Три желания злодейки

      Впрочем, сразу после свидания в Голубиной Башне нас с Константином развели дела и дни, обернувшиеся сентябрем. Я решала все бумажные проблемы, связанные с новыми учениками, и готовилась к большому вечеру, который пообещала студентам еще весной — в честь ключников. Лазарева же утянула Академия и Ратуша, и даже наше запланированное знакомство с Ником кануло в лету до лучших времен. Но я прекрасно помнила, что именно в октябре, за день до начала праздника Листопада, госпожа Мортинова пригласит гостей в Рубиновый Шпиль, и я справедливо решила, что мой дом — мое решение, и никакой Огнев мне не помешает отослать короткое письмо Константину и Нику.       Появилась еще одна забота — подготовить замок к приезду гостей, и подготовиться самой, ведь мне необходимо как-то передать стрелу феи Дианы и не вызвать подозрений ни у советницы Дэлш, ни у кого-либо еще. Боюсь, Нортон не упустит шанса сунуть в это дело свой слишком длинный нос. Я справедливо считала, что госпожа Нерейва прекрасно справится со своей частью обязанностей в этой непростой затее.       К слову, у меня появилась еще одна проблема — из-за того, что Василиса пользуется особым расположением директрисы (то есть моим), преподаватели и ученики относятся к ней крайне дружелюбно, да и сама девочка делает особые успехи в учебе, уже вполне уверенно справляясь с программой восьмого или даже девятого круга. Проблема была в том, а захочет ли она при таком раскладе уезжать в Чернолют в конце этой книги, которая медленно, но верно движется к концу? Однако я не теряла надежды, что пожить в королевстве лютов ей будет все-таки интересно. Великое Время, это сводит меня с ума.       Но, так или иначе, сентябрь принес больше хорошего, чем плохого. В благодарность за разрешение пользоваться мастерской, Захарра все-таки написала для школы картину, где изобразила замок, разделенный надвое — Светло- и ТемноЧас, а в крошечных окошках нарисовала преподавателей и учеников, которые особенно запали ей в душу. Среди героев картины я с удивлением узнала себя, Василису и даже Марка — впрочем, мальчик, видимо, пользовался какой-то особой немилостью, поэтому был нарисован в каких-то кустах с весьма ошарашенным выражением лица. Подростковая влюбленность доведет кого-нибудь до белого каления это точно. И этим кем-то буду я.       С Ником мы нередко пересекались в школе, и, кажется, мальчик совсем ко мне привык. Тот случай в Голубиной Башне дал понять нашим маленьким шпионам, что именно происходит между мной и Лазаревым. В глазах Ника я протеста не видела, да и он, в общем, был рад за отца и лезть в его дела был не намерен. Да и наш ужин все-таки случится в Рубиновом Шпиле. Хоть мы с Нортоном и сдружились, но мне доставит превеликое удовольствие видеть его раздражение, когда он увидит Лазаревых в списке гостей. Веселье начинается.       Сегодня семья Огневых как раз пребывают в замок, где их ждет весьма радушный примем. С Дейлой и Нортом тоже отношения пошли на лад, и на моих уроках двойняшки не зажимались и не отсиживались в углу, а активно участвовали в обсуждениях. Я считала это хорошим знаком. Все-таки я не была из тех учителей, которые выбирали себе любимчиков, поэтому ни Василиса, ни Ник или Марк особым расположением моим не пользовались, находясь на одинаковых условиях со всеми. Впрочем, ребята на это не злились, а понимали, что это справедливо, но после занятий я часто водила их на площадь перед тем, как возвращаться по домам. С Ником я обычно отправляла кулек с астроградскими пряниками, если уж вечер не располагал для встречи с Константином. Жизнь стала похожа на сказку, какой и была книга, в которой мне посчастливилось очутиться.       — Ох, Лизка, тебе бы здесь понравилось, — я вздохнула, мельком поглядев на зеркальную гладь, но тут же вернулась к многочисленным бумажкам на моем столе. До праздника Листопада необходимо докончить кое-какие важные дела, а поэтому советница РадоСвета без дела не сидела, кропотливо вычитывая письма и приглашения на всевозможные слушания. Но даже эта рутина не приносила ничего кроме ленивого счастья.       Со всем этим я расправилась ближе к полудню, и время неторопливо приближалось к тому, когда прибудут гости. Отправив все бумаги в ящик стола, я вырядилась в приготовленный со вчера брючный костюм и пригладила слегка распушенные волосы. Хозяйке замка подобает выглядеть так, словно она только что сошла с обложки модного журнала. К счастью, внешность Елены всецело восполняла этот образ. Я как раз нанесла своему образу последний штрих — роскошные изумрудные серьги, которые обнаружила в закромах бывшей хозяйки тела, когда Алессандро принес весть, что крылатая повозка ожидает у ворот. Дворецкий пообещал проверить, все ли готово к обеду, а я поспешила встретить гостей. Лазаревы прибудут чуть позже, как и Огневы… а сейчас я спешила на встречу с делегацией из Змиулана. И мои руки лихорадочно подрагивали.       Осенняя прохлада остудила мое лицо, и я приказала себе успокоиться. С тех пор, как великий дух разгадал мою тайну, прошло несколько месяцев, но так об этом и не напомнил. Что-то мне подсказывало, что страшную весть принесет его сын, который возглавляет прибывшую с Осталы делегацию.       Первым из повозки показался широкоплечий Войт, смерив меня изучающим и немного мрачным взглядом. Следом за ним — Рок и Фэш, и только потом Захарра. Младший Драгоций тут же отправил мне одну из своих улыбочек, выражая этим радость встречи, а его сестра и вовсе открыто помахала рукой. Кажется, в своей дружбе с детьми я совсем позабыла о субординации.       — От лица своего учителя, я выражаю Вам благодарность за приглашение, — размеренно начал Рок, возвышаясь надо мной едва ли не на голову.       — Для меня честь принимать вас в моем доме, — так же чинно отозвалась я, заметив в угольно-черных глазах интерес. Конечно, Рок был посвящен в историю моего происхождения, но вместо тревоги это вызывало облегчение. Ему бы я доверила все тайны обоих миров. — И я бесконечно счастлива, что вы приехали. Прошу, я покажу замок и отведу вас в комнаты.       — Спасибо, — Рок кивнул братьям и сестре, и наша странная компания двинулась в сторону ворот, где нас уже дожидался Алессандро. Я планировала показать холл и дальше передать гостей уже ему.       День предстоит долгий.

***

      Украденную Еленой куклу я отыскала в ее страшной коллекции и починила вручную. Иногда часодейство абсолютно бесполезно в таких делах. Пришлось сшить ей новое платье, поменять пару шарниров и полностью перерисовать лицо. Благо, руки у меня росли из правильного места и в свое время я развлекала Лизу шитьем и рисованием. Всех остальных куколок я вернула девочкам, даже тем, кто уже выпустился из школы, я отправила анонимные посылки. На рыжую красавицу у меня были другие планы на День подарка под подушкой, поэтому она пока лежала в моем кабинете в подарочной обертке и ждала своего часа. Меня всегда удивляло то, что Нортон наверняка много раз бывал в коллекционной комнате госпожи Мортиновой, неужели ни разу так и не обратил внимание на куклу, подаренную Лиссой? Наверняка обратил, только вида не подал, скупой на эмоции и чувства. Так или иначе, но потеряшку пришло время вернуть хозяйке.       Пару минут назад Алессандро доложил, что Драгоции разведены по комнатам и смиренно дожидаются обеда. В их случае я бы придержала слово «смиренно», но опускать колкости на этот счет не стала. Для той, кто на волоске от катастрофы, я чувствовала себя весьма сносно. Наверное, перевозбудилась. Насколько я помнила, Елена должна была прибыть вместе с Огневыми, но я как всегда поменяла все планы. Да и Мандигор видит в своих апартаментах десятый сон, а не спешит встречать гостей. Приглашенному директору ТемноЧаса я приказала выделить самые лучшие комнаты в хозяйском крыле. Как, впрочем, и Лазареву — поближе к себе.       Фыркнув, я подняла голову к небу над посадочной площадкой, пытаясь разглядеть скачущих по облакам малевалов. Не поверю, что Нортон упустит шанс покрасоваться передо мной новой махиной. И, разумеется, оказалась права — с громким ржанием эферные животные вынырнули из кудрявых туч, стрелой полетев прямо на меня. Я не сдвинулась с места, с задорной улыбкой наблюдая за тем, как они виртуозно обогнули меня, мягко приземляясь на алую брусчатку. Могущественные звери. Словно услышав мои мысли, один из малеволов громко всхрапнул, ударив копытом по земле.       — Добрый день, Елена, — первым из повозки показался Нортон, оправляя полы дорожной мантии. Я сдержанно улыбнулась ему, подойдя ближе.       — Рада тебя видеть, мой друг, — почти ласково проговорила я, заглянув в туманные зеленые глаза. Мужчина на мгновение растаял, улыбнувшись в ответ. — Здравствуйте, дети, — я перевела взгляд на Марка, который помогал Василисе выбраться из салона, галантно протянув руку. Бедняжка Дейла. Но, кажется, старшая Огнева нисколько не расстроилась с этого факта, приняв помощь от брата. Видно, здесь не было места для безответной любви.       — Здравствуйте, госпожа Мортинова, — за всех отозвался Марк, вежливо кивнув. Василиса улыбнулась, исподтишка состроив мне смешную рожицу, выражающую все ее отношение к времени, проведенному в кругу семьи.       — Прошу, идемте. Я покажу вам замок. А после отправимся на обед, — я грациозно развернулась на каблуках, уже собираясь отправиться в путь, но Нортон вдруг ненавязчиво словил меня за руку, предлагая опереться. Я не отстранилась, но губы все равно скривила. Для порядка.       — Слышал, здесь живут самые красивые юные часовщицы на Эфларе, — протянул Норт, обращаясь, видимо, к Марку. Я незаметно хмыкнула.       — Не волнуйся, твои сестры будут краше всех них вместе взятых, — скучающе отозвался тот, хитро подмигнув Василисе. Но девочка в долгу не осталась.       — Даже краше одной одаренной часовщицы из древнего рода? — она, конечно, намекала на Захарру.       — Если кричать в обрыв, можно и свалиться, Рыжик, — прошептал Марк, явно смущенный. Василиса весело фыркнула, но ничего не ответила. Дальше дети шли, полушепотом переговариваясь об учебе и приближавшемся празднике Листопада.       Нортон молчал, выглядя более задумчивым и меланхоличным, чем обычно. Я провела гостей через парадный вход, параллельно рассказывая об основании замка, его зодчих, первых чертежах и легендах, которые бродили по его коридорам. Дети восторженно охали, а Нортон держал на своем лице мягкую полуулыбку, смотря не на картины и фрески, а на меня. Мы вышли в зал скульптур, коллекция которых мне показалась куда интересней, чем куклы и похищенные часовые стрелы. Младшие Огневы и Марк облепили статую шестикрылой феи с умиротворенным и нежным лицом. Я успела проверить, что все скульптуры были совершенно обычными и не крыли в себе затухшую жизнь, как в Зале Печальных камней.       — Какой пламенный прием, — вдруг шепнул Нортон мне на ухо, крепче стиснув мой локоть. Я напряглась. — Слышал, ты и Лазарева собираешься сюда притащить?       — Мой замок, кого хочу, того и приглашаю, — не моргнув и глазом, отозвалась я. — Тем более любимого мужчину. Какие-то вопросы? Хочешь поговорить об этом? — я выразительно вскинула бровь, наблюдая, как одна за другой эмоции сменяются на его аристократическом лице. Ответить ему явно было нечем, и я смягчилась. — Послушай, — я вздохнула, мельком глянув на ребят. Они не обращали на шепчущихся нас ровно никакого внимания, — я не хочу с тобой ссориться по этому поводу. И никогда не хотела. И я честно не понимаю, что тебя во всем этом тревожит. Хочешь, я распоряжусь так, что за все время вы с Константином даже взглядами не пересечетесь? — я мягко улыбнулась, заглядывая в суровое лицо.       — Я о тебе беспокоюсь, а не о себе, — сухо отозвался Огнев, но я чувствовала, что он немного остыл. — Ты заслуживаешь большего. И сама же этого не понимаешь. Что случилось, Елена? Ведь ты всегда так кропотливо относилась к своей репутации.       — Любовь, — я пожала плечами. — И правильный выбор. Даже тысячи одобрений не сделают меня такой счастливой, какой я себя чувствую рядом с ним. И ради этого я готова рискнуть. Мы оба знаем, что и у тебя есть такой человек, — я произнесла это осторожно, боясь надавить на рану, дернуть расстроенную струну. Но Нортон только качнул головой в ответ, чуть отвернувшись.       — Я верю тебе, Елена. И если ты так в нем уверена… я не стану больше говорить об этом. Все-таки, — он запнулся, явно перебив мысленно самого себя, — я и сам знаю Лазарева достаточно долго.       Что это? Неужели тот самый робкий шаг к принятию? Я округлила глаза, но развивать эту тему не стала — повела гостей дальше. Все-таки Драгоции нас уже знатно заждались. А ведь мне еще надо передать стрелу Фэшу и позаботиться об их мантиссах. Я незаметно вздохнула, глядя на огненную макушку впереди себя. Вперед, моя маленькая рок-звезда.

***

      Как я и пообещала, за весь день ни Огнев, ни Константин не испытали удовольствия видеть друг друга. Лазаревых я сразу отвела в хозяйское крыло, поселив в смежные комнаты, и решила организовать ужин для них чуть раньше, чем всем остальным. Впрочем, на нем же будет присутствовать и Марк, как член уже моей семьи. Лазарев же хотел знакомство семьями. Я мельком оглянулась на стоящего у окна мальчика и улыбнулась, оправив полы почти домашнего вишневого платья из хлопка. В нем я походила на классическую жену миллиардера на досуге, а не на хозяйку Рубинового Шпиля. Не хватало только бигудей аля-девяностые.       Я была уверена почти на сто процентов, что ночную встречу с Василисой и Фэшем мои махинации не испортят, потому что я воспользовалась своим умом и положила стрелу Дианы на самое видное место — главный камин, откуда оба, и Фэш, и Василиса, не спускали глаз весь обед. Госпожа Нерейва отыграла свою роль, и дело осталось за малым. Во имя Эфларуса, пусть все будет хорошо.       Для домашней встречи я наказала приготовить стол в малом зале, из панорамных окон которого открывался чудесный вид на Астроград. Время давно перевалило за шесть, поэтому осенний вечер горел городскими огнями и первыми звездами. А я горела нетерпением и опаской. Ник прекрасно знал, что происходит между мной и его отцом, да и Марк знаниями и догадками не обделен — все-таки в Голубиной Башне они тогда вместе подслушивали. И все равно волнительно. Надо же, посеред всей этой суматохи с Расколотым Замком, Астрагором и угрозой навредить будущему, великую часовщицу беспокоит только семейный ужин. Кажется, за этот год я знатно так постарела.       Воспоминания о моем дебюте на слушании о похищении дочери Огнева прервал скрип двери и поставленный голос Алессандро, объявляющий о том, что гости прибыли. Я резко обернулась, встречаясь с теплыми глазами Лазарева, и сердце мое насквозь пронзило тепло. Когда придет пора уступить Фариэлле пост, смогу ли я перебраться в место потише? Например, в комнаты Лазоря…       — Добрый вечер, Елена, — тишину нарушил Константин, поприветствовав меня легким наклоном головы. Ник молча повторил за отцом, кинув взгляд мне за спину, где тут же материализовался Марк. Мальчишки обменялись какими-то своими взглядами, в которых я, слава Времени, не уловила и намека на враждебность. Что это — доброжелательность, вежливость или начало дружбы — я понять не успела.       — Мы рады вас сегодня видеть, — нежно улыбнулась я, жестом пригласив к столу. Впрочем, я была в праве забыть о всех мирских бедах хотя бы на пару часов.       Пока Алессандро разливал вино и сок, мы с Лазаревым беседовали одними взглядами, словно пытаясь договориться, как лучше преподнести и так известную всем информацию о наших отношениях. Неловкое молчание неожиданно разбили мальчики: Ник и Марк одновременно заговорили про приближающийся праздник Листопада, уточняя друг у друга, собираются ли они его посетить. Мысль я подхватила и подлилась своими ожиданиями от предстоящего торжества. Константин улыбнулся, делясь воспоминаниями о прошлых своих визитах в Чародол. Так легкая беседа перетекла к темам Расколотого замка, Новому году, вернулась к событиям этого лета, к учебе и многозначительной для всех собравшихся Голубиной Башне.       — Мы слышали совсем немного, — замялся Ник, переглянувшись с Марком. Неловкость снова кольнула пространство.       — Вы люди уже взрослые, — Константин покачал головой, прерывая их дальнейшие оправдания. — Должны понимать. Наша вина в том, что мы слишком долго тянули, — он с ласкою посмотрел на меня, ненавязчиво протянув мне ладонь. Я осторожно, но торопливо обхватила его пальцы.       — Вы оба имеете право знать, — кивнула я, сжав губы в плотную линию. — Потому что оба являетесь важными для нас людьми, — я посмотрела на Марка, и мальчик медленно моргнул, выражая свою лояльность.       Признаться, я не готовилась к этому разговору. Я никогда не думала и не представляла, что сказала бы Лизе, если бы в своей прошлой жизни нашла подходящего мужчину. Я не планировала, что скажу сегодня Марку по поводу своих отношений с главой мастеров, которых все часовщики по умолчанию считают врагами. Даже не мыслила, как на все это отреагирует Ник, и как мы все после уживемся с этими знаниями? Что будет дальше?..       — Главное, чтобы ты был счастлив, пап, — вдруг тихо произнес Ник, тихо улыбнувшись.       — И вы, госпожа Елена, — подхватил Марк, переглянувшись с потенциальным братом. Судя по всему обоих мальчишек такая перспектива устраивала.       Не ожидая подобной реакции, мы с Константином не сговариваясь посмотрели друг на друга. Мы обговаривали разные сюжеты развития событий, готовясь как минимум к вопросам. Но, кажется, он правильно воспитал сына, а я вовремя напомнила сироте о родительской любви. Я одарила мальчиков благодарной улыбкой, а Лазарев мягко потрепал Ника по плечу. Мы вернулись к трапезе, но уже не как чужие. Теперь мы встали на путь, чтобы стать семьей. Если, конечно, у меня хватит для этого смелости.

***

      В своем доме я была хозяйкой, поэтому в кои то веки не страшилась того, чтобы быть пойманной в коридоре. Ужин с прочими гостями давно прошел, оставив после себя послевкусие от изучающего взгляда Рока Драгоция. Сын великого Духа единственный, кто будет знать, кто же похитил (вернее, похитит) часовую стрелу Дианы, и это не давало мне покоя. Я не хотела встревать в естественный ход вещей. Но судьба, как обычно, была не на моей стороне.       — Госпожа Елена! — голос Василисы догнал меня в темноте, заставив вздрогнуть. Я медленно обернулась к подбежавшей ко мне девочке. Она уже была в сорочке. — Госпожа Елена, мне очень-очень нужна ваша помощь! — девочка говорила горячо, но тихо, то и дело воровато оглядываясь по сторонам. — Вы очень многое для меня сделали, и я бы не посмела…       — Хочешь забрать стрелу госпожи Фрезер? — с опаской уточнила я, мысленно вопрошая, где в это время ходит Фэш, который тоже должен выползти из своей комнаты на охоту. Назначенное время сдвинулось на полчаса. За эти минуты до полночи я собиралась наведаться к Лазареву… но видимо сегодня мой мужчина останется без внимания.       — Как вы?.. Да. Мне очень нужна ее стрела. Я… не могу сказать, — Василиса замялась, явно почувствовав свой промах. Я весело хмыкнула.       — Поле Старочасов опасно и загадочно, — не удержалась я, прикусив язык. Девочка округлила глаза. — Послушай, стрела и так будет в твоих руках. Доверься мне, хорошо? Иди в главную залу. Только ведите себя тихо.       — С кем? — Василиса тут же вскинулась.       — В замке сейчас очень много людей, которые этого не одобрят, — я покачала головой, — а ты медлишь. Я прикрою тебя, но будут те, кто об этом прознает.       — Они помешают? — Василиса сосредоточенно нахмурилась.       — Не знаю, — слукавила я, невольно глянув в ту сторону, где расположились комнаты Драгоциев. — За ужином вы не говорили с Фэшем, — я сошла с темы так резко, что девочка даже вздохнула громче положенного. — Скверно, что он вернулся в Змиулан.       — Вы тоже так думаете? — она оживилась. — Я хотела бы ему помочь! Но он ведь даже не послушает. И, знаете, он ведь из-за меня, — она резко замолчала, видимо, боясь выболтать тайну черного конверта.       — Иногда помощь требуется не совсем та, о которой ты думаешь, — мягко сказала я, прикрыв глаза. — Порой достаточно находиться рядом. Слушать. И слышать. Достаточно идти с человеком по выбранному им пути. Если он тебе действительно дорог, — я вновь посмотрела на Василису, но она тут же смущенно отвела глаза.       — Спасибо, — промямлила она, нервно теребя рукава ночного платья. — Я пойду?..       — Иди, — я кивнула. — Но будь осторожна.       А я о тебе позабочусь.       С огромным усилием я заставила себя пройти мимо двери, ведущую в комнату Константина. Он ждал, конечно, ждал, но сегодня дети решили поторопиться, а значит и мне медлить нельзя. Я извинюсь. Но позже.       Свои и Василисины мантиссы Фэш поправит сам, но никто не позаботится о том, чтобы и стены замка позабыли их ночные похождения. Год, прожитый в теле Елены, научил меня тому, что всегда нужно быть на шаг впереди. А то и на два. Вызывать крылья я научилась еще в первые дни своего появления здесь, поэтому и сейчас льдистые, едва ли не хрустальные, они накрыли меня плотным коконом, надежно укрывая от чужих глаз. В умных книжках и на закрытых лекциях по продвинутому часодейству я узнала, что перепись Времени должно происходить синхронно с событиями, поэтому когда Василиса столкнулась с Фэшем возле заветного камина, я достала часовую стрелу, монотонно и тщательно исправляя историю, сосредоточенно представляла совершенно пустую залу и давно потухший очаг. Никаких детей. И только маленький треугл, вдруг выпрыгнувший из темноты.       Завтра мне придется предоставить этот отчет из мантисс госпоже Дэлш и извиниться за то, что не смогла позаботиться о ценной реликвии, доверенной мне. Но все это будет завтра, когда с головой меня накроет чувство вины за променянную любовь, но прямо сейчас я наблюдала ожившую сказку. Вместе с Лизой на этих страницах мы выдохнули от облегчения того, что Фэш и Василиса, наконец, смогли поговорить. И мое сердце напомнило безграничное тепло.       — Лизка, Лизка, они ведь, правда, просто дети, — прошептала я, наблюдая за тем, как Фэш расправляет крылья, чтобы отнести часовую стрелу в Цапфу. Конечно, никакой обыск я устраивать не буду, да и этот просмотр мантисс мне без надобности. Но было во всем этом что-то важное и большое. Наконец-то злодейка без имени и судьбы сыграла свою по истине особенную роль.       — Госпожа Елена? Не думал, что на Эфларе популярен шпионаж в собственных замках, — сухой, по-взрослому надломленный голос выдернул меня из неги собственного триумфа. Я медленно обернулась, встречаясь взглядом с черными глазами Рока Драгоция. Он глядел на меня сквозь непроницаемый кокон моих крыльев и видел насквозь.       Земля пошатнулась под моими ногами, а я чувствовала себя девчонкой, которую отчитывают за прогуливание уроков. Прятаться смысла не было, поэтому я спрятала крылья, гордо вздернув подбородок и посмотрев молодому мужчине в самые глаза.       — Не думала, что в Змиулане учат смотреть сквозь крылья, — отпарировала я. Наши голоса разбивали тишину замка. — И, Рок Драгоций, я смею думать, вы прекрасно осведомлены о том, кто я такая.       — Господину учителю будет интересно узнать об этой Вашей тактике, — часовщик окинул меня холодным взглядом. Высокий, мрачный. Ворон — точно. — Перепись Времени — опасное и сильное часодейство, — заметил он, глянув мне за спину. Я зябко повела плечами. Благо, Василиса уже успела убежать в свою комнату.       — Да и мне не двенадцать лет, — хмыкнула я, понемногу успокаиваясь. На удивление рядом с ним не было такого пронзительного ужаса, который я ощущала рядом с Астрагором.       — Зачем Вы это сделали? — в грубоватом голосе проскользнул самый настоящий интерес. Я хитро прищурилась.       — Пытаюсь переписать Время.       — Вы рушите все клубки, которые зодчие господина учителя формировали сотнями лет, — заметил Рок, и в его взгляде поубавилось враждебности.       — Мне льстит. Повезло, что я не на стороне твоего отца, правда? — слишком уж дерзко заметила я, осторожно отшагнув. Но в лице напротив не сменилась ни единая эмоция.       — Спасибо за Фэша, — тихо поблагодарил он, резко развернувшись. — Господин учитель очень заинтересован Вами.       Предупреждения я считала мгновенно, молча смотря в спину удаляющемуся Року. Он посоветовал мне быть более осторожной. Уродливый птенец сегодня расправил крылья, обещая однажды покинуть сгнившее отеческое гнездо. Я медленно прикрыла глаза, чувствуя, как дрожат руки. А я привязала к себе слишком много людей, чтобы не бояться.       Напоследок обернувшись, я тоже поспешила прочь. Самое могущественное существо обоих миров — так обо мне сказал Астрагор. И не ошибся.