весом на парня. С ногами вышла более неловкая ситуация. Ноги Ен Мона были слегка разведены. Права нога юноши расположилась между ними, а левая была чуть согнутая в коленке. - Замри. Дёрнешься - нас обнаружат, - шепнул Ен Мон второму наследнику. Легко сказать, когда вот так лежишь на ком-то, да ещё на красавчике, который с невозмутимым видом хранил спокойствие, будто уже не в первый раз с ним подобное приключается. Прижавшись к Ен Мону, аромат отходящий от него стал сильнее, дурманя разум юноши. Ощущая его и вдыхая всеми лёгкими, он сдерживался от того, чтобы не прильнуть к шее парня сполна насладившись столь непонятным, но потрясающим ароматом. Снаружи слышалось жадное чавканье, но через какое-то время настала тишина. Фан Хэнь продолжал лежал на Ен Моне и, в добавок ко всему, ему вспомнился поцелуй на горе Ан. Тут он не стерпел, резко качнулся и упёрся ногой в промежность Ен Мона. Осознав свою ошибку, он протараторил, ели контролируя себя: - Надеюсь оборотень ушел? - Есть только один способ проверить. Только он тебе не понравится, - с ноткой неприязни сказал Ен Мон. - И какой же?.. Уа! Ен Мон привстал и руками сильно оттолкнул от себя юношу. Фан Хэнь спиной назад выкатился из сугроба съежившись. Сейчас он подумал, что на него набросятся и растерзают в клочья, но… этого не произошло. Подняв глаза Фан Хэнь увидел, что оборотня нет, а его следы стал заметать поднявшийся ветер. - Повезло. – Сказал Ен Мон выбравшись из сугроба. - Ты знал, что он ушел? – Подозревая неладное, недовольно поинтересовался второй наследник. - Верно, - протянул устало ответ Ен Мон, поправляя волосы. - Но, как и почему сразу не сказал? Зачем вытолкнул меня? А если бы ты ошибся? – Обиженно продолжал возмущаться юноша. - Не ошибся бы. В сугробе была небольшая дыра, которую не засыпало снегом. Через неё я мог видеть оборотня. Более того, по внешнему виду я понял, что его изгнали из стаи, так как зверь был ранен. Если бы он нас нашёл, то все равно с ним легко бы разобрались. – Уверенно сказал Ен Мон, проходя мимо Фан Хэня. - Вставай. Метель начинается. - И-извини, - Парень остановился и вскинул бровь, не понимая, почему юноша просит у него прощения. - За что? - За всё. Просто из-за меня ты попадаешь в одни передряги, неприятности и… неловкие ситуации. - Забудь. Что было, то было. Ты не виноват в произошедшем, - Ен Мон подхватил Фан Хэня за локоть поднимая. Перья, которыми они были атакованы, сломались из-за сильного ветра. Если бы этого не произошло, то юноша мог просто вынуть перо и отправиться домой, удачно завершив задание, но как по закону подлости - всё против него. Сквозь пургу Фан Хэнь и Ен Мон с трудом нашли укромную ледяную пещерку. Торопливо дойдя до неё, они спрятались там. Сквозь вьюгу не было видно практически ничего. Слышалось завывание сильного ветра. Если сейчас к такому ветру подставить лицо, то можно обветрить его, попрощавшись с кожей. Несмотря на то, что Фан Хэнь был тепло одет, он дрожал. Ледовые стены, потолок, и пол пещеры совсем не держали тепла, а развести тут костёр вряд ли получится. Ен Мон не нравилось смотреть на то, как юнец дрожит, того гляди раньше времени, прямо здесь, помрёт от холода. Пододвинувшись поближе, он обнял его пытаясь согреть своим телом. Это мало помогло, но хоть какую-то теплоту юноша смог от него получить и в объятиях парня он подался сну. Фан Хэнь напоминал Ен Мону птенца, который так и не научившись летать, выпал из гнезда, подвергнув себя верной гибель. Пока ещё есть время ему надо преуспеть во многих вещах, чтобы выжить в суровом мире, но кто сказал, что у него предостаточно времени для этого? Он погибнет ещё раньше, прежде чем сможет расправить свои крылья, так и не покорив небо и не поборов царящие в нём ветра. Повернув голову в сторону свирепой пурге, Ен Мон устало зевнув, находясь в ожидании её конца. Стоило пурге закончиться, как в ледяной пещере сразу посветлело. Взору открылся заснеженный лесной вид. Лёжа на льду, Фан Хэнь протёр заспанные глаза. В пещере он находился один. - Ен Мон? Выйдя наружу, Фан Хэнь нашёл Ен Мона подглядывающего через ветки. Сидя на корточках у большого куста, он за кем-то следил. - Ен Мон… Парень обернулся и приложив к губам палец тихо подозвал к себе. Раздвинув ветки они оба увидели сидящую на соседнем кусте Северную птицу, клюющую обледеневшие ягоды. - Почему она напала на нас? Мы же ничего ей не сделали. Убить хотела? – Гадал юноша. - Думаю, птица пыталась прогнать чужаков. Только и всего. - Как перо достанем? - Я собью её магией, если надумает улететь, а ты, тем временем, лови перо, - пояснил дальнейшие действий Ен Мон, приготовившись. - Хороший план, - одобрил Фан Хэнь. Окружив Северную птицу, Ен Мон бесстрашно вышел к ней, пока Фан Хэнь сидел в засаде. Птица, как и ожидалось, обратила на парня внимание. Нападать она не стала, но порхнув крыльями, поднялась высоко вверх. Это было предсказуемо для Ен Мона подготовившегося к этому. Одним взмахом руки, высвободив силу, он успел задеть крыло. Птица должна была упасть, но что-то пошло не так. Не смотря на раненое крыло, крылатое создание не упало, а наоборот, смогло полететь дальше совсем в другую сторону, где её не поджидал Фан Хэнь. Поистине, великая птица! Ен Мон и Фан Хэнь ринулся за ней. Больше им такой удобный момент не представиться. Если сейчас упустят птицу, вряд ли найдут её в ближайшее время, а у второго наследника каждая минута на счету. Птица хоть и летела криво и низко, но достаточно быстро. Второй раз подбить её не получилось. Ен Мон и Фан Хэнь потеряли её из виду, оказавшись у развилки. - И в какую сторону она полетела? – Не углядев в каком направлении устремилась птица, Фан Хэня понадеялся, что Ен Мон успел заметить, куда она полетела, но… - Придется разделиться. Ты налево, я направо, - решил Ен Мон. - Понял. Не теряя ни секунды, они разбежались в разные стороны. Фан Хэнь бежал не долго, когда заметил сияние ледяных перьев Северной птицы через ветви деревьев. - Вот ты где. Нашёл тебя! Птица вылетел на небольшой гладкий участок и всё же рухнула на землю. Следом, из лесной чащи, выбежал за ней юноша. Вынув меч, он увидел, что та в попытке от него защититься, стала махать уцелевшим крылом и оглушительно кричать, будто прогоняла от себя хищника. С помощью своих лапок она отползала от человека, оставляя после себя окровавленный след. Только сейчас, подойдя достаточно к ней близко, но так, чтобы крыло не задело его, Фан Хэнь разглядел крылатое существо и понял, что птица перед ним отличается от той, что напала на него с Ен Моном. Эта птица размером, и формой крыльев, заметно отличалась от другой. Рассказывая о Северной птице, Ен Мон упомянул, что она единственная в своем роде, но как оказалось - это было не так. Чьё-то чириканье уловил слух юноши. Неподалёку от него и птицы шесть птенцов произносили звонкие звуки, а рядом с ними стояла та самая большая птица, что оказала второму наследнику и слуге Бога сделок нерадушный приём. Укрывая птенчиков своими широкими крыльями, птица в упор глядела на Фан Хэня, оберегая детёнышей от врага. Это был самец и он не мог помочь своей самке. Он должен либо защищать птенчиков, которые были ничтожно слабы, либо идти по помощь своему сородичу. По поведению главы семьи, юноша догадался - он сделал свой выбор и с опущенной головой взирал на гибель матери своих птенцов. - Я понял. Это твоя семья. Так ты не одна здесь обитаешь, - заговорил юноша с птицей. Самка, будто понимая человека, прекратила кричать и тише чирикнула шумным птенцам. Малыши замолкли, а потом, она издала похожий звук человеку, не проявляя больше агрессии. Самец что-то сказал на птичьем языке, члену своей семьи, на что самка махнула больным крылом. У Фан Хэня внутри всё перемешалось. Убрав меч в ножны, он с грустью в глазах сел на колени перед птицей, наблюдавшей за каждым его движением. Опечаленным взглядом он видел израненное окровавлено крыло. Ему стало жаль птицу и её семью. Сунув руку в сумку, он нащупал баночку мази и вспомнив о ней обрадовался. Он знает, как загладить свою вину перед Северной птицей. Фан Хэнь схватил её и принялся двигать к себе. Та стал клевать его руки до кровавых вмятин, истошно кричать, брыкаться, пинать лапками, царапать когтями и крыльями, что были остры, подобно лезвиям мечей, оставляя на руках и лице второго наследника кровоточащие порезы. Птенцы пытали вырваться и помочь матери, но отец широкими крыльями перегородил им путь, загородив их полностью. - Глупая курица! Я помочь тебе хочу. Дай я попробую вылечить тебя, ради твоей семьи! Птица сразу перестала сопротивляться, недоверчиво взглянув на человека. Не сразу, но она разрешила Фан Хэню положит себя на его колени и позволила осмотреть крыло. Достав баночку, он подцепил пальцем мазь и со всей нежностью, как только мог, аккуратно и бережно намазал рану. Птица к тому времени полностью успокоилась. Пока раны не затянулись Фан Хэнь не отпускал птицу, аккуратно гладя её перья. Перья, подобно белому опалу, переливались холодными цветами, а по текстуре были будто из стекла. Умеет же природа создавать прекрасных существ, а не только омерзительных тварей. Стоило ране зажить, как Фан Хэнь отпустил самку. Взлетев в небо, она покружила немного и приземлилась рядом с семьёй. Юноша сидел и умилялся: самка с самцом тёрлись клювами, а птенчики вокруг них запрыгали, пытаясь залезть на родителей. Самец усадил шесть птенцов на свою большую спину, а самка, обернувшись, что-то прокричала спасителю и улетела со своими в неизвестном направлении. Довольный собой, за совершенный добрый поступок, Фан Хэнь встал и сделав пару шагов поник от ворвавшейся в сознание мысли – похоже, что вторую часть испытания он завалили. Этот провал станем для него наказанием. Внезапный, громкий и резкий треск под ногами напряг Фан Хэня. Он ощутил, как под ним земля стала трещат. Аккуратно опустившись на корточки, убрав снег, у него на лбу выступила капелька пота от напряжения. Юноша завёл сам себя прямо в ловушку! - О нет. Только не это. Фан Хэнь очутился чуть ли не в центре замершего озера! Один небрежный шаг стоил того, чтобы образовались трещины длиной в несколько чи*. Стоило юноше замереть и треск прекратился, но выбираться же надо было как-то. Не может же он вечность тут стоять. И как назло не было поблизости Ен Мона. А, кстати, где он сам? От автора: Чи (里) - традиционная мера длинны в Китае.