Мак в поисках Аркаши

Мак полежал ещё немножко под кроватью, когда дядя Миша с Жоржиком ушли. Спать больше не хотелось, и в голове снова роились беспокойные мысли. Мак почему-то принялся воображать, как дядя Миша внезапно умирает. Тётя Жанна останется одна или выйдет замуж за какое-нибудь подобие Петра Степаныча? И что будет тогда с Жоржиком? Интересно, у него есть крёстный? И какой он, если есть? Тут мысли перетекли к Аркаше, и Маку снова стало совестно. Он никудышный крестник и друг, на него нельзя положиться. Всё сделал неправильно! Наверное, Аркаша уже погиб из-за него. А мама… Вспоминает ли его, тревожится ли? Воображение нарисовало гадкую картину: счастливая мама, довольный Пётр Степаныч — и никакого Мака, мешающего их жизни. — Нечестно! — обиженно прошептал Мак. — Я у мамы появился раньше! А поверила она всё равно Петру Степанычу, а не ему. Думать об этом стало совсем горько, и Мак решительно поднялся. На полпути между номером семнадцатым и пляжем росли раскидистые кривые ивы, и под их сенью Мак расковырял дно у копилки, подсчитал свой капитал — восемь рублей и тринадцать копеек. Неплохо. Он растолкал монетки по карманам одежды и рюкзака, а саму копилку так и оставил на траве: путь кто-нибудь найдёт и возьмёт себе. Решив таким образом финансовый вопрос, Мак принялся продумывать детали. Вновь проснувшийся голод подсказывал, что прежде всего нужно купить чего-нибудь съедобного. Может быть, буханку хлеба и немного консервов? Но тогда придётся тратиться ещё и на открывалку. Мак с досадой цыкнул. Как можно было забыть про нож? Это же первая вещь в походе! Впрочем, он-то планировал побег, а не поход… Утреннее решение уйти со станции снова показалось плохим. Надо было купить билет на следующий поезд! Но нет, Мак испугался собственной тени, забрёл неизвестно куда, а теперь, чтобы доехать до Бушуева, нужно сначала вернуться на станцию. Сколько это километров, по меньшей мере десять? Часа два-три пешком, и это без перерывов. Сколько времени потеряно! Мак вздохнул, повертел в руках собачье счастье. Ощущение преследования отступило, и в голове начал вырисовываться новый план. Раз поездов тут нет, придётся выбираться по трассе: идти в нужном направлении и голосовать, а если спросят, называть ближайший населённый пункт, врать, что дошёл бы и пешком, да вот подвернул ногу. Это, конечно, займёт чуть дольше времени, но зато безопаснее. И Мак ведь не до самого Бушуева так будет добираться, а только до ближайшего поезда или хоть автобуса… Только с Жоржиком надо попрощаться. Мак снова забросил на плечи чуть похудевший рюкзак и направился к пляжу, отчасти надеясь, что Жоржика с семейством там не застанет. Пусть бы они ушли обедать, как и обещали, и тогда Мак бы оказался не виноват, что не попрощался. Они не ушли. Тётя Жанна с Жоржиком закапывали дядю Мишу в песок, и вид у всех троих был совершенно безмятежный. Если Маку и не привиделась сцена в номере, всё было уже позади. Жоржик первым заметил Мака и вскочил с радостным воплем: — Серёжа! Мам, пап, смотрите! — И правда, — подтвердил дядя Миша. — Ну, раз все в сборе, можно и обедать. А ну-ка, сын, откопай меня. — Ты понимаешь, — пояснила тётя Жанна, пока Жоржик старательно раскидывал во все стороны песок, — он отказывается обедать без тебя. Ты молодец, что пришёл. Мак покраснел. Выходило, будто он специально вернулся, чтобы поесть за их счёт! — Давайте я вас тут подожду, — предложил он. — Неудобно. — Удобно, — решительно возразил дядя Миша и отряхнулся. — Может, я вас тогда хоть мороженым угощу? — спросил Мак и быстро добавил: — У меня есть деньги, вот! — Почему нет, — кивнул дядя Миша, даже не глянув на горсть монеток. — Только после обеда, а то вот в этого товарища после мороженого еду не впихнёшь. — Потому что она не поместится, — серьёзно подтвердил Жоржик. — А мороженое после еды поместится? — уточнил Мак. — Спрашиваешь! — воскликнул Жоржик. — Да хоть десять порций! — Для мороженого место есть всегда, — подтвердила тётя Жанна, и Мак понимающе кивнул. От этой болтовни о еде его почему-то накрыло теплом, появилась уверенность, что всё образуется. Появилась — и исчезла. — Мы пойдём в ресторан, — сообщил Жоржик, старательно смахивая с отца песок. — Где тут рестораны? Мак вяло пожал плечами, понимая, что вот сейчас всё раскроется. А он-то расслабился, дурак! Шило в мешке не утаишь, обязательно вылезет. Но неожиданно на помощь пришёл дядя Миша. — Вон там ресторан «Волна», — сказал он и указал в сторону многочисленных домиков, приобняв Жоржика за плечи. — Мы же мимо проезжали, помнишь? — А там вкусно кормят? — деловито спросил Жоржик, снова поворачиваясь к Маку. — Само собой, — уверенно сказал дядя Миша. — А макароны по-флотски у них подают? — Вот мы сейчас пойдём и узнаем, — снова ответил за Мака дядя Миша. — Только кое-кому надо одеться. В ресторан в одних плавках не пускают. Жоржик расстроенно всплеснул руками, но его тут же утешила тётя Жанна: — Мне тоже надо переодеться и причесаться. — Тогда вы с Жоржиком идите вперёд, а мы тут всё соберём и вас догоним, — сказал дядя Миша и стал вытряхивать полотенца и складывать в корзинку вещи. Мак нерешительно стоял рядом, не зная, предложить помощь или просто ждать. Наконец дядя Миша сложил аккуратно свёрнутые полотенца на корзинку, обернулся к Маку и сказал: — А ты ведь не Серёжа. Мак растерянно помотал головой.