Les feuilles mortes

           А ныне солнце яркими красными стрелами пробивает полог дыма и пыли над Люмиосом. Обрывки облаков и заснеженные вершины хребтов далеких лысых гор, точно заливая раскаленной лавой, обагряет его угасающий свет. Закатное небо сияет оранжевым золотом. Лисандр стоит неподвижно, черной каменной статуей. На его влажных глазах пляшут золотые блики.            С ним на связь выходит Мейбл. Она сообщает, что Дианта Корнетт замечена приближающейся к Башне Призма, в одиночку. Он ничего не отвечает и отключает гарнитуру.            Лисандр поднимает взгляд на Зигарда. Легендарный покемон дышит неистовством, его упругое черное тело напряжено, как сжатая пружина. Даже малейшая дрожь его головы заставляет смертоносные лозы стремительно ветвиться и разрастаться — они разбивают строения и автомобили, рушат городские коммуникации, из-за чего на тротуарах и дорогах возникают провалы, из которых бьют фонтаны воды под напором, затопляя улицы, а где-то валят клубы горячего пара, в котором теряется видимость. Грохот сливается с воплями боли людей и покемонов, обожженных, травмированных и раненых поломанными плитами, осколками кирпича и фрагментами дорожного покрытия. Многие из них уже обречены на смерть и похоронены под завалами. Повреждения и перегрузки электросети вызывают сильные пожары, заставляя в мгновение ока пылать целые здания и клубки черной растительности. Прорывающиеся из недр лозы тянутся все дальше, уходя далеко за городские окраины и уже норовя переброситься через обступающие Люмиос каменистые холмы. Туда же черными облаками летят кричащие стаи городских птиц.            — Может, стоило отдать приказ захватить ее здесь и сейчас, — задается Лисандр безответным вопросом, — силой удержать ее в безопасном месте? После этой операции она возненавидит меня до конца своих дней, я разобью ей сердце! Но зато она будет спасена. Она должна быть спасена! Ивельталь, почему я этого не сделал?! Что теперь осталось мне?!            Он скалит зубы, потирая кулаком переносицу, и с болью досады мотает головой. Ноги несут его от одного края смотровой площадки к другому и обратно, он мечется между двух обрывов, и здесь не увидеть выхода.            — За такого человека стоит бороться! — произносит Лисандр, замерев на краю. — Не силой, а как раньше — бережно, осторожно, в открытую. Выбирать слова, снова откровенно говорить с ней. Попытаться сорвать цветок на краю бездны.            А у входа в Башню Призма Дианта сталкивается со знакомой грубой женщиной с короткими фиолетовыми волосами. Они общались прежде, но теперь не приходится ждать понимания и формальной любезности. Целозия преграждает Дианте путь, а за ее спиной выстраиваются в ряд младшие сотрудники Лабораторий Лисандра в неизменных красных костюмах. Теперь их следует называть рядовыми команды «Пламя». На пряжке ремня каждого из них — эмблема организации, а в руках — необычные громоздкие черно-бордовые ружья.            — Дианта Корнетт, великая чемпионка и звезда мирового кино, — Целозия обращается к ней елейным голосом, развязно шагнув вперед и поставив руки на пояс. — Уделите мне минутку Вашего драгоценного внимания!            — Уделю хоть две, если проведете меня к Лисандру, — обычным для себя учтивым тоном отвечает Дианта.            За ней по ступенькам поднимается Мейбл, резкими движениями поправляя выбившийся на ветру из-под алой куртки синий галстук.            — Новых распоряжений не поступало, — флегматично докладывает она.            — Что ж, Вам повезло, — хмыкает Целозия. — У нас приказ мсье де Флера: если Вы явитесь, пропустить Вас. Мейбл, покажешь дорогу этой леди? Красной ковровой нет — какую есть.            — Очень оригинально, — вздыхает Дианта, иронично изображая разочарование.            Мейбл ведет ее наверх, минуя заблокированный лифт, по лестницам, каждая площадка которых охраняется вооруженными рядовыми в красном, через разрушенный электрический стадион, мимо машины Ксеросика. Губы ученого растягиваются в искренней улыбке, когда он видит Дианту:            — Лисандр ждет тебя!            Она кивает. Ксеросик открывает перед ней двери, ведущие по еще одной узкой лестнице на смотровую площадку под шпилем, где на одном из боковых выступов стоит Зигард, бросая зловещую тень угрозы на Люмиос. Подняться туда Дианте предстоит уже без сопровождения. Лисандр, в имиджевом черно-красном костюме, с царственной осанкой, стоит там и смотрит на разрушение города так, словно захвачен катарсисом во время созерцания величайшего в истории произведения искусства. Так же он смотрел и на Дианту, с первой их встречи, и на каждой новой встрече.                          Вечная Флоэтт помнит октябрь минувшего года в Хоэнне — мягкий, украшенный щедрой зеленью тропиков, согретых термальными источниками. Два теплых течения, омывающие регион, приносят частые туманы, но тот особенный день поначалу был благодатно солнечным. Лисандр встретил Дианту на вертолетной площадке. На днях он звонил ей и пригласил посетить с ним историческое место близ природного парка Форина. Он высказался об этой встрече как о приглашении к сотрудничеству и о попытке удивить знаменитую актрису. Дианта сошла с вертолета, придерживая руками широкополую черную шляпу с белой лентой. Длинный узкий тренч и высокие сапоги делали ее образ сдержанным и строгим, но его смягчали игривостью нежно-розовый шейный платок и компактная сумочка того же оттенка.             — Мсье де Флер! Прекрасный день, не правда ли? — Дианта просияла улыбкой, опустив темные очки на кончик носа, на ее щеках обозначились едва заметные ямочки. — Природа здесь восхитительна.            — Рад снова увидеть Вас, — Лисандр взял ее за плечи и склонился для приветственного поцелуя. — И рад, что Вы тоже цените природу. Я намерен сегодня по возможности скрасить впечатление от нашего первого общения. Я ни в коем случае не хотел тогда Вас смутить или напугать.            — Меня тот разговор, скорее, озадачил, — уточнила Дианта. Она сняла очки и опустила руки, глядя вниз в задумчивости. — Мне часто говорят, что я красива, но я нечасто слышу от человека, сделавшего столько для Калоса и всего мира, что он хочет этот мир уничтожить. Это звучало, как… боль?            — Да, наверное, не самое удачное выражение, — Лисандр тоже потупил взор и прикусил губы. Он расчесал пальцами волосы и глубоко вздохнул. — Я иногда в порыве эмоций говорю странные вещи. Вы могли бы подумать, что я ненавижу мир, но на самом деле я его люблю. И люблю слишком сильно. Красоту хочется удержать, сделать вечной…            — «He believes in beauty, He believes in beauty» … — звонким голосом напела Дианта, с теплотой посмотрев на него.            — Да! — отрадно улыбнувшись, вскликнул он. — Точно! А Ваш дебют на киноэкране — это же действительно мой самый любимый фильм. Ведь я тоже «уже достаточно стар, и теперь мне надо повзрослеть».            — Я и не думала, что Вы преувеличиваете, говоря об этом фильме. Так высказаться о красоте мог только тот, кто мыслит, как художник.            — Спасибо за понимание, — Лисандр обнял ее за плечи и крепко прижался к ней, закрыв глаза. Она почувствовала, как глубоко он дышит. После объятий он так и не мог отвести от нее глаз и продолжал держать ладони на ее плечах.            — Да-да, настоящая, не голограмма, — Дианта легко ударила его по руке и засмеялась.            — Я так рад, что Вы здесь! — Лисандр еще раз широко улыбнулся ей, убрал руки и гордо расправил плечи. — Следуйте за мной! Если все получится — сегодня Вы не просто мне поможете, но и увидите что-то уникальное. Достойное Вас.            Дианта на миг засмотрелась на него — идеальная выправка впечатляла не меньше, чем огромный рост. Ей было в новинку видеть его в черной летной куртке, грубых походных штанах и высоких ботинках, с ножом на поясе и с тактическим рюкзаком за плечами, на ремнях которого он закрепил экшн-камеру и голо-кастер. Маршрут пролегал через первозданный лес по гористой местности, и Лисандр часто сверялся с голографической картой.            — Значит, нас привело сюда предание об истоке мега-эволюции? — завела беседу Дианта, оглядываясь по сторонам, азартно ловя впечатления от буйства дикой природы. — Признаться, я просто обожаю такие неисследованные места.            — Да, — подтвердил он. — В легендах исток феномена мега-эволюции упоминается как Радужный Камень. И он, предположительно, связан с первой встречей человечества и Рейквазы — супер-реликта внеземного происхождения. В Хоэнне найдены артефакты, подтверждающие эту гипотезу. У меня на днях была встреча с местным чемпионом Стивеном Стоуном, он тоже занимается исследованиями…            — Да, я хорошо его знаю, — отметила Дианта. — Стивен интересуется археологией.            — И далеко не на любительском уровне. Мы отлично побеседовали, обменялись имеющейся информацией, благодаря которой мы с Вами сегодня здесь.            — А еще у Августина Сикамора, кажется, есть относительно новая теория, что с Рейквазой связана и первая в истории мега-эволюция. Вы не думаете пригласить его к сотрудничеству?            Лисандр остановился. Он сел на камень, поросший густым темным мхом и мелкими ползучими растениями, и жестом подозвал спутницу ближе.            — Мои исследования мега-эволюции секретны, — сурово проговорил он, глядя ей в глаза, — я закономерно опасаюсь, чтобы они не попали не в те руки. Знаете ли, как это бывает — в истории человечества примеров масса, когда благие идеи использовались во зло. А Сикамор, на мой взгляд, не особо отличился осмотрительностью и твердой волей.            — Вы что же, не доверяете ему? — не без удивления спросила Дианта. — Это несколько… странно слышать — он называет Вас своим другом.            — Да? Что ж, в соцсетях, наверное, в Чатоте год назад он меня нашел… — Лисандр призадумался, поглаживая бороду, — был настырен, и я согласился уделить ему немного времени. Пару раз мы беседовали, за чашкой кофе, он расспрашивал меня о легендах Калоса. Неужели он после этого на радостях уже вообразил себе дружбу? — он растерянно усмехнулся. — Как по мне, это выглядело как жест вежливости, коим и являлось.            — Или я не точно запомнила, как он выразился, — в неловкости пожала плечами Дианта.            — Я не собираюсь его осуждать, — Лисандр неоднозначно покачал головой. — Просто… такого человека легко обвести вокруг пальца. Мы позаботимся о его безопасности, если не станем ничего говорить ему об этих исследованиях и находках. Я рассчитываю на Вас. И верю в чистоту Ваших помыслов и в прочность взглядов без тени сомнения.            Дианта приоткрыла рот, но так ничего и не ответила. Лисандр вновь включил голографическую карту и просмотрел оставшийся отрезок пути, прежде чем продолжить поход.            Густой влажный лес, дышащий освежающей прохладой и терпким запахом земли, начал расступаться. Все реже становились группы деревьев, все чаще попадались на пути нагромождения камней — не бесформенных валунов, а отесанных рукой человека, покрытых заметным даже сквозь мох геометрическим орнаментом. Вскоре Лисандр привел Дианту на гребень высокого, поросшего густой травой холма, и перед ними среди низкорослой зелени предстали древние серые руины в виде нескольких ступенчатых пирамид. В центре возвышалась отличная от других, исполинская конструкция, которую венчали две колонны без капителей — часть постройки была обрушена. Блоки главной пирамиды покрывали глубокие резные узоры, состоящие из окружностей и лучей.            — Ой! Полагаю, мы не первооткрыватели, — Дианта ускорила шаг, спеша поближе рассмотреть памятник древней цивилизации, — но это место впечатляющее! Фантастика!            Лисандр сохранял сосредоточенность в пристальном взгляде, но, услышав ее восхищенный голос, не смог сдержать беглой улыбки.            — Артефакты, указывающие на то, что источник можно найти здесь, были обнаружены лишь недавно. Например, пара табличек с надписями: «Путь начинается с врат. Он явится, когда сияние двух ключей соединится, если их владельцам ведомы истинные узы». Судя по пиктограммам, речь идет о камнях-ключах, которые необходимо поднести к тем колоннам.            — И тут не обойтись без еще одного тренера мега-эволюции, — Дианта подмигнула ему и сняла с шеи изящный кулон в форме сванны. Камень-ключ, обрамленный золотом, переливался оттенками мятно-зеленого и бледно-розового света.            Они начали осторожное восхождение. Лисандр шел впереди, проверяя ногой каждый кирпич. Строение оказалось выше любого из крутых холмов, которые им уже пришлось преодолеть на пути сюда. Лестница, проходящая по центру грани усеченной пирамиды, привела их к небольшой площадке с концентрическим узором, обрамленным базами двух колонн, которые оканчивались вровень с кронами самых высоких тропических деревьев. Лисандр положил правую руку, на среднем пальце которой носил мега-кольцо с красноватым камнем в черной оправе, на одну из колонн, Дианта, переглянувшись с ним, обмотала цепочку кулона вокруг запястья и, прижав камень-ключ большим пальцем к ладони, тоже коснулась колонны. И тут над площадкой разлился искрящийся свет. Орнаменты на каменных блоках засияли, а над лесом пролегла дорога к массивной возвышенности в непреступном сердце Форины — в центре громадной каменной розы, образованной глубокими размытыми расщелинами и отвесными песчаниковыми скалами. Пик горы с лысыми крутыми склонами терялся в низких облаках. К нему вел мост, составленный словно из стекла или прозрачного льда, наполненного радужным свечением — точно сотни кристаллов хрусталя, выложенные в лестницу к вершине, преломили свет полуденного солнца. С губ Дианты слетел невесомый вздох удивления.            — Этот путь действительно явился! — вдохновенно и взволнованно воскликнул Лисандр. — Искать его можно было вечно. Я очень Вам признателен.            — Что Вы, я не могла и представить ничего подобного! — Дианта осторожно подошла к краю площадки и кончиками пальцев дотронулась до прозрачного блока, зависшего в воздухе, сперва совсем легко, потом уверенно. — Что-то вроде тех барьеров, что создают психические покемоны из ментальной энергии. По этой дороге, видимо, можно идти.            Лисандр склонился над ней, опустив руку ей на плечи. Она обернулась и встретила его трепетный взгляд.            — Знайте это, — решительным полушепотом произнес он. — Если вдруг Вы оступитесь, я всегда Вас подхвачу. Обещаю.            — Чудесно, — Дианта приобняла его в мимолетном знаке признательности, а в следующее мгновение уже стояла на ступенях, проложенных по воздуху незримой силой.            Дорога привела их на плато, где разрастающийся лес едва не поглотил корнями и лианами руины целого города с цилиндрическим строением в центре — видимо, когда-то это была башня. Все густо заросло косматым сфагнумом, стелющейся маршанцией и зеленовато-желтым накипным лишайником. Внутри башни обнаружился глубокий колодец, куда не мог проникнуть льющийся через край обрушенных стен солнечный свет. По бокам его вечной стражей стояли два кубических алтаря, окруженные орнаментами, составленными из окружностей и квадратов. На алтари были водружены два каменных шара, а их помосты покрывали резные надписи на древнем языке.            — Теперь нужно поднести ключи к двум алтарям, — сообщил Лисандр. — Радужный Камень, очевидно, хранился именно здесь.            — Камень-ключ реагирует на них, — заметила Дианта, приблизившись к одному из постаментов. — Думаю, нам лучше сделать это одновременно?            Лисандр кивнул и шагнул к другому алтарю. Он медленно поднес руку с кольцом к каменному шару. Руины вмиг наполнились светом, переливчатым и мягким, он заполнил, как вода, борозды орнаментов, и из колодца, ставшего центром блещущей всеми цветами мандалы, появился огромный заостренный кристалл. По высоте он занял почти всю башню, не имеющую свода. Он был подобен сияющему бутону невиданного цветка.            — Ой! Это прекрасно! — проронила Дианта. — Вы нашли его, — она перевела взгляд на Лисандра. Ее глаза едва заметно слезились от восторженного трепета. А он стоял напротив, за Радужным Камнем, так и застыв на месте, сжав в кулаки опущенные руки, вскинув голову и подняв брови. Голос Дианты вывел его из оцепенения. Лисандр зажал клавишу голо-кастера и продиктовал:            — Док, принимайте координаты.            Тотчас же он сорвался с места и быстрым шагом направился к спутнице.            — Как Вам эта красота? — Лисандр более не мог сдерживать радостной улыбки во все зубы. — Порой в это сложно поверить, но в нашем мире существует нечто такое! Выдающееся.            — Что ж, поздравляю Вас с важным открытием! — Дианта протянула ему открытую ладонь.            — Я бы сейчас носил Вас на руках за это! — возгласил он, смеясь и потрясая раскинутыми руками, а затем взял ее под локоть и провел к каменным лавам, бегущим вдоль стен башни. — Присядем здесь? Вы заслужили поцелуи. В смысле, калиссоны.[3]            — Так вот что было в рюкзаке! — усмехнулась с удивлением Дианта, когда он достал коробку с пирожными.            — Не думайте, что это непрактично — там чего только нет, — Лисандр показал ей содержимое походного рюкзака: — Запас воды, кресало, веревки, аптечки…            — Даже складная лопата? Какая уж тут непрактичность — это я сегодня легкомысленная и неподготовленная.            — Вы можете положиться на меня — приглашая Вас, я непременно обо всем позабочусь, зная, что нужно учитывать все, что может в таких местах случиться. Мы до этого момента вообще не могли знать, куда прибудем и с чем будем иметь дело! — заметил он и протянул Дианте термокружку: — А еще есть ройбуш. Чтобы можно было устроить здесь в ожидании чайную комнату.            — Благодарю сердечно! — сказала она. Взяв двумя пальцами калиссон из коробки, она скромно попробовала угощение и сделала пару глотков ройбуша. — Сладковатый чай и миндальные пирожные отлично сочетаются. Ни в какое сравнение с энергетическими батончиками.            Над лесом воздух загудел от шума приближающегося компактного грузового самолета. Он приземлился на плато, и Лисандр вышел к нему, за ним последовала и Дианта. По трапу спустился полноватый мужчина в красном костюме с удлиненным пиджаком, синих диэлектрических перчатках и оранжевых кроссовках. Он носил круглые смарт-очки. Его медно-рыжие волосы были убраны в эксцентричную прическу топ кнот.            — Это доктор Серж Ксеросик, — представил его Дианте Лисандр, — ведущий ученый наших лабораторий…            — И самый стильный, — улыбнулась, узнав его, она. — Мне Вы таким запомнились, когда рассказывали о «зеленой» энергетике в одном из презентационных роликов компании мсье де Флера.            Ксеросик смущенно засмеялся:            — Я польщен, но Вы тогда наверняка не видели моих ассистентов, — он кивнул в сторону двух статных светловолосых женщин, сошедших за ним на плато. Они обе были в смарт-очках и носили похожую облегающую красную униформу, только у первой с галстуком мягкого зеленого цвета — помадой того же оттенка были накрашены ее выразительные губы. Вторая женщина, с рыжеватыми волосами, подстриженными шапочкой, носила горчично-желтый галстук.            — Это Бриони и Алиана, — сказал Ксеросик. — Мы будем исследовать Радужный Камень. Ох, не терпится его увидеть!            Лисандр вновь предложил Дианте сесть в стороне, пока его ученые разворачивали передвижную лабораторию, настраивая компьютеры, устанавливая сканеры, анализаторы спектра, лазеры и прочее необходимое оборудование.            — Так, что тут у нас, — Ксеросик просмотрел первые полученные данные. — Предположительно, энергия, как у мега-камней. Есть определенное сходство и структуры…            — Думаете, огромный мега-камень? — переспросил его Лисандр.            — Да это вундеркамень! — потрясенно воскликнул ученый. — Тут показатели зашкаливают!            — Камень-ключ продолжает реагировать на него, — заметила Дианта, посмотрев на золотой кулон, который продолжал испускать свечение. Лисандр тут же взглянул на свое мега-кольцо:            — У меня тоже. Док! Слышали? — вновь окликнул он Ксеросика. — Что это может значить?            — О, да он начал испускать массивные потоки энергии. Ну, мы продолжаем анализ… Внутреннее давление становится больше, чем я предполагал!            Погода на возвышенности переменилась в один момент, когда солнце буквально исчезло. Облачность над руинами башни стремительно становилась плотнее, небо чернело, угрожающего вида воронка грозового фронта стремительно закручивалась над сияющей мандалой древних руин. Молнии бурлили в ее клокочущем темном нутре. На секунду в этой облачности появился проблеск, оформившийся в желтоватый диск. Но это было не солнце.            Желтый глаз внеземного титанического существа в ярости сузил щель зрачка. Не узнать его было невозможно. Изумрудное змеиное тело древнего покемона чертило резкие ломанные линии, ловко ныряя между молний. Рейкваза издал гортанный хрип и засиял в сфере электрических искр, вбирая энергию Радужного Камня. Его тело покрылось черно-янтарным узором, и по бокам его укрупнившейся, украшенной острыми костными выростами головы отрасли длинные, горящие неоновой желтизной усы-плети.            — Этого мы не учли, — напряженно взирая в небо, произнес Лисандр и обратился к ученым: — Сворачивайтесь!            — Смеетесь, босс? Да как мы могли учесть это?! — растерянно всплеснул руками Ксеросик. Его лицо стало еще бледнее, чем обычно.            Рев Рейквазы прокатился по воздушному пространству, окружая плато — инфразвук, сотрясающий внутренности, перешел в агрессивное шипение. Ученые не успели даже начать погрузку оборудования на борт, когда покемон попытался атаковать их Пульсом Дракона и взорвал самолет.            — Мы вызвали его ярость, — заключил Лисандр, сосредоточенно оглядываясь.            Атака Рейквазы разрушила горную породу, отрезав единственный возможный, хоть и крайне рискованный, пеший путь с плато. Небесный мост тоже исчез, столь же мистически, как и появился.            — Это его мега-камень! — проронил Ксеросик в отчаянии. — Но не сражаться же с ним…             — А мы попробуем, — Дианта не предложила, а решила, совершенно не теряя оптимизма в звонком голосе. Она закрепила кулон с камнем-ключом на шее и подкинула вверх извлеченный из кармана покебол: — Гардевуар, наш ход! Эксельсиор.[4]            Во вспышке света гардевуар Дианты преобразилась, став практически полностью белой, с парой красных гребней на груди, напоминающих символ сердца.            — Гьярадос, ты тоже! — без раздумий поддержал инициативу Лисандр. — Мега-эволюция!            Крупный гьярадос насыщенного красного, почти гранатового окраса вмиг обрел еще более массивный и свирепый вид. Агрессивным ревом он обозначил свое рвение сражаться.            — Хвост Дракона! — скомандовал Лисандр.            Гьярадос взлетел, но не успел провести атаку. Рейкваза, извиваясь, обошел его, ударил массивной головой под дых и, кувыркнувшись в воздухе, снова бросился на него на высокой скорости, используя Восхождение Дракона. Легендарный покемон сиял, как комета с изумрудным хвостом. Гьярадос, теряя свой временный облик, падал в пропасть. Дианта метнула взгляд на гардевуар — и та остановила его падение и мягко опустила его на землю, используя телекинез.        — Спасибо! — крикнул ей Лисандр, схватил свой рюкзак и в спешке достал одну из аптечек. Он подбежал к своему покемону: — Рейкваза сделал его, как дитя… Вот это сила…            Он принялся действовать быстро и четко, со знанием дела — осмотрел тело гьярадоса, пропальпировал место удара и обработал концентрированной настойкой, затем влил в пасть покемона зеленый экстракт «листьев жизни». Гьярадос пришел в сознание, зарычал и принялся махать головой в отвращении.            — Знаю, что тебе не нравится, — Лисандр похлопал его по лбу и вернул в покебол. А Рейкваза, сделав круг над руинами, вновь начал приближаться. Его пасть засияла так, словно в ней разгорелись раскаленные угли, и он выдохнул потоки огня куда-то вглубь чернеющей небесной воронки.            — Осторожно! — что есть мочи прокричал Лисандр: — Он использует Метеор Дракона!            — Станьте кучнее, возле меня, все! — потребовала Дианта и вновь обменялась беглыми взглядами с гардевуар. Та подняла ладони и использовала Отражение. Над головами людей возник защитный экран из психической энергии, похожий на стекло, усыпанное золотыми искрами. Удары каменных осколков об него звучали, как перезвон тонких трубочек музыкальной подвески на ветру. Когда крупный метеорит попал в этот щит, гардевуар скрестила руки и рассеяла его звездной россыпью. Энергия взрыва разошлась в стороны бесшумными белыми молниями и растаяла.            А дождь огненных метеоритов крушил все вокруг. Атмосфера наполнялась столпами черного дыма — их прочерчивала мощная атака Рейквазы. Древний город обращался в прах, земля уходила из-под ног.            — Кажется, он хочет уничтожить это место! — вскрикнула Дианта. — Просто конец света!            Лисандр, перекрикивая грохот, пытался связаться по голо-кастеру с лабораторией и вызвать второй грузовой самолет. Оглушительный взрыв едва не сбил его с ног, как и других, но после дым начал рассеиваться. Гроза стихла. Новые метеориты больше не прорезали ткань воздуха. Облачность таяла так же быстро, как и наползла, но плато оставалось окутанным наполненным гарью туманом, и его больше не озаряли радужные блики гигантского кристалла. На месте колодца в башне остался огромный обожженный кратер.            — Я вызвал транспорт, — сообщил Лисандр, — но этим все не кончится. Док, с этим оборудованием на борту — сможешь отследить Рейквазу?            — Вполне, да, — закивал Ксеросик. — Может, и Радужный Камень обнаружится. Хотя он резко потерял кристаллическую форму… Ох.            Вскоре прибыл самолет. Несколько младших сотрудников Лабораторий Лисандра в красных деловых костюмах помогли ученым с погрузкой аппаратуры и ее подключением к бортовым компьютерам.            — Босс, Рейкваза направляется к побережью Растборо, — объявил Ксеросик, проанализировав результаты сканирования местности.            Глаза Дианты встревоженно округлились.            — Его нужно остановить, — сказала она, — иначе там пострадают люди.            — Вы читаете мои мысли, — Лисандр выглядел не менее обеспокоенным. — Насколько серьезная там может быть ситуация?            Ксеросик, тяжело дыша, продолжал сводить полученные данные:            — Волны энергии слабые — думаю, идет высоко. Но есть совпадение структуры с Радужным Камнем, — он на миг отпрянул от монитора, не веря своим глазам: — Ох, еще, босс. Я принимаю данные из Растборо… Там пробуждение супер-реликтов, — выдержав паузу, чтобы осмыслить озвученное, он перевел принятое сообщение в режим голограммы, чтобы все могли увидеть то же, что и он: — Вот. Граудон вышел из вулкана. И прямо сейчас идет по воде, примерно в ста сорока километрах от делового центра, формирует новую сушу. А вот Кайорг. Покинул подводную пещеру Сутополя, из глубины движется к нему навстречу. Ошеломляюще!            — Я так и предполагал… — мрачно произнес Лисандр, не сводя задумчивого, удрученного взгляда с голограммы. — Неужели они будут пытаться уничтожить наш мир, как в легендах?            — Да уж, такую вероятность невозможно учесть, тут лопата не поможет, — с невеселой иронией бросила Дианта. — Даже если ею двинуть Граудону между глаз.            — Дайте мне сообразить, что делать! — Лисандр внезапно повысил голос и тут же в сожалении прикусил губы. — Я не могу подвергнуть Вас опасности, если мы отправимся в Растборо. А мы должны вступиться!            — Рейкваза начал снижаться, — сообщил Ксеросик. — Ох, у нас могут быть проблемы.            — Далеко не только у нас, Ксеркс! — хриплый голос Лисандра наполняла злость. — Это очень опасная ситуация. Если ты действительно засек Радужный Камень, ты знаешь, что это значит!            — Так вот, что предрекала Олимпия! — воскликнула Дианта, вспомнив нечто важное. — Она не просто так рассказала это именно мне! Потому что в этой ситуации я должна быть с вами. Помните? «Голос моря и голос земли будут прерваны громом, их пробудит сила, открытая двумя»!              — То есть… — Лисандр обернулся к ней, его глаза были широко открыты в растерянности с долей страха. — Я не смогу уговорить Вас вернуться в Калос, другим транспортом?            — Верно. Олимпия же говорила, что в эпицентре будут два тренера.            — Но я должен исправить то, что опрометчиво втянул Вас в это!            — Давайте лучше исправим то, что мы вместе вызвали, — выдержанно настояла на своем Дианта. — Это нельзя отрицать.            Лисандр вздохнул, потерев кулаком лоб.            — И все же… — он вновь взглянул в ее серые глаза, исполненные уверенного спокойствия. — Гьярадос не получил серьезных повреждений, пострадало больше его самолюбие. Он захочет отыграться, и будет сражаться…            — Даже не начинайте, — прервала его Дианта. — У гьярадоса преимущество в типе над Граудоном, но гардевуар сможет эффективнее сдерживать Кайогра. Это сильная батарея.            — Я просто прошу Вас — берегите себя, — сказал Лисандр, не найдя, что в ее намерении можно оспорить. — А я буду беречь Вас. Направляемся в Растборо.            Он взял ее за руку.            Зашумели двигатели, самолет взмыл над белеющим туманом, в котором затонула изувеченная Рейквазой горная вершина. Вскоре махровое зеленое покрывало лесов Форины сменилось лоскутами городов, а потом за тонкой окантовочной лентой песчаного пляжа раскинулось блестящее, как шелк, полотно лазурной воды. Над морем поднимался раскаленный пар, на борту самолета стало ощутимо жарко. С борта уже можно было увидеть восставшего из недр пылающего сгорбленного Граудона, шагающего по воде, с белым клубящимся шлейфом за плечами. Под его ногами поднимались красные пласты горячей магмы.            — Он разогрел воду вокруг себя до шестидесяти градусов, — зарегистрировал показатели Ксеросик, — и температура продолжает повышаться.            Он запустил несколько дронов для наблюдения и уточнения измерений. Самолет приближался к точке, где, по расчетам ученого, должны были встретиться два супер-реликтовых покемона.            — Сигнал исходит отсюда, Радужный Камень может появиться здесь, — добавил он.            — Но мы понятия не имеем, что может произойти при их контакте с ним, — напомнил Лисандр. — Предельная осторожность!            Ярко-синяя вспышка показалась в темной водной глубине, словно там зажглась холодная звезда, а следом в фонтане пены на поверхность вынырнуло дебелое плоское тело. Кайогр поднялся в воздух, вздымая волны размером с горы, и атаковал Граудона — пять пучков энергии звездной короной окружили его голову и превратились в мощные синие лучи. Граудон ответил каменными шипами, протыкающими воду и воздух, как штыки, один из них поразил противника в светлое брюхо. Кайогр упал в воду, но тут же сформировал из нее купол над собой. В следующий миг он вынырнул, воздух вокруг него заискрился до белизны, как свежий снег на солнце. Кайогр заморозил громадные волны, окружив себя исполинской цепью айсбергов, и заключил соперника в гигантскую глыбу льда. Однако этот ледяной панцирь моментально обратился в пар, он плотным белым облаком сошел с тела Граудона, которого вновь ничто не сковывало.            — Плотность энергии увеличивается, — отметил Ксеросик. — Температура воды падает, так стремительно.            — Что с оборудованием для захвата Радужного Камня? — спросил Лисандр.            — Ожидаем, — ответила ему Бриони.            — Пока он не кристаллизуется, и пока приходится ждать, нужно защитить его от супер-реликтов, — тут же пояснил он Дианте, — и, насколько возможно, помешать их битве, пока это не зацепило людей, — он достал покебол и кинул его в открытую дверь самолета. — Давай! Мега-эволюция!            Красный гьярадос с воинственным ревом трансформировался и полетел, уворачиваясь от палящего дыхания Граудона. Услышав команду: «Испепеление!», он, великолепно маневрируя между каменными шипами, метнул в морду противника желтые огненные ленты.            Кайогр тем временем приблизился к скоплению искр над водой. Он открыл зубастую пасть, силясь вдохнуть энергию.            — Гардевуар! — раздался выкрик Дианты. — Эксельсиор! — дала она команду к мега-эволюции. — И Шар Тьмы!            Крупный темный сгусток, пущенный вниз, с недюжинной силой и скоростью прибил Кайогра к самому дну. Когда тот поднялся на поверхность снова, его встретил Лунный Взрыв, однако он успел вынырнуть в воздух и перескочить сферу бело-розовой энергии.            — Психокинез! — не мешкая, отреагировала Дианта, и гардевуар столь же быстро остановила Кайогра, обрушив на его голову огромную глыбу его собственного льда.            — Хвост Дракона! — скомандовал Лисандр, силясь прервать огненную атаку Граудона, швыряющего комья застывшей лавы. Гьярадос взмыл ввысь, его хвост загорелся холодным зеленым сиянием, точно покрылся чешуей из нефрита, и он нанес сокрушительный удар. Граудон едва удержался на ногах, но тут же притопнул, поднимая волны, и вызвал новые каменные шипы. Гьярадос увернулся от их цепочки играючи, раздробив один из них в пыль Хвостом Дракона, но финальный для этой атаки каменный шип неожиданно вдвое возвысился над всеми. Он ударил в крыло и сбил самолет.            Команд не понадобилось — гардевуар использовала психокинез, когда самолет резко встряхнуло, удерживая людей от получения травм. Гьярадос по первому жесту тренера подлетел под дымящееся крыло, выравнивания машину. Пилот дотянул до крупного айсберга и смог совершить удачную посадку, и Лисандр и Дианта тут же выбежали на лед — им необходимо было видеть ситуацию. Их покемоны находились рядом, переводя дух. Супер-реликты тем временем сцепились в полноконтактной жестокой схватке.            Граудон вонзил острые желтые зубы в плавник Кайогра и, мотнув головой, отшвырнул его. Гардевуар создала щит из психической энергии, но он треснул, словно сам воздух перед ней начал ломаться, став стеклом, когда кровоточащий Кайогр врезался в айсберг, на который приземлился самолет. Глыбы льда под его телом с оглушительным грохотом крушились, вздыбившись и обрушиваясь острыми клинками. Гардевуар едва сдержала их натиск, отчаянно танцуя на трясущейся скользкой поверхности. Лисандр, вскочив на спину гьярадоса, протягивал Дианте руку, пытался схватить ее, но в очередной атаке Граудона, когда остывающая лава полетела из почерневшей от обморожения пасти супер-реликта, она не смогла устоять на ногах. Лисандр бессильно видел, как ее откинуло к гребню разломленного айсберга, слышал короткий вскрик, когда она упала. Она не шевелилась.           Лисандр ударил гьярадоса коленями в бока, направляя его полет к тому месту, где лежала, утратив сознание, Дианта. Обернувшись, он увидел, как самолет накренился над ощетинившимся ледяным разломом, за колючим нагромождением окровавленных льдин, оставленных телом взлетевшего Кайогра.            — Ксеркс, помощь твоих ассистентов нужна здесь! — попытался он связаться с Ксеросиком по голо-кастеру. — Ты нас видишь?!            — Вижу, Сандр, — ответил ученый. — Но мы не можем отсюда выбраться — лед заблокировал дверь, аварийный люк не действует, у нас сильно помят корпус! Ох, во имя Ксерниаса, прости меня!            — Где наша подлодка?! Они понимают, в каких тяжелых метеоусловиях нам приходится ждать?!            Ответа Ксеросика не было слышно. Лед продолжал ломаться. Атаки Граудона и Кайогра сталкивались, провоцируя взрывы. Гардевуар продолжала держать щит, гьярадос Хвостом Дракона отбивал осколки.            — Насколько еще вас хватит? — вопросил Лисандр в отчаянии, склонившись над Диантой. На ее теле не было заметных повреждений, но она не приходила в себя. Он развязал ее шейный платок и положил ей под голову свернутую валиком куртку. Раздался сигнал голо-кастера.            — Сандр, это Ксеркс! Радужный Камень снова обрел прочную кристаллическую форму, — голос Ксеросика звучал сбивчиво, словно в одышке. — Но… я уловил еще одну сигнатуру.       — Ивельталь его дери! — порычал Лисандр, его бледное лицо исказила гримаса боли. — Ладно, держи в курсе, продолжай наблюдение до прибытия подкрепления.            Он поднял взгляд к темному, точно в безлунной ночи, небу. Грозовые тучи налились золотом. Это прекрасное явление было чудовищно плохим знамением. Рейкваза возвращался. В черно-фиолетовой бездне сверкнули свирепые красные глаза его мега-формы. Он закружил около блекло сияющего сквозь плотную облачность Радужного Камня и раскинул вокруг него хлысты, вьющиеся по бокам морды. Двойная атака Граудона и Кайогра была встречена метеоритным дождем, вызванным Рейквазой, который вот-вот мог заставить море вскипеть. Эту битву трех покемонов остановить не представлялось и шанса.            Голо-кастер снова просигналил, но на этот раз Лисандр получил долгожданное сообщение от подлодки. Они были готовы начать захват Радужного Камня. Черно-красный корпус субмарины поднимался из-под воды, в клубок низких туч вонзился луч бело-зеленого света — была активирована технология захвата, но подступиться к объекту не позволяли сокрушительные атаки супер-реликтов.            — Гардевуар, — закричал Лисандр, обращаясь к покемону Дианты, — ради твоего тренера, послушай!            Она повернула голову на его голос, и он поднял руку, указывая на Радужный Камень:            — Этот кристалл нужно переместить к тому зеленому лучу. А я помогу ей, — он указал на Дианту, — любой ценой! Пойми меня, во имя Ксерниаса, и поверь мне, только так это прекратится. Психокинез!            Глаза гардевуар засияли, она подняла руки, и заветный кристалл поплыл в сторону луча для захвата. Лисандр выдохнул. Он достал из рюкзака веревку и перевязал ею тело Дианты крест-накрест, как страховочными ремнями, чтобы поместить ее на спину гьярадоса, расположив ее между его спинными плавниками и обвязав веревкой гребень на его голове. Сам он встал рядом, держась за плавник, и поставил ногу на один из крупных костных шипов по бокам морды покемона.            — К подлодке!            Гьярадос помчался среди крушащегося льда, выбросов раскаленной лавы и рокочущих молний. В вышине Рейкваза, окруженный холодным зеленым светом, разгонялся, собираясь вновь совершить Восхождение Дракона.            — Увернись! — едва успел приказать Лисандр гьярадосу, и тот круто извился всем телом, уходя от атаки, но легендарный покемон был намерен преследовать его. Очередной маневр вышел еще более резким — гьярадос рывком ушел вверх, а Лисандр непроизвольно разжал пальцы. За миг до этого он слышал, что в правой руке что-то глухо хрустнуло, но тут же все его ощущения были захлестнуты ледяной водой. В попытке выплыть к поверхности и в борьбе с непрестанно накатывающими волнами ему не удавалось напрячь травмированную руку. Вода, словно огромный холодный кулак, ударяла в грудь и в лицо, выбивая остатки воздуха. Голос предал его. Он не мог выкрикнуть четкую команду и позвать своего покемона, постоянно отплевываясь от вездесущих соленых волн. На жилистой шее вздулись вены — горло перехватил спазм. Где-то там, над ним, за мутной преградой, все еще полыхали молнии, разрывали небо огненные лучи, но до него не доносилось ничего, кроме слабого, заглушенного толщей воды гула. Лишь когда гьярадос снизился, избегая очередной стычки с Рейквазой, он заметил своего тренера и пошел максимально низко над морем, рассекая боковыми плавниками воду. Темно-красный покемон кружил рядом, но даже ухватиться хотя бы за его усы в бушующем остывшем море не получалось никак. Лисандр лишь тщетно растрачивал оставшиеся силы, его движения становились хаотичными, тяжелыми, медленными, как во сне. Мышцы сводило от холода, сопротивление стихии с каждой минутой все отчетливее виделось безысходным. Тело переставало слушаться.        Неожиданно в какой-то миг слабый свет прорвался в глубину и сквозь оцепенение прикоснулся к его сомкнувшимся векам. Его потянуло не вниз, а вверх. Его рука почувствовала поддержку. Он закашлялся, глотая обжигающий воздух, и сжал пальцы из последних сил. Он буквально упал на обретенную опору посреди бушующей бездны. Его щека ощутила мокрую и гладкую чешую гьярадоса. Покемон принялся плавно набирать высоту. Лисандр не успел понять, как ему удалось зацепиться за его плавник, как в измождении еще вышло удержаться. Только когда гьярадос поднялся достаточно высоко, Лисандр увидел поблизости на льдине гардевуар. Он пригляделся, щурясь из-за капель соленой воды, стекающей с волос по лицу, и смог различить синие отблески в ее глазах.        — Благо…дарю! — крикнул он ей через боль во всем теле. — Теперь… на борт!            Гардевуар вновь послушала его и проплыла по воздуху к субмарине. Гьярадос опустился рядом с ней, Лисандр отпустил его плавник и в тот же миг упал на колени, задыхаясь от кашля.            — Радужный Камень захвачен и изолирован, босс, — услышал он голос Мейбл. Он огляделся, судорожно хватая ртом воздух: на подлодку вместе с Мейбл вышли младшие сотрудники, они сняли Дианту со спины гьярадоса и опустили на носилки. С другой стороны к Лисандру подошла Целозия:            — Босс, Вам нужна помощь?            — Ксеросик, — попытался ответить он — ему было тяжело дышать, — Алиана, Бриони, и…            Целозия посмотрела в сторону сбитого самолета, на который он пытался указать трясущейся ладонью.            — Супер-реликты уходят, — сообщила она. — Мы пришвартуемся и заберем наших людей. Надеюсь, лед так быстро не исчезнет.            Лисандр одобрительно кивнул и снова зашелся в приступе хриплого кашля, прежде чем потерять сознание от усталости и переохлаждения.                     [3] Традиционный прованский десерт, название которого, по одной из версий, происходит от слова «поцелуи» - les câlins       [4] Шахматный термин, марш-бросок пешки со своей начальной позиции до превращения в ферзя (буквально «все выше и выше»)