Мальчишка в оборванной куртке

Обычно в два часа дня мужчина устраивает себе небольшой перерыв в больнице, но в этот раз он вообще уезжает из нее. Теперь у него есть более важные дела, помимо работы, — воспитание и уход за ребенком. Хоть ребенок и не его родной, но мужчина взял ответственность и теперь обязан стать для него самым настоящим опекуном. А именно дать мальчишке так недостающую заботу, помощь и внимание. Потому Арсений решает немного уменьшить количество рабочих часов, чтобы приходить домой не совсем под ночь. Иначе к концу дня у старшего бы не оставалось никаких сил и эмоций для мальчишки. Обычно Попов работает сверх нормы, поэтому сейчас взять отгулочные часы не представляет никакой проблемы. А пока Арсений использует свое время и, сделав все необходимое, спокойно уезжает с парковки больницы, конечно же, предупредив начальство. Сегодняшний денёк у мальчика выходит просто замечательным! Так как эмоции, скопившиеся за эти новогодние каникулы в маленьком тельце, сейчас активно просятся на выход, и Антон за все эти учебные шесть часов успевает всем-всем школьным друзьям рассказать о прошедших каникулах и о том, какой у него появился классный опекун! Конечно, настоящими друзьями этих одноклассников назвать нельзя. Людей, что действительно хорошо ладят с мальчишкой, очень мало. Обычно Антон к себе просто старается никого не подпускать, а тем более в школе. Ведь там всегда было неинтересно и скучно. Поэтому Антон просто привык называть друзьями всех людей, с которыми он неплохо общается и не собирается драться в ближайший день… Более того, сегодня подросток настолько сильно воодушевлен воспоминаниями об этих классных деньках, что по собственному желанию, без упреков и ругани пишет по заданию учителя литературы большое сочинение. Он с радостью и неким трепетом расписывает то, как прошел его Новый год и новогодние каникулы, и даже неожиданно расписывает сочинение на целых две страницы. Об этом достижении ему ещё предстоит рассказать Арсению. Ребенок, буквально только что закончивший с учебой, быстро собирает портфель и несется в гардероб. Он находит свою курточку, достает красную шапку и шарфик из рукава и надевает все небрежно на себя. Мальчишка торопится как можно скорее оказаться на улице, чтобы встретиться с Арсением. Мужчина обещал его забрать после уроков и отвезти домой. И ребенок очень рад, уже в голове предвидя, как старший заезжает за ним на школьный двор на своей крутой чёрной машине, чтобы все знакомые мальчишки удивились и раскрыли рты… Только вот, уже собравшись бежать на улицу, ребенка останавливает его же классный руководитель. Это удивляет мальчика, и он даже разворачивается для того, чтобы убежать, но с другой стороны оказывается тот, кого он с нетерпением ждал. — Арсений! — широко улыбаясь, мальчишка обнимает того за пояс, прижимаясь как можно ближе к нему. Старший, заметив ребенка, тут же отвечает ласковыми поглаживаниями по спинке и слегка усмехается, обнаружив, как неаккуратно одет его мальчик. — Ты бы хоть в зеркало глянул, что ли? — по-доброму улыбается Арсений: — Кто это шапочку даже не поправил? А шарфик у нас почему не на носике? — тихо усмехнувшись, наклоняется к тому и, проводя пальчиком по его носу, помогает тому поправить теплые вещи. — Прошу прощения… — прерывает долгожданную встречу женщина среднего возраста в деловом костюме: — Вы ведь теперь родитель Антона Шастуна, правильно? Мужчина непонимающе приподнимает бровь, но Тоша быстро ему тихонько шепчет на ухо: «Это моя классная… Татьяна Федоровна…». Арсений благодарит своего маленького помощника и, выпрямившись в полный рост, кивает женщине: — Будем точны, я его опекун. Арсений Сергеевич. Мне приятно познакомиться с Вами, и я рад, что Вы сами меня нашли. Я сам очень хотел пообщаться с вами. У вас найдётся несколько минут? На лице женщины появляется улыбка. В ней присутствовало беспокойство о том, что не захотят слушать, но мужчина сам проявил инициативу. Хороший мальчику достался опекун. — Время у меня найдется, особенно, если это касается учеников, у которых большие проблемы с успеваемостью… — честно признается женщина, глянув на мальчишку со снисходительной теплой улыбкой. Антошка хмурится, отворачиваясь, ведь эти разговоры ему не нравятся. Вокруг бегают дети, собираясь домой и переодевая сменку, из-за чего создается много шума. И подросток сейчас им откровенно завидует. — Пройдемте в мой кабинет, там будет удобней. — спокойно приглашает учительница, плавным жестом руки указывая на лестницу. Антон разочарованно вздыхает и, не став встревать, послушно, держа за руку старшего, плетется следом, недовольно хмурясь. Они поднимаются на второй этаж и заходят в кабинет русского и литературы. Арсений на ходу растягивает свою курточку и убирает шапку в карман. Кабинет оказывается довольно небольшим и уютным. Нежно-розовые шторы, небольшие шкафы с книгами кюв конце посадения и небольшие парты, как кажется высокому Арсению. Первым делом учительница просит номер мужчины, чтобы добавить его в группу класса родителей, куда она присылает все важные объявления, изменения в расписании, а также информацию о присутствии детей на уроках: — Арсений Сергеевич, на самом деле сегодня Тоша меня очень порадовал. Может быть, это вы так на него повлияли, но он, видимо, сделал нам новогодний подарок, написав целое сочинение о своих новогодних каникулах. Если честно, то сегодня он, наверное, впервые за весь год сидел и старательно работал на моем уроке. Тоша же сгорает от нетерпения пойти домой и дёргает старшего за край пуховика, цепляясь за его руки, но мужчина стойко никуда не движется. — Эй! — возмущенно издает мальчишка: — Это я сам хотел рассказать! Не надо за меня рассказывать ничего! Никакой это не подарок! Ещё бы я подарки учителям делал… — фырчит ребенок, и мужчина кидает немного строгий взгляд на подростка: — Антон! Разве так можно говорить? — от этого кроха мигом замолкает и продолжает уже молча ждать, когда оба взрослых закончат свой неинтересный и, вроде бы, совсем ребенку не нужный, разговор. Женщина по-доброму усмехается на такое капризное заявление мальчишки. Арсений аккуратно расслабляет шарфик подростка и немного растягивает курточку. — Антош, посиди, пожалуйста, немного, можешь шапку тоже снять. Жарко же будет. — мягко похлопав мальчишку по спине, Арсений отправляет его к первой парте. Но ребёнок, посмотрев на Арсения, медленно, будто спрашивая, протягивает руку к карману старшего и аккуратно достает от туда телефон, и без слов мужчина кивает, разрешая ребенку поиграть. Когда мальчик спокойно приземлился за парту на дальний ряд, поближе к двери, Татьяна Федоровна продолжает: — Конечно, сегодня Тоша хорошо потрудился. Но я должна предупредить Вас о том, что успеваемость его… Мягко говоря, хромает… Я пришлю вам пароль от электронного дневника Шастуна, и Вы сами все увидите. — вздыхает женщина. Мельком посмотрев на мальчонку, она чуть тише продолжает: — Поймите, пожалуйста, им никто не занимался до этого. Он был сам за себя. Воспитателям было невозможно уследить за каждым ребенком, а я просто не смогла держать в узде Антона. Я надеюсь, что с Вами у него больше взаимопонимания, и я настоятельно рекомендую Вам проследить за его успеваемостью… — преподаватель делает небольшую паузу и с легким сожалением в глазах добавляет. — Я боюсь, что в этом году мы никак не сможем перевести его в следующий класс… Внимательно слушая учительницу, он ненадолго отрывает от нее взгляд, дабы посмотреть на своего мальчика. Он так беззаботно сидит и играет… Детство… Какая чудная пора, не правда ли? Но этот ребенок не виноват, что вынужден был провести это время в месте под названием «Детский дом», где за таким озорным мальчишкой, что имеет четкое свое мнение и сильный характер, никто не смог хорошо присмотреть. Не говоря уже о любви и заботе, в которой так нуждаются все дети. — Я очень рад, что сегодня Тоша постарался. Это правда замечательно. — начинает с хорошего мужчина, постепенно переходя к более тяжелой теме: — Конечно, я сам все понимаю. Он совершенно другой, нежели остальные дети, что выросли в семье… Но я даю Вам слово, что буду заниматься с Антоном. Мы начали заниматься еще на каникулах, и он очень способный, правда. Просто раньше никто не мог действительно последить. Не было хорошей семьи… — улыбка невольно растет на лице от осознания того, что они с этим чудом маленькая, но все-таки семья: — Пожалуйста, я Вас очень прошу не оставлять Тошу на второй год. Это ведь… Ведь для него это может быть большим стрессом. Мы с ним нагоним программу, правда! Дайте нам время до конца года. — Не совсем… — вздыхает женщина, обдумывая свои мысли. — Арсений Сергеевич… Я понимаю, и я Вам верю… — мягко улыбается Татьяна Федоровна и, выдохнув, спокойно продолжает. — Но Вы должны понять, что как раз, если оставить его в шестом классе, стресс для ребенка будет минимальный… В отличие от Вас и других учителей. Я уверена, Антон не будет сильно переживать… Я советую Вам заняться учёбой, но не гнаться за целью скорей всех догнать. — спокойно объясняет учитель. Арсений серьёзно задумывается, уткнувшись взглядом в компьютер на преподавательском столе, пока Антошка, не обращая никакого внимания на взрослых, увлеченно убивает зомби на телефоне. — Я много лет работаю в школе и не первый раз вижу, когда оставляют детей на второй год… И лучше это сделать, конечно, в средних классах, чем тянуть до экзаменов… Некоторые из них так и продолжают валять дурака и мучать учителей своим поведением… А остальные действительно берутся за голову и в спокойно, в своем темпе без особого напряжения догоняют программу. — Я понимаю… — кивает Арсений и поднимает задумчивый взгляд на женщину. Сейчас приходит осознание, что ребенок действительно ничего не делал почти два года, и заваливать его учебой в последние несколько месяцев — будет большим стрессом для подростка. Но мысль, что Антона оставят на второй год, в голове имеет ужасный характер, хоть сам ребенок, похоже, так не считает. Выходит, это лишь амбиции играют такую роль? Заметив тяжелую задумчивость, преподаватель продолжает мягким и понимающим голосом, стараясь помочь разобраться в мыслях. — Как я уже сказала, это будет бо́льшим стрессом для Вас, чем для Антона, но в действительности это никакая не катастрофа… — вздыхает женщина, и Антошка в этот момент обиженно мычит, заставляя взрослых повернуться к нему. Мальчишка, выпятив губы и нахмурившись, с негромким стуком откладывает телефон и ложится на свои руки. Голова повернута на взрослых, и, заметив их вопросительные взгляды, Антон говорит: — Мм… Я проиграл! — обиженно мычит ребенок и утыкается лбом в свои руки. Взрослые легко усмехаются, и Арсений понимает, что все уже устали и пора идти домой. — В общем, я, конечно, постараюсь помочь с прошлыми оценками, если Антон действительно будет потихоньку догонять программу… В крайнем случае, можно поработать еще летом или оставить на осень… — спокойно договаривает учительница, и Арсений понимающе кивает. — Я понял, спасибо Вам большое… Я еще подумаю обо всем. — искренне благодарит мужчина. Теперь у него еще больше мыслей для размышлений, и сейчас благодаря Татьяне Федоровне все потихоньку начинает вставать на свои места. И мужчина понимает, что она действительно мудрая женщина, готовая по доброте душевной помочь. Раньше Арсений просто переживал за отношения с подростком, боясь сделать что-то не то, а тем более перегнуть с учёбой или как-то неосознанно сломать мальчика. Переживания и размышления просто были, но иногда даже сформулировать их было сложно. А сейчас он ясно видит проблему, и осталось разобраться только со своими принципами, что на самом деле могут навредить подростку. Развернувшись, Попов выдыхает и немного отходит назад, застёгивая свой пуховик. — Антош, одевайся, и поедем домой уже. Ребенок сразу же оживляется и быстренько, но опять-таки неопрятно одевается, вызывая у Арсения тихий вздох с улыбкой на лице. Конечно, ребенок старается, но по большей части спешит. Мужчина помогает тому все поправить и одеться потеплее. Забрав у него рюкзак, который накидывает на свое плечо, не забывает поблагодарить и попрощаться с учителем, а Тоша же послушно следует его примеру.

Дорога домой занимает совсем немного времени, но мальчишка успевает вложить в это время рассказ о целом своем дне и даже хвастается сочинением, что за него, по сути, уже сделала учительница. Но ведь ему нужно получить похвалу и одобрение мужчины, потому он не ленится пересказать сочинение во всех красках. Уже дома Арсений кормит мальчика обедом, а после, позволяя ему немного отдохнуть, садится делать с ним домашнее задание. Пока что ему приходится контролировать ребенка, иначе он снова будет забивать на учебу, чего теперь старший точно не допустит. Антошку еще пока требуется уговаривать на учебу дома, но каждый раз Арсений превосходно с этим справляется, тратя все меньше и меньше времени. Дети в двенадцать лет, конечно, уже должны делать уроки сами, только иногда обращаясь за помощью, но пока Арсений решает сам помогать с этим процессом, понимая, что сейчас Антон еще не готов самостоятельно учиться. Начинают они от самого трудного — с математики, разбирая уравнения с дробями, заканчивая самым легким — географией, где нужно просто составить список самых густонаселенных стран, вычитывая информацию из параграфа учебника. Такому распределению нагрузки они решают придерживаться для того, чтобы с самого начала полный энергии ребенок мог расправиться с самыми тяжёлыми заданиями, а уже более уставший мальчик быстренько сделал все простенькое и побежал на заслуженный отдых. Ребенок, кстати, хоть и совсем не хочет и по началу капризничает и упирается, старается быть как можно более сосредоточеннее во время этих домашних занятий, невольно увлекаясь в процесс решения, внимательно слушая, как Арсений ему все объясняет. Можно даже не узнать этого непоседу! Как он так спокойно сидит и внимательно слушает старшего? Уму непостижимо… Но сегодня с этим кудряшкой что-то не то… Он вроде бы и сосредоточенный, и усидчивый, но в то же время какой-то вялый… Словно рука, держащая ручку, не хочет его слушать, а голова все никак не может понимать прочитанное. Более того, старший слышит затрудненное дыхание мальчика, от чего беспокоится: — Солнышко, у тебя носик заложен? Если у тебя после улицы остались сопли, то лучше их высморкать. — но мальчишка лишь мотает головой из стороны в сторону, заставляя старшего закрыть на это глаза. Арсений вздыхает и, приобняв мальчишку, ласково поглаживает подростка по голове. Температуры вроде нет, мальчишка не чихает и не кашляет, и Арсений решает не зацикливаться на этом. Просто ребенок устаёт, утомляется в школе с непривычки, и Арсений думает, что сегодня можно лечь спать пораньше. А пока мужчина берет учебник истории из рук мальчика и, обняв и положив подростка на свое плечо, сам читает параграф вслух, помогая во всем разобраться. Уроки заканчиваются быстро, и после Арсений разрешает Антону отдохнуть и поиграть в телефон. Мужчина тоже решает расслабиться. Еда для ужина уже приготовлена, и есть немного времени на свои дела. Антошка лежит на кровати старшего с его телефоном, пока сам Арсений садится за рабочий стол с книгой по психологии, кстати рядом с собранным замком Хогвартса. Антошка где только его не оставляет. Обычно Хогвартс стоит на подоконнике в гостиной, но мальчишка периодически играет в него, поэтому он иногда хаотично перемещается по квартире. К восьми часам вечера Антошка выглядит еще более устало, даже несмотря на прекрасное настроение. Он шутит, смеется, но энергии в мальчишке заметно меньше, хоть сам ребенок совершенно этого не замечает. Поэтому Арсений, как и задумывал, укладывает мальчишку спать уже в полдевятого. Подросток спокойно слушается, залезая под одеяло и устраиваясь рядышком с мужчиной. Обещанную сказку никто не отменял. Нет никаких капризов, ни возмущений, ведь часов у Антона нет, как и телефона, а определять время по стрелочкам настенных часов Шастун не умеет. На улице зимой темно еще с пяти часов вечера, и Арсений этому рад. — Так, где тут мы с тобой остановились… — открывая нужную вкладку на планшете, Арсений приобнимает мальчика и ласково поглаживает его, тем самым убаюкивая потихоньку. Когда необходимый абзац появляется перед глазами, мужчина начинает тихонько читать. Хоть он и говорит не слишком громко, но соблюдает все интонации, стараясь ещё больше завлечь ребёнка в историю. Мальчику уж очень нравится этот сюжет. А это ведь только первая книга и она даже наполовину не прочтена! Что же будет дальше? Какие необычные происшествия ждут Гарри Поттера? — Арсений, а если бы я был магом, то какое животное ты бы мне купил? — прерывает мальчишка своего опекуна, поднимая на него заинтересованный сонный взгляд: — В Хогвартс ведь можно не всех животных… Только не жабу! — с пренебрежением мотая головой из стороны в сторону, он вызывает улыбку на лице старшего. — Думаю, я бы подарил тебе сову. Мудрую такую, чтобы она за тобой приглядывала, пока ты учишься, и помогала тебе! Жабку я бы тебе точно не подарил, не переживай. — целует того ласково в макушку и поправляет кудряшки: — Котик — это тоже хорошо, но с совушкой больше пользы. — мальчика это заставляет заулыбаться, и он позволяет Арсению читать дальше. Вскоре Антон даже не может голову держать ровно, укладывая ее то на плечо врача, то как-то стараясь закинуть назад. Мужчина это сразу замечает, потому, как только заканчивает читать главу, укладывает Тошу поудобнее, укрывая пледом до самого подбородка. — Все, мой хороший, мы с тобой много прочитали. Ты у меня сегодня так хорошо потрудился, умница. Теперь пора отдыхать. Закрывай свои глазки и засыпай. — ладонью он проводит от самой макушки до щеки ребенка, который трется об теплую ладонь и блаженно улыбается, протяжно зевая. — Спокойной ночи, Арсений. — желает тому мальчик, укладывая свою голову поудобнее на подушку, после вовсе переворачиваясь на бок. — Приятных снов, золотце. — напоследок желает старший и, легонько чмокнув свое чудо в щечку, поднимается на ноги, тихо проходя в ванную комнату. Ребенок-то уже готов ко сну, а вот уставший Арсений ещё совсем нет!

***

Посреди ночи маленький хулиган начинает ерзать с одного бока на другой, то сжимаясь в некий клубочек, то стараясь получше укрыться. Мальчишка сквозь сон чувствует лёгкий холодок, проходящий через все тело: от высунутой ножки до самой головы. Подросток, стараясь не проснуться, натягивает теплое одеяло до самого носа и крепко прижимает ножки вместе к себе. Не хочется заканчивать свои яркие сны, и мальчишка старается как можно быстрее снова провалиться в глубокий сон. Антон, так и не открывая глаза, сладко расслабляется, старясь согреться, но судьба решает действовать по-другому. Уже спустя пять минут Тоша ощущает дикий мороз на своей детской нежной коже, от чего та покрывается мурашками. Мальчик уверен, что дома тепло, ведь, когда он ложился, ему было даже немного жарко под теплым одеялом, однако сейчас он готов был обернуться ещё и в куртку, лишь бы сохранить тепло и хорошенько согреться! Может быть где-то открыта форточка? Вставать и проверять ужасно не хочется. С каждым шевелением, при появлении даже совсем малюсенького отверстия между одеялом и кроватью, подросток чувствует еще больший холод. Страшно потерять с таким трудом сохраненное тепло под одеялом, поэтому мальчишка зарывается под него вместе с головой, надеясь согреться хотя бы от своего дыхания. Спустя три минуты лучше никак не становится. Душно дышать, голова, кажется, нагревается от недостатка воздуха, а тело все равно пробивает мелкой дрожью. Ребенок предпринимает ещё несколько жалких попыток восстановить тепло своего тела, но все попытки сходят на нет, когда зубки чуть ли не начинают стучать друг об друга. Этот мальчик, в отличие от других детишек, не боится темноты, а уж более того, выдуманных в ней монстров, да и сейчас ему совсем не до этих монстров. Мальчишка совершенно не понимает, откуда взялся этот мороз, но ясно, что сам по себе он уже не согреется. Шастун находит в себе решимость и поднимается с кровати. Как только ножки касаются холодного коврика, тот неприятно вздрагивает, стараясь обернуться в одеяло получше, случайно перекручивая его. "Нужно закрыть эту дебильную и придурочную форточку!" — недовольно думает мальчишка, но, как ни странно, ближайшее окно оказывается крепко закрытым. Также, как и окно на кухне... Мальчишка непонимающе пялится на белую ручку, что повернута вниз, и снова подрагивает под теплым одеялом. Нет, так он точно не уснет. Тело периодически очень неприятно дрожит, будто изображает заведенный двигатель автомобиля в минус тридцать градусов, и мальчишка это никак не может взять под контроль. Еще подумав несколько секунд, несмотря на неприятные ощущения, он твердо шагает в сторону спальни Арсения. У него точно должно быть ещё одно теплое одеяло!