Красавица и чудовище

Джина не помнила, как добрела до своей комнаты – едва она открыла дверь, в чувство ее привел дикий писк черного найденыша, пытающегося вспорхнуть с кровати, на которой она его оставила. Мышонок подпрыгивал на подушке и расправлял маленькие кожистые крылья, но далеко улететь не мог и снова падал на кровать, терпя поражение. - Малыш! Прости, я оставила тебя! Ты же наверняка голодный! – Джина, какой бы убитой она ни была, понимала, что теперь, когда стая фактически доверила детеныша ей, она заменила ему мать. Девушка села на кровать и черный комочек мигом запрыгнул ей в ладонь, жалостно пища, и принялся тереться пушистой головой о ее палец, прося ласки. Джина почувствовала, как слезы вновь неконтролируемо полились по щекам, застилая мир вокруг и капая на мышонка, который виделся ей теперь черным расплывчатым пятном. Девушка замерла, погрузившись в себя. Боже, как можно было быть такой глупой, она же понимала, что древний замок не мог взяться из ниоткуда, а одиноко живущий в нем загадочный мужчина, разговаривающий с подозрительно разумным вороном, не просто человек! А если быть точнее, вообще не человек… Джина прерывисто втянула воздух ртом. Вампир. Выходит, это не сказки, не выдумки писателей и сценаристов? Они реально существуют. Он тому прямое доказательство. Девушка непроизвольно вздрогнула, смаргивая слезы, при воспоминании о бедной лани. Силко действительно убил ее. Он пил ее кровь. Джина не могла забыть сверкающие красные капли на холодной земле, этот запах свежей крови и роз. Но почему он питается животными? Почему не убил ее? Мокрый язычок, слизывающий горячие дорожки слез, вернул Джину из размышлений в реальность. Она печально улыбнулась, глядя на зверька, который тихо попискивал, заглядывая своими умными черными глазками прямо в лицо. - Утешаешь меня? Спасибо, мой хороший. – девушка снова погладила мышонка. – Я совсем запуталась… Не понимаю, что мне делать дальше. Малыш внезапно расправил кожистые крылья и зашипел, показав мелкие иглы зубов, стараясь выглядеть максимально сурово. И снова вернулся в исходное положение, заглядывая в мокрые глаза хозяйки. - Предлагаешь не сдаваться? Выяснить всё напрямую? Ну…для этого мне нужно всё обдумать и хотя бы немного успокоиться. Признаться, я не ожидала, что мой мужчина окажется чертовым Дракулой. – Джина, несмотря на невеселую ситуацию, хихикнула. Она почувствовала себя немного бодрее. Всё еще не понимая, как относиться к увиденному, особенно после того, что было между ней и Силко, девушка решила последовать совету маленького друга – она не расклеится и не сдастся так просто. Силко стоял у камина в гостиной, заложив руки за спину, и не мигая смотрел в огонь. Ворон, напротив, возбужденно подпрыгивал, расхаживая по комнате рядом с другом. Птица что-то бормотала себе под нос и выглядела встревоженной. - Я понимаю, Синджед. Я должен с ней поговорить. И я хочу это сделать, но прямо сейчас это просто неразумно. Не уверен, что она вообще захочет меня видеть. – Силко едва повернул точеный профиль к птице. Ворон вновь громко застрекотал, очевидно, убеждая его в чем-то. Вампир отвернулся, слепо глядя на золотое пламя, так напоминавшее блеск ее волос. - Я не хочу терять ее. И ты не хочешь, я вижу это. Дом обрел хозяйку. Но захочет ли она сидеть рядом с хозяином после всего, что увидела – это решит только она сама. Я не буду принуждать ее оставаться здесь. – Силко прошипел последние слова, заставив ворона замолчать. Синджед взлетел на кованую спинку кресла, так же задумчиво глядя в огонь и переводя взгляд с друга на пламя и обратно. Силко, по его мнению, выглядел удручающе – идеальная, всегда волосок к волоску прическа растрепалась, черные жесткие пряди в беспорядке падали на лоб, и мужчину, который имел привычку приглаживать ладонью любые непослушные волоски, это ни капли не волновало. Босой, в накинутом на голый торс пальто, он даже не позаботился о приличной одежде, впервые за много веков. Силко был очевидно расстроен, ворон ощущал это. Эта девушка очень важна для него, если сумела вызвать такие изменения. Вампир прокручивал в голове это переломное утро, проклиная себя за то, что не угнал глупую лань подальше в лес и там не растерзал ее – лишь бы не на глазах у его девочки. Но откуда он мог знать? Силко усмехнулся. Лань вовсе не глупая, она просто животное, а вот ты тот еще дурак. Как долго собирался скрывать? Что, и питался бы за сотни миль отсюда, отмывая кровь с одежды по ночам? Ты ходишь по этой земле столько зим, сколько за всё ее существование дано лишь единицам – и не знаешь, что всё тайное рано или поздно раскрывается? Один из непреложных законов мироздания. Всё ты знаешь. Но вдруг ведешь себя рядом с ней так, будто только что родился. Силко думал о сказанных Джиной словах. Она ведь сказала правду, ты не смеешь этого отрицать. Боль всегда сопровождает смерть, а именно смерть он и несет – вынужден нести ее, чтобы жить самому. Всё это правда, Силко даже не чувствовал обиды и горечи от этих ее слов. Но что волновало его больше всего, то, что брезжило слабой надеждой – она будто не заметила его внешность, осудила поступок, действие, но не лицо монстра. Силко видел в этом свой шанс всё исправить. Возможно, она примет его суть со временем, и Синджед прав, не стоит тянуть с разговором? Вампир повернулся и протянул руку к узорчатой ручке, торчащей из лаконичной черной чернильницы. Начертав несколько слов на длинном клочке бумаги, он свернул его в тонкую трубочку и обратился к ворону: - Друг мой, выполни мою просьбу – передай эту записку Джине. Убедись, что она взяла ее, а потом проводи ко мне. Сообщи немедленно, если она захочет уйти. Синджед утвердительно каркнул, бережно взял бумажную трубочку и, не медля, полетел в коридор. Силко же, резко откинув пятерней пряди черных волос назад, еще несколько секунд посмотрел в огонь и стремительно вышел из комнаты. Есть еще несколько дел, которые ему необходимо сделать до разговора с Джиной. Девушка, так и сидевшая на кровати завернутая в одеяло, вздрогнула от резкого стука в дверь спальни. Неужели Силко? Интересно, сможет перейти через порог, если его не приглашать? Хотя… это же его дом. Джина на цыпочках подошла к двери и прислушалась. Стук повторился откуда-то снизу, а знакомое воронье ворчание возвестило о том, кто же незваный гость. - Синджед! – Джина открыла дверь и птица быстро впорхнула в спальню, усевшись на кровати рядом с зашипевшим мышом. - Что, хозяин прислал на переговоры? Что это у тебя? – девушка заметила в его клюве бумажный сверток, который умное создание тут же положило в подставленную ладонь. Джина, нахмурившись, развернула записку, гласившую «Нам нужно поговорить. Прошу твоего присутствия в столовой. S.» - Посмотрите-ка на него… Действительно переговоры. Просит моего присутствия? Мне брать чеснок или осиновый кол? – девушка, желчно насмехаясь, выплескивала всю боль утра в этих колких фразах. «Он не убьет тебя. Сама же поняла это. Хотел бы видеть тебя своим ужином, ты бы не пережила и первой ночи здесь» - она перевела дух и замолчала, растерянно глядя на ворона, всем своим нахохлившимся видом осуждавшего ее речь. - Хорошо, я приду. Передай это своему демоническому другу. Ну? Что же ты? Лети! Синджед отрицательно каркнул, усевшись поудобнее и не обращая внимание на усиливающееся шипение маленького черного комочка, которому явно не нравилось, что птица находится на его кровати. Джина разъяренно выдохнула, отвернувшись от животных, которые изучающе смотрели друг на друга – два черных существа разных видов – и скинула с себя одеяло, оставшись обнаженной. Девушка ахнула, заметив на белом полотне тонкие красные росчерки – и только сейчас почувствовала жжение от царапин, которые оставили на ней недружелюбные розовые кусты. Джина подошла к зеркалу – и подавила вскрик, прикрыв рот ладонью: четкий кровавый отпечаток большой мужской ладони красовался на ее плече, прямо на том месте, где Силко схватил ее, останавливая у двери. Картину дополняли всё еще кровоточащие тонкие и длинные царапины, тут и там покрывающие руки, плечи и грудь. Одинокая царапинка, плачущая кровавой капелькой, была и на щеке. Поразительно, что кровь лани на ее плече потемнела и засохла, но ее собственная будто не желала этого делать, медленно сочась красной влагой. Джина несколько раз вдохнула, успокаиваясь. Решительно посмотрев в отражение, она вздернула подбородок. Она даже не станет вытирать кровь. Ничью. Выйти к Силко прямо так Джина сочла хорошей идеей – терять ей нечего. Всё, что недавно появилось у нее – дом, чувства, безопасность – было связано только с ним и теперь грозило разрушиться в один миг. Так чего бояться? Либо всё, либо ничего. Девушка кинула взгляд на несколько дорогих пакетов, стоящих в ряд возле зеркала. Ты ошибочно полагаешь, что я купил тебе только одно платье. Остальные ждут в твоей спальне. Что ж, посмотрим, что там. Силко, приведя себя в приличествующий вид, с мрачно-обеспокоенным лицом восседал на своем черном троне во главе стола, накрытого на две персоны. Сейчас всё решится. От этого разговора зависит, уйдет она или останется, поэтому он должен подобрать правильные слова. Четкий стук каблучков заставил мужчину собраться и выпрямиться, встречая возлюбленную. Ворон влетел в столовую первым, победно каркнув и плавно спикировав на протянутую руку хозяина. Следом появилась и Джина, заставив глаза Силко шокированно расшириться. Он давно не брал в руки кисть, но именно это мрачно великолепное зрелище мужчина хотел запечатлеть если не на картине, то хотя бы в своей памяти. Пышное и длинное платье из черной органзы закрывало фигуру девушки, но удивительным образом подчеркивало ее хрупкость, начинаясь под обтянутой тканью грудью и ниспадая до тонких щиколоток, а рукава-буфы оставляли почти неприкрытыми лишь изящные плечи и руки с выставленными напоказ тонкими кровоточащими порезами. Кровавый след ладони также ярко выделялся на светлой коже, всё это почти светилось на контрасте с черным платьем. Черные же сверкающие миниатюрные туфли стучали небольшими старомодными каблучками. Мышонок, как и вчера, крепко зацепился за рукав хозяйки, но в этот раз выражение черной мордочки было боевым. Джина остановилась, подняв голову и прямо глядя на Силко. Молча. Очевидно, право начать разговор она предоставляла тому, кто его инициировал. - Джина… - мужчина внезапно ощутил, как пересохло его горло. – Прости меня. Я должен был сразу сказать, кто я. Дать тебе выбор. Не должен был прятать…это. Пальцы вампира скользнули по шрамированной щеке. Красный глаз без отрыва смотрел на девушку, силясь понять ее эмоции. Нет отвращения, нет страха, нет злости. Только ожидание. Это ободрило мужчину. - Что касается моего способа питания… ты сама всё видела, и я сожалею об этом. Именно поэтому я не хотел говорить тебе – ты бы испугалась и… Джина внезапно прервала его: - Почему ты так уверен, что я бы испугалась? Этот вопрос застал Силко врасплох. Моргнув, он ответил: - Обычно все люди боятся меня. Страшатся того, чего они не до конца понимают, сочиняют легенды и страшные сказки, чтобы передать страх своим потомкам. И чутье не обманывает их – этот страх нередко спасает им жизнь. - Да, но почему ты уверен, что я бы испугалась тебя? - Но ты ведь испугалась, разве нет? – мужчина горько усмехнулся. Джина хмыкнула. - Ты не понял. Я была удивлена, шокирована – да. Но я не боялась. И не боюсь тебя сейчас. Мне больно только от того, что я доверилась тебе, а ты мне нет. И, кажется, не собирался вовсе. - Это не так! – вскинулся Силко, сверкнув глазами. – Я рассказал бы… рано или поздно. Джина продолжила: - Ты пьешь кровь только животных? Или… людей тоже? Силко замер, обдумывая ответ. Лгать сейчас точно не стоит. - И людей тоже. В основном людей. Он заметил, как девушка сжала руками черный подол своего платья. - Так… И почему же не убил меня? Когда я только пришла и потом, когда жила здесь? - Ты понравилась мне. И я уже говорил, я будто знаю тебя, не могу избавиться от этого чувства с самого первого взгляда. Потом, когда узнал твою историю, захотел защитить, дать тебе заботу, дом, которого ты лишена. Не стану скрывать, что было искушение, но его вызывает только моя природа, не мой разум. А над природой я могу взять верх – я живу слишком долго, чтобы этому не научиться. Силко смотрел прямо в глаза – и Джина верила. Что-то внутри подсказывало ей, что он не лжет. Откровенно говоря, он никогда ей и не лгал. Просто не говорил правду, но лжи не было. - А эта лань… - девушка почувствовала, как ее горло сдавило. - Тебе жаль ее? Конечно жаль. У тебя чистая душа, чем я похвастаться, к сожалению, не могу. Люди совершают множество зла за свою короткую жизнь – а я совершил в сотни раз больше, и не горжусь этим. - Но… я видела, как ты ее закопал. Сегодня утром, я видела это из своей спальни. Зачем? Силко на мгновение задумчиво отвел глаза. - Я уважаю свою добычу. Животное это или человек – я не могу оставить их тела без погребения, если есть возможность. Я стараюсь умертвить их быстрее и так, чтобы они испытали как можно меньше боли. Знаю, что есть вампиры, которые мучают своих жертв часами. Я против этого. Мне нужна лишь пища, не их боль. Силко встал, протянув руку к девушке. - Джина. В чем бы я не был виноват перед тобой, прости меня. - хрипловатый голос звучал бархатно, мягко. – Останься. Обещаю, я никогда не причиню тебе вреда. Я давал тебе повод усомниться в себе? Ты нужна мне. Слова лились ласковым мягким потоком, становясь всё тише, но от этого не менее различимые. Джина вспомнила их прошлую ночь – расслаблять и усыплять бдительность он умел как никто. Но она верила ему. Верила. Девушка так хотела протянуть руку в ответ… - Покорми Инферналиуса! – Джина быстро отцепила фыркнувшего летучего мыша от рукава и сунула в протянутую руку Силко. Два вампира озадаченно смотрели друг на друга: Силко ожидал явно не этого, а звереныш был ошарашен резким перемещением. - Хмм… Что ж, будем знакомы. – мужчина слегка сжал ладонь. Мышонок пискнул, глядя на него черными глазенками. - Ты знала, что он тоже из семейства вампиров? – спросил Силко, но вопрос повис в воздухе. Подняв глаза, он понял, что остался в столовой один. Джины и след простыл, Синджед незаметной черной тенью выскользнул вслед за ней. Силко вздохнул, нахмурившись, и понес радостно запищавшего от предвкушения еды зверька на кухню. Всё равно вернуть Инферналиуса хозяйке будет необходимо, а они еще не договорили. Нужно просто дать ей время. Девочка и так приняла всё намного лучше, чем он ожидал. И эта кровь на ней… Демонстративно, но… не обвиняюще, как он выяснил. Этими следами Джина показала ему не кто он, а кто она. Силко усмехнулся своим выводам, наблюдая, как малыш увлеченно поедает мясо.