При чём тут полная луна?

      Стена из деревьев как будто отделила двоих шиноби от того мира, где они были только что. Там светило яркое солнце, сенсей с учеником осваивали технику, где-то в деревне кипела жизнь. А здесь было совершенно тихо, немного влажно и прохладно. Солнце лежало на земле рваными клочками среди теней от листьев, воздух был спокойным и густым, насыщенным разными запахами леса. Клон Наруто молча следовал за клоном своего сенсея, ощущая себя где-то немного вне реальности. На вопрос «А что мы будем делать?» он услышал лишь краткое «Скоро узнаешь», поэтому говорить особенно было не о чем. Мальчик просто вслушивался в шорох травы под ногами и рассматривал солнечные пятна вокруг. Потом перевёл взгляд на спину учителя и улыбнулся от того, как красиво в серебряной шевелюре играли яркие блики. Очень хотелось растормошить её рукой, такую пушистую и солнечную.       Наконец, старший клон остановился. Они отошли довольно далеко от полигона, здесь их точно нельзя было увидеть или услышать. Пепельноволосый развернулся к ученику и заговорил:       — Смотри. Сейчас мы с тобой сыграем в камень-ножницы-бумагу, а потом развеем технику.       Парень с каким-то подозрением посмотрел на сенсея.       — Просто сыграем и всё? Зачем тогда было идти в лес? — потом он ненадолго задумался и уже весёлым голосом продолжил:       — А, впрочем, неважно. Но играть просто так – неинтересно, даттебайо! Давайте на желание!       Сенсей улыбнулся тому, насколько предсказуем этот блондин. Можно было уже просто на порцию рамена играть, всё равно его желание стабильно, как статуя Хокаге на скале.       — Хорошо, давай на желание, - сенсей выставил кулак вперёд, - камень, ножницы, бумага…       — Ха, я победил! – счастливо завопил блондин.       — Рамен? – со спокойным лицом спросил джонин, слегка улыбнувшись одними губами под маской.       Неожиданно для него джинчурики смутился.       — Ну, я сперва и правда подумал об обеде в Ичираку… И раз уж вы сами начали, то я никогда не против… — тут парень замолчал и поднял какой-то изучающий взгляд на сенсея. Он явно раздумывал, стоит ли озвучивать своё желание, и никак не мог решиться. А Какаши с удивлением смотрел на блондина. Во-первых, взгляд того был необычно серьёзным — в глазах не читалось ни хитрости, ни подвоха, ни привычного детского озорства. Во-вторых, Наруто редко раздумывал перед тем, как что-либо сказать — этот мальчик никогда не стеснялся в выражениях. Да чего уж там, он в принципе не стеснялся.       — Так чего ты хочешь? Давай быстрее, там твой оригинал наверняка уже успел вынести весь мозг и мне, и Те...Ямато, — мальчик никак не отреагировал на эту фразу, продолжая пристально смотреть на учителя. А потом медленно проговорил:       — Какаши-сенсей… Закройте глаза и не двигайтесь. И ничего не говорите, — эти слова прозвучали спокойно, но от такого голоса сенсея почти передёрнуло. Это был глубокий, бархатистый, уверенный голос взрослого человека, и никак не обычного Наруто. И прозвучала фраза как мягкий приказ, а не просьба, — это моё желание.       — Что ты собираешься делать? — также спокойно спросил сенсей, пытаясь найти подвох.       — Ничего особенного, просто закройте глаза, пожалуйста. На две минуты, — джонин немного поколебался, а потом вздохнул и опустил веки. В конце концов, ничего сверхъестественного в этой просьбе не было, и ему было даже интересно, что задумал самый непредсказуемый шиноби Конохи.       Какаши стоял с закрытыми глазами и чувствовал себя немного глупо. Ученик не издавал никаких звуков, и сенсею оставалось только перебирать в голове варианты того, что могло прийти в голову белобрысому недоразумению. Очередной коварный розыгрыш? Может, ученик решил просто смыться и оставить сенсея в недоумении, чтобы потом посмеяться? Может, в очередной раз стянуть маску? Хотя нет, всё не то. Лицо его было слишком задумчивым для простого розыгрыша, второй вариант не подходил потому, что…       Вдруг все мысли разом исчезли из головы с серебряной макушкой. Всё, что сейчас в ней помещалось — это внезапное ощущение чего-то тёплого и мягкого на губах. Какаши понял, что его только что легко и почти невесомо поцеловали через край маски, и мысли окончательно запутались. Зачем Наруто это сделал? Это какой-то странный способ «отомстить» за то, что произошло на той тренировке? Просто шутка? Или парень хочет проверить реакцию учителя на такое и убедиться, что тот всё же извращенец? А может… нет, вот это не может. Вряд ли блондинистое недоразумение может что-то чувствовать к учителю — вся деревня знает, что мальчик по уши влюблен в Сакуру. Мужчине невероятно хотелось распахнуть глаза и заглянуть в лицо ученику — понять, что значило сие действие и чего ждать дальше. Но желание есть желание — он обещал стоять так ровно две минуты.       Секунды тянулись вечность. Каждое ощущение обострилось, кажется, в сотни раз. Редкие и далёкие звуки птиц чуть ли не оглушали, каждым сантиметром открытой кожи джонин ощущал слабый тёплый ветерок. Но всё внимание было сосредоточенно где-то в районе маски — сквозь неё можно было почувствовать еле ощутимое горячее дыхание, которое заставляло кожу покалывать, а осязание — напрягаться до предела. Этот обжигающий воздух медленно приближался. Он нагревал ткань маски, проникал под неё, щекотал и разжигал костёр на лице. У Какаши слегка закружилась голова, и он вдруг понял, что всё это время забывал дышать от напряжения.       Вдруг мужчина почувствовал, как ему на плечи легли широкие ладони, и в ту же секунду его губы снова оказались пойманы в мягкий захват. На этот раз — чуть более рваный, неуверенный, импульсивный. Не задумываясь, даже не осознавая своих действий, Какаши легко сжал губу джинчурики в ответ, мягко оттянул её на себя. И тут же лицо ученика резко отстранилось, будто этот жест спугнул то нежное и трепетное, что возникло в воздухе мгновение назад.       Гениальный мозг бывшего члена АНБУ за эти несколько секунд успел включить пожарную сирену, пару раз сломаться, а потом и вовсе объявить полную капитуляцию. Он мог предугадать действия противника на сто шагов вперед, найти выход из любой ситуации и сохранить невозмутимое спокойствие, но понять действия собственного ученика был не в состоянии.       До конца загаданного Наруто времени оставалось двадцать секунд. Ещё бесконечных двадцать секунд недоумения и хаоса в голове, а потом можно будет хотя бы открыть глаза. Говорить вряд ли получится сразу, потому что сейчас джонин дышал тяжело, как после забега со своим вечным соперником, а сердце пыталось проломить грудную клетку и самостоятельно посмотреть на виновника этого состояния.       Вдруг мужчина замер. По его щеке щекотно прошлись мягкие волосы, а в левое плечо уткнулась макушка. Даже через водолазку проходило тёплое и частое дыхание ученика, и от него у Какаши слегка плыло даже перед закрытыми глазами. Пальцы на плечах джонина сжались. Сам джинчурики замер. Пять, четыре, три, два, один…       Раздался хлопок. Когда пепельноволосый наконец распахнул глаза, он успел увидеть только полупрозрачные завихрения дыма, которые остались от клона блондина. Посреди крошечной поляны остался стоять один шиноби с абсолютно пустым взглядом, уставленным в ближайшее дерево. А через несколько секунд там не осталось никого.       — Какаши-сенсей, а во сколько лет вы научились использовать свою стихию? — настоящий Наруто ходил вокруг дерева, под которым небрежно сидел сенсей, и задавал, кажется сто тринадцатый по счёту вопрос своему учителю. Подсчёт вёл молчаливый Ямато, который стоял возле дерева неподалёку. Какаши же отвечал выборочно: на треть просто хмыкал в ответ, не отрываясь от книжки, а ещё треть пропускал мимо ушей, потому что она звучала как «Где там эти клоны?», «Почему они так долго?», «Что я должен понять, даттебайо?» и далее в таком духе. На те вопросы, которые были сочтены интересными, сенсей спокойно и немногословно отвечал, ни разу не поднимая глаз от страницы.       На последний вопрос сероволосый ответить не успел, потому что Наруто неожиданно замер в метре от него, будто врезавшись в невидимое дерево. Две пары глаз уставились на мальчика, наблюдая на его лице целый сюжет из эмоций — приподнятая бровь, глубокое недоумение, первые несколько стадий принятия, а потом медленно накрывающее лицо смущение. Какаши нарушил повисшую тишину где-то в тот момент, когда краска уже залила уши и щёки джинчурики и уверенно пробиралась на шею.       — Наруто, что-то случилось? — мальчик вместо ответа только резко опустил голову и отвёл взгляд.       — Нару… — джонин запнулся на середине слова и поперхнулся. Потом медленно приоткрыл рот, перевел недоуменно-понимающий взгляд на красного отвернувшегося Наруто. Теперь Ямато представилась совсем странная картина: единственный открытый глаз сенсея отразил столько эмоций сразу, сколько молодому кохаю не удалось увидеть в нём за всё время их знакомства. Больше того — часть лица, не скрытая маской… порозовела. Нет, АНБУ конечно воспитывали быть готовыми ко всему, но покрасневший от смущения сенсей заставил капитана совершенно растеряться.       — Ммм… семпай? Что там произошло с вашими клонами? — осторожно спросил Ямато, подозрительно глядя на обоих. Повисла тишина. Джонин будто не услышал вопроса и просто растеряно смотрел на ученика. Блондин метнул короткий взгляд на своего учителя, снова отвернулся и пробубнил:       — Мы сыграли в камень-ножницы-бумагу. Какаши-сенсей проиграл мне… обед в Ичираку, — он замолчал, а потом натянуто-радостным голосом добавил: — Теперь я понял, что имел виду сенсей.       После этих слов джонин поперхнулся ещё раз. Наруто это увидел, что-то сам понял и покраснел ещё на пару тонов — теперь он вполне мог бы слиться с красным платьем Сакуры.       — Клоны и правда передают всю информацию, которую успели получить. И если тренироваться с клоном, к результату получится прийти в два раза быстрее, - совсем тихо закончил парень.       Ещё несколько секунд троица не шевелилась и молчала: пепельноволосый сканировал ученика непонятным взглядом, блондин изучал корни дерева под ногами, а капитан, скрестив руки на груди, переводил взгляд с одного красного лица на другое.       Когда пауза уже откровенно затянулась, раздался спокойный и обыденный голос сенсея команды номер семь.       — Что же, если ты понял принцип работы теневых клонов, мы можем начать нашу тренировку. Сейчас тебе нужно создать несколько своих копий и попытаться разрезать лист с помощью стихии ветра.       — Так точно, Какаши-сенсей! — Наруто поднял глаза, и на его лице не было ни следа от недавнего смущения. Мальчик был как всегда бодр и полон рвения. Тензо осталось только продолжать ничего не понимать — он уже был готов убедить себя, что неловкая пауза ему почудилась.       — Сможешь их создать столько, сколько листьев на этом дереве?       — Пф, спрашиваете, даттебайо!       Через минуту весь полигон пестрил оранжевым и чёрным, а гул от него было слышно, наверное, из центра деревни. Несколько сотен клонов что-то кричали, танцевали с листиком в руках и возмущённо вопили, когда что-то не получалось. Периодически кто-то из копий с громких хлопком исчезал от перенапряжения или от того, что клоны врезались друг в друга, но на их месте тут же появлялись новые — листья исчезнувших даже не успевали упасть на землю.       Какаши снова непринуждённо развалился под деревом (на этот раз под соседним, потому что первое укрытие внезапно облысело), изредка выглядывая из-за переплёта, а суровый капитан выстроил своё «рабочее место» из брёвен и внимательно мониторил чакру джинчурики.       Честно говоря, за всё то время, пока Наруто вёл ожесточенную битву с листьями, его сенсей не прочитал ни одной строчки. Его сознание находилось на поляне в лесу, на губах всё ещё чувствовалось тепло влажных губ, травянистый запах лаванды от волос блондина пропитал ткань чёрной маски. Только годы выучки в рядах АНБУ позволили джонину удержаться от того, чтобы откинуть к чертям книжку, расплыться в глупой мечтательной улыбке и просто неотрывно пялиться на белобрысое чудо. Несколько сотен белобрысых чуд. Но, конечно же, сенсей сидел как сама невозмутимость, с самым спокойном лицом из всего его запаса.       Хотя это не помешало капитану Ямато тихо хмыкнуть в своём углу. Он ведь тоже АНБУ, и от его внимания не укрылось ни то, что семпай читает одну и ту же страницу уже 10 минут, ни то, как он сжимает и разжимает губы под маской, ни то, какие взгляды стреляют из-за книги в ученика. Что-то эти двое недоговаривают про разговор их клонов — но это, вроде как, не его дело.