Красавица и чудовище

Джина, вытерев пот со лба, положила подбородок на навершие швабры и устало оглядела результаты своей работы. Что ж, дом сверкал как свежеограненный бриллиант, коих Джина никогда не видела, но предполагала, что если бриллиант и должен сверкать, то только так, как сиял сейчас начисто вылизанный ею дом. Время близилось к обеду и девушка, которая перекусила утром только кислым зеленым яблоком, решила приготовить себе хоть что-то поесть. Она убрала швабру с ведром в небольшую кладовую под лестницей и еще раз удовлетворенно оглядела результаты своего упорного труда. Джина, работая шваброй как заправский матрос, выбивала из своей головы всю дурь и злость, которая нахлынула на нее утром из-за, казалось бы, уже рутинной ссоры с мачехой – и это помогало. Пусть Роуз не оценит – наплевать. И девушка, отряхнув руки и заправив выбившуюся из растрепавшейся длинной косы рыжую прядь, отправилась варить макароны. Наскоро приняв душ, расчесав волосы и переодевшись в яблочно-зеленую обтягивающую тонкую трикотажную кофточку и высокие бледно-голубые джинсы на темно-бежевом кожаном ремне, подчеркивающем тонкую талию, Джина водрузила на стол большую тарелку клубящихся аппетитным паром макарон и только потянулась к вилке, как вдруг распахнулась дверь и в дом влетело нечто, нагруженное фирменными пакетами с ног до головы. Девушка скептически подняла бровь, разглядывая запыхавшуюся мачеху. - Я вижу, ты даже еще не убиралась, а уже ешь?! – стрельнув колючим взглядом в Джину, прошипела женщина, но ее разгневанное выражение лица тут же сменилось на такое сладкое, что девушка недоуменно захлопала глазами. И тут же поняла, в чем было дело. Следом за мачехой вошел высокий блондин в синем приталенном костюме с широкими подплечниками, под которым виднелась ослепительно белая рубашка, а начищенные черные ботинки на ногах сияли чуть ли не сильнее, чем только что вымытый Джиной пол. На вид молодому человеку было не более 28 лет. Блондин юрким взглядом прозрачных светло-голубых глаз пробежался по обстановке дома и остановился на так и замеревшей с вилкой в руке Джине. Пока Роуз была занята пакетами с кучей свежекупленных шмоток, молодой человек развязно подмигнул девушке, которая тут же состроила нахмуренную недовольную гримаску, и принялся обхаживать Роуз, которая мгновенно растаяла от его внимания. - Это Майкл, дорогая, познакомься. – приторным голоском пропела мачеха, обращаясь к Джине. - Очень приятно, Джина, я наслышан о тебе. – блондин подошел к столу и навис над оторопевшей от такого вторжения в ее личное пространство девушкой. «Наслышан обо мне? Наверняка Роуз ему пела о том, какая она хорошая мать!» - недовольно морщась, подумала Джина. - Мне тоже приятно познакомиться, Майкл… - девушка, всё еще сидя на стуле, постаралась отодвинуться подальше, что не укрылось от взгляда мужчины. Тем не менее, когда Роуз предложила ему сесть, он взял стул и сел рядом с Джиной почти вплотную. - Что ж, вижу, наш обед уже готов! – всё тем же сладким голоском мурлыкнула мачеха и выхватила тарелку макарон прямо из-под носа изумленной девушки, поставив ее перед своим ухажером. Джина демонстративно, с громким звоном, положила всё еще не попробовавшую обеда вилку на стол, на что женщина, казалось, не обратила никакого внимания, умиленно наблюдая за блондином. Молодой человек также не торопился есть, заведя какой-то отвлеченный разговор, в котором Роуз с готовностью принялась участвовать, время от времени испуская такие томные высокие вздохи, что Джина морщилась. Девушка совершенно не принимала участия в бессмысленном разговоре, который ее не интересовал, поэтому отвернулась и смотрела в окно, на залитую послеполуденным солнцем лужайку, мечтая оказаться там, а не здесь. Как вдруг почувствовала щекотку на закрытом джинсой колене. И эта щекотка нахально поднималась всё выше…Опять! Джина резко вскочила, сбросив наглую руку блондина, который при этом даже не смотрел в ее сторону, сохраняя зрительный контакт невинных голубых глаз с Роуз. Девушка почувствовала, как краска гнева и стыда заливает ее лицо, оно наверняка уже одного цвета с огненными корнями волос. Она быстро взлетела по лестнице на второй этаж и прислонилась к стене. Мачеха и этот извращенец как будто не заметили ее отсутствия. Да сколько можно это терпеть! Сколько уже было точно таких же, десять, пятнадцать?! И все пытаются лапать ее под столом с тех пор, как ей исполнилось 13! Всё, довольно! Джина сжала кулаки и направилась в ванную, умыть полыхающее лицо. Она наклонилась над раковиной, ополоснула лицо прохладной водой, чувствуя, как краска постепенно сходит и щеки перестают полыхать. Она открыла глаза, потянулась за полотенцем, мельком взглянула в зеркало и…то, что она там увидела, заставило ее вздрогнуть. В дверном проеме стоял мерзко ухмыляющийся блондин, уже без пиджака, в одной только белоснежной рубашке, закатанной до локтей. Джина резко повернулась к нему лицом. - Что же ты убежала, красавица? Мы же так чудесно ладили. – тихо и угрожающе проговорил Майкл. - Тебе мало Роуз? Не подходи ко мне, иначе пожалеешь! – зло прошипела девушка, ощущая неслабую внутреннюю дрожь. В такой ситуации она оказалась впервые, еще никто не имел наглости преследовать ее в доме. Паника нарастала, но Джина понимала, что сейчас, в узкой тесной ванной комнате второго этажа, когда обманутая мерзавцем Роуз наверняка находится на первом, ей никто не поможет. Кроме нее самой. Мужчина усмехнулся, жадно шаря прозрачными глазами по обтянутой тонкой кофточкой груди девушки. Он плавно шагнул к ней, ощущая себя хищником, преследующим дрожащую лань, очевидно зная, что Джине некуда отступать. Девушка яростно зашипела, прислонившись к краю раковины, стараясь избежать контакта, пока ее трясущиеся руки в панике шарили позади, пытаясь найти хоть что-то, чем можно было защититься. Блондин оскалился, обнажив мелкие зубы, и схватил Джину за руку, стараясь развернуть к себе спиной. Она попыталась упереться ему в грудь свободной рукой, но мужчина был явно сильнее. И когда извивающаяся девушка уже была почти наклонена над раковиной… - РЫЖАЯ ШЛЮХА!!! – в дверях стояла полыхающая яростью Роуз. – Я всегда знала, какая ты распутная! Ненавижу!! Майкл отпустил девушку почти сразу, как только услышал гневный крик Роуз и отошел в сторону, пытаясь сделать вид, будто не имел к случившемуся никакого отношения. Кажется, он даже разглядывал рисунок на плитке, это было бы совершенно комично, если бы Джину не била крупная дрожь, грозящая вот-вот вылиться в истерику. - Ты…посмотри на это… - Джина нашла в себе силы поднять руку, сжимающую мертвой хваткой тяжелую мыльницу, которую она схватила секунду назад, собираясь разукрасить белобрысого мерзавца насколько хватит сил. - ПОТАСКУХА!! Пошла вон! Видеть тебя не хочу! – закричала мачеха, брызжа слюной. И Джина словно в замедленной съемке видела ее взлетевшую руку, от которой у нее не было сил уклониться. Неожиданно тяжелая ладонь звонко хлестнула по щеке падчерицы так, что голова девушки резко отлетела вбок. Джина никогда не позволяла никому себя бить. Она бы вцепилась в волосы этой раздувшейся как жаба фурии, но сейчас…Она была настолько напугана, шокирована и разбита, что смогла только всхлипнуть и, прижав ладонь к пылающей щеке, выбежать из ванной. Она вихрем спустилась по лестнице, рывком распахнула входную дверь и со всех ног устремилась в лес.