В отражении прошлого| часть 2.

Софи

      И она захихикала. Так непринужденно и так раздражающе. Мои ладони вспотели в этих шелковых перчатках. Я сжала пальцы в кулаки и, богом клянусь, мне хотелось ей врезать. Изабель позвали, и она ушла. Мы с Поппи остались одни. Она прикрыла свой рот рукой и продолжала смеяться.             — Это была шутка! — наконец ее голос выдает эти слова.             Да, я не сомневалась в этом.             — Я знаю, кто вы, Софи, и знаю, что вы значите для Тимоти. Я была проездом в Лондоне, хотела его утешить, но…у меня не получилось склеить его разбитое сердце.             Еще одно слов и я ей точно врежу, и мне наплевать на все приличия.             — Но уверяю вас, — она делает выпад и наклоняется к моему уху. — В следующий раз, когда вы снова уйдете, Тимоти будет моим, и всякие упоминания о вас и о вашем имени будут стерты.             Ну все, я держалась как могла.             Я поднимаю руку, но кажется Бог сжалился над ней и она ушла. Сердце стучало с такой злобой на эту Поппи. Я допила этот лимонад, и в голове у меня было два варианта, два исхода событий. Повалить ее здесь, при всех и сломать ей шею, или утопить в этом безвкусном лимонаде.             — Прошу меня простить!             Мужской голос напугал меня и я обернулась. Передо мной стоял высокий и статный брюнет. Он поклонился мне и вытянул свою руку, этот жест мог обозначать лишь…приглашение на танец.             — Оу…нет, сегодня я не танцую, простите, — я отошла, но он последовал за мной.             — Ваша бальная карточка не заполнена, вы единственная, с кем я не танцевал. Меня зовут Генри Прайс.             — Софи Бэрроу.             — Да, я о вас наслышан, Софи, — его рука все еще была протянута.             — Простите, но мне и правда нужно уйти, голова разболелась, — я отвернулась.             — Я могу распознать ложь, Софи.             Что за липучка?             — Потанцуйте со мной, и я обещаю отстать от вас.             Мне нужен алкоголь. Мужчины смотрели на меня как на открытый огонь, как на мишень. С Тимоти такого не было, многие знали, что у нас с ним связь, но теперь его нет…             — Хорошо.             Я вложила в его руку свою и он повел меня танцевать. От него пахло жасмином и мятой. Я держалась на расстоянии от него, но его рука прижала меня к его твердой груди.             — Говорят, вы побывали в Индии.             — Да.             — Вы любите путешествовать? — я усмехнулась.             — Вроде того.             — Я не знаком с вашим братом, с Уильямом, но знаю его как выдающегося путешественника. Сейчас это модно, отправляться за край света. Я недавно побывал во Франции, но с последними новостями, я туда не скоро вернусь.             Да, шла война между Францией и Австрией. Образ Тимоти снова предстал перед глазами.             — Я люблю приключения, Софи, решил отправиться на фронт, но в первый же день получил ранение в ногу и меня отправили домой, лечиться.             — Ты крепко держитесь на ногах.             — Спасибо. Почему я вас раньше не встречал?             — Потому что меня здесь не было, милорд.             Он напомнил мне Гарри, который так же пудрил мне мозги и так же был сговорчив. Где он сейчас? Знает ли Уильям о нем, надо будет его спросить.             — Вы не похожи на всех тех дам, что я встречал. Они только и норовят, попасть под мое крыло, стать моей женой. Будто иного выбора у них нет.             — Но ведь это так! — мне пришлось посмотреть на него. — Ни у кого нет выбора, такова наша участь, выйти удачно замуж, родить детей, и постараться не остаться старой девой. Как я, — эта шутка вызвала у него смех.             — Простите меня. Ну а ваше мнение, какого оно? — ему важно мое мнение? Это что-то новенькое.             — Я не против выйти замуж, нет, но я хочу получить от жизни максимум, закончить обучение, сделать свою карьеру, найти…найти настоящую любовь.             Рука Генри сжала мое плечо, он так уставился на меня, от чего мне стало не по себе.              — Вы умная и очень красивая женщина. Вы живете с братом?             — Да, пока не найду себе жилье. Это временно.             — Я смогу вас увидеть, снова?             Вот же черт! Я стала мотать головой в поисках Артура. Куда же он подевался? Он никак к стати мне нужен, необходим, будь здесь Тимоти, он бы без моей подсказки увел бы от этого лорда.             — Не могу обещать! — все, что выпалила я и улыбнулась.             — Я терпелив, я умею ждать.             Когда музыка закончилась, он поклонился мне и поцеловал мою руку, при этом продолжая держать ее в своих.             — До скорой встречи, Софи!             Бежать, мне нужно убежать отсюда. Как только я подошла к дверям, я заметила Мэриан, которая пряталась за высоким лимонником. Сердце сжалось от жалости к ней.             — Мэриан!             — Софи!             — Ты прячешься?             — Я…я только…не хочу, чтобы меня видели.             — Почему?             Она терялась, она была напугана и напомнила меня саму. Мой первый выход в чужой свет, моя внутренняя паника. Я взяла ее за руку и повела за собой в тихую комнатку, где мы сможем спокойной поговорить.             — Тебя что-то тревожит?             Она садится на кушетку и начинает теребить закрепленный цветок на своем платье.             — Да, все это тревожит. Не знаю, как объяснить. Мама меня всему учила, и я ей благодарна, думала на практике будет так же легко, но нет. Я не умею так легко заговаривать с людьми, с чужими людьми.             — Я тебя понимаю.             — Все это ново для меня и я не хочу огорчить матушку. За этот вечер ко мне подошли два милорда, а я и слова не могла выговорить, язык заплетался. Будь здесь Кристофер…             — Это твой друг?             — Да, мы общаемся с ним, я пишу ему письмо, он сейчас…в общем он ушел на фронт.             Я подсела к ней и стала успокаивать ее легкими поглаживаниями по спине.             — С ним мне намного проще, я не хочу говорить с этими лордами, я хочу быть с ним. Мама понимает, что с Кристофером может случиться беда и таким образом, она хочет, чтобы я нашла новое увлечение. Но я верю в то, что Тимоти сдержит свое слово, — я взглянула на нее. — Он обещал приглядеть за ним.             Я вздохнула и вытерла слезу с щеки Мэриан.             — Он о нем позаботиться.             — Ты так думаешь?             — Знаю.             — Пойдем со мной, продержимся этот вечер вместе. Тебе не обязательно танцевать с этими лордами, если не хочешь.             — Не хочу.             — Вот и славно, если твое сердце принадлежит другому, не стоит делить его еще с кем-то, твоя мама не рассердится, она поймет.             Я взяла ее под руку и мы вышли. Изабель встретилась с дочерью и убедившись в том, что Мэриан в отличном расположении духа, послала мне улыбку и благодарность. Я кружила вокруг зала, прячась за цветами, мои глаза уловили Генри, который пялился на меня в открытую, как маньяк, отчего мне стало жутко холодно.             Домой мы вернулись поздно ночью. Точнее, мы с Артуром, с которым отправились на запрещенное для дам мероприятие.              На бои без правил.             — Вот, держи, уверен, ты устала от лимонада.             — Ты мой спаситель, — я беру в руки бокал красного вина и делаю большие глотки. — Куда ты делся? Тебя не было на балу?             На его манжете я замечаю красные пятна от помады.             — Поняла можешь не объяснять.             Слышу гонг, на ринг вышли два накаченных мужика, они поприветствовали друг друга и бой начался, я могла смотреть на это все, если бы они бились в перчатках а не голыми кулаками.             Капли крови летели в разные стороны, мы сидели на самых высоких скамейках и были защищены. Артур делал ставки, а я лишь пыталась расслабиться.             — Черт, Ричард сейчас упадет, — кричит Артур.             Но он не упал, Артур выдохнул и получил свои проценты, но мы не ушли, мы продолжали смотреть. На секунду я почувствовала скуку, но она прошла, когда я услышала следующие слова:             — Сегодня у нас новичок, хочу поприветствовать вам самого храброго и отважного, и недавно побывавшего на поле боя, лэрда, да что там лэрда, бойца, леди и джентльмены, это Генри Прайс.             Сказать, что я удивлена, ничего не сказать. Он вышел в центр ринга и снял с себя белую рубашку. На его теле я заметила три красные точки, три шрама, судя по всему они были от пули.             — Генри никакой не новичок, он был закален во Франции, когда уложил одного парня.             — Ты его знаешь?             — Знаю. Мы вместе учились, отличный парень, не раз спасал мне жизнь.             Артур замолк и поприветствовал своего друга свистом, и тем самым выдал меня Генри. Он замер, когда увидел меня, покачал своей головой, двумя пальцами коснулся своих губ и послал воздушный поцелуй.             Черт.             Он в открытую флиртовал со мной, а я вжалась в эту скамейку, боясь даже пошевелиться. Бой начался. Никто не сомневался в победе Генри, мои молитвы, были не услышаны, он не получил ни единой царапины.             Когда бои были окончены, мы с Артуром вышли в коридор, где они получил свои деньги.             — Я скоро, хочу увидеть Генри.             — Я…я могу сама пойти домой, Артур, — он меня проигнорировал и ушел.             — Или… — я замираю на месте. — Я могу вас сам проводить.             Генри!             Он стоял за моей спиной. Я закатила глаза и нехотя обернулась к нему.             — Спасибо…но нет.             — Я знал, что вы так ответите. Вам понравилось?             — Ваш выход? — он кивнул. — Нет, было мерзко следить за тем, как вы на публику веселились над побоями бедного парня.             — Что ж, я польщен.             — Чем?             — Вы очень наблюдательны.             Он бросил на меня свою ехидную улыбку и прошел мимо, как бы незаметно задев мое плечо.             Когда мы с Артуром вернулись домой, я легла спать, как только сон стал овладевать мной, в мою комнату ворвалась Кэтрин с огромным букетом цветов.             — Госпожа, прошу меня простить за беспокойство, но вам следует это увидеть.             Она зажигает свечи, я встаю и подхожу к столу. Передо мной стоял большой букет с красными розами, я замечаю открытку:      

«Не люблю розы, но они напомнили мне вас, такие же холодные и колючие, как ваш нрав, и такие же прекрасные, как ваши пылающие щеки».