Тысяча «Не»

I don't wanna talk about it The reasons I've been losing sleep As long as I can stay distracted The past can never get to me

Ён Мин возвращается на свой этаж и решает в очередной раз попытать удачу, поэтому стучит в номер Ёна, уповая, что тот может принять его за кого-то из своих ординаторов и выйти в коридор, чтобы проводить, но чуда не происходит, и Ли Ён не выходит. — Трус! — шипит в сердцах Ён Мин и, не сдержавшись, ударяет кулаком по двери, заставляя ту жалобно задрожать, после чего поспешно делает шаг назад. Меньше всего ему хочется иметь дело с охраной в очередной раз. — Профессор Ча? — раздаётся сзади низкий грудной голос, и Ён Мин оборачивается, следом склоняясь в поклоне, чтобы выразить своё уважение профессору Ким, незаметно появившейся в коридоре. — Приветствую, профессор Ким, — вежливо здоровается доктор Ча, продолжая стоять в поклоне и не торопясь выпрямляться, потому что женщина старше его по возрасту. — Здравствуйте, профессор. Как вам конференция? — задаёт нейтральный вопрос профессор Ким, и Ён Мин даже немного теряется. — Было крайне познавательно и интересно, впрочем, как и всегда. Хотелось бы отдельно поблагодарить организаторов за возможность получить ценный опыт не только для профессионалов, но и для тех, кто только вступает на путь врача, — отделывается стандартной фразой Ён Мин и даже пытается улыбнуться, а сам неловко переминается с ноги на ногу в ожидании, когда профессор уйдёт. — Вы совершенно правы. Наши ординаторы — это будущее, — соглашается женщина с улыбкой. — Кстати говоря, я обратила внимание на вашего подчинённого… Очень красивый и явно талантливый молодой человек… «Ну да, если бы талант так легко можно было определить по внешним данным», — думает про себя профессор Ча и недовольно поджимает губы, уже предвидя, куда идёт разговор: женщине любопытно, почему сегодня его ординатора не было на заключительном дне конференции. — Да, он один из самых лучших моих подчинённых, — соглашается Ён Мин, изо всех сил пытаясь выдавить из себя подобие улыбки, чтобы не обидеть профессора Ким, но при этом начинает делать шаги назад, в сторону своего номера. Видимо, его тактическое отступление выходит не таким уж и незаметным, потому что женщина делает несколько шагов вперёд и с лёгкостью покрывает то небольшое расстояние, что успевает установить между ними профессор Ча, тем самым показывая, что она пока не собирается отпускать его из своего плена. — А что скажете о наших иностранных коллегах, приехавших сюда из-за рубежа со своими подчинёнными? — задаёт уже более прямолинейный вопрос профессор Ким и бросает взгляд прицельно на дверь номера Ли Ёна, в конце досадливо поджимая губы. — К сожалению, я не успел познакомиться с кем-нибудь из них за эти несколько дней. Столько событий и мероприятий, так тяжело поспевать за всем… — отмахивается профессор Ча и слышит наигранный женский смех, мгновенно обрывающий его фразу на середине. — Бросьте, профессор, не скромничайте! Я видела, как вы уделяете особое внимание доктору Ли и его подчинённым, — с кокетливой интонацией говорит женщина. — Мы с профессором Со тоже обратили на них внимание. Крайне эффектный и красивый доктор, да и подчинённые его тоже цепляют взгляд… От столь неожиданного откровения Ён Мин замирает с приоткрытым ртом и не знает, что и сказать, но, видимо, профессору Ким нужен слушатель, а не собеседник, потому что она продолжает развивать свою мысль. — Мы хотели пригласить его к себе в наш медицинский центр, но, к сожалению, доктор Ли сегодня утром уехал… — с неприкрытым разочарованием в голосе отмечает женщина, и Ён Мин подпрыгивает. — Как уехал? — позабыв о всех нормах приличия напрямую спрашивает доктор Ча и мгновенно зарабатывает недовольный взгляд, поэтому спешит снизить градус возбуждения в голосе и чуть наклоняет голову. — То есть я хотел сказать, что здесь же его ординаторы, разве он мог уехать и бросить их одних в чужой стране? — Вот и я о том же! — горячо соглашается профессор Ким и кладёт ладонь на руку Ён Мина, чуть сжимая. — Я бы ни за что сама не поверила, но буквально сегодня утром видела, как девушка убирала этот номер полностью, я даже спросила, где постоялец, а она ответила, что он съехал ночью. — С чего вы решили, что это номер доктора Ли? — вежливо интересуется Ён Мин, пытаясь вывернуть руку из захвата, но его попытка оказывается безуспешной. — Видела его в самый первый день конференции выходящим из этого номера, — доверительно шепчет профессор Ким, и доктор Ча покрывается холодным потом, гадая, что ещё могла видеть эта женщина. «Ён съехал? Но куда? Джастин ничего не говорил про то, что он уехал из гостиницы, только то, что он остаётся в Корее по каким-то своим делам… С другой стороны, Ён вряд ли бы стал отчитываться о своих передвижениях, но куда он мог поехать?» — думает Ён Мин, но мыслительный процесс идёт с огромным трудом, потому что чужая, пусть и ухоженная рука как-то сильно напрягает и создаёт двусмысленную ситуацию. — Что ж… — бормочет он, делая ещё одну попытку вырваться, — похоже, что он не настолько хороший специалист, как о нём можно было подумать, раз уехал вот так, бросив своих подчинённых одних в чужой стране… — Внешность обманчива, — быстро соглашается профессор Ким, и её хватка на руке Ён Мина только усиливается, словно женщина планирует всерьёз оторвать кусок от доктора Ча на память о конференции. — А почему вы так искали встречи с ним? Тоже хотели пригласить его к себе? Где вы там работаете? В Ын Сан? «Опасная женщина! Всё-то она видит и подмечает!» — лишний раз убеждается Ён Мин, но решает не разубеждать её в своих предположениях и несколько поспешно кивает. — Да… Председатель намекнул, что неплохо бы привлечь иностранных специалистов к нам для обмена опыта, ну вы и сами понимаете все тонкости и мелочи, — поддакивает профессор с пластмассовой улыбкой на лице и охает от неожиданности, когда ногти профессора Ким вонзаются в ткань пиджака с такой силой, что рискуют проколоть её и добраться до кожи. — Раз уж мы оба потерпели неудачу в этом, а мой поезд будет только завтра утром, то, может, скоротаем остаток дня за приятной беседой о прошедшей конференции? Обсудим её преимущества и недостатки? — довольно прямолинейно заявляет профессор Ким и сокращает последнее расстояние между ними, но ничего не делает, а всего лишь принюхивается, будто обнюхивает жертву. — Мы можем пригласить и мою коллегу, профессора Со, она с огромным удовольствием присоединится к нам за нашей уютной дискуссией. «Помогите, эти женщины порвут меня на куски! Вот они минусы быть одним из самых молодых профессоров…» — откровенно паникует Ён Мин и зажмуривается, пытаясь отодвинуться. — Я бы с удовольствием… — вежливо начинает он, и это становится его роковой ошибкой, потому что профессор Ким слышит желаемое и расплывается в хищной улыбке. — Отлично! Тогда идём! — провозглашает она и направляется по коридору, утягивая за собой всё ещё аккуратно сопротивляющегося Ён Мина, который в шоке с подобной настойчивости женщины. На его памяти подобную настойчивость проявлял только один человек… — Папочка… Я уже заждался… — раздаётся со спины томный голос, и Ён Мин только-только зашедший в душевую, чтобы ополоснуться, оборачивается как раз вовремя, чтобы увидеть, как с бёдер Ёна съезжает полотенце, которое тот едва-едва придерживает одной рукой. — Нет! Мы не будем заниматься здесь сексом! — пытается воззвать к гласу разума профессор и даже руку перед собой выставляет, словно это может образумить парня. — Будем! Я устал терпеть это издевательство над собой на протяжении целого дня! — заявляет Ён, скидывая полотенце и зажимая доктора Ча у стенки душа, который тяжело сглатывает. — Я так понимаю, что шансов переубедить тебя у меня нет? — слабо интересуется Ён Мин и опускает руку на талию любимого, который прижимается к нему всем телом, давая в полной мере ощутить собственное нешуточное возбуждение. — Ни единого… — шепчет Ён и ехидно улыбается, довольный своей шалостью, наклоняясь к ключице профессора и медленно касаясь её языком. — Ты выйдешь отсюда только, когда я отсосу тебе… — Бесстыдник… — восхищается Ён Мин и вплетает руку в волосы любимого, отвлекая от ключицы и притягивая к своим губам, чтобы урвать полноценный поцелуй. — Ещё кто кого мучил сегодня и изводил… — Конечно же профессор меня! Но теперь я намерен в полной мере взять то, что причитается мне по праву, — заявляет Ён и медленно стекает на пол, опускаясь на колени и прижимаясь щекой к члену. — Тогда что же ты тянешь? — дразнит профессор любимого и видит лисий отблеск в глазах, с которым Ён подаётся вперёд, но не погружает член в свой восхитительно горячий рот, а лишь обхватывает ладонью и приоткрывает губы, высовывая язычок и касаясь им головки, нарочно дразня и распаляя любимого, но не давая желаемого им обоим, и Ён Мин недовольно рычит, дёргая парня за волосы, надеясь так побудить его к более активным действиям. Профессор выныривает из сладкого воспоминания так же быстро, как и погружается в него, потому что женские ногти сильнее впиваются и наконец-то прокалывают ткань пиджака, возвращая мужчину к реальности, в которой его фактически похищают посреди коридора, и это заставляет его встрепенуться и усилить сопротивление. «Не вспоминай о нём! Нашёл время…» — сердится на самого себя Ён Мин и изо всех сил старается не зарычать, чтобы его проблемы не увеличились в геометрической прогрессии. — Дело в том, что я вечером уезжаю… — выпаливает доктор первое, что приходит ему в голову, и даже не врёт, потому что у него действительно билет на вечерний поезд до Сеула. — Билеты можно поменять, — не сдаётся профессор Ким, продолжая тащить добычу явно к себе в номер, и теперь Ён Мин уже паникует по-настоящему. — Нет, потому что на завтра мне назначена встреча с руководством! Я должен буду отчитаться им о конференции, а ещё у меня операция во второй половине дня, эта пациентка уже давно на очереди стоит, и дальше откладывать операцию просто нельзя… — врёт, как последний раз в жизни Ён Мин и делает отчаянный рывок, наконец-то вырываясь из цепких лап своей похитительницы. На лице женщины такое выражение, будто профессор Ча только что оскорбил её и всех её предков до седьмого колена включительно, и она буквально надувается на глазах, очевидно, собираясь напасть на мужчину, но в этот момент в коридоре раздаётся ещё один голос, и Ён Мин впервые в жизни так счастлив услышать его. — Профессор Ча? — громко зовёт мужчину на весь коридор Джастин, и доктор резво оборачивается на его голос. — Извините, что прерываю, но нам пора уже выезжать, — после этих слов парень театральным жестом заводит руку в номер и выкатывает оттуда небольшой чемодан. — Не могли бы вы помочь… — Да, конечно! — быстро отзывается Ён Мин, но, памятуя о правилах приличия, кланяется профессору Ким, которая смотрит на него, как на врага народа, после чего на деревянных ногах спешит к парню, но не доходит до него, отчётливо понимая, что даже если сейчас уйдёт отсюда с чужим ординатором, то потом, когда вернётся за чемоданом, его вновь могут подкараулить в коридоре, и в этот раз исход может быть печальным, поэтому решение созревает мгновенно. «Я собрал чемодан ещё с утра, так что мне просто быстро положить пару вещей, а провести время где-нибудь до отправления поезда всяко лучше, чем здесь», — понимает Ён Мин и достаёт карточку от своего номера. — Одну секунду, прихвачу свои вещи, — говорит он и после кивка заходит в номер, где быстро проверяет, всё ли у него уложено, закладывает пару гигиенических принадлежностей, после чего выходит из номера и краем уха слышит разговор между ординаторами. — Зачем ты влез? — в голосе Кэтрин явно чувствуется недовольство, словно это у неё отняли вожделенную добычу прямо под носом. — Так я не сразу влез, а сперва стоял и подслушивал под дверью, а потом уже стало жалко, его бы эта мегера изнасиловала, — коротко усмехается Джастин, видимо, находя ситуацию забавной. — Ах ты ж паршивец! — бормочет под нос Ён Мин злобно, выкатывая свой чемодан. — Смотри, как бы она теперь тебя не изнасиловала, а то зайти-то в номер зашла, а дверь не прикрыла, значит, наблюдает, — фыркает Кэтрин, облокотившись на чемодан, который настолько массивный, словно девушка приехала сюда на несколько недель. — Я согласен только в том случае, если это будешь ты, — находится Джастин, и Ён Мин подходит как раз в тот момент, когда Кэтрин яростно встряхивает волосами, явно пытаясь задеть ими парня по лицу, но тот вовремя уклоняется, после чего девушка демонстративно уходит, никого не дожидаясь. — Вы и правда быстро, профессор! — переключает своё внимание ординатор, заслышав шаги, и расплывается в широкой улыбке. — Ты знал, что Ён съехал сегодня утром? — спрашивает в лоб то, что интересует его, Ён Мин, пользуясь предоставившейся ему возможностью. Нахмуренный лоб становится однозначным ответом раньше, чем парень открывает рот. — Доктор Ли не ставил меня в известность относительно деталей своих планов. — Ясно, — кисло кивает Ён Мин и направляется к выходу, спиной ощущая радиоактивный взгляд профессора Ким из её номера. — Вам помочь добраться до аэропорта? — Неа, — беспечно отзывается Джастин, — машина уже ждёт нас. Сейчас выпишемся из отеля и сразу поедем туда, а дальше разберёмся уже на месте. — Вам точно не нужна помощь? — уточняет Ён Мин и слышит лёгкое фырканье. — Профессор, мы не маленькие дети на общеобразовательной поездке и не первый раз за границей, так что не пропадём, — подмигивает Джастин и тормозит у стойки регистрации, поворачиваясь лицом к профессору и протягивая руку. — Надеюсь, вы найдёте то, что ищете. — Спасибо, надеюсь, вы тоже, — в тон парню отвечает Ён Мин и пожимает руку, после чего направляется к свободной девушке, а Джастин — к парню. «Если Ён куда и мог поехать, так это в Сеул, возможно, захотел увидеть свою приёмную семью… Загвоздка в том, что я до сих пор не знаю, кто его приёмные родители, если уж на то пошло, то и про них я узнал далеко не сразу… Ён был таким… скрытным… и вечно попадающим в передряги…»

***

Ён Мин познаёт в полной мере смысл фразы «Душа ушла в пятки», когда как-то вечером слышит звонок в дверь, открыв которую обнаруживает на пороге Ли Ёна вместе с Му Ёном. В шок его повергает не тот факт, что парень привёл к нему домой друга, а то, что он едва стоит на ногах, да и вообще держится явно только за счёт Му Ёна, который стоит, обхватив Ёна за талию и перекинув его руку себе через шею, а завершает картину кровь на лице любимого ординатора, который каким-то чудом умудряется ещё улыбаться доктору Ча. — Простите, профессор, за столь позднее вторжение, но он наотрез отказывается ехать домой и просил привезти его сюда, — говорит Му Ён, и Ён Мин отмирает от звука его голоса, бросаясь к любимому и подхватывая его на руки. — Да-да… Я позабочусь обо всём… — бормочет профессор и заносит Ёна внутрь, но не слышит шагов позади себя, поэтому оборачивается и несколько раздражённо смотрит на Му Ёна, который продолжает стоять на пороге и терять драгоценное время. — Что не так? — прямо спрашивает Ён Мин, прищурившись, а желваки начинают ходить на скулах. «Ён не рассказал ему про нас? Это вряд ли, иначе бы он сам добирался сюда, а не стал настаивать на том, чтобы его привезли… А может, он просто попросил привезти его сюда без подробностей, вот Му Ён сейчас и в шоке с моей реакции?» — Я поеду домой, профессор, — твёрдо произносит ординатор Чон и смотрит прямо на коллегу, не отводя взгляд и никоем образом не выражая презрение или ещё что-то в этом роде. — Уверен? Тебе не нужна помощь? Я могу осмотреть тебя, — предлагает Ён Мин. На самом деле он не особо горит желанием тратить на парня время, которое может уделить Ёну, но как врач не может выставить потенциального пациента за порог. — Оставайся, Му Ён, уже поздно, — оживает Ён, обвивая шею профессора руками и прижимаясь щекой к его щеке прямо на глазах у друга. — Мы тебе на диване постелем, а у Ён Мина такие волшебные руки… Ты сойдёшь с ума, когда увидишь, какой ужин они способны сотворить, — нахваливает Ён своего профессора, и последний не знает, куда деться. Несомненно, ему приятна похвала, но он испытывает неловкость из-за того, что парень нахваливает его перед своим другом, который ещё и их общий коллега. — Со мной всё в порядке, так что я поеду домой, пока мой брат с ума не сошёл от волнения. Присмотрите за ним, профессор, — видимо, Му Ён испытывает аналогичную неловкость, потому что кланяется и сам же закрывает дверь квартиры, едва выпрямляется, а Ён Мин едва успевает кивнуть на прощание и продолжает прерванный путь в ванную. — Что случилось? — требует он ответа, усаживая Ёна на бортик и сразу же направляясь к аптечке, которая хранится в шкафчике над раковиной. — Да так, — пожимает плечами Ён безразлично и еле слышно шипит, видимо, считая, что делает это очень тихо, но звук не укрывается от внимания профессора. — Подрался чутка. Какие-то парни в подворотне решили докопаться до нас, попросили закурить, мы отказались, но их это не особо остановило… — И вместо того, чтобы уйти, ты решил влезть в конфликт, — вздыхает Ён Мин, доставая бинты и антисептик, после чего тщательно моет руки, надевает новые перчатки, смачивает ватный тампон и ловит Ёна за подбородок, не давая вертеть головой, и начинает обрабатывать его рану на лице аккурат на щеке под глазом. — Больно… — шипит Ён и пытается дёрнуться, но Ён Мин крепко держит его, не давая увернуться, и тогда парень хватает его за запястье, пытаясь чуть притормозить. — А драться не больно было, да? — не удерживается от злого комментария Ён Мин и поджимает губы, придирчиво осматривая рану, которая, к счастью, не оказывается глубокой, но её края слишком ровные, что говорит о том, что она от ножа, из-за чего профессор мрачнеет на глазах. «Шрама не останется», — с облегчением думает доктор Ча и выдыхает, чуть ослабляя хватку на подбородке парня. Мысль о шраме на лице любимого не сколько отвращает мужчину, а больше всё-таки пугает, потому что ему не хочется, чтобы на чём-то столь прекрасном был шрам. — «Говорят, что шрамы украшают мужчин, но нет, Ёну шрамы не пойдут на лице». — Больно, — соглашается Ён печально и очаровательно надувает губки. — Я думал, что папочка подует мне на ранку, пока будет обрабатывать её… — капризничает парень и тянет руку Ён Мина к себе, прижимаясь губами к запястью, отодвинув перчатку, чтобы добраться до кожи, и тихо мурча в неё. — Хотелось, чтобы ты был поласковее со мной… — И в кого только такой капризный? — усмехается профессор, но мягко отстраняет свою руку и продолжает обрабатывать более мелкие ранки на лице и в уголке губ, правда теперь уже дует на каждую из них и даже периодически целует кожу рядышком. — Просто так захотелось, — отвечает Ён и довольно щурится, ловя подбородок Ён Мина и притягивая к себе. — Будешь так делать, если снова придётся обрабатывать мне раны? — томно шепчет он в губы профессора и накрывает их нежным поцелуем. — Целовать тебя в процессе? — смеётся мужчина и отвечает на поцелуй, забываясь и вплетая вторую руку в волосы любимого, заставляя чуть запрокинуть голову, чтобы им было удобнее целоваться, но быстро приходит в себя и отстраняется, памятуя о том, что не закончил осматривать и обрабатывать все раны Ёна. — Целовать, гладить и дуть на ранки, — выдвигает целый список требований ординатор и пытается поймать губы Ён Мина в новый поцелуй, чтобы увлечь за собой, но тот уворачивается. — Мне кажется, что я скорее с ума сойду из-за того, как часто с тобой что-то происходит… — качает головой доктор и берёт новый ватный тампон, смачивая антисептиком и продолжая обрабатывать ранки на лице, а когда заканчивает, то достаёт пластырь и заклеивает ту, что на щеке. — Прости, оно само как-то получается, — виновато мямлит Ён, но быстро встряхивается и вскидывает голову. — Между прочим, я был очень хорош в драке! — хвастается парень с улыбкой, словно выиграл какое-то состязание. — Не сомневаюсь, — хмыкает Ён Мин и ловит правую руку Ёна, которой тот размахивает от переизбытка эмоций, чтобы убрать с неё подсохшую кровь и заодно оценить масштаб ущерба. — Только, похоже, забываешь, что ты врач, которому полагается беречь руки, потому что это самое ценное, что есть у тебя, — отчитывает парня профессор, с облегчением замечая, что костяшки не так уж и сильно разбиты, однако в ближайшее время ординатора подпускать к операционной не стоит. — Я помню, но с детства постоянно куда-то влипаю, — со вздохом признаётся Ён. — Стараюсь, как могу, но некоторые парни прямо так и нарываются на драку, вот и получают её, — облизывает губы ординатор и замирает, наблюдая за тем, как Ён Мин аккуратно обеззараживает его руку, периодически дуя на неё, чтобы не щипало. — У тебя так здорово получается, я почти не чувствую боли, — замечает Ён. — Как ты добился такого? — Не спал ночами и много работал, — мгновенно отзывается Ён Мин, и в его словах нет ни капли лжи, потому что, будучи ординатором, он буквально ночевал в больнице, не разгибаясь и бесконечно тренируясь, покуда его руки не перестали трястись. «Рассказать ему о том, как я пришёл к этому? Про те странные случаи, когда в меня словно кто-то вселялся, и я проводил операции на уровне профессионального хирурга, хотя сам был юным интерном, а потом ничего не мог вспомнить?» — А я слышал, что ты был одарён изначально, — словно подслушав мысли любимого, говорит Ён. — По больнице ходят слухи, что ты провёл свою первую операцию на высшем уровне будучи интерном. Это правда? Ён Мин не торопится с ответом, откладывая в сторону очередной более непригодный ватный тампон и доставая из упаковки новый, который обильно смачивает антисептиком, и возвращается к пострадавшим костяшкам руки. Они уже не нуждаются в столь сильной обработке, но профессор решает сделать своего рода контрольный заход, а заодно и подумать. — Да, — наконец говорит он, не видя смысла отпираться. — Это правда, вот только я не помню ничего. — Ещё бы, — хмыкает Ён, — у тебя было столько успешных операций, что невозможно все запомнить. — Нет, ты не понял меня, — качает головой Ён Мин и накладывает стерильную повязку на руку ординатора. — Я помню, как остановил каталку с пациентом, которого собирались вышвырнуть из больницы, потому что не было свободных врачей; помню, как его дочь умоляла спасти его; как я осознал, что он просто не доедет и умрёт в дороге… Следующее моё воспоминание уже о том, что на улице глубокая ночь, а меня хвалят за блестяще проведённую операцию, — рассказывает профессор и из-под ресниц бросает взгляд на Ёна, пытаясь понять по его лицу, верит ли парень ему или же нет. — Ты был в состоянии аффекта? — осторожно уточняет ординатор, чуть наклонив голову и приоткрыв губы, на что Ён Мин пожимает плечами. — Больше похоже на то, словно в меня кто-то вселился и воспользовался моим телом, чтобы провести операцию, — говорит он и усмехается с того, как нелепо звучат собственные слова. — Подобное повторялось ещё несколько раз, я пришёл в ярость и решил, что должен стать первоклассным хирургом, чтобы этот «призрак» больше так не делал, — подводит Ён Мин итог и заканчивает с перевязкой руки любимого. — Хирург О Чжу Мён, наверное, был в восторге от такого талантливого интерна, — замечает Ён и подносит ладонь к лицу, зачем-то рассматривая работу профессора, словно сомневается в её качестве, чем сбивает Ён Мина с толку, но он успевает заметить на себе взгляд ординатора, впрочем, тот его быстро отводит, словно попавшись с поличным. — О Чжу Мён? — переспрашивает доктор. — Нет, я не застал его, он уже умер, когда я пришёл в больницу, видел его разве что на фотографиях, что висят в отделении. — Точно, он же уже тогда умер, — повторяет слова профессора Ён и опускает руку, расправляя плечи. — А ты откуда знаешь про него? Активно интересовался историей отделения? — спрашивает Ён Мин, несколько удивлённый подобным фактом. Обычно новенькие не могут запомнить имена всех врачей, которые на данный момент работают в больнице, что уж говорить про тех, кто был до них. — Он был лучшим другом дедушки, лично я его не встречал, но много слышал о нём и видел фотографии, — отвечает Ён и ловит профессора за футболку, притягивая к себе в явной попытке сменить тему. — Ладно, ты не переживай, я не планирую отлынивать от работы: беру на себя всю бумажную волокиту и неотложку, — обещает парень и ловит нижнюю губу любимого, втягивая её в рот и начиная жевать и посасывать. — Нет, Ён, — возражает Ён Мин и отстраняется, вырываясь из сладкого плена, чтобы продолжить осмотр. — Насчёт бумажной работы я не против, но точно не одобряю неотложку, ведь там порой нужно швы накладывать, а твоя рука никуда не годится. Вот восстановишься и… — В процессе разговора профессор замечает кровь на шее Ёна, за которой обнаруживается ещё одна рана от ножа в опасной близости от сонной артерии. — Что такое? — интересуется Ён, заметив внезапную паузу в их разговоре и явно отследив взгляд Ён Мина, тянется рукой к собственной шее, которую в последний момент тот перехватывает за запястье, не давая дотронуться до раны и усугубить положение. «Чуть выше, и он бы сейчас не сидел бы здесь со мной», — понимает Ён Мин, и одна только эта мысль вызывает дрожь во всём теле. — Тебе жить надоело? — глухо спрашивает он, но берёт себя в руки и приступает к оценке повреждения, пытаясь понять, насколько порез глубокий. — Нет, — тихо отвечает Ён и опускает руку, чтобы не мешать процессу его лечения. — Тогда какого чёрта ты лезешь в драку, когда видишь, что у противника нож? — рычит Ён Мин от злости и бессилия, решая, что лучше всё же зашить рану, поэтому быстро достаёт всё необходимое и вновь обеззараживает руки, меняя перчатки. — Он достал нож уже в середине драки, когда понял, что проигрывает, — оправдывается Ён и косится на иголку. — Может, не надо, папочка? — пытается разжалобить парень профессора, используя игривое прозвище, но желаемого эффекта не добивается. — Надо, я ещё слишком молод, чтобы становиться вдовцом, — отрезает Ён Мин и запоздало понимает, что сказал, но старается не подать виду и ведёт себя, как ни в чём не бывало, обрабатывая шею любимого специальным обезболивающим спреем. — Я не виноват, что куда-то влипаю, стоит мне только выйти из дома, — ворчит Ён и пытается незаметно отползти по бортику ванны подальше от профессора. — В таком случае переезжай ко мне, и я буду возить тебя на работу и с неё, чтобы ты никуда не попадал, — выдвигает требование Ён Мин, ловя парня и приступая непосредственно к процедуре зашивания, которая, к счастью, не должна быть слишком долгой. Ён молчит подозрительно долго, и Ён Мин надеется, что причина кроется в том, что он орудует иголкой на чужой шее, а не потому, что парень придумывает отмазку, как ему замять неудобную тему. Они так и не сдвинулись с мёртвой точки после их первой совместной ночи, когда Ён обмолвился, что может сказать семье о переезде к лучшему другу, а сам перебраться к профессору. На деле же всё до сих пор остаётся на уровне разговоров, потому что всякий раз находится новый повод отложить переезд: «Братик заболел», «Малышу надо помочь с подготовкой к экзаменам», «Брат плохо спит в последнее время». Брат, брат, брат… Ён Мин уже практически ненавидит этого младшего брата Ёна, который довольно взрослый, но никак не может отлипнуть от парня. — Скажешь, что не можешь переехать ко мне, потому что твой брат не может уснуть без тебя, и я ткну тебя иголкой, — практически серьёзно угрожает Ён Мин, когда заканчивает зашивать рану и видит, как Ён открывает рот, чтобы что-то сказать. Очевидно, что он угадал, потому что парень сразу же поджимает губы. — Твоему брату пять годиков или меньше? — продолжает давить профессор, не желая уходить от темы. — Нет, — тихо, но отчётливо произносит Ён. — Вот именно, а ты до сих пор спишь с ним в одной кровати! Мне уже можно начинать переживать по этому поводу? — спрашивает Ён Мин, складывая использованные предметы в мусорную корзину. Он старается сдерживаться, но выходит не так хорошо, как ему хотелось бы, да и момент для разговора выбран не особо удачный: Ён ранен и ему нужен отдых, а вместо этого профессор терзает его своими претензиями. — Я уже говорил тебе, что он мучается от кошмаров, а если я брошу его… — парень делает вдох и продолжает уже тише, — то получится, что я предаю его в ответ на его доброту ко мне. «Что за ненормальное поклонение младшему брату?» — зависает Ён Мин, пока моет руки. — «Конечно, старшие братья защищают младших, но чтобы до такой степени…» — Ён, — профессор опускается на корточки перед парнем и берёт его за руку, пытаясь аккуратно и правильно подобрать слова. — Я понимаю, что ты любишь брата и стараешься защитить от всего, но всю жизнь вы вместе провести не сможете, ты должен думать и о себе, отстаивать свои желания и интересы, устраивать свою жизнь, — пытается донести до любимого мысль Ён Мин и видит горькую усмешку на губах парня. — Этой жизнью я обязан ему, — выдаёт не до конца понятную мужчине фразу ординатор и отворачивается, не желая поддерживать зрительный контакт и уходя в себя, что не нравится Ён Мину. «О чём он?» — Но это не значит, что ты должен отдать эту жизнь ему, — мягко произносит Ён Мин и прижимается губами к запястью любимого, задерживаясь в такой позиции. — Значит, — упрямо возражает Ён и пытается вытащить руку, что чувствует профессор и отпускает парня, не желая давить на него. — Без него я был бы никем! Так что поклялся, что умру за него, если так будет нужно… Подобные речи натурально ошарашивают и пугают Ён Мина, и он не знает, как правильно реагировать на них и что сказать, поэтому не придумывает ничего лучше, кроме как обнять Ёна и успокаивающе погладить по плечам и спине, показывая, что он готов ждать его столько, сколько необходимо парню. — Прости, что так давлю на тебя с переездом. Конечно, ты можешь перебраться ко мне только в случае, если сам захочешь и когда захочешь, — примирительно произносит Ён Мин, идя на уступки ради их отношений. Ён шевелится в его объятиях, и профессор слышит тяжёлый вздох. — Ты бы остался со мной, узнай, кто я? — спрашивает парень, в очередной раз за короткий промежуток времени ставя доктора в тупик своим вопросом. «Он хочет поговорить про наркотики и то, как умудрялся употреблять их под носом у семьи, но при этом поступить на врача и ни разу не попасться?» — Ты так сильно сомневаешься в моих чувствах, раз считаешь, что я могу отказаться от тебя? — спокойно спрашивает Ён Мин, отстраняясь, чтобы заглянуть Ёну в лицо. — Может, ты и совершал проступки в прошлом, но сейчас ты прекрасный ординатор и смелый парень, не терпящий несправедливости, и я люблю тебя таким, какой ты есть, даже несмотря на твоих внутренних демонов. — Я стал таким благодаря моему младшему брату, — замечает Ён, наконец-то поднимая глаза и встречаясь взглядом с Ён Мином. — Он подобрал меня, отброса, с улицы и привёл к себе домой. Профессор видит, как тяжело даются парню эти слова, поэтому старается сохранить лицо и не дать шоку отразиться на нём. Ему требуется всего несколько секунд, чтобы понять, что конкретно Ён имеет в виду под словом «отброс с улицы», и правда оказывается не такой уж и неожиданной, потому что где-то в глубине души профессор уже догадывался с того самого момента, когда обратил внимание на то, как ест Ён, но никогда не решался поднять эту тему вслух. — Другими словами, ты приёмный? — уточняет Ён Мин и подносит к губам руку Ёна, успокаивающе целуя запястье и показывая, что не испытывает никаких противоречивых или негативных ощущений по этому поводу, отмечая, как вздрагивает парень, словно ожидая удара. — То, что ты из детского дома, не делает тебя отбросом. — Ну… — теряется Ён и нервно кусает губы, — ты же слышал, что люди говорят про таких, как я… Что мы из неблагополучных семей, у нас плохие гены и родословная, поэтому люди из нас не получатся. У малышей ещё есть шанс измениться под силой воспитания приёмной семьи, а вот те, кто постарше… Я провёл много лет в приюте и видел, как приходили за маленькими детьми, а остальных игнорировали, и меня злило, что я никому не нужен и на меня смотрят с презрением и отвращением, а когда я уже смирился и отпустил ситуацию, решив отвечать болью на боль, то через некоторое время меня подобрал брат… Забрал проблемного подростка к себе домой… Я поначалу не верил, считал всё это розыгрышем, всё ждал, когда меня вернут обратно, даже слышал разговоры за спиной, что, вот, мол хозяйский сын наиграется, и меня сдадут обратно туда, откуда забрали… Внезапное откровение истощает тот скудный запас сил, что ещё оставался в теле Ёна после драки, поэтому парень замолкает и обмякает, ссутуливаясь и опуская голову, устало прикрывая глаза, и Ён Мин подаётся вперёд, вновь притягивая его в объятия и успокаивающе поглаживая, показывая тем самым, что парень ему вовсе не противен, несмотря на своё сомнительное происхождение. — Не позволяй чужим злым языкам определять тебя, — шепчет профессор, — неважно, кто твои родители, важно лишь то, каким прекрасным человеком ты становишься день ото дня. Ты замечательный врач, который очень привязан к своему брату и пациентам, и я даже мечтать не мог о таком подчинённом и возлюбленном, — заканчивает свою мысль Ён Мин и ощущает, как Ён изворачивается в его объятиях и прячет лицо в груди, словно пытается скрыться, и профессор позволяет ему это, прижимаясь губами к макушке и чуть покачивая, а сам садится рядышком на бортик ванны, чтобы было удобнее. Ёну требуется несколько минут, чтобы прийти в себя под нежными поглаживаниями и поцелуями в волосы, после чего он вскидывает голову и улыбается, а внутренние переживания выдают только чуть покрасневшие глаза, да промокшая футболка профессора. — Я люблю тебя, — шепчет Ён ему в губы, счастливо улыбаясь, и Ён Мин не может не поддаться чарам парня, но старается сохранить голову и ответить на поцелуй нежно, памятуя, что он не до конца осмотрел любимого, который вполне может прятать ещё парочку ран на своём прекрасном теле. — И я тебя люблю, — эхом отзывается Ён Мин и отстраняется, но на прощание оставляет нежный поцелуй на кадыке и губами ощущает, как напрягаются мышцы шеи Ёна, когда тот сглатывает. — М-м-м, — блаженно стонет Ён, сильнее запрокидывая голову, — ты же знаешь, как я возбуждаюсь от подобных поцелуев… Если продолжишь в том же духе, то нам придётся заняться любовью прямо здесь и сейчас… — Ну уж нет! — осекает фантазии любимого Ён Мин, мгновенно отстраняясь. — Ты ранен, так что даже не пытайся меня соблазнить! — Примеряет на себя вид строго врача профессор. — Тебе сейчас нужен покой и тёплый душ, чтобы смыть всю кровь. И вообще признавайся, куда ещё тебя пырнули ножом, чтобы я не обнаружил ночью никаких сюрпризов! — требует Ён Мин, цепким глазом замечая, что куртка любимого порезана в районе ключицы и ещё на левом боку. — Я не чувствую боли, — пожимает плечами Ён, но не сопротивляется, когда профессор начинает снимать с него куртку, чтобы получше осмотреть примеченные им места потенциальных ран. — Потому что ты всё ещё находишься под воздействием адреналина, — замечает Ён Мин, откладывая в сторону куртку, а когда оборачивается, то видит, как Ён чуть заваливается на бок, опираясь одной рукой на бортик ванны, а второй прикрывает свой бок. — Если там раны, то я немедленно везу тебя в больницу! Будешь лежать там под присмотром как послушный пациент, а я прикажу не выпускать тебя из палаты, — грозится Ён Мин и выразительно вскидывает брови, кивая на руку парня. — А толку? — кривится Ён. — Я же тебя знаю: будешь сидеть у моей койки, пока я полностью не поправлюсь, слухи пойдут по больнице, а оно не надо никому из нас, так что лучше мне остаться у тебя под твоим надзором, — бормочет парень, но послушно убирает ладонь, и Ён Мин видит на белой рубашке, которую мгновенно опознаёт как свою, стащенную парнем из гардероба, красное пятно, из-за чего мгновенно подрывается и подхватывает Ёна на руки, унося в спальню на кровать, чтобы тому не пришлось и дальше сидеть и вредить себе в такой позе. — Да там маленькая ранка совсем, — хнычет Ён, бросая взгляд на свой бок, словно может видеть рану через ткань и закусывает нижнюю губу. — Куда ты меня несёшь? — На кровать, — сквозь зубы отвечает Ён Мин, злясь на самого себя за подобную халатность. — Надо было сразу тебя уложить, а не заставлять сидеть… — Всё хорошо со мной, не переживай… — слабо ластится Ён, но профессор прерывает все поползновения любимого, когда укладывает его на кровать поверх покрывала, рассудив, что потом просто вытащит его и бросит в стирку, после чего бежит в ванную и вскоре возвращается со всем необходимым, чтобы продолжить обрабатывать раны любимого. Ён лежит, прикрыв глаза, что пугает Ён Мина, и он спешит расстегнуть рубашку, обнажая тело любимого. Ключица парня не пострадала, очевидно, весь удар ножа куртка приняла на себя, а вот в боку оказывается довольно глубокий порез, и профессор спешит очистить рану от крови, обеззаразить, зашить и наложить повязку. На протяжении всей процедуры Ён молчит и только изредка болезненно вздыхает, кусая губы, а когда Ён Мин заканчивает, то приоткрывает глаза. — Теперь в душ? — слабым голосом спрашивает он и пытается поймать руку профессора, но тот выворачивается и снимает очередную пару перчаток за вечер, откладывая их за ненадобностью. — Какой тебе душ? Вода попадёт в раны вместе с грязью и начнётся воспаление, — несколько злобно говорит Ён Мин. Ему не хочется говорить таким тоном, но раздражение на беспечность парня выливается в ответе на откровенно глупый вопрос. — Так тебя оботру, — бросает он напоследок и быстро выходит с тазиком в ванную, чтобы сменить воду. — Ён Мин, не волнуйся за меня, — вновь заговаривает Ён, стоит только профессору появиться на пороге. — Мне скоро станет легче, ты же лучший врач в Ын Сан, так что я сомневаюсь, что у меня вообще останутся шрамы на теле… Ён Мин ничего не говорит в ответ, боясь, что всё закончится скандалом, поэтому молча раздевает любимого до конца и начинает вытирать его тело, собирая с него весь пот и грязь, скопившиеся за день и драку. — Прости за грязь, — виновато шепчет Ён и тяжело вздыхает прежде, чем добавить. — Я люблю тебя. — И я тебя, — машинально отзывается профессор, продолжая монотонную процедуру, а когда заканчивает, то вытаскивает из-под парня покрывало и ненадолго зависает, думая, как ему быть, но в итоге решает переодеть Ёна в пижамные штаны, после чего даёт необходимые лекарства, укрывает парня одеялом до самого подбородка, нежно целует в щёку и уходит убирать грязь, которую они вместе развели. Когда Ён Мин возвращается, то Ён уже спит, слабо постанывая во сне, и ему ничего не остаётся, кроме как забраться и лечь рядом с любимым, чтобы стеречь его сон. Он практически не спит, подрываясь всякий раз, как парень пытается перевернуться на живот, и возвращает его обратно на спину, чуть поглаживая и успокаивая. Ён успокаивается только тогда, когда укладывается головой на грудь Ён Мина, где дремлет до самого утра, но стоит ему только пошевелиться и попытаться встать, как профессор мгновенно просыпается и хватает парня, не давая ему подняться с кровати. — Что такое? Болит? Хочется чего-нибудь? — засыпает ординатора вопросами Ён Мин, откидывая в сторону одеяло и бегло осматривая раны. — Нет, всё нормально, — откровенно врёт Ён, судя по лёгкой гримасе на его лице. — На работу хотел собираться… — Никакой работы! Я сообщу шефу Бану, что ты на больничном, — возражает Ён Мин, вставая с кровати, чтобы напоить парня водой, дать ему лекарства и позвонить начальнику. Кажется, шеф Бан впадает в шок, потому что не может ничего толком сказать, чем и пользуется Ён Мин, любезно сообщая, что его ординатор на больничном, а он сам выйдет на работу только в экстренном случае, после чего завершает звонок, не давая начальнику и шанса высказаться, и возвращается в постель. Повторно Ён просыпается уже под вечер, и Ён Мин мгновенно подрывается от возни под боком, чувствуя себя так, словно и не спал вообще, хотя это не так уж и далеко от правды, потому что профессор постоянно подрывался и осматривал парня на предмет ухудшений, но таковых, к счастью, не происходило. — Кушать хочешь? — первым делом спрашивает Ён Мин, пресекая попытку Ёна потянуться. — Ты ещё, наверное, в туалет хочешь. Тебе помочь добраться? — Сам справлюсь, — возражает парень и быстро целует профессора, очевидно, пытаясь успокоить. — Давай я закажу нам доставку, чтобы ты не стоял у плиты, ведь наверняка не спал из-за меня толком, — предлагает он и садится на кровати, откидывая одеяло в сторону и с трудом поднимаясь на ноги. — Нам ещё нужно сделать перевязку, — говорит Ён Мин, вставая следом, не в силах смотреть, как мучается Ён, и подхватывает парня на руки, помогая добраться до туалета, где тот делает свои дела, после чего идёт в ванную, чтобы подготовить всё для перевязки. — Дорогой, всё в порядке, я могу и сам справиться, а ты отдохни… Я волнуюсь, что ты не выспался из-за меня… — заявляет Ён, появляясь на пороге ванной, но Ён Мин отрицательно качает головой, и парень печально вздыхает, устраиваясь на бортике, где пытается самостоятельно снять старую повязку, но профессор вновь пресекает эту попытку и сам приступает за дело, надеясь, что Ён больше не будет мешать. Парень молчит и строит из себя послушного пациента, а когда доктор Ча заканчивает накладывать чистую повязку, то ощущает прикосновение прохладной ладони к себе. — Спасибо тебе… Ты рядом, и я чувствую себя сейчас самым счастливым человеком на свете… — А знаешь, что сделает меня самым счастливым? — в тон ординатору спрашивает Ён Мин, отстраняясь и аккуратно поднимая парня на руки. — Момент, когда ты перестанешь лезть в драку с теми, у кого нож, — заканчивает он мысль, унося Ёна в спальню, где укладывает на кровать и вручает свой телефон. — Закажи доставку, а я пока уберу всё там, — просит он любимого и мягко целует в пухлые губы, чтобы тот не расстраивался, после чего пытается уйти, но Ён ловит его за запястье, и Ён Мин замирает. — Только не ругайся, ладно? — просит ординатор, и одна только эта фраза служит своего рода триггером для профессора, потому что обычно после неё следует что-то очень нехорошее. Видимо, плохие ожидания отражаются на его лице, потому что Ён следом добавляет. — Это было давно. — Не лучше. Две эти фразы создают нечто вроде «комбо», которое предвещает беду, поэтому Ён Мин на всякий случай садится на кровать. — Раньше я часто дрался, чтобы защитить нас с Му Ёном, ведь он не мог постоять за себя, и после всех этих драк я ещё умудрялся ходить в школу и вести себя так, будто ничего не произошло, потому что знал, что если покажу слабость там или в приюте, то никто жалеть не будет, а есть риск получить ещё больше… Я говорю это к тому, что для меня нормально переносить всякие болезни и травмы на ногах, но сейчас… сейчас ты заботишься обо мне, выхаживаешь, и это делает меня безумно счастливым, но в то же время я переживаю, что ты из-за меня страдаешь, и хочу позаботиться о тебе тоже… Ён Мин выдыхает, обрывая долгий монолог парня тягучим поцелуем. Впрочем, тот не сказал ничего из того, что не ожидал услышать профессор, обрисовав типичную ситуацию выходца из приюта, и от этого что-то защемило в районе в сердца. — Я люблю тебя, и мне достаточно того, что ты в тепле и безопасности, а ещё лучше будет, когда ты поправишься и перестанешь лезть на рожон, — шепчет Ён Мин и запечатывает свои слова очередным поцелуем, нависая над любимым, который обвивает его спину руками и мягко поглаживает. — Я обещаю, что постараюсь ни во что больше не ввязываться… — шепчет Ён, и профессор отчаянно хочет поверить ему, но в глубине души осознаёт, что его любимый вновь влезет в драку, едва увидит несправедливость или ещё что. Кажется, он слишком сильно расслабляется, потому что мгновение спустя оказывается на кровати под Ёном, который оперативно усаживается на его бёдра со шкодливой улыбкой и откидывает волосы назад, избавляясь от длинной чёлки. — Прости, папочка… Я не удержался… — извиняется парень, но чувства стыда явно не испытывает, судя по его довольной улыбке искусителя. — Ён! — прикрикивает на ординатора Ён Мин, едва берёт себя в руки и шлёпает парня по бедру, где, как знает, нет ран. Обычно так наказывают непослушных детей, но прямо сейчас подобное наказание оказывается как нельзя кстати для взрослого юноши. — Тебе нельзя напрягаться! Немедленно слезь с меня и ложись, — приказывает профессор и бегло осматривает повязку Ёна на боку, чтобы убедиться, что та не пропиталась кровью из раны, которая могла раскрыться в результате подобного безрассудства. Ординатор не торопится выполнять рекомендации своего лечащего врача и провокационно покачивается на его бёдрах, кусая нижнюю губу, но через пару движений ловит на себе убийственный взгляд профессора и аккуратно слезает с него с самым невинным видом, на который только способен. — Прости, что я так повёл себя и пренебрёг безопасностью, но рядом с тобой не могу держать себя в руках, — покаянно произносит Ён, устраиваясь рядом и прижимая ладонь к боку, однако в голосе парня не слышится раскаяния, и Ён Мин мгновенно подрывается и убирает руку любимого в сторону, но крови на повязке не видит. — Ён, я тоже хочу тебя, но потерпи немного, хорошо? Когда твои раны заживут, то я сделаю с тобой всё, что пожелаешь, — обещает профессор и вновь целует ординатора, нависнув над ним, надеясь, что верхний мозг парня возьмёт контроль над ситуацией, и Ён согласится на данное условие, но рука, коснувшаяся его паха через мгновение, говорит об обратном. — Это будет потом, а сейчас… я могу помочь тебе, — елейно шепчет Ён, едва губы получают свободу, когда Ён Мин отстраняется, чтобы бросить взгляд вниз и убедиться, что его парень всё же гладит его между ног. — Например, губами или рукой, а может вообще поспать на твоём члене… — расписывает манящие перспективы ординатор, на что Ён Мин крепко обхватывает чужое запястье и отстраняет от себя. — Ага, знаю я твоё «поспать на члене». Только отвлекусь, и ты уже скачешь на нём. Нет, никаких игр до твоего полного выздоровления. Точка! — Желая показать, что дальнейшая дискуссия не имеет смысла, Ён Мин быстро выбирается из кровати и заматывает парня в одеяло, вновь подсовывая ему в ладонь телефон, про который они забыли в процессе возни на кровати. — Ты прав, — печально вздыхает Ён, поджимая губы. — Мы же как-то терпели, пока не начали встречаться, да и потом не сразу переспали, так что пару недель протянем, — подводит итог парень и подносит телефон к лицу. — Действуем по старому плану? Ты убираешь всё, а я заказываю еду, мы кушаем и ложимся спать, а завтра проведём целый день вместе, залипнув в какой-нибудь сериал или игру… — Мне нравится этот план, — подбадривает парня профессор и уходит в ванную, чтобы всё там убрать. Когда он возвращается обратно, то Ён уже сидит, прижавшись спиной к вертикально поставленной подушке и лениво щёлкает пультом, перебирая каналы в поисках какой-нибудь познавательной передачи, покуда не останавливается на какой-то программе про Японию. — У таких баров даже есть специальные названия: «Боттакури», что значит «бар, разводящий на деньги», либо «Рипофу», что значит «обобрать до последнего гроша», — рассказывает ведущий, прогуливаясь по улицам Токио. — Смотришь про то, как туристов разводят на деньги в барах? — спрашивает Ён Мин, устраиваясь рядом с Ёном и ныряя под одеяло. — Хочешь поехать в Японию? — уточняет он природу своего интереса, говоря чуть громче, чтобы перекрыть голос ведущего, который рассказывает, как одному бедолаге пришлось отдать девяносто две тысячи йен за два коктейля со льдом в подобном баре. — Не знаю, я как-то за границей никогда не был, — пожимает плечами Ён, но профессор отмечает интерес, с которым парень наблюдает за происходящим на экране. — Хочешь, съездим куда-нибудь вместе? — предлагает внезапно Ён Мин и тем самым резко переключает внимание любимого на себя. — Что? — переспрашивает Ён, видимо, решив, что он ослышался. — Хочешь, съездим вместе за границу? — предлагает профессор и видит искру интереса в глазах парня, которая быстро тухнет. — Даже не знаю… — бормочет он, отводя взгляд и вновь переключаясь на экран телевизора. — На годовщину наших отношений, — находится с поводом профессор, а потом понимает, почему парень так реагирует. «Думает, что это слишком дорого, и боится реакции семьи?» — Скажем, что уезжаем на какую-нибудь конференцию, — быстро находится с отмазкой Ён Мин. — Меня часто приглашают в зарубежные конференции, вот и напишем статью в соавторстве и поедем вместе. Приедем чуть пораньше, чтобы провести время там вместе. Фонд оплатит нашу поездку, а остаток мы покроем сами, — предлагает профессор с улыбкой и ловит руку Ёна, который поворачивается к нему. — Так просто? — спрашивает ординатор, переплетая их пальцы со слабой улыбкой на губах. — К чему нам всё усложнять? Так просто, — улыбается Ён Мин и целует ладошку любимого. — Я посмотрю, куда меня недавно приглашали, и покажу тебе все варианты, вот вместе и выберем, куда поедем, — заключает мужчина и оставляет ещё один поцелуй на запястье, через секунду ощущая, как его целуют в макушку. — Я люблю тебя, — счастливо шепчет Ён, и слёзы, стоящие в его глазах, говорят сами за себя. — И я тебя люблю, — отзывается Ён Мин и выпрямляется, понимая, что скоро приедет курьер, а они лежат в кровати. — Где будем ужинать? Может, здесь? Я сейчас принесу заранее приборы, чтобы ты не напрягался и не вставал лишний раз. — Знаешь, — задумчиво тянет Ён, — мне как-то сказали отучиться от привычки есть по тёмным углам и делать это всегда на кухню, так что давай следовать правилам и есть на кухне, а за меня не переживай: со мной рядом будешь ты и подстрахуешь в случае чего. — И кто же тебе сказал подобные слова? — уточняет Ён Мин, уже догадываясь, что это кто-то из приёмной семьи пытался привить парню правила этикета, а сам встаёт и идёт к гардеробу, откуда достаёт просторную коричневую рубашку, с которой возвращается к кровати, чтобы одеть в неё ординатора. — Дедушка, — предсказуемо отзывается Ён, помогая с процессом одевания, и даже пытается застегнуть сам пуговицы, но Ён Мин мягко отводит чужие пальцы в сторону и сам берётся за это. — Я как-то ел в кровати спрятанную булку, когда мой брат поймал меня с поличным и настоял, чтобы мы пошли на кухню. Тогда я узнал, что не надо прятать еду под подушкой, а можно в любой момент прийти туда и попросить покушать, если хочется. — Твой дедушка прав, — соглашается Ён Мин и заканчивает с пуговичками, в конце не сдерживаясь и оставляя нежный поцелуй в уголке губ парня. — Наслаждайся пока программой, а я подготовлю стол и встречу курьера. Убедившись, что Ёну комфортно в кровати, профессор направляется на кухню, где заваривает свежий чай и достаёт столовые приборы, которые поначалу кладёт напротив друг друга, но потом передумывает и перекладывает их рядом, надеясь, что Ён захочет сидеть к нему поближе, когда раздаётся звонок, оповещающий о приходе курьера. Ён Мин быстро встречает того и забирает заказ, с любопытством заглядывая внутрь, чтобы узнать, что заказал его парень, и обнаруживает внутри исходящий паром рамэн и в отдельном пакете различные закуски. Всё это богатство мужчина спешит расставить на столе, после чего возвращается в спальню, где обнаруживает Ёна, который уже встал с кровати. — Куда? — Ловит беглеца Ён Мин и подхватывает на руки, не давая и шагу ступить, и таким образом несёт на кухню. — Сейчас я буду тебя кормить. — А может, — быстро обхватывает руками шею профессора ординатор и начинает ластиться к его мочке уха, переходя на шёпот, — мы будем кормить друг друга, пока я сижу у тебя на коленях? Ён Мин раздумывает ровно секунду, прежде чем принимает решение и садится за стол, устраивая парня на своих коленях, крепко обвив его одной рукой, чтобы тот не ёрзал, после чего пододвигает рамэн поближе и подаёт Ёну палочки. — Кушай, — просит он кратко и берёт свои палочки, краем глаза наблюдая за тем, как Ён наклоняется и ловит половинку яйца, но не проглатывает его, а цепляет зубами и разворачивается к Ён Мину, подаваясь вперёд и тычась ему в губы, явно предлагая разделить еду на двоих. — Ешь сам, а то ты совсем отощал, — качает головой профессор, но сдаётся и подаётся навстречу, впрочем, откусывает совсем небольшой кусочек от яйца, большую часть оставляя любимому, и быстро отстраняется, пережёвывая свою порцию, а затем вылавливает яйцо из своей тарелки и перекладывает Ёну, который быстро проглатывает свой кусок и цепляет палочками мясо. — Здесь еды хватит на нас двоих, так что не переживай, дорогой, голодать я не буду, тем более, что мне нужно как можно скорее восстановиться, чтобы снова наслаждаться тобой, — говорит он и подносит мясо к губам Ён Мина. — А вот тебе тоже нужны силы, чтобы потом выбивать из меня такие стоны, что соседям будет стыдно смотреть нам в глаза. — Ты ещё не успел поправиться, а уже думаешь о том, как мы будем заниматься любовью, — усмехается Ён Мин. — В жизни бы не подумал, что ты такой развязный… — Профессор быстро обрывает себя, боясь, что может этой фразой оскорбить парня, поэтому спешит забрать угощение с палочек, чтобы замять тему, но, кажется, Ён не обижается, потому что игриво вскидывает брови и тянется за новой порцией в тарелку. — Я думаю о манящих перспективах, касающихся тебя… Представь, как я буду сжимать тебя в себе и громко стонать, цепляясь за твои плечи… — медленно описывает парень их будущее, после чего отправляет себе в рот порцию лапши, которую быстро жуёт. — Помнится, ты говорил, что будешь сверху, а теперь только и делаешь, что говоришь о том, как я буду брать тебя, — не удерживается в очередной раз от подколки Ён Мин, но иного выхода не видит, потому что ещё чуть-чуть, и он точно возбудится. — Я просто не знал, что снизу тоже может быть здорово, — отмахивается Ён и вылавливает мясо, разворачиваясь к профессору, чтобы покормить его. — Ешь сам уже, — усмехается Ён Мин, забирая угощение, и целует парня в висок, прижимаясь губами и задерживаясь в таком положении на несколько минут, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете.

***

Разумеется, Ён не отвечает на звонок. Ён Мину требуется целое утро, чтобы наконец-то собраться и набрать номер парня, который ему дал Джастин, после чего он слушает гудки, затаив дыхание, чтобы затем услышать, как холодный механический голос сообщает ему, что абонент не отвечает. — Паршивец! — От эмоций Ён Мин едва не кидает телефон в стену, но стоимость аппарата останавливает его, да и тот факт, что он куплен недавно, а в планах по тратам на ближайших месяц у профессора стоит покупка нового костюма, потому что прошёл уже квартал с последней обновки. Нервно отложив телефон на кухонный стол, Ён Мин начинает ходить по квартире туда-сюда, пытаясь придумать очередное оправдание, почему Ён не берёт трубку. Первая и логичная мысль: парень сейчас со своей семьёй, поэтому ему не до мобильного, который он вполне мог оставить где-то. — Скорее всего, так и есть, — рассуждает профессор на очередном круге. — У него канадский номер, так что он вряд ли сохранял мой, да и зачем ему? Вряд ли он рассматривал вариант, что я могу найти его как-то… Раздавшийся трезвон мобильного вынуждает Ён Мина подпрыгнуть и буквально броситься к телефону, поспешно хватая его и не глядя принимая вызов, дрожащими от нетерпения руками далеко не сразу попадая по сенсорному экрану. — Да! — выдыхает мужчина и задерживает дыхание, ожидая услышать знакомый голос из прошлого с приятными низкими нотками, сводящими с ума. — Профессор Ча, вы же уже вернулись в Сеул? — тараторит шеф Бан, и Ён Мин смурнеет на глазах. — Да… — кисло отзывается он без энтузиазма. Разумеется, звонящий не Ён. Чтобы Ён, да ещё и сам перезвонил ему. Скорее, произойдёт объединение Северной Кореи с Южной, чем парень соизволит набрать ему. — Прекрасно! Профессор Ча, спасайте, больше некому! — начинает причитать заведующий отделением, и Ён Мин закатывает глаза и делает медленный вдох, но после берёт себя в руки. Раз сам шеф Бан звонит и умоляет его о помощи, то ситуация точно из разряда патовых. — Что случилось? — К нам везут молодого парня после огнестрельных ранений в крайне тяжёлом состоянии, а свободных хирургов нет! Только вы… — Огнестрельные ранения — не мой профиль, — осекает Ён Мин, начиная злиться от того, что на него пытаются повесить чужую работу. — У пострадавшего ранения в разных частях тела, в том числе и в грудной клетке, а вы единственный свободных кардиоторакальный хирург! — продолжает причитать шеф Бан, явно задушив свою гордость собственными руками, раз опускается до подобного, на что Ён Мин едва слышно усмехается: видимо, случай настолько тяжёлый, что никто не рискует браться за пострадавшего, чтобы не заполучить ещё одну зарубку на послужном списке. На пару мгновений профессор и сам задумывается о том, чтобы отказаться и сослаться на то, что он приехал поздно прошлой ночью и не выспался с дороги, поэтому не в форме проводить операцию, да и пусть пациента везут в другую больницу, раз у них нет хирургов… «Видимо, мы ближе всех находимся, а дальше парня вряд ли довезут. Лучше соглашусь, ведь кто, как не я, сможет вытащить бедолагу с того света волшебными руками? Всё лучше, чем сидеть дома и сходить с ума из-за мыслей о Ёне, операция поможет мне переключиться и отвлечься… Особенно сложная… Он не вспоминает обо мне, так что и я не буду хоть какое-то время…» — Скоро буду, к моему приезду подготовьте анамнез и сразу же пришлите мне, я должен чётко знать, с чем имею дело. Самого парня тоже сразу готовьте к операции, раз всё серьёзно, то нельзя терять ни секунды, — приказывает Ён Мин. — Да-да-да, всё сделаем, профессор! — кудахчет шеф Бан и первым сбрасывает звонок. Профессор Ча собирается в рекордные сроки и быстро садится за руль автомобиля, сразу же направляясь в больницу, даже не заехав по пути в кофейню за стаканчиком кофе, чтобы выполнить свой традиционный ритуал — сегодня на это нет времени. В дороге он получает сообщение о пациенте и хмыкает, понимая, что не прогадал: случай действительно тяжёлый, и операцию предстоит проводить не только Ён Мину, но и хирургам других профилей. — Не факт ещё, что выживет, но со своей стороны я сделаю всё возможное, — бормочет Ён Мин, стараясь просмотреть присланную ему информацию и одновременно следить за дорогой, но всё же больше внимания уделяет последнему, потому что воспоминания об аварии и бытии призраком всё ещё свежи. — Тридцать три года… И куда только ввязался такой молодой? Добравшись до больницы, Ён Мин тут же попадает в окружение ординаторов, которые облепляют его и наперебой тарахтят о пациенте, и как вишенка на торте возникает шеф Бан, видимо, желающий контролировать процесс лично. Будь воля Ён Мина — вручил бы ему скальпель, да только пациент тогда точно не выживет. Профессор быстро осматривает подчинённых, но главного из них не находит среди них. — Где Сын Так? — кратко бросает он вопрос и видит растерянные переглядки. — Он уехал с вами на конференцию и больше не появлялся, — напоминает шеф Бан услужливо. — Пациент уже на последней стадии подготовки к операции, вы вовремя, профессор… «Вот паршивец! Ему бы сейчас ассистировать мне, чтобы получить бесценный опыт, а он где-то гуляет. Ну я его взгрею потом!» — мысленно делает заметку на будущее Ён Мин и выцепляет взглядом Сон Хо, как самого надёжного. — Сон Хо, марш в предоперационную готовься! Ассистируешь мне сегодня, — приказывает профессор, направляясь переодеваться, чтобы присоединиться к команде. — Хорошо, профессор! — отзывается ординатор и быстро убегает. Когда Ён Мин переодевается и заканчивает подготовку к операции, то заходит непосредственно в операционную, где медсестра помогает ему надеть перчатки и последние необходимые атрибуты, и пока с ним возятся, то мужчина бросает взгляд за стекло, где видит шефа Бана вместе с остальными врачами, пришедшими понаблюдать за проводимой операцией. «Кто бы сомневался!» — думает Ён Мин и смотрит на пациента, мгновенно бледнея. Из-под медицинской шапочки просвечивают медно-рыжие волосы, и на несколько секунд профессору мерещится, что перед ним лежит Ён, поэтому он делает неконтролируемый шаг вперёд, ближе к пострадавшему, чтобы получше рассмотреть его, и с облегчением выдыхает: парень просто похож на Ёна, не более того. В операционной воцаряется тишина, нарушаемая только приборами, и Ён Мин ловит на себе взгляды, запоздало соображая, что все ждут только его, как ведущего хирурга на данном этапе операции, и уже пора начинать её. Профессор прикрывает глаза и начинает разминать руки, настраиваясь и призывая себя к спокойствию. «Это не Ён, просто похож на него, просто его одногодка, не более того… Давай, Ча Ён Мин, соберись и выброси мысли об этом негоднике на ближайшие несколько часов, как он выбросил тебя из своей жизни…» — проговаривает мысленно Ён Мин, и это срабатывает. Внутри вспыхивает застарелая злоба на бывшего возлюбленного, и профессор открывает глаза. — С момента получения ранений прошло примерно сорок пять минут, налицо бледность кожных покровов и набухание шейных вен, — начинает Ён Мин, глядя на экран. — Частота сердечных сокращений — сто тридцать в минуту, артериальное давление — шестьдесят на сорок миллиметров ртутного столба, тоны сердца глухие. — Ча Ён Мин ни на секунду не останавливается, продолжая проговаривать вслух. — Дыхание резко ослаблено справа, частота дыхания — шестнадцать в минуту. На груди справа — три входных отверстия от огнестрельных ранений восемь на семь миллиметров: в четвертом межреберье по передней подмышечной линии; в девятом межреберье по лопаточной линии и в десятом межреберье по задней подмышечной линии. Профессор выдыхает, закончив озвучивать информацию для собравшихся как внутри, так и снаружи, и протягивает руку в сторону Сон Хо. — Начинаем операцию. Первым делом профессор делает интубацию трахеи, затем катетеризацию подключичных вен, а после дренирование правой плевральной полости с эвакуацией крови и одновременной её реинфузией. Сон Хо стоит чуть позади и сбоку, дублируя команды хирурга и подавая нужные инструменты, и Ён Мин старается не отвлекаться и не сравнивать парня с Сын Таком, которого привык ощущать за своей спиной, и теперь кто-то другой ощущается как посторонний. — Прошло пятнадцать минут от начала операции, — в очередной раз подаёт голос Сон Хо. — Приступаю к переднебоковой торакотомии справа, — говорит Ча Ён Мин. — Что с кровью в плевральной полости? — спрашивает он, хотя и знает ответ, но хочет заставить и других поработать. — За это время в плевральной полости уже скопилось пятьсот миллилитров жидкой крови и пятьсот грамм сгустков, а из неё эвакуировано и подготовлено к реинфузии порядка тысячи трёх миллилитров крови, — отчитывается Сон Хо, и Ён Мин поджимает губы. — На заднебоковой стенке перикарда, на расстоянии четырёх сантиметров друг от друга находятся две раны диаметров около пяти миллиметров, — делится неприятным открытием профессор. Видимо, этого оказывается мало, потому что Сон Хо, внимательно следящий за состоянием пациента, вновь подаёт голос. — В полости сердечной сорочки скопилось около ста миллилитров крови. — Вижу, — цедит сквозь зубы Ён Мин, думая, что ситуация уже хуже быть не может, но и тут его ждёт новый сюрприз. — Вижу две овальные раны правого предсердия: одна из них пять на десять миллиметров вблизи устьев полых вен и с умеренным кровотечением, вторая, более обширная — двенадцать на пять миллиметров, переходящая на стенку правого желудочка и с интенсивным кровотечением. — Что будем делать, профессор? Дело идёт к тампонаде… — бормочет Сон Хо. — Приступаю к продольной перикардиотомии, — объявляет профессор Ча, понимая, что в первую очередь нужно залатать сердце и остановить кровотечение, а потом уже заниматься другими ранениями. — Этибонд, — приказывает доктор, и Сон Хо подаёт ему шовный материал. — Зашиваю. Ча Ён Мин зашивает обе раны П-образными швами этибондом 2/0 на атравматической игле, а затем делает редкие швы на перикард с образованием «окна» на заднеправой его стенке. — Можете выдохнуть, — говорит он, поднимая глаза на показатели. — Самый опасный этап операции позади, но это только начало. Приступаю к ревизии. Сон Хо отзывается сзади каким-то нервным смешком, который подхватывают другие участники операции, но быстро замолкают, потому что профессор Ча обнаруживает ещё пять сквозных ран средней и нижней долей правого лёгкого с кровоизлияниями вокруг раневых каналов и кровотечением. Сделав вдох и переведя дыхание, Ён Мин занимается остановкой кровотечения, иначе велик риск, что сердце не выдержит, и пациент умрёт на операционном столе. — Кровотечение в правом лёгком! — рычит доктор Ча, едва заканчивает латать обнаруженные им до этого ранения. — Нужно стабилизировать его, иначе до следующего этапа он не доживёт! Профессор стискивает зубы, после чего последовательно рассекает ткань лёгкого над раневыми каналами, опорожняет гематомы и лигирует повреждённые сосуды и мелкие бронхи с прошиванием, после чего послойно ушивает раны лёгкого. — Гемостаз и аэростаз успешно достигнуты, — спустя несколько минут томительного наблюдения за показаниями объявляет Ён Мин и слышит облегчённый вздох у всей команды, а сам замечает на переднебоковом скате диафрагмы ещё две точечных раны три на два миллиметра, проникающие в брюшную полость, но диафрагмотомию он не делает, потому что эти раны находятся уже не в его поле деятельности. Закончив с самыми тяжёлым и важным этапом, Ча Ён Мин выпрямляется и смотрит на свою команду, после чего объявляет о завершении своей части операции и покидает операционную, а его сменяет уже другой хирург. Избавившись от более негодных вещей, Ён Мин включает воду в предоперационной и тщательно моет руки, чтобы смыть с себя фантомные ощущения крови на перчатках. — Думаете, он выживет? — подаёт голос Сон Хо, пристроившийся рядом и тоже намывающий руки. — Не знаю, — честно отвечает Ён Мин. — У пациента большое количество ран, огнестрельные ранения в брюшной полости, а это значит, что задеты другие внутренние органы, а какие-то пули вообще ещё в теле. На нашем этапе мы сделали всё возможное, а дальше уже зависит от других врачей и самого пациента. — Надеюсь, он выживет, — тихо шепчет сзади медсестра, но профессор не обращает на её слова внимания и выключает воду, после чего вытирает руки и направляется к выходу. — Я буду у себя, — кратко бросает он через плечо и надеется, что сейчас на выходе его не поджидает шеф Бан со своей свитой, причитающие, что он сотворил чудо, потому что, как бы сильно профессору не хотелось приписать себе всю славу, но здесь работает не он один, поэтому, даже если все врачи справятся, то не факт, что пациент выкарабкается. — Профессор Ча! — Видимо, его мечтам не суждено сбыться, потому что на выходе стоит шеф Бан и заискивающе заглядывает ему в лицо, а коллеги позади разражаются аплодисментами. — Прекрасная операция! Вы спасли безнадёжного пациента… — Спас я его или нет, покажет время, и разве вы не собираетесь следить за тем, как другие хирурги сейчас оперируют его? — Ён Мин слишком не в настроении, чтобы расшаркиваться сейчас с начальником, если уж на то пошло, то он никогда не находит ни настроения, ни желания для этого, но сейчас особенно. — Ну, это уже другие хирурги, не наш профиль, так что… — бормочет шеф Бан, видимо, не ожидавший такой прямолинейной атаки. — Извините, мне нужно подготовить отчёт об операции и загрузить в систему, — подчёркивает профессор и обходит коллег, направляясь к себе. Кажется, вслед ему несётся злобное шипение шефа Бана, но он не обращает на это никакого внимания и спокойно возвращается в кабинет, но стоит только двери за ним закрыться, как он зажмуривается и сжимает кулаки, сдерживаясь от желания ударить сейчас что-нибудь. «Может, попробовать позвонить Ёну? Операция длилась долго, так что он уже мог освободиться…» Ён Мин не сдерживается и бросается к мобильному, проверяя его, но никаких входящих ни от него, ни от Сын Така нет, и мужчина откладывает устройство обратно на стол, горько усмехаясь. — На что я только надеялся? — спрашивает он сам себя и садится за стол, доставая из органайзера карандаш. — Надо заняться отчётом, пока подробности операции ещё свежие у меня в голове… — добавляет Ён Мин и принимается тщательно зарисовывать процесс операции, в этот раз с особой скрупулёзностью, на что уходит довольно много времени, после чего заполняет всё и загружает отчёт в систему. Когда задача первостепенной важности выполнена, профессор в очередной раз проверяет мобильный, но не видит там пропущенных и, повинуясь внутреннему зову, нажимает на номер Ёна, поднося телефон к уху и внимательно прислушиваясь. — Абонент не отвечает. Оставьте сообщение… Ён Мин сбрасывает звонок прежде, чем прозвучит пресловутый сигнал, потому что оставлять сообщение слишком унизительно, учитывая всё то, что было между ними. Надежда на мирную встречу и объяснение таит на глазах, сталкиваясь с жестокими фактами реальности: не может Ён весь день не брать в руки телефон и не видеть, что ему кто-то звонит, а значит, он намеренно игнорирует входящий вызов с корейского номера, и от одной этой мысли злость начинает кипеть в венах, и профессор резко поворачивается на стуле к окну, пытаясь отвлечься, чтобы не сбросить сейчас всё со стола. Вечер полноценно вступает в свои права, окрашивая небо Сеула в тёмные краски, и Ын Сан затихает, не полностью, но достаточно, чтобы можно было чётко провести границу между дневной сменой и ночной, правда, не факт, что последняя будет тихой, ведь в любой момент в городе может что-то случится, и тогда больница вновь наполнится шумом как в светлое время суток. «Пойти домой или остаться на ночь здесь?» — рассеянно думает Ён Мин, крутя в руках карандаш, и мысль о пустой квартире вызывает такую необъяснимую тоску, что становится откровенно тошно. Нет, дома его ждёт малышка Ча Манду, да и сам профессор не из тех людей, кто, возвращаясь вечером с работы, начинает страдать из-за собственного одиночества, но эта неожиданная встреча с Ёном на конференции что-то надломила в нём, из-за чего оставаться наедине с самим собой становится страшно, ведь никто и ничто тогда не отвлечёт от навязчивых мыслей о бывшем подчинённом и любовнике, и всё вместе это только усилит злость, которая сейчас накрывает доктора Ча с головой. — Будь ты проклят, Ён! — в сердцах рычит Ён Мин, откровенно устав искать оправдания, почему Ён не берёт трубку и игнорирует его весь день. — Будь прокляты воспоминания о тебе, которые я никак не могу выкинуть из головы! Вскочив на ноги, профессор резко и дёргано направляется на выход из кабинета, который тоже насквозь пропитался прошлым, и сейчас ночная тьма словно выпускает картинки прошлого изо всех углов, которые начинают тянуться к Ён Мину, поэтому тот спешит убраться подальше. «Раз ты не хочешь помнить обо мне, то и я тогда не буду вспоминать о тебе! Надо только отвлечься… Работа… Покуда я отвлекаюсь на работу — я в порядке. Буду нагружать себя работой и буду в порядке. Такая стратегия всегда работала, сработает и в этот раз…» — размышляет профессор, закрывая за собой дверь кабинета. — «Так, чем бы заняться? Наверное, для начала узнаю, как там этот пациент… выжил он вообще или нет…» Судьба будто бы решает смилостивиться над профессором, потому что стоит ему завернуть за угол, как на него едва не налетает Ли Сон Хо, видимо, тоже оставшийся на ночную смену, и доктор Ча решает воспользоваться представившейся ему возможностью завязать разговор. — Что там с нашим парнем с огнестрелом? — спрашивает Ён Мин у ординатора, успевшего в последнюю секунду отскочить в сторону. — В общей сложности операция длилась пять часов и прошла успешно, а сейчас он подключён к ИВЛ, — быстро отчитывается Сон Хо. — Может, и выкарабкается… — бормочет Ён Мин себе под нос и отходит в сторону, рисуя в голове план на сегодняшнюю ночь в виде заполнения карт, проверки пациентов да проведения времени у постели того самого парня. Под утро Ён Мин ощущает себя выжатым, как лимон, но крайне довольным собой, потому что его план по отвлечению работает, ведь за всю ночь он ни разу не прикоснулся к телефону и не проверил список вызовов, хотя и ловил себя порой на том, что прислушивается к наличию вибрации из кармана. — Сейчас приду домой и сразу завалюсь спать, — ставит план Ён Мин, чувствуя, как после бессонной ночи слипаются глаза. — Осталось добраться без происшествий. Утренний Сеул приветствует профессора, вышедшего из больницы, потоками дождя, на что мужчина досадливо поджимает губы, потому что у него с собой нет зонта, а машину он оставил вчера на открытой парковке, так что вариант добраться до неё и не промокнуть до нитки крайне маловероятен. — Лучше переждать, — бормочет себе под нос Ён Мин, стоя под козырьком и наблюдая за тем, как коллеги бегут ко входу, прикрываясь кто чем горазд: видимо, дождь начался внезапно недавно, а сам профессор даже не заметил этого, пока не вышел на улицу. Он уже делает шаг назад, чтобы развернуться и зайти внутрь, не желая стоять на промозглом ветру и мешать людям, когда его взгляд цепляется за ярко-красный зонт. Ён Мин даже не сразу понимает, что конкретно привлекает его внимание, побуждая остаться на месте, но потом до него доходит: пока окружающие либо бегут, либо торопливо идут, владелец яркой вещи стоит на противоположной стороне дороги чётко напротив Ён Мина и не шевелится. Профессор прищуривается, вглядываясь в хозяина зонта, но тот держит его низко и полностью закрывает лицо, однако по коже мужчины пробегает холодная неестественная дрожь, а внутри возникает отчётливое ощущение, что незнакомец смотрит прицельно на него. — Да ну, — мотает головой Ён Мин, пытаясь сбросить с себя наваждение, и даже зажмуривается на несколько секунд, чтобы взять себя в руки, после чего открывает глаза с чётким намерением развернуться и уйти, но его взгляд вновь цепляется за незнакомца, который медленно поднимает зонт, являя своё лицо. Ён Мин рефлекторно отшатывается и слышит собственный пульс, набатом стучащий в ушах и заглушающий все звуки, а ноги мгновенно примерзают к асфальту и отказываются повиноваться дальше. Кажется, у него даже во рту пересыхает, но профессор не может понять причину: потому что он сейчас слишком нервничает или из-за того, что он невольно приоткрыл губы и теперь дышит ртом. И пока Ён Мин барахтается в ворохе своих чувств и эмоций, которых становится слишком много, владелец красного зонта пересекает дорогу и замирает аккурат напротив, на расстоянии нескольких десятков сантиметров. — Привет, Ён Мин, — улыбается Ён, приоткрывая свои пухлые губы в конце фразы. — Кажется, ты оказался не готов к дождю, иди ко мне под зонтик. «Он… Он сейчас серьёзно? Вот так заявился как ни в чём не бывало и просто приглашает меня к себе под зонтик? Он что, забыл, что бросил меня и исчез? Или это я что-то забыл и не могу вспомнить теперь? И что… и что мне делать?»

I don't want a mind that's open I don't want a heart that feels Now ignorance is my religion And I am not afraid to die 'Cause there can't be a hell that's worse than The one that's buried in my mind