Король черных роз

      Было бы дозволено, Мистер Сайленс саморучно повытаскивал бы парней из кроватей, придумывая самые изощренные способы с использованием воды и морских-склизких тварей. Но оставалось довольствоваться только громко включенными треками группы «Wildways». Надрывной скрим вокалиста разбудил всех студентов и заставил выползти из своих теплых кроватей. В гостиной столпилась кучка недовольных физиономий, а тем временем, Киришима с Бакуго блаженно трясли головами наслаждаясь музыкой. Изображая гитару, парочка с ногами прыгала на диване, получая тучу презрительных опухших взглядов со стороны друзей. Мистер Сайленс сам притопывая в такт накрывал стол, делая вид, что не замечает беспредела в гостиной. Уж больно ему нравились песни, и приятное родство с воодушевленными новоприбывшими фанатами. Но как бы не хотелось, концерт пришлось закончить в пользу утренней трапезы.        Приглашая к столу, дедушка, поторопил студентов. На завтрак он подал блины, аккуратно свернутые в трубочки. К ним прилагались три начинки в маленьких чашечках: варенье собственного приготовления из инжира, свежая сметана, посыпанная тонким слоем сахарной пудры и клубничный джем. Каждый налил сам себе сока, а некоторые выбрали довольствоваться крепким кофе с капсульной кофемашины. Передавая друг-другу плетеную корзинку с багетом, парни, мило улыбаясь кивали за помощь и жадно уплетали содержимое тарелок.        Высказав благодарности за вкусный завтрак, студенты разбрестись кто куда, дабы позаниматься своими делами. Бакуго с Киришимой напросились в спортзал в крыле дома Айзавы, хоть это было и нежелательно, но дедушка позволил парням позаниматься. Он не видел смысла препятствовать желанию парней совершенствовать себя. Мидория воодушевился прошерстить книги в гостиной, ненароком поглядывая на тренировку ребят через проем двери в кабинете учителя. Через небольшую щель, в зеркале на сене отражался маленький зал, с незначительным, но хорошо подобранным количеством тренажеров. Тодороки уединился на заднем дворе прихватив дополнительную чашку кофе и свежую газету. Каминари тем временем отправился на передний двор, тренироваться и проверять свои навыки, раскидывая разряды по влажному газону, он только и делал, что получал разряд обратно в себя. Но его не останавливало небезопасное использование своей причуды, пока он чуть не подверг потрясению дедушку, вышедшего в беседку насладиться свежими ягодами. Но все обошлось, Мистер Сайленс быстро среагировал и перепрыгнул на ступеньку беседки, прежде того, как волна электричества дошла до него через мокрый проводник.         Мидория хоть и пытался только изредка поднимать глаза в манящий проем, но у него ничего не получалось. Он так и остановился на второй странице книге о героях прошлого. Деку толком не прочитал даже содержания, увлеченный наблюдая как потное, горячее тело друга напрягается от каждого движения при работе на брусьях. Как каждая мышца дрожит и набухает при подъеме, а капли пота стекают со лба и подбородка.  Постепенно намокая, майка прилегает к рельефному телу, показывая каждый изгиб, а шорты при выпадах становятся короче и складкой очерчивают примерные габариты чего-то большого в штанах. Мидория не понимал, почему такой дорогой его близкий человек, друг детства, стал таким взрослым. Властным парнем, с таким шикарным телом, но с таким ужасным характером. Без стыда пялясь, Деку совсем ушел в себя, погружаясь в фантазии.  Парни в спортзале не вели увеселительных бесед, они вели счет, и переговаривались только обсуждая подходы и более эффективные варианты комбинаций на тренажерах.       Каждый делал упор на тонус своего тела, комплексная разминка и силовые упражнения на все группы мышц. Друг друга страхуя и помогая, парни соревновались в количестве подходов, но при этом сохранялась исключительно рабочая обстановка, не перерастающая в чистый соревновательный азарт. Качан не сразу, но заметил прикованный взгляд Мидории виднеющийся изредка в отражении зеркала. Что заставило парня усерднее делать подходы до максимума надувая горячие мышцы.  Безумное желание показаться в глазах Деку сильнее своего напарника, показать превосходство, навязчиво крутилось в голове.        — Я, пожалуй, на сегодня все, давай дружище без меня. Я. Я ди-и-иико хочу поваляться, — толкая в плечо друга Киришима устало поплелся на выход. Эйджиро не обращая ни на что внимания вышел из крыла Айзавы оставляя дверь на распашку. Стук об стену вернул пускающего слюни Мидорию. Резко уткнувшись в книгу, он снова увидел все ту же вторую страницу. Поняв, что нарушитель спокойствия скрылся на втором этаже, он снова поднял глаза. Прикованный к виду Бакуго снимающего майку, лицо наблюдателя начала заливать краска. Он будто специально снимал медленно, через голову майку, нарочно развернувшись лицом к зеркалу. Показывая свое идеальное горячее тело.       Уже с оголенным торсом, Качан приступил к подтягиваниям с выходом. Наблюдая беззастенчивый, наглый, прикованный к себе взгляд. Его только раззадорило такое не скрытое влечение друга. Ритмично поддаваясь бедрами, он поднимался до перекладины, и делая выход хищно смотрел на воздыхателя. Тот мялся, сидя в скованной позе, но глаза следили, шли вслед каждому движению. Такой невинный, глупый мальчик хотел прильнуть к этому горячему телу? Он наблюдал, будто оценивая свои силы, прикидывал справится ли с хищной натурой партнера, по крайней мере так думал Бакуго. А вслед за этими мыслями, у него появился жар в области паха. О чем он только думал, почему у него в голове появились такие противоречивые мысли. Его манило, такое маленькое существо, что полностью можно поглотить в себя, накрыть своим телом и скрыть от чужих взглядов.       Присвоить себе и больше не отпускать, сделать своим. Мысли сбили такт, а мышцы дико изнывали от перенапряжения. Неровно спустившись с брусьев, Бакуго чуть запнулся и выливая воду с бутылки начал пить, пытаясь притупить жуткое чувство жажды.  Увидев в зеркале еще одну фигуру в гостиной, он воспользовался моментом и позорно сбежал к себе в комнату принять охлаждающий душ.        — Ты что там такое читаешь? — пристроившись рядом с недоумением вопросил Каминари, всматриваясь в физиономию друга.  Немного дрогнув, Мидория посмотрел на обложку книги и указал пальцем на название, не издавая ни звука.        — Не думал, что тебя такое возбуждает. Как ты тогда на парах вообще сидишь? — заливаясь смехом подколол тот его.        — Да не права-а-авда. Я просто немного замечтался, — оправдывался Деку, пряча в ладони красные щеки.       — Ох проказник, ох Декушка, да ты у нас мечта-атель, герой влажных снов. Я тут зачем пришел. Хотел тебя позвать немного потренироваться, ну или подурачится. Пойдем? — игриво кривя рожи промурлыкал Каминари. Не думая отказывать, Мидория направился с другом на передний двор. Лишь бы только не думать о представлении в его честь в исполнении Качана. И о его выпирающих шортах. И горячем теле. Черт.       Мистер Сайленс предупредил ребят и уехал в магазин, оставляя тем поручения по готовке заготовок к ужину. Он обещал вернуться за час до ужина и закончить с приготовлениями сам. Никто не стал возражать, ведь открывался шанс от души насладиться отсутствием контроля и просто развлечься. Дедушка скрылся за воротами на своем «MINI Hatch», а окна засверкали закатным солнцем. Парни вскрикнули что-то неразборчивое на животном и побежали кто в бассейн, кто набирать джакузи, кто включать уличные колонки на полную громкость. Бакуго с Киришимой прыгнули в бассейн и начали потасовку, топя друг друга, плеская воду на метры от края бассейна. Каминари подкручивал еще громче музыку и мотая бедрами шарился в ноутбуке, подключенном к системе. Пролистывая все песни Айзавы, он не выдержал и зашел в свой аккаунт, ища что-нибудь подходящее для создания нужной атмосферы. Из динамиков полилась мелодия, резко прервав старческою песню.  Ты попала в мои антисоциальные сети  Всё что было, мы оставим в секрете  Будь собой, нас никто не заметит Я подарю тебе из шкафа каждый скелетик Мы в море алкогольных напитков, и наши корабли в бутылках В этом море много рыбы, но я сделал свой выбор Ведь ты — это причина, по которой я выплыл       В проигрыше заиграл саксофон, а Киришима с довольной рожей кинул Бакуго через прогиб, накрыв волной сидящего на бортике Каминари. Тот, отойдя от шока прыгнул мстить, сдерживаясь чтобы не подпалить их разрядом сквозь воду. Теперь в драке участвовали трое, друг друга толкая под воду, каждый пытался оставаться на плаву. Делая подводные подножки и подпрыгивая давя на плечи соперникам, Киришима выбивался в лидеры. Вся эта сцена была похожа на слегка нелепую драку среди енотов. Они и друг другу навредить не хотят, но и выиграть кто-то должен.        — Ах ты ублюдок! — вырвались первые разборчивые слова от Бакуго, его явно разозлил цепкий боковой захват Эйджиро. Парень попытался вырвать из рук Красного, но Каминари зажал его ноги и не давал возможности брыкаться.        — Вы че суки! Совсем страх потерябуррр. Бррр-рурр-р, — уже из-под воды продолжал возмущаться Качан, перестав сопротивляться он собрался с мыслями.                    Секунда. Руки, захватившие шею и руки Бакуго обдал жар, небольшая, но точечная вспышка настигла Киришиму. От неожиданности и неяркой ноющей боли он разжал ладони выпуская это загнанное животное на дно. От испуга Каминари выронил психованного. Бакуго, побыв немного под водой, отплыл к бортику и злобно глядя на парней начал подниматься из воды. Все напоминало появление «Мото-Мото», но целью Качана было не подкатить к парням, а уничтожить. Яростно вскрикнув, он побежал сквозь сопротивляющуюся толщу воды за предателями. Те же ринулись прочь, пытаясь быстрее добраться до бортика и убраться куда-нибудь подальше. Но нет. Он настиг их почти одновременно. Давая затрещины по двум бошкам, а после заламывая руки до хруста, Бакуго торжественно засмеялся и погрузил два тела с головой в воду. Монотонные хлопки вернули разбушевавшегося в чувства, расслабляя руки он отпустил трепыхающаяся добычу и злобно развернулся назад.        Недовольный Тодороки смотрел на, по его мнению, придурков, сверху вниз.        — Уже почти стемнело, пора и делами заняться, — сухо прошипел Шото, смотря прямо в душу вредителям.        — А ужин сам себя не приготовит? — игриво язвил Каминари, подталкивая смеющихся друзей. Тодороки, не удосужившись осчастливить ответом аборигенов, с громким вздохом удалился в дом. Парни, пиная и подставляя подножки, как дети ринулись переодеваться. Бакуго прямо перед лестницей словил подлый удар в пятиминутку на ноге от Эйджиро и с ревом повалился на первые ступеньки. Отставая, он поднялся на второй этаж, сбивая с ног из ниоткуда возникшую фигуру. Мидория с всхлипом повалился на спину прямо посередине коридора, немного встрепенувшись он открыл зажмуренные от неожиданности глаза. Перед ним стоял не Господь, а Дьявол. Протянув руку в знак помощи, Бакуго не получил взаимного ответа. Деку лежал и заливался краской как маленькая девочка. Еще бы, перед ним стоял мокрый, сексуальный сильный парень. С мокрых волос скатывались капли воды, на плечи, а после прокатывались как на горках по рельефному торсу, пропадая в облегающих плавках-шортах. На похолодевшем бледном лице, ярко светились алые глаза, отблескивая странным золотым цветом. Зловещий, надменный прищур не давал сделать и движения, будто если Деку шелохнется, его тут же поглотит этот дикий зверь.        — Че разлегся? — расплылся в ехидной улыбке Бакуго. Мидория, не в силах отвести прикованный взгляд нервно поджал губы. Немного помедлив, он в ответ протянул руку. Резко поднимая Зеленоволосого, Качан притянул его к себе. Ловко подхватывая за талию, а второй рукой перехватывая с кисти на локоть, пара востала в непривычной позе. Одежда Мидории постепенно начала впитывать влагу, высушивая мокрое тело кавалера. Вот так простояв пару секунд, Качан ослабил руки и Деку с тихим стоном отпрянул. Обиженные изумрудные глаза непонимающе зыркнули на него, а красные пухлые щеки выдавали изумительно милое смущение. Бакуго не смог сдержать смешка, и прикрывая разлитые в улыбке губы рукой, блеснул глазами. Вызывая еще большую волну смущения у друга, который не в состоянии совладать с собой. Мидория поспешно сбежал в свою комнату, так что пятки сверкали. Качан улыбаясь поплелся по коридору к себе.        Постепенно студенты стекались на кухню. Веселье как-то само собой исчезло. Пора было заниматься делами, каждый действовал, руководствуясь оставленным указаниям дедушки. Все продукты были собраны, Тодороки нарезал овощи, Бакуго замариновал кусок мяса для запекания, Мидория с Каминари поставили тесто для десерта и подготовили ягоды, промыв их составом с морской солью. Киришима поставил вялится в духовку помидоры и оставил настаиваться нашинкованную капусту в винном уксусе. Они не совсем понимали, что за блюда будут поданы на ужин, ну за исключением отменного куска говядины. Управившись быстрее чем, планировалось, они покопались в ящиках на кухне и нашли забытые игральные карты.        — Ну что, в дурака?! — громко предложил Бакуго друзьям, вытряхивая колоду из коробки.       — Ну раз делать больше нечего, я за, — одобряюще отозвался Тодороки, явно имея уверенность в победе. Парни поспешно заняли места за столом в столовой, раскладывая на ходу карты.        Первый кон, второй, победителя выбирал случай. Возможно, стратегия бы помогла Тодороки, но так как его оппоненты были совершенно непредсказуемы и иногда выкидывали рандомные карты без единой доли логики, он проигрывал раз за разом. Складывалось впечатление, что выигравшим оставался тот, кто вообще ни раз не думая кидал карты на стол. После очередного кона, начались словесные разборки.        — Да как ты? Где еще одна шестерка? Куда ты дел шестерку черви? Она не выходила еще. Как? — в гневе разрывался Шото.       — Да не было у меня ее! Ты совсем что ли? — искренне непонимающе ворчал Киришима.        — Но у кого она была? Вы умудрились потерять карту? Да не может быть такого. Вы нагло жульничаете! — продолжал пылать Тодороки.        — Вроде она была у меня, — раздраженно буркнул Бакуго.       — Вроде? Она точно была у тебя? Да ты не участвовал в тех ходах, где были шестерки! — недовольно завопил Шото.       — Ну я не уверен, — лениво потягиваясь выпалил Качан.        Громко, вздохнув, Шото встал, скрипя ножками стула по паркету. Направляясь в гостиную, он нервно рухнул на диван, беря в руки книгу, лежавшую на подлокотнике. Как раз ту, что оставил Мидория днем. Оставшиеся в столовой друзья что-то негромко спрашивали, видимо начали играть в сундучок.        Тодороки перелистывал страницы, не вчитываясь в содержимое. Каждый заголовок вызывал противоречивое отторжение. Книга была похоже на сборник отборного бреда из интернета про мифических существ, которых побеждали герои, боги, и обладающие божественной силой люди. По картинкам было сложно понять, кто выдумал этих монстров, но ни одного названия Шото не узнал. Но смотря на жутких существ у него пробегала дорожка мурашек по спине. Нервно передернув плечами, он уголком глаза заметил движение в темном проеме. Резко подняв голову, он уставился на темную, уходящую в глубь лестницу. Странный блик упал на одну из стен там наверху и сразу исчез.       Напрягшись, он повернулся на ребят в столовой. Они обсуждали что-то невнятное, но его привлек Бакуго. Парень не участвовал в увлекательном разговоре, а навострив уши сидел, всматриваясь в потолок. Его взгляд был прикован к свисающей люстре над столом. Он будто выжидал чего-то. Последовав примеру, Шото придвинулся ближе по дивану к столовой и внимательно уставился на люстру, не понимая, чего они от нее ждут. Повернутая к коридору с лестницей спина то и дело холодела от ощущения опасности. Бакуго вздохнул и отвел глаза от источника света, встретившись с уверенным взглядом из гостиной, он понял, что не одному ему показалось. Шото продолжал смотреть и тихо поднимаясь, кроткой бесшумной походкой направился к столу. Бакуго же заметив пристальный прищур, вернулся к занятию наблюдения. Почувствовав руку Шото на своем плече, Мидория проанализировал обстановку и присоединился к друзьям. Каминари с Киришимой вопросительно вскинув руками, продолжая для вида болтать, тоже подняли глаза. Все смотрели на несчастную люстру, разглядывая завитые железные вензеля из листьев и цветов, обвивающие основание, уходящее в потолок. Они все надеялись, что им просто показалось, а большинство просто не понимало, что происходит на самом деле.        Так прошла минута, устав наблюдать за неподвижным предметом Каминари опустил и протер глаза. Но его привлекло что-то другое. Ему показалось, что на кухне приоткрылась дверь. Пытаясь всмотреться сквозь белые круги в растертых глазах, Каминари похлопывал рядом сидящего Киришиму по ноге. И вот, люстра слегка сотряслась, потом еще. В столовой воцарилась мертвая тишина, все сжали кулаки, готовые рвануться на второй этаж. Но громкий стук на кухне, и в ту же секунду звон разбитого стекла выбил парней из колеи. Растерявшись и подпрыгнув со своих мест, они оказались в совершенно темном помещении, которое тускло, бликам освещала не полностью взошедшая луна. Замерев и прислушиваясь к любым звукам, они стояли пытаясь не дышать. А в мыслях метались разные итоги событий. А вдруг это преследователи? Что им делать? Лезть на рожон, нападать первыми? Или на них уже напали, но они не заметили, потому что позволили себе расслабиться? В полутьме, они повернулись на приближающийся шум сзади, со стороны лестницы. И когда он стал слышен всем Тодороки скомандовал.        — На улицу! Быстро! — грубо прокричал командир. Все врассыпную бросились на передний двор, кто через окна в столовой, кто через гостиную, благо окна все были открыты еще с обеда, и разбивать их не пришлось. Отбежав ближе к забору, парни приготовились возвращаться обратно в зловещий дом. Высматривая нападавших через окна с улицы, все были готовы на счет раз ринуться в бой.        — На счет раз, — еле слышно пробормотал Бакуго, но в тишине его слова резали слух.        — Р… — уже стартуя с места начал Качан. Огонь воспылал сбоку Тодороки, руки Мидории напряглись и налились силой, Бакуго с вспышкой полетел на крышу беседки перед домом, а красно-желтая пара уже бежала выбивать входную дверь. Когда просто выключился свет. Все застыли не понимая. Яркой вспышкой загорелся вновь весь дом. Ослепнув от резкого источника света, все зажмурили глаза. Оглядев все снаружи, парни собрались перед окном в столовой, через которое ранее они выпрыгивали. Пусто. Пустой дом.        — Что за собрание? — бархатный баритон заставил парней выпустить весь приготовленный арсенал на нарушителя. У ребят сердце ушло в пятки от испуга, за их спинами, легко увернувшись от всех полетевших ударов, стоял Мистер Сайленс. Непонятливо наклонив вбок голову, дедушка всматривался в округленные глаза ребят. — Страшилки у костра рассказывали? Или Белочка? — успокаивающе продолжил домоправитель.        — Да нам просто показалось, — почесывая затылок оправдывался за всех Бакуго. — А может и правда белочка, тут же лес, — оптимистично предположил Каминари.        — Как вы вошли? — скептически сложа руки на груди обратился к дедушке Тодороки.        — Я машину за воротами оставил, хотел застать вас за непристойностями. Например, распитием алкоголя, а тут такое. Вы поаккуратней с паранойей не шутят. Тем более, что она сразу у пятерых.        — Вот именно, раз она у пятерых, то это скорей всего не паранойя. Таких совпадений не бывает, — продолжил настаивать Шото.       — Датчики движения по периметру не срабатывали, – недоверчиво прояснил дедушка, открывая входную дверь.        Проходя на кухню, они увидели уже стоявшие у кладовой пакеты продуктов. А Мистер Сайленс спокойно сметал в совок стекло от разбитых кувшинов возле выхода на задний двор.        — Надо быть аккуратней, — презрительно взглянув на парней, дедушка неодобрительно покачал головой.        — Это сквозняк, — раздраженно отрезал Киришима.        Еще раз метнув недоверчивый взгляд на студентов, дедушка продолжил делать свои дела.  Остаток времени до ужина парни провели в гостинной. Атмосфера была напряженной, но никто не собирался расходиться по комнатам. Было спокойней держаться вместе. Опасаясь, что их могут услышать, парни приблизились, друг к другу образовывая круг.       — Давайте умолчим о произошедшем, — тихо предложил Бакуго. — Не стоит раздувать из этого слона. Преподаватели и так за нас волнуются. Да и мы же не знаем наверняка, может нам и правда показалось.        — Боже, Качан, нам не показалось. В доме точно кто-то был. Нельзя закрывать на это глаза, — нервно покусывая губы, чуть громче протестовал Деку.        — Нет, Бакуго прав. Пока не найдем доказательств, будем молчать. Да и мне кажется… Я думаю, это проделки Сайленса, — умозаключил Тодороки, сквозь друзей следя за дедушкой.        — Мне показалось странным, что он успел все отнести на кухню. И скорей всего он и включил свет. Может он хотел просто напугать нас? — выдвинул Киришима свою версию.        — Может и так, но мне тоже кажется его поведение странным. Просто будьте бдительны. Не выпускайте его из виду, — скомандовал Шото.  Стал слышен шум на подъездной дорожке. Приехали преподаватели. Через некоторое время прозвенел входной звонок, и они вошли в прихожую. Их встречал Мистер Сайленс в фартуке и с веничком в руках. Парни же остались заседать в гостиной.        — Добрый вечер, господа. Ужин задерживается, — предупредил хозяев дедушка.        — Тогда, пожалуй, мы пока поговорим, и как закончим, присоединимся к вам, — Бакуго, Каминари. Пройдемте с нами, — позвал ребят Всемогущий проследовать в кабинет Айзавы.  Четверка устроилась в маленьком кабинете на втором этаже, подальше от ушей.        — Буду с вами честен. Многие забили на расследование, и инцидент почти исчерпан. Но мы все равно хотим докопаться до истины. Нас интересуют не все, а недостающие кусочки пазла. Мы зададим пару важных вопросов, а потом выслушаем всю историю целиком, — задал тон разговора Всемогущий. Парни понимающе, но расстроено кивнули в знак принятия.        — Начнем. Было что-то странное, не соответствующее обычному поведению Ному? Что больше всего привлекло ваше внимание? — начал Айзава.        — Вся ситуация была нетипична. И почему вы решили, что это Ному, тоже непонятно. Он просто был похож, но. Но это скорее был человек. Изуродованный человек. Больной, но разумный, понимающий какие последствия будут его действиям, — проявил первый инициативу Кацуки.        — Согласен. Это существо само по себе было странным. Но мне больше привлекли его иглы. Они не все, но возвращались к нему. Когда он меня схватил, она из них пролетела рядом и вернулась к нему за спину, — добавил Каминари.        — И еще, от него странно пахло. Знакомый запах, но я никак не могу вспомнить, — задумчиво выдал Бакуго.  Преподаватели понимающе кивнули, а после выслушали всю историю от начала и до конца. Ничего нового узнать о происшествии не удалось, отчего Всемогущий поникше опустил глаза. Айзава разочарованно постукивая пальцами по столешницы смотрел на книжные полки.        — Ничего не сходится, — заключающе огласил Айзава и громко поднялся с места.       — Нам показалось, что за случаем с «Ному» и присутствием медбрата тогда в лазарете академии, есть связь. Но оно никак не вяжется. Еще и та ситуация с Шото. Все так подозрительно, но опять-таки, не складывается в голове как все это может быть связано, — тяжело выдыхая поделился Всемогущий с подопечными.          — Главное, что вы живы, и выглядите просто отлично. Как вам удалось так быстро выздороветь? — переходя на позитивный лад вопросил Айзава.        — Спросите у медбрата, — язвительно выплюнул Бакуго. — Я сквозь сон видел, как он мне ставил укол.        Преподаватели нервно переглянулись. Они не могли понять, как этот таинственный врач пробрался в лазарет. А главное зачем. Зачем ему помогать студентам при смерти. Много вопросов оставались без ответов.        Ужин прошел спокойно и траурно тихо. Любая попытка преподавателей заговорить отвергалась студентами. Даже постоянно чихающий без повода Бакуго, не вызывал улыбок у друзей. Все молча ковырялись в своих тарелках не поднимая глаз. Ужин закончился, даже не дойдя до десерта, у Всемогущего зазвонил телефон и тот встревоженно удалился для разговора. Айзава почувствовав неладное тоже последовал за ним, оставляя ребят в одиночестве. Те же, медленно будто кошки начали пробираться к закрытой двери по ту сторону от гостиной. Надеясь подслушать разговор они облепили косяк двери и не дыша вслушивались в редкие реплики преподавателей.        — Я вас понял, — послышалась прощальная фраза Всемогущего, а после разразился звонкий смех Айзавы. Пара вышла из кабинета резко остановившись на пороге. Пятерка горе-шпионов подпирала стены в прихожей.        — Нам сообщили, наверное, хорошие новости, — в смятении начал Всемогущий.       — Найден труп Шигараки. По официальным данным глава Лиги Злодеев мертв. Он совершил суицид сегодня днем. И если бы не затопило соседей снизу, мы об этом, возможно, никогда бы не узнали.        — Так что, одной проблемой меньше. Это дело даже не будут расследовать. Можете расслабится. Мы поехали, а вы ребят, отдыхайте, — не скрывая радости обнадежил студентов Айзава. Преподаватели поспешно уехали.        Оставшиеся в смятении друзья не совсем понимали радости их учителя. Что хорошего в том, что номера один Лиги Злодеев нашли мертвого? На замену ему может прийти кто-нибудь безжалостный. Тот, кто сможет довести начатое шайкой до конца. Уничтожить героев, или завладеть властью над миром. Мало ли, что может взбрести в голову новому злому гению. Не разделяя воодушевленности Айзавы, парни просто решили напиться. Не желая иметь дела с домоправителем, они направились на террасу, и порывшись в баре, нашли хороший сорокаградусный алкоголь. Каждый выбрал что себе по вкусу и устроился в излюбленном месте. Так пролетело часа два, просто болтая об отстраненных темах, компания хорошо проводила время. Пьяные разговоры о политике, почему снег белый и другие душещипательные темы были выдвинуты на дебаты. Но все бы ничего, но Бакуго так и продолжал чихать, да так громко, что по бокам от него сидящие Каминари с Мидорией уже заработали нервный тик.        — Да что с тобой такое! — не выдержал первым Каминари. – Ты хуже садового распылителя! Выпей что-нибудь от аллергии.        — Да я не. Апчхи-и. Я не знаю почему! Тут дико воняет имбирем с медом. Апчхи-и, — шмыгая уже красным носом вопил Качан. Все начали принюхиваться.        — Ничем таким тут не пахнет. Только розами, — констатировал факт Мидория.        — Розами? — неуверенно переспросил Тодороки и начал оглядываться по сторонам. Но никаких цветов он не нашел.        — Сыростью и лесом пахнет. Вы чего, — вклинился в разговор Киришима.        — Алкоголизмом попахивает, за ручку с шизофренией, — улыбаясь добавил Каминари.        — Придурок! Аа-а-апчхи-и, — громко разразился Кацуки.       Каминари с Киришимой выдвинули желания пойти ложиться спать и спокойно ушли, оставляя тройку друзей довольствоваться «тусовкой». Тодороки налил себе еще сто грамм и проследовал за ними.  Оставляя пару наедине.        Бакуго переставший чихать, сидел и покручивая в руке рифленый стакан наблюдал за дальнейшими действиями Мидории. Тот сидел и искренне взволнованными глазами разглядывал друга напротив. Будто желая что-то сказать.        — Деку. Я не уверен, но с тобой все в порядке? — нежно мурлыкая произнес Бакуго.        — Тоже самое я хотел спросить у тебя. Ты так упорно занимаешься. Тренировки тренировками, но не стоит перенапрягаться.        — О, ты о сегодняшнем. Тогда у меня еще больше вопросов. Ты так открыто следил за мной. Неужто маленький Деку думает о всяких гадостях? — сводя брови прищурился Качан. Смущенный Мидория потерял дар речи. Они сидели друг напротив друга и смотрели в глаза. Он не мог вспомнить, когда в последний раз им удавалось побыть наедине. Но и понял почему, с Бакуго тяжело оставаться вдвоем, а теперь от него еще исходит странное, необъяснимое желание. Он будто чувствует, что тот хочет. Волной накатывает и придавливает жестокое звериное эго, будто свирепый лев сидит перед ним и ждет, когда двинется его добыча.  Он и есть, та самая добыча, загнанная в угол.        — Не понимаю, о чем ты, — опуская глаза выдал Мидория. — Ничего подобного не было.  Не удивляясь реакции Качан медленно начал надвигаться на друга. Садясь прямо перед ним, и ставя на пол допитый стакан, хищник протянул руку к красной, горящей от смущения щеке Деку. Тот попытался отпрянуть назад, но места для отступления не оказалось. Он уперся в балюстраду спиной, смотря глубоко внутрь красных сверкающих глаз, рука достигла цели. Внутри него все сжалось. Такая холодная ладонь легла на щеку и нежно поглаживая перешла на плечо. Тот, кто сидел перед ним, не был похож на его старого друга. Но еще больше манил к себе, будто он наконец открылся ему, показал настоящего себя. Жаждущего, жестокого себя.  Бакуго, еще справляясь с нарастающем напряжением, медленно придвигался к добыче. Внутри все трепетало, а голос внутри шептал. Шептал ужасные вещи. Он не был готов следовать им, но тело само. Само двигалось вперед, стараясь овладеть беззащитным, загнанным в угол другом. Разум затуманивался, его рука тянула за подбородок к себе смущенное личико Мидории. Оставалось пару сантиметров до соприкосновения губ. Яркие глаза Деку сверкали от маленьких слез, скопившихся в уголках. Он не верил, не мог поверить, что это происходит с ним.        Громкий топот не останавливал пару продолжать начатое, слегка приоткрывая пухлые искусанные губы, Мидория сам поддался вперед, кротко до касаясь до подбородка Качана. И вот, поднимаясь чуть выше.        С ударом открылась дверь на террасу. Стоящий в проеме в одном полотенце Тодороки тяжело дышал, руки и ноги тряслись от паники.        — Мне все равно чем вы тут занимаетесь. Он был здесь. Он нашел меня! — стремительно двигаясь к бару, вопил Шото.        Недовольно фыркнув, Бакуго повернулся к наливающему алкоголь другу. Раздражающая ситуация вынудила его подняться и уйти от своей игрушки. Мидория отдышавшись, но испытав блаженное спокойствие от спасения, тоже подошел к бару.        — Я пришел в комнату и сразу пошел в душ. А когда вышел, я увидел на столе вазу с цветком, — дрожал всем телом Тодороки.        — И что? Это просто ваза. Мистер Сайленс по любому заходит в наши комнаты убираться, — грубо отрезал Кацуки.        — Нет. Это была роза. В стеклянной квадратной вазе. Здесь не растут Розы, в саду их точно нет. Тем более черных. Да и то, что в записке, мерзость, — наливая второй стакан протестовал Шото.       — Давай поподробней, ты же не гороскоп. Что за записка? — раздраженно вытягивал информацию из друга Бакуго. — Не волнуйся так, успокойся и спокойно расскажи, — поглаживая Шото по спине Мидория кинул осуждающий взгляд на Кацуки.        — Бред. Просто бред. Да почему именно я? И это означает, что нам не показалось. В доме был кто-то посторонний. Это был мой сталкер! — стукая кулаком по столу изнывал Тодороки. Разжимая кулак, он расправил небольшой прямоугольный листок бумаги и отдал его Мидории. Тот прочитал вслух содержимое. 

“Все для тебя, моя любовь. Не переживай и живи спокойно.“

Надеюсь, тебе понравился мой подарок!

Р.С. Алые реки во имя тебя

      — И. И что это значит? — озадаченно поднял глаза Деку, ища ответа в лицах друзей.        — Он имеет ввиду сорванную розу? — посмел предположить Бакуго.        — Не думал, что ты романтик, — язвительно выплюнул Тодороки. — Да тут черным по белому написано, что, он убил Шигараки для меня! Только вот зачем, непонятно. Меня он не волновал никогда. Есть и есть, ну и хуй с ним, все равно бы его убили.       — Вариант с сорванной розой мне тоже кажется более реальным, — поддержал друга Мидория.        — Как вы не можете понять. Кто-то одержим мной. Кто-то знает где я, а следовательно, где мы все. А это секретное личное поместье нашего преподавателя. Либо это искусный сталкер, либо профессиональный злодей, сидящий в тени до этого момента, либо…        — Либо это кто-то из нас? Ты это хотел сказать? — прервал друга Бакуго, — Ты хочешь посеять смуту среди нас? Да это абсурдно! Как ты посмел! — совсем загораясь от ярости зарычал Качан.        — Это бы многое объяснило! Проникнуть в общежитие незаметно, найти меня здесь! — отчаянно кричал Шото, поправляя полотенце на бедрах.        — Слишком просто, чтобы быть правдой, — заметил Мидория и накинул на охладевшего Тодороки плед.         Парни продолжили свой диалог, пока Бакуго безучастно ушел в себя. Болтовня друзей стал фоновым шумом. Он налил себе очередную порцию бурбона из бара и отошел к балюстраде, наблюдая как искрились звезды на лунном небе. У него внутри все сжималось со страшной силой. А перед глазами застыло лицо смущенного Мидории, искусанные влажные губы, вздернутый маленький носик. Тот момент, прикосновение к нежному лицу с веснушками, обжигающе горячее для холодных рук. Он будто пробудил в нем что-то. Бакуго задумался, а правда ли это заслуга Деку? Может у него просто начался тот период, когда хочется с кем угодно и где угодно. Странные возбуждающие сны, зов изнутри, начавшийся с приездом в поместье. Может просто стечение обстоятельств. Но тот зов нельзя было описать словами, он погружал в омут, затягивая на глубину. Будто наступив в воронку, ты больше не сможешь вернуться на поверхность. Чувства и желание нахлынут такой волной, что собьют все рамки приличия. А тот раздражающий нос запах. Имбирь с медом? Он ненавидел имбирь, но снова почувствовал его отголоски в воздухе. Он шел с кухни, и дурманно манил Качана спуститься, найти источник аромата. Глаза заплыли пеленой, и парень ловко махнул через преграду вниз к огороду.       Медленно ступая к двери на кухню, Бакуго принюхивался, но уже не чихал от раздражающего запаха. Красные, как раскаленные угольки глаза заглядывали в стеклянную дверцу. В полутьме виднелся примерный силуэт. Стараясь бесшумно открыть дверь, парень пробрался в помещение. Запах стал невыносимо сильным и бьющим в нос. Силуэт становился четче с каждым шагом. Источник стоял спиной к выходу, опираясь на гарнитур посередине кухни. По звуку, он пил воду. Бакуго, украдкой, на корточках подошел к цели. Вонь свербила так, что он хотел зажать нос. Выпрыгнув из-за угла гарнитура, он быстрым кувырком оказался прямо перед силуэтом. Встав на обе ноги, он придвинулся вплотную к цели. Его пронзила молния, когда он увидел золотые прикрытые глаза. Денки, издавая хриплые сладкие стоны еле стоял, опираясь на столешницу. Бокал с водой еле удерживали слабые длинные пальцы парня. Каминари, взглянул прямо в глаза и обвил руками напряженную шею спасителя. Прижимаясь всем телом к другу, парень взвыл и отпустил стакан, выливая воду на пол. Кацуки не мог объяснить, почему у него внизу все встало колом и изнывающе гудело, просило о прикосновении.        — По-омоги мне, пожалуйста, — хрипло выдавил из себя Денки, обдавая горячим дыханием ухо друга. Лихорадочный жар витал вокруг пары, не собираясь остывать. Бакуго пытаясь привести друга в чувства грубо укусил Каминари за плечо, но вместо прозрения получил сладкий стон, который пришлось глушить рукой. Выхода не оставалось, Качан погрузил оголенное тело в нижнем белье на руки и понес в комнату. Ступая медленно и проверяя обстановку на этаже, он быстро дошагал до покоев друга. Занося и закрывая за собой дверь, парень погрузил тело на мягкую кровать. Бледные, слабые руки впились в бедра Бакуго, не отпуская к выходу.        — Не уходи, останься, — тихо прошептал Денки, притягивая к себе желанного любовника. Тот стоял неподвижно как скала, наблюдая как измученно вьется на кровати его друг. Он не заметил, как Денки опустил руки. Проводя ладонями по изгибам своего тела, лихорадочно зажимая одной рукой вставший текущий член, Денки сладко постанывал. Бакуго прикрывая рот, приковано следил за каждым движением. Представляя, как может развернуть это тело и поставить на колени, не растягивая и подготавливая, войти в узкую дырочку. Прикусив пальцы до крови, он возвращался в реальность, но все еще не мог сдвинутся с места. Неистовый, дурманящий аромат окутал его в плен. Денки подползая к краю кровати потянулся руками к штанам любовника, ловко развязывая бантик на поясе спортивных штанов. Те стремительно спустились без сопротивления до середины бедра, открыв черные боксеры, плотно прилегающие к телу. Похабно открывая рот, из которого так и текли слюни, Денки приблизился к выступающему сквозь ткань члену. Прильнув губами, он прошелся поцелуями по всему стволу, задерживаясь на головке мучая Бакуго свои горячем дыханием. Тот схватил за затылок Денки и сжимая волосы потянул назад, наклоняясь и смотря в залитые слезами глаза, Кацуки вытер текущие слюни свободной рукой.        — Что с тобой делать, — грубо отрезал Бакуго. — Не шевелись, — он оставил извивающийся клубок страсти и вошел в ванную. Ища глазами что-нибудь подходящее из имеющегося, он остановился на полотенце. После, открыл зеркало и разрывая аптечку стал смотреть на падающие оттуда пластинки. Увидев знакомое название, «Ново-Пасит», он радостно высыпал себе горстку в ладонь и идя к ложу рвал полотенце на тонкие ленты. На простынях все еще горячий развалился Денки, забвенно ласкающий себя со всех сторон. Бакуго, одним прыжком сел поперек его тела, хватая и собирая руки в кучу, он перевязал их между собой, а после к железным прутьям кровати. Каминари брыкался и уже хотел кричать, но его остановила хлесткая пощечина, вызвавшая волну забвенного возбуждения. Быстро вернувшись к подножию кровать, Бакуго проделал тоже самое с ногами. Искры гнева вылетели из золотых глаз.        — Прошу, не надо. Не уходи! — слезно закричал Каминари и забился в оковах.  Бакуго вернулся на кровать и попытался засыпать таблетки в рот друга, но тот сопротивлялся и выплевывал их.        — Да чтоб тебя. Денки! Да ты мне завтра спасибо скажешь! — опять седлая парня в оковах шипел Бакуго.        Киришима, зашедший на шум, стоял немного пребывая в шоке. От увиденного он неестественно скривил улыбку и прикрыл дверь.        — Вы че, че за хуйня? — прерывая визги и рев выругался Эйджиро.        — Помоги мне, ему надо дать «Ново-Пасит»! Он сопротивляется! — не переставая сжимать щеки Денки, прикрикнул Кацуки.        — У него депрессия? Нервы шалят? Какой нахер «Ново-Пасит»? — подходя ближе выпалил Киришима.        — Ну а что ты предлагаешь? — У меня есть снотворное, осталось пару таблеток. Сейчас принесу, — быстро приняв решения убежал Киришима, через пару секунд возвращаясь обратно в секс-комнату.        Зажав коленями голову Каминари, Бакуго пальцами раздвинул его рот и Киришима устроившись сверху на руках Денки, насильно засунул небольшую круглую таблетку прямо в горло. Тот умудрился зажать челюсть и прикусить две пары пальцев. «Насильники» через силу сглотнули стоны боли и сели по разные стороны кровати. Пока «пациент» продолжал пытаться выбраться из оков, парни сидели в каком-то отчуждении.       — У тебя штаны спущены, — сделал замечание другу Киришима, — А с ним вообще что? Ведёт себя как сучка во время течки.       — Не знаю. Первый раз такое вижу, он будто под действием наркотиков, — спокойно натягивая штаны заключил Бакуго. — Посидишь с ним, пока он не уснёт? Мне явно надо остыть и переварить все что произошло.       — А что произошло? — Ничего, за что мне завтра придется краснеть, — напоследок гордо отрезал Бакуго.       Ввалившись в свою комнату, Качан тут же ворвался в душ и встал, не снимая одежды, под ледяную воду. У него дико горело все тело, а член изнывал от боли. Он гордился собой, что не поддался на такую манящую провокацию. Но последствия принятого отказа тоже не заставляли себя ждать. Скинув мокрую одежду, парень вернулся в комнату и плюхнулся на не заправленную с утра кровать. Мысль вернуться и попросить у Киришимы таблетку снотворного навязчиво крутилась в голове. Но лень преобладала, даже лениво было одеть нижнее белье, не то, что встать и куда-то пойти. После ледяного душа, налитый кровью член ничуть не уменьшился в размерах, и все так же зудящей болью требовал разрядки. Без особого удовольствия, скорее с отвращением, парень за пару минут разрядил свой ствол. «Выстрел» сопровождался только болью и опустошением. Выдохнув с облегчением, парень провалился в страну грез. Сквозь сон, он слышал, как Мидория помогал добраться Тодороки до комнаты, а после сам ушел, шатаясь спать. День был мучительно долгий.