Даже мёртвые могут бояться
18 августа 2022 г., 14:16
Это была самая важная ночь Хэллоуина в моей жизни. Конечно, жизнью это уже не назвать, ведь я умер. Сбит машиной в канун Хэллоуина каким-то неизвестным водителем и стал призраком. Бесплотным духом, обречённым на вечное скитание в мире живых. Никто меня не слышит, никто не знает, что я рядом. И это просто великолепно! Теперь я в доме девушки, которая мне нравится, смотрю, как она прячется в ванной и стонет от ужаса, трясясь, как осиновый лист, покрытая моей...
Эктоплазмой. Я помню фильм про охотников, играл в различные игры про призраков, и прекрасно знаю, что эта таинственная субстанция — первое доказательство того, что потусторонний мир существует. Но кто знал, что она появляется вот так? Честно сказать, я сам удивлён тем, что могу что-то чувствовать. Вернее не что-то, а самое настоящее возбуждение, влечение, да ещё способен на такие шалости. Поначалу мне было немного стыдно, что я испачкал Клэр, но я же не думал, что способен на вполне живые действия. На всякий случай, я повторил снова, напугав её ещё сильнее. И мог бы повторить в третий раз! Никакой усталости, никакой потребности в отдыхе. Чёрт подери, смерть прекрасна! Подыхай и дрочи себе на здоровье!
— Тебе было так же хорошо, как и мне? — спросил я, довольно улыбаясь. Клэр хныкала в уголке, пока я сидел рядышком, водя бесплотной рукой по её плечу, пытаясь стянуть лифчик вниз. На какой-то момент мне показалось, что пальцы даже нащупали мягкую плоть, пока другая рука явственно ощущала горячую кожу. — Вот видишь, а ты меня зря игнорировала все эти годы! Теперь тебе будет, что рассказать в школе! Хей, а давай как-нибудь попробуем сделать это в душе? У меня столько идей и фантазий, которые мы можем осуществить вдвоём! — радостно заявил я. Клэр задрожала сильнее, обняв коленки. — Ну, или сначала попробуем сделать это без одежды. Будем начинать с малого.
Я похлопал себя по коленкам, по-прежнему опьянённый своей безграничной властью. Я более не связан ни моралью, ни законом, меня даже никто не увидит. Даже моя Клэр, трясущаяся от ужаса, такая красивая, бледная, мягкая, со своими золотистыми волосами не способна обвинить меня и остановить. Никак.
— Говорят, что три — счастливое число, — руки вновь опустились к штанам, снимая их.
Крепкий член привычно лёг в руку, которая делала движения уже на автомате. Мне хватало несколько минут, чтобы довести себя до предела, если работать рукой постоянно, но сейчас, мастурбируя перед живой девушкой, я старался не спешить, делать всё медленно, оттягивая удовольствие. Как же хорошо, когда тебя не замечают! Все эти пыхтения, шипения, вздохи, ох! Просто смешно! Даже крики Клэр и её стоны ужаса были бы куда более сексуальными, чем эти мужественные звуки мастурбирующего раненного быка. Член тяжелел в руке, и я сильнее сжал его пальцами, сдерживая себя. Одна минута, вторая. На пятой Клэр поднялась, смотря в мою сторону, тихо скуля и вздрагивая своими круглыми плечами. Я закусил губу, будто боясь, что она услышит все мои стоны и другие нелепые звуки. Когда она стала расстёгивать липкий лифчик, я затаил дыхание. Член в руке разбух и покраснел, словно готовый лопнуть. Будто морское создание, тянущееся к прекрасной хныкающей полуголой сирене. Я схватился за основание члена другой рукой, пережав пальцами, поражаясь двум мыслям. Первая — я побил свой рекорд, заставил хер стать больше, оттягивая приятный момент. Вторая — я увижу голые сиськи! И не просто сиськи, а сиськи Клэр! А говорят, что мёртвые ничего не чувствуют! Клэр, прикрывая грудь рукой, стащила лифчик на пол, брезгливо осмотрелась по сторонам и только сильнее прижала руку.
— Ну что такое? Покажи уже свои чёртовы буфера, ты... — разозлился я, ослабив руки. Тугая волна эктоплазмы вылетела вперёд, стреляя ей в лоб, пачкая лицо и волосы. Член бесконтрольно дёргался в стороны, пачкая стены, занавески в ванной, пол, одежду. — Тихо, тихо! Сбавь обороты! — тревожно вскрикнул я, хватаясь за член. Последние остатки покапали сквозь мои ноги. Клэр таращилась на меня, широко открыв рот, прижимая титьки. В глазах её была пустота, зеленоватая жидкость капала с волос на пол. — Мне это, — я быстро запихнул член в штаны, застёгивая ширинку, — домой пойду. Пока.
Я выбежал из комнаты до того, как услышал рёв Клэр. Стало стыдно и очень неловко, но лучшее, что я успел придумать — это по-быстрому свалить, оставив бедняжку наедине с остатками своих некрогенетических следов, пережитого шока и большой уборкой по дому. Бесконечно дрочить и подглядывать, конечно, здорово, но всего помаленьку. Сейчас я хотел по привычке вернуться домой, лечь в свою кровать и подумать. Может быть, поспать, если призракам вообще надо спать. Выйдя на улицу, я сразу ощутил, как тяжесть совести спадает с моих призрачных плеч. В небе стояла большая жёлтая луна, на улице ходило очень мало людей. Детей практически не осталось, а в некоторых домах даже свет не горел. Счастливые часов не замечают, а я, судя по всему, долго пробыл в доме Клэр. Теперь же, позабыв о своих маленьких шалостях, я сообразил, что я всё ещё не разобрался с некоторыми проблемами. Стоило хотя бы известить дедушку, но я и не представлял, как. Единственный способ сообщить о себе живым был достаточно своеобразным. Не надрочить же мне SOS на стене в комнате дедушки? Конечно, он всё поймёт и сам, когда меня хватятся, но найдут ли моё тело вообще? Я не помню даже машины, которая сбила меня, а я единственный свидетель. Нужно придумать, как известить дедушку, и чем раньше, тем лучше.
Вокруг дома была насыпана соль вперемешку с сушеными листьями, измельченным корнем женьшеня и чем-то ещё. Дедушка всегда делал так на Хэллоуин, чтобы злые духи не забрели в наш дом. Обычно я немного скептически относился к этому ритуалу, но когда мой нос упёрся в невидимую стену, меня охватила лёгкая паника. Невидимое поле не давало мне пройти вперёд, ступить на лужайку родного дома, где я провёл семнадцать лет своей жизни. Щупая рукой прозрачный пузырь, я видел какое-то движение, словно в большом мыльном шаре. Дедушка действительно защищал наш дом от душ умерших, и я был одной из таких. Но сдаваться так просто не хотелось, и я, прижимая ладонь к пузырю, прошёл вокруг дома, смотря на соль, щедро рассыпанную на траве.
— Эх, деда, что же ты наделал? — тяжело выдохнул я, завершая свой круг и вновь смотря на наш маленький украшенный дворик, тыквы с потухшими фонарями внутри и летучими мышами, развешанными над дверью. — И как мне теперь вернуться домой? — спросил я вслух, шлёпая по невидимому пузырю, чувствуя толчок со стороны.
Между тем на улице становилось совсем жутко. Люди в костюмах спешили расходиться по домам, а некостюмированных личностей заметно прибавилось. Каждый с какой-то странной походкой: кто ковылял, кто медленно передвигал ногами, другие просто стояли на одном месте и пялились на дорогу. Совсем по-живому сглотнув, я медленно отошёл от пузыря, спрятав руки в карманы, и направился в дом Клэр, который оставался единственным прибежищем. И хоть путь лежал мимо этих странных людей, а я был мёртв, мне становилось не по себе. Словно случай в детстве, когда ты идёшь домой через неблагополучный район, а жители смотрят на тебя своими пустыми глазами, окидывают недовольными взглядами. Ещё обязательно где-то кто-то заорёт, что-то разобьёт или крикнет. Но эти типы не были шумными, нет. Почти каждый что-то бормотал про себя, когда мы проходили мимо, и с каждым было что-то не так, если приглядеться чуть получше. Один мужчина в грязном плаще выглядел, будто его кожа была покрыта воском. Женщина в пуховике сидела у забора, схватившись за живот двумя руками, словно прижимая рану, а мне показалось, что я увидел кровавое пятно. Когда мимо меня прошёл аккуратный мужчина в очках, галстуке, с зализанными назад волосами, я отчётливо увидел глубокий порез вдоль шеи.
— Отчёт должен быть составлен в следующую среду, — бормотал он. — Вечно перекладывает на меня столько дел. Если я снова забыл закрыть дверь, Марта меня просто убьёт! Но я же не могу делать всё сам! Скорее бы уже этот проклятый отпуск, или я сойду с ума.
Его речь была чёткая и понятная, как и у любого офисного клерка, но эта рана не давала мне покоя. Люди с таким не живут! Я уже было ускорился, чтобы вернуться в родной дом, когда наткнулся на мальчика лет восьми, держащегося за плечо. Вместо левой глазницы зияла открытая дыра, из которой я мог увидеть часть улицы. И я случайно прошёл сквозь него, как и он сквозь меня. На миг тёмная улица исчезла, а я увидел, как со скрипом открывается дверь, за которой стоит фигура из тени с красными глазами-точками. Где-то капает кран, приглушённый женский крик, лай собаки, низкий мужской крик. Громкий шум, звук глухого удара, мерзкий хруст. Я снова стою на улице, не в силах двинуться. Смотрю через плечо, чтобы увидеть одноглазого мальчишку, но его уже там нет. Через улицу на меня смотрит здоровенный бугай в одних полосатых шортах, со множеством наколок на квадратном теле, с волосатыми руками, длинными, как у обезьяны. Он максимально приветливо машет мне, улыбаясь какой-то животной улыбкой.
— Да пошли вы, — с придыханием говорю я, приближаясь к дому Клэр. — Лучше продрочу всю ночь напролёт, чем на рожи ваши пялиться!
В доме Клэр горел свет. Я слышал шебуршание наверху, звуки падающих капель. Поднявшись, я увидел, как девушка вытирает пол в ванной, часто всхлипывая. Ванная теперь сияла, а девушка закончила убирать последние остатки моей слизи на полу. Видя её расстроенное и уставшее лицо, я снова испытал укол совести. Я дал волю своим чувствам и желаниям, напугав бедняжку. Может, быть будь я живым, это было бы не так жутко (хотя что-то говорило об обратном). Только что я сам испытал своё первое соприкосновение с потусторонним миром и испугался не на шутку, при том, что я мёртв. А тут забитая и несчастная девица получила гадостью прямо в лицо.
— Наверное мне стоит извиниться, — сказал я, смотря, как девушка в последний раз намывает пол прежде, чем кинуть губку в ведро. — Просто ты всегда мне нравилась, я много думал о тебе. А тут внезапно умер, увидел тебя и... В общем, не сдержался. Можно я поживу у тебя немного? Обещаю, что буду хорошим парнем и... Эм, не злоупотреблять гостеприимством.
Клэр поднялась с пола, выглянула из комнаты и проверила все углы. Затем проверила свои мокрые волосы, печально вздохнула и закрыла дверь. Я услышал, как девушка включает душ. А у неё не только классные сиськи, но и нервы стальные. Я думал, что девушка после встречи с паранормальным будет жаться в углу, бояться и звать на помощь, позвонит родителям и со слезами на глазах будет умолять их вернуться, рыдать и кричать. Клэр же перенесла это так, будто произошло не самое худшее в жизни. Может, это и хорошо, а может и не очень. Но теперь она там, в ванной, абсолютно голая, намывает своё великолепное тело. Я же не буду сегодня вмешиваться в её личное пространство и просто уйду в соседнюю комнату. Хватит с бедняжки на сегодня! Никаких подглядываний! Сегодня. И никакой призрачной мастурбации!
Только одна. Подумаю о ней голой там и испачкаю какой-нибудь угол. Главное — не выпускать из рук. Испачкав угол за шкафом в чужой комнате, я прилёг на кровать, будто ощущая мягкость под собой. Я могу дрочить, проходить сквозь объекты и людей, видеть призраков, дрочить, оставлять эктоплазму, дрочить, не могу пройти сквозь защитные ритуальные штуки. И дрочить. Кажется, что последним я буду заниматься помногу и часто. А теперь я постарался закрыть глаза и провалиться в некое подобие сна. Ничего не получалось, никакого сна. Подойдя к окну, я стал наблюдать за улицей. Теней становилось всё больше, они то появлялись, то исчезали. Когда кто-то из них подходил к дому, я ощущал напряжение и беспокойство, и желание отойти подальше от окна. Спустя пару часов тени покинули нашу улицу, а я лёг на кровать, пялясь в потолок. Что-то мне подсказывало, что ночью не стоит бродить даже мне.
***
Клэр проснулась с тяжелой головой. За окном шумел ветер, а бывшее ночное чудовище вновь стало знакомым стулом с одеждой. Сползши с кровати, девушка пошла в ванную, пребывая в состоянии между сном и реальностью. Смотря на себя в зеркало, она вспомнила, что увидела там прошлой ночью. Сглотнув, Клэр быстро почистила зубы и поскорее убралась из дома. Разум прокручивал в голове вчерашние события, строя убогие, неправдоподобные логические цепочки. Одна из таких, что девушка напилась, и ей это всё привиделось, но как объяснить мерзкую слизь в волосах, холодные прикосновения к груди, всю эту грязь в ванной? Кому рассказать? Что делать? Как быть? Что это было? Одно она знала наверняка, что не хочет сегодня возвращаться домой. В школе было куда безопаснее, скучные уроки принесли в жизнь рутину, ненавидимую раньше, которая помогла успокоиться. Только какой-то холодок был по-прежнему в области груди. Иногда он появлялся в области паха. Словно кто-то сидел рядом и пытался её облапать. Вчерашнее событие совершенно подкосило её, а ведь у девушки сегодня важная встреча, которую она ждала несколько недель. Это должно стать важной главой в её жизни, новым началом, ведущим к долгожданным изменениям. Она обзаведётся друзьями, такими же странными, как и она. Три самые известные девочки в школе, именуемые Ковеном, должны включить её в своё сестринство. Только одна мысль об этом поддерживала Клэр в куда более приятном настроении, чем обычно, и помогала пережить вчерашний ужас. И когда три тёмные фигуры появились в столовой, глаза Клэр впервые вспыхнули огнём. Чёрная одежда, тяжелые ботинки, готский прикид, сотни баксов, оставленные в магазине Hot Topic, висели на трёх девушках, словно мрачные рождественские игрушки на трёх чёрных ёлках. Волосы Трэйси торчали в стороны, словно дикое растение, чёрная помада на тонких губах в вечной доброй улыбке. Длинные тонкие ноги в чёрно-белых колготках, множество побрякушек, свисающих с браслета на правой руке. Дэйзи была полной противоположностью Трэйси. Тучная, в длинной чёрной юбке, полностью бледная с фиолетовыми пухлыми губами, пирсингом в длинном крючковатом носу. Волосы, частично покрашенные в синий, свисали на правую сторону, глаза безразлично смотрели по сторонам. Из одежды на ней была футболка с надписью Alone Wolf и изображение белого волка. А между ними высокая, подтянутая, с длинными чёрными (от рождения!) волосами, шла Стэйси, лидер Ковена. В тяжелых рокерских сапогах, дорогой косухе, с серебряной цепью с большой буквой S, большими кольцами в ушах. Голубые глаза хищнически смотрели на одноклассников, словно выискивая потенциальную жертву. Когда Стэйси увидела Клэр, то громко щёлкнула пальцами. Трэйси упорхала к буфету, а Дэйзи взяла стул в тот момент, когда мальчик с подносом хотел сесть. Паренёк резко грохнулся и уронил всю еду на себя, но никто в столовой не поспешил поддержать или даже посмеяться над пареньком. — Эй! Это был мой стул! — злобно крикнул мальчик. — Да плевать, — сказала Дэйзи, повернувшись к парню спиной, неся стул к столу с Клэр, подставив его прямо под зад Стэйси, когда та села. — Ага, Клэр, — Стэйси закинула ногу на ногу, смотря на светловолосую девушку. — Сегодня богиня дала мне знак. Я должна поговорить с тобой. Трэйси, громко топая, прибежала к столу, поставив поднос с едой перед Стэйси. — А вот и жратва! Здарова, Клэр! — приветливо заулыбалась девушка. — Мы хотим посвятить тебя в нашу компанию! — П-правда? — ахнула Клэр. — Сегодня? Я так давно... — Сестра Трэйси, — не без раздражения сказала Стэйси, смерив подручную недовольным взглядом, — немного забегает вперёд. Сегодня будет твоё испытание. Если ты его пройдёшь, то сможешь вступить в Ковен. Готова ли ты... — Эй, вы! — раздался недовольный женский голос. Девочка в больших круглых очках подошла к столу; когда она говорила, на её зубах виднелись брекеты. — Я всё видела, что вы сделали! Вы нарушаете школьные правила. — Пфе, — наигранно фыркнула Стэйси. — Снова всякое отребье пытается влезть в наши дела. Ты что, не видишь, что мы заняты? — приподняла бровь Стэйси. — Ты не знаешь, кто мы такие? Кто я такая? — Да мне всё равно! Для меня вы правонарушители! — гордо сказала девочка. — Вы должны немедленно извиниться перед парнем и вернуть ему стул! Иначе я пожалуюсь директору! Дэйзи молча вытащила выкидной ножик из сумочки и с громким щелчком вынула лезвие. — Ну попробуй, — холодно и безэмоционально сказала та. — И попадёшь прямиком в морг, сучка. — Это... Это же нож! — испугалась девочка. — З-зачем он тебе? Оружие нельзя проносить в школу! — Для самозащиты, — так же холодно ответила Дэйзи, проведя лезвием по воздуху. — Так что прекрати на меня нападать и свали уже. Я сегодня не в настроении. — Пока! — Трэйси помахала рукой испуганной девочке в очках. — Как же меня раздражают эти непосвящённые, — фыркнула Стэйси. — Все так и норовят вечно влезть в наши дела, попасть в нашу компанию, завладеть вниманием. Пфе. Но ты, Клэр, ты не такая, — девушка скрестила пальцы. — Я вижу, что в тебе есть огромный заложенный потенциал. Ты — отмеченная! Но готова ли ты? Что-то внутри Клэр разгорелось. Самые крутые девочки класса, самые известные ученицы школы обратили на неё внимание. Трэйси, взбалмошная, весёлая, жизнерадостная, спортсменка, Дэйзи, гроза школы, бывшая хулиганка, самая драчливая девочка, и Стэйси, лидер Ковена, звезда и самая известная девочка в школе. Говорят, что её родители как-то связаны с индустрией кино, поговаривают, что даже работают актёрами. Неприкосновенная троица, мощное триединство, которое возвышается надо всеми остальными. Такая, как Клэр, и подумать бы не могла, что они посмотрят на неё, не обратись они к ней пару недель назад. — Я готова! — сказала Клэр, улыбаясь. — Я сделаю всё, что вы скажете! Знаете, мне кажется, что я тоже чувствую... — Отлично! — Стэйси положила руку ей на плечо. — Это я и хотела услышать. Самайн завершён, и мы ищем ту, кто будет собирать урожай с нами. Я рада, что это ты, Клэр, — сдавленно улыбнулась Стэйси. — Ты такая... непонятая. — А я думала, что непонятная, — заморгала Трэйси. — Ах-ха-ха, Трэйси у нас любит пошутить, — хихикнула Стэйси, сдерживаясь, чтобы не пнуть подругу. — Тебе у нас самое место, Клэр! — Что я должна сделать? — Клэр взяла Стэйси за руку, смотря в голубые глаза. Хозяйка Ковена хищно улыбнулась. — Ах, тебе нужно пройти испытание на смелость и доверие. — В десять часов приходи на кладбище Рейвенсайд, — сказала Дэйзи. — Проследи, чтобы за тобой, типа, никто не шёл. Это закрытый ритуал посвящения и все посторонние рискуют быть покалечены, — всё тем же безразличным голосом сказала готка. — И ты в том числе. — Хорошо! — закивала Клэр. — Я всё сделаю, как нужно, сёстры. — А, ты уже знаешь, как нужно говорить! — обрадовалась Трэйси. — Уи-и-и, у нас будет новая сестра! — Спокойно, Трэйси, — одёрнула её Стэйси. — Всему своё время. А мы пока пойдём займёмся своими делами. До вечера, Клэр. Будем ждать тебя на кладбище! — Пока! Я не опоздаю! — крикнула им Клэр вслед. Помахала ей только Трэйси. — Блестяще, — довольно сказала Стэйси. — Я долго думала, кого выбрать на роль будущей жертвы. Эта не-такая-как-все просто идеально подойдёт! Надо рассказать Чаду, пусть тащит свиную кровь! — развеселилась девушка. — А зачем свиную кровь? — спросила Трэйси, потирая щёку пальцем.. — На моём посвящении я должна была только произнести речь и попасть мячом в проезжающую машину. Стэйси и Дэйзи раздражённо посмотрели на подругу. — Потому что ты прошла по-настоящему, а над блонди мы прикольнёмся, — объяснила Дэйзи равнодушным голосом. — А разве мы не хотели взять её в Ковен? — непонимающе спросила Трэйси. — Она же так долго хотела к нам попасть. — Детка, — Стэйси положила руку ей на плечо, — сбегай к моему шкафчику, принеси мою сумочку и не забивай свою головку такими вопросами. — Хорошо! — весело сказала Трэйси, убегая с ключом в руке. — Четвёртая, куда уж, — фыркнула Стэйси. — Двоих идиоток я точно не потяну. Надо позвонить Чаду, чтобы приготовился всё заснять. Сегодня будет весёлая ночка.***
Когда Страшила, Пугало и Скотина ушли от нас с Клэр, девушка достала телефон и стала переписываться со своей подругой. Она так радовалась, настрачивая одно сообщение за другим. Такая искренняя, радостная, почти светилась. Я помню, что она так же смеялась и от моих шуток, когда мы были ещё детьми. — То есть... вот это говно лучше, чем я? — вслух спросил я, указывая рукой на самопровозглашённый Ковен. — Значит с ними ты гулять хочешь, а со мной нет. Ну всё! — я нарочито громко хрустнул пальцами. — Больше никаких тебе поблажек!
