Copycat

***

Фёдор сидит в своем кабинете уже несколько часов, или может уже дней (кто бы помнил), обдумывая дальнейшие действия, агенство и мафия, после событий в замке, точно от него не отстанут. А главное во все это не в коем случае нельзя впутывать Осаму. Гончаров стоит нервно вытирая чашку. Гоголь и Пушкин невольно играют в гляделки. В штабе витает тишина. Очень тихо, подозрительно. - так! - восклицает Гоголь, от чего Пушкин моргает, а Гончаров дрогнув чуть не бьет посуду, - так дело не пойдет! - продолжает Николай. - о чем ты? - спрашивает Александр. - скука смертная. Че мы все молчим? Как будто если заговорим нас побьют? - позитивно говорит Гоголь. - а, о чем говорить?! О том, что наше собрание должно было быть два дня назад, а его до сих пор нету?! - нервно говорит Иван. - солидарен, - говорит Пушкин. - ой, ну вы и зануды, - тянет Гоголь, - вот ты Го-тян– - какая еще Го-тян?! - прерывает Гоголя Гончаров. - ой, ой, простите мадмуазель. Так вот, - продолжает Гоголь, - вот тебе не скучно? Или тебя всю жизнь воспитали быть домроботницей, Го-тян?~ - тянет Гоголь. Гончаров вздыхает, и если слышно говорит : - а тебя только анекдоты рассказывать учили? - хей, я все слышу! - недовольно говорит Николай. - а когда тебе говорят убрать за собой ты ухом не ведёшь! - вы еще подеритесь тут, - говорит Пушкин, закатывая глаза. Его естественно не кто уже не слышит, чашка находившаяся у Ивана в руках теперь лежит на столе, а сам Гончаров ругается с Гоголем. Но как только слышится открывание двери кабинета, оба сразу замолкают, Гоголь остается стоять на месте, а Гончаров бежит к Федору с тысячей и одним вопросом. Фёдор отвечает на парочку, а остальные остаются не услышиными, а Достоевский пройдя уже мимо Ивана, встает напротив Пушкина и начинает свою речь : - Александр, ты используя свою способность «Каннибализм» обезвредишь директора агенства и босса мафии - Пушкин кивает, а Фёдор проходится взглядом сначала по Гоголю, а затем по Гончарову, и отведя взгляд, и закрыв глаза,продолжает: - пока на этом все, - конечно же, это не все. Просто пока он не будет говорить дальнейшие действия. Может ради интриги, или еще чего-то.. Сказав свое он быстро уходит, снова в кабинет. Гоголь разочарованно вздыхает: - снова я никому не нужен. - не унывайте Николай! - говорит Гончаров, который буквально десять минут назад говорил о том, как все плохо. Гоголь и Пушкин посмотрели на него с выражением лица, мыл, «а кто только, что говорил о том, как все ужасно? », а Гончаров улыбаясь продолжил- не желаете чего-нибудь? - тебя по голове ударило? - спрашивает Пушкин. - Го-тян, Дост-кун тебе что ли комплиментов наделал, или что? - вопрошает Гоголь. - Господин, одарил меня взглядом, разве может быть, что-то лучше этого? - радостно произносит Иван. - и все же не хватает тебе, Иванушка, той части мозга, которую тебе Достоевский вырезал... - говорит Александр. Гоголь же подбегает к Гончарову начиная его трясти. - за что Дост-кун с тобой так? Я бы на твоем месте ему уже все конечности поотрубал, да из кишков шарфик сделал, а ты? - говорит Гоголь тряся Ивана. - разве посмею я? - Гоголь, он не ты, отстань от нашей Золушки - говорит Пушкин со смешком.

***

Достоевский все делает по плану, но когда он не находит своей ушанки, становится тревожно, но как только слышится до безумия знакомый и любимый голос, все становится не важно. - не это потерял? - говорит Дазай, откусывая яблоко, и тыкая указательным пальцем на свою голову. Достоевский оборачивается сначала на его лице небольшой шок, а затем наигранное безразличие. - как ты меня нашел? - спрашивает Фёдор. - все просто! - восклицает Дазай. Это заинтересовало Доста. - я просто подумал как бы поступил я, и мне подумалось, что ты тут, говорит Дазай, лицо Федора расплывается в блаженной улыбке. - значит мы с одного поля ягоды? - задает риторический вопрос брюнет. Дазай тоже улыбаться. Ах, его улыбка прекрасно, Фёдор все бы отдал лишь бы любоваться ей вечно! Но не сейчас... Дазай хочет спросить про планы Достоевского, и про яд/проклятье на директоре, но его прерывают. - ты же сам все знаешь, и понимаешь, Осаму - говорит спокойным голосом Федор. Дазай замолкает, и меняет вопрос: - кстати мне идет? - спрашивает Дазай показывая на шапочку Федора. Фёдору понравилось, очень понравилось, но разве можно это сказать в слух? Правильно, нет! Он отворачивается и говорит : - ужасно! Дазай вздыхает : - чтож ладно, тогда вынужден это вернуть, - говорит он кидая белоснежную шапку на землю. Ох будь это кто-нибудь, но не Дазай, Фёдор бы сделал себе новую шапку из этого человека, но это же Дазай, ему все можно. Дазай улыбаеться и молчит. План, план, план. Единственное, что должно заботить Достоевского. «а что там за план был? » - задает себе вопрос брюнет, смотря в лицо Осаму, он не может вспомнить. Достоевский быстрым шагом сокращает растояние между ними. «да пошел этот план куда подальше!» - Фёдор последний раз все обдумывает. Времени не так много. Осаму не ожидавший такого, начинает по инерции шагать назад. « что он задумал? » - мелькает в голове у Дазая. Фёдор хватает Осаму за воротник, а затем прижимает к стене. - т-ты... - Осаму вздрагивает. Такое точно не входило в план! Фёдор смотрит в глаза Осаму. Тот начинает нервно смеяться. - д-да что ты задумал?.... - говорит Дазай. - брось все! - обычно Достоевский думает, а потом говорит, но сейчас, он точно ляпнул не подумав. - ч-что? - переспрашивает Дазай, он чувствует холод стены, и некую беспомощность, он впервые не в силах узнать, что будет дальше. - бросай все, и пошли со мной! - отчиканивает Достоевский. Дазай так широко отрывает глаза, что становится трудно назвать его японцем. «что? » - мозг Дазая подводит его, он чувствует себя так, как будто до его смерти пять секунд, и ему нужно срочно что-то сделать, иначе вместе с ним и весь мир рухнет. Федор не спешит, он ждет, он готов прождать хоть всю вечность ради ответа, и тут не важно какким он будет. Дазай напряжно вздыхает, закрывает глаза, все еще плохо соображая пытается обдумать ответ «?» «бросай все, и пошли вместе со мной.... »- крутиться в голове у Осаму. «пошли вместе со мной... » - о... - выдавливает Дазай. - какое необыкновенное предложение... - продолжает он. Фёдор чувствует, что на кону не то что жизнь, или какой-то дурацкий план, на кону все, весь мир, весь мир Федора. - не бойся, - Фёдор понятия не имеет, кого именно он сейчас успокаивает, себя или Осаму. - я спасу тебя от одиночества, и пустоты, от всего что тебя пугает, - продолжает Достоевский. Все маски теряются в далеком космосе, Дазай сейчас протягивают руку помощи, или он спит? Во истину безумный сон! Фёдор видит замешательство на лице Дазая смешанное с тревогой и страхом. Достоевскому не нравится это выражение лица, не уж то он правда может так пугать людей? Фёдор прижимает Осаму к себе и обнимает. Весь мир перевернулся, для обоих, но для Дазая особенно. Осаму чувствует себя дураком, столько вопросов в своей голове он никогда не переваривал. Их так много, а ответов слишком мало. Этот выбор повлияет на все. Ну или на многое...