сон наяву

      – Эй, ‟Хёнджинни” в наши планы не входило! – возмущённо говорит Хван, закрывая за собой дверь вертолёта.       – Хёнджин-а, тебе не нравится, когда тебя так называют? – Минхо строит невинные глазки и хлопает ресницами. Хван лишь сверлит его взглядом, пока говорит в микрофон Сынмину, что они готовы ко взлёту. Затем отдаёт команду пилоту. Слышно, как начинают крутиться лопости и вертолёт медленно взмывает вверх.       – Слушай, раз сегодня планы изменились, и мы опять летим в очередную больницу, может пешочком добежим? Я знаю, там недалеко, – предлагает Ли.       – Добежим, конечно. Не заставлять же тебя прыгать с верёвочной лестницы, – Минхо совсем не думал, что в случае, если бы необходимый магазин был дальше, то пришлось бы куда-то там прыгать. У Минхо от таким мыслей даже мурашки по телу пробежались. Ну и кто заставлял его это представлять? – Да не будем мы никогда прыгать, спокойно, Минхо! – пауза. И разрадражённо. – Хён.       – Если ты будешь звать меня хёном так, то я вполне себе обойдусь, Хёнджин, – Ли пытается понять реакцию Хвана на то, что его снова зовут полным именем, но кажется тому вообще всё равно. Даже жаль немного.       – О, благодарю! – Хёнджину слишком нравится звать его неофициально. ᅠ       Зачистка больницы проходит успешно, к счастью. Сегодня по плану, правда, лишь верхние этажи. Так что осталось без приключений спуститься на первый и выйти на улицу.       Парни то и дело оглядываются по сторонам. Они так давно не видели город! Ну, Хёнджин хоть и был на вылазке, но по сторонам он тогда совершенно не смотрел. Непривычно видеть Сеул таким пустым. Раньше здесь всегда было так много самых разных людей! Дети, бегающие вокруг своих родителей, пожилые дамы, медленно бредущие по тротуару с маленькими собачками на поводках, вечно занятые мужчины в костюмах и офисными портфелями, говорящими в наушниках о работе, влюблённые парочки, держащиеся за руки, иностранцы, фотографирующиеся на каждом понравившемся углу… А теперь что? Совсем ни-ко-го. Даже никакой кошки не пробежит.        Встречать никого и не хочется. Ведь этот ‟кто-то” вероятно окажется монстром. Минхо толкает в бок своего напарника.       – Мы пришли, – шепчет, указывая на нужный магазин.       Парни заходят внутрь, обнажая штыки и тихо прикрывая за собой дверь. Разделяются, обходя всю территорию – медленно и тихо – а затем вновь встречаются у дверей.       – Всё чисто, – шепчет Ли.       – У меня тоже, – уже громче отвечает Хван, – что там Сынмин хотел?       – Книжку.       – Возьмём ему мангу по приколу? – Хёнджин заговорщески улыбается.       – Нет! Ты бессмертный что ли?       – Ну не задушит же он меня ночью, а остальное не страшно.       – Всё равно нет! Возьмём что-нибудь из популярных, – Минхо не хочет злить ещё одного парня, который может усугубить его и не без того ‟сладкую” жизнь.       – Тогда ты выбирай сам, а я возьму то, что мне нужно, – Хван тут же испаряется где-то между стеллажей.       Минхо берёт сразу несколько книг, чтобы угодить хотя бы с одной. Хёнджин тоже набирает всё по полной программе: и скетчбук, и краски, и карандаши.       – Жаль, холст не унесём, – грустно говорит Хван, – стой, я возьму корзинку.       Парни все вещи кладут в корзинку и Хёнджин раздумывает стоит ли брать холст. Но потом думает, что, если нападут, его всё равно придётся бросить.       Они подходят к выходу и замирают. Там ходит слепак. Парни переглядываются: никто не знает, как лучше сделать. Время у них на исходе. Но и нападать не хочется – другие сбежаться могут.       В итоге юноши дожидаются, когда тот отойдёт немного, тихонько дверь открывая и юркая наружу. Также тихо закрывают. Хёнджин корзинку Минхо отдаёт, перед выходом, гордо заявив, что он оружием лучше владеет. Минхо не спорит, что у Хвана навыки боя на высоте. Но может пора перестать жертвовать собой каждый раз, ну в самом-то деле?       Ли идёт вперёд, крепко держа Хёнджина за руку. Они договорились, что Минхо руку сожмёт один раз – препятствие какое-нибудь, махнёт влево – то и поворачиваем в ту же сторону, с маханием вправо аналогично. Хёнджин спиной вперёд идёт, не сводя глаз с монстра. Каждый лишний раз выдохнуть боится, а ладони предательски потеют.       Половина пути уже пройдена, а слепак вроде даже скрывается из виду. Но Хёнджин продолжает идти спиной вперёд, на случай если тот вернётся. Да и лишний раз не шепчет о том, что он уже ушёл, вдруг всё-таки услышит.       Так Хёнджин и врезается спиной в Минхо. В возмущении оборачивается и видит ещё одного монстра. На такой случай они сигнал почему-то не придумали.       Никто из парней не понимает, откуда они взялись: только что улица была совершенно пустой. А теперь вдруг монстры на каждом углу! А этот ещё встал посреди улицы, никак его не обойти.       Хёнджин в сторону указывает, мол, давай обойдём через дом, находящийся справа от чудища. Ребята придерживаются того же способа. Хван сейчас начинает верить в чудеса, потому что их до сих пор не услышали, а Минхо вот-вот готов начать читать молитвы.       Парни обходят дом. Слепак всё равно чересчур близко. Хёнджин останавливается внезапно, выпуская руку Минхо. Подбирает камень какой-то, бросая в сторону, в которой только что были. Монстр ведётся. Хочется побежать, что есть сил, но продолжают идти спокойно, дабы лишнего звука не издать. Ведь монстр теперь знает: здесь кто-то есть.       Наконец-то они доходят до больницы. Осторожно пробираются внутрь, отпуская руки друг друга. Хёнджин оружие на всякий случай оставляет: полностью больницу они ведь не обошли.       Неужели они добрались до крыши и никто даже не пострадал? Бывает же такое после встречи сразу с несколькими слепаками. Разве что жаль, что из слепаков тоже никто не пострадал.       Минхо забирается внутрь. А Хёнджин медлит отчего-то, а после и вовсе к краю крыши бросается.       – Там внизу человек, – Хёнджин объявляет, засовывая голову внутрь вертолёта, – он прям на выходе, вероятно в больницу. Я один за ним схожу.       – Я с тобой, – Минхо с таким решением не согласен. Хватит геройствовать, – это слишком опасно!       Как ни странно, но Хван не начинает спорить, лишь улыбается. Минхо не совсем понимает, что значит эта улыбка, но времени рассуждать об этом нет.       Парни в очередной раз тихо спускаются по лестнице. Выходят на улицу, и Хёнджин жестом руки показывает, куда идти. Они приходят как раз вовремя, ведь какой-то слепак тоже заметил бедного мужчину, у которого из оружия был лишь маленький ножик. Неужели все магазины с оружием уже обчистили?       Хван кивает головой на слепака и Ли бежит первым. Боже, несмотря на то, что парень успел побывать в наземной разведке, толком убить он никого не успел. Но сейчас не время для страха.       Минхо, на бегу выхватывая оба штыка, прыгает как можно выше и вонзает оружие прямо слепаку в спину, поспешно вытаскивая его обратно. Монстр ревёт. У них остались считанные секунды. Краем глаза отмечая положение Хёнджина, который кстати уже в воздухе, Минхо оббегает монстра и хватает мужчину за руку в тот самый момент, когда Хван сносит чудовищу голову. Втроём они стремглав мчатся к заветным дверям, видя как к ним же бежит ещё один слепак. О боже, и сзади тоже!       Стоит Минхо открыть двери, как Хёнджин обоих мужчин впихивает внутрь, закрывая их за собой. Те еле удерживаются на ногах и тут же пускаются бежать вверх по лестнице, ведь слепаки знают, где они, и двери их не остановят.       Мужчина быстро выбивается из сил: он и так довольно потрёпано выглядел, а теперь ещё тут такие нагрузки! Но Минхо неисправимо тянет его за руку, а Хёнджин подталкивает сзади. Так что мужчине ничего не остаётся как быстрее шевелить ногами.       Быстрое топанье ног эхом отдаётся по всей больнице. Кажется, Хёнджин слышал какой-то звук. Блять. Неужели тут тоже слепак? Или те прорвались?       – Быстрее, – шипит парень, но никто не ускоряется. Минхо может и не устал, но вот мужчина и так еле ноги волочит. Кажется, теперь и правда остаётся только молиться. Кто знает, сколько монстров до них доберётся?       Эхо приносит рёв, делая его лишь страшнее. Кажется, все обрели второе дыхание и действительно ускорились. Минхо чуть ли не выламывает долгожданную дверь на крышу. Пилот всё понимает по их виду, тут же запрыгивая внутрь и уже включая двигатель.       Парни мужчину в вертолёт буквально запихивают, Хёнджин лишь дверь за собой с шумом задвигает, крича пилоту, чтобы тот взлетал скорее.       – Поздравляю, – с улыбкой объявляет Минхо, – в этот раз на тебе ни царапины.       – Хочешь проверить? – Хёнджин как-то двусмысленно ухмыляется, тут же натаскивая на себя наушники для связи с пилотом и Сынмином.       Мужчина, не в силах что-либо сказать, просто оглядывается вокруг. На вид ему уже около пятидесяти. Интересно, почему он один? Но здорово, что он смог продержаться так долго.       – Минни, прости-и, – тянет в микрофон Хван, – мы человека спасали, понимаешь! Тут такой милый дедушка, разве мы могли его бросить?! Сынмин, почему ты такой бессердечный! В нашу миссию между прочим входит спасение людей! И в этот раз без травм, как и договаривались!       Ким кажется недоволен очень. Он на это имеет полное право, ведь с ним никто не связывался слишком долго, а всё, что он может – лишь отследить местоположение вертолёта.       – Минни, мы уже летим обратно, ну подумаешь больница теперь кишит монстрами! Может они уйдут!       Минхо для себя отмечает ещё одну ‟личность” Хёнджина. Он, оказывается, оправдываться умеет. Это выглядит довольно мило, если не думать о том, что только что за ними гналась целая толпа слепаков.       От живой речи Хвана мужчина в себя даже приходит. Но сказать ничего не решается – пусть сначала молодой человек договорит.       Наконец, Хёнджин снимает с себя наушники, шумно выдыхая и устало поднимая голову вверх. Тогда старик всё же решается заговорить:       – Спасибо, ребятки, уж очень меня выручили, – голос у мужчины скрипучий, хоть и довольно тихий, – даже не знаю, как благодарить.       – Дедушка, не нужно благодарности! – вновь оживляется Хван. – Не зря мы ведь носим форму! Помогать людям – наша обязанность!       Минхо на это хмыкает. Хван всё ещё профессиональный наёмник. Но молчит, не хочет это при дедушке говорить.       – Да, главное, что все живы и здоровы! – добавляет Ли. – Скажите, почему Вы один?       – За мной приглядывала внучка, – мужчина в миг грустнеет, – пока однажды она не ушла за едой и больше не вернулась. Мне бы хотелось думать, что она просто бросила меня, но через пару дней, мне пришлось выйти за едой. Тогда я увидел её. Точнее… что-то похожее на неё, – из глаз старика начинают капать слёзы большими прозрачными бусинами, тот поспешно вытирает их. – У меня больше никого не осталось. Мне бы хотелось обменять свою жизнь на её. Она ведь была так юна…       – Нам очень жаль, дедушка, – искренне говорит Минхо, а Хёнджин кивает, соглашаясь.