С демоном по соседству

Придя домой, Люси немедленно решила взяться за подготовку к приближающейся поездке. И чего это нужно тревожиться за тех двух негодяев из Саблезубого Тигра? Девушка торопливо собирала вещи в небольшую фиолетовую дорожную сумку, а сама, то и дело, ловила себя на мысли, что всей это спешностью пытается отогнать только одну шаловливую идея. Идею вкусить силу другого мира, сорвать эдемовское яблоко и погрузить себя в пучину создания, познать первородный грех. Когда укладывать вещи места уже не было, Люси плюхнулась в постель и закрыла ладонями глаза. Когда-нибудь придется начать. И уж лучше это сделать сейчас. Одна ладонь медленно скользнула к ключнице-сумочке на ее бедре, Люси прикрыла глаза и чуть распахнула губки, чтобы глотнуть больше воздуха, пока длинным ноготочком она зацепила связку из двух ключей, непозволительно долго вытягивала их из-под ткани и наконец создания тьмы показались на свет. На несколько секунду Хартфилия замешкалась, так и оставаясь в положении. Глаза прикрыты, ресницы немного дрожат, а тело готово принять на себя всю силу призыва сущности. Она смутилась, тут же поднявшись с постели и зло топнув ножкой - вот и сейчас она ожидала, что этот ключик сам возьмет инициативу и, как бы невзначай, вызовется, но нет! Все опять самой! Девушка схватила свой коврик для йоги, положила его на пол, а сама быстро переоделась в свободную светлую футболку и шорты. Повседневная одежда полетела на постель, Хартфилия села в позу Лотоса и начала контролировать свое дыхание. Вдох. Обычная концентрация на точке, внематериально существующей где-то в середине твоего сознания, как бы пространства мысли. Выдох. Глаза можно прикрыть. Люси ведет языком по небу, успокаивает себя. Вдох. Все обыденное уходит, а разум готов. Готов отдать себя во благо силы. Во благо признания себя - значимой. Выдох. Забыть провалы… Юное женское тело трепетно расслабляется, но не до конца. Выдох продолжается. Хартфилия сжимает зубы. За-быть. За-быть. Все ошибаются. Все бывает. Легкие опустошаются полностью, а злость цепляется за каждый элемент созерцания пустоты, прилипает к стенкам мозга, делает что угодно, но только не уходит. Карие глаза распахиваются, девушка встает, немного разминает плечи пальцами, восстанавливает обычное дыхание. Она не хочет стоять в стороне, она будет сильнее, никогда больше ошибется, никогда не будет искать защиты, а станет опорой сама. В ее руках тот самый маленький ключ, а уверенность заставляет ее сердце биться быстрее. Сомнение быстро уходит, как только она ощущает, что металл словно изнывает в ее руках, как живой, слегка вибрирует, отдает тепло, требуя внимания. Люси концертирует энергию на ладони и делает резкое движение перед собой, словно разрезая пространство. Ничего не происходит - никаких световых эффектов как в дешевых фильмах. Люси ждет, она знает, что этот процесс нелегкий, как вдруг ощущает, что вокруг ее ноги обвилось нечто теплое, но с температурой ниже температуры человека. Она несдержанно отставляет ногу в сторону и всматривается в бесформенное нечто. Оно не обладает цветом - скорее собирается все цвета в пространственные, сжиживает воздух вокруг. Сердце Люси пропускает удар, крик застывает в ее горле, но она сдерживается и пытается мысленно придать этому существу, собравшемуся около ее колена и обильно греющему ее, более осознанную форму. Она представляет, что тело его удлиняется — быстро бегут теплые полосы его тела, спускаются к стопе. Люси открывает глаза и восхищенно наблюдает за проделанной работой, это существо растянулось как некая пластинка у нее ноге. Она подняла ее, рассматривая как диковенное существо усердно держится на ее коже. — Но только мне это мало поможет, может, меч попробовать сделать? — шепчет воодушевленно Люси, улыбаясь впервые так искренне за некоторое время, глаза ее блистают ярче любых бриллиантов, а душа ликует. Не успевает она мысленно сконцентрироваться, как существо под «ой» Люси падает на землю и за секунду становится формой типичного меча размером примерно с метр. Заклинательница садится на корточки и словно ребенок изучает нового питомца. Давным-давно она изучала так духов, когда была еще ребенком, но теперь детские чувства новизны и неизведанного с новой силой появляются в ней. — Ты меня понимаешь, чудик? — Она тихонько тыкает меч, а сама наклоняет голову в сторону, тихо хихикая. Это нечто медленно собирается в капельку и издает почти неслышное «пуньк». Люси закрывает ладонями рот, сдерживаясь от смеха. И это демон? Это создание тьмы? Даже энергетический поток, который она поддерживает, потребляет не так много энергии, как она могла подумать. Капелька легонько дрожала, но оставалась не месте, не смея двинуться без команды хозяйки. Люси вспомнила, как у нее когда-то была маленькая собачка, как она дрессировала ее… И да, заклинательница не придумала ничего лучше, чем: — Пуньк, сидеть! — Люси встала, серьезно хмуря брови, но в ее нежных чертах читалась только добрая надежда на выполнение ее просьбы. Существо медленно сначала отрастило себе лапы, а потом - из шарообразной формы стали вырисовываться детали очаровательного пуделечка, пускай и бесцветного. Пуньк сымитировал команду «сидеть». Хартфилия возможно бы придумала еще что-нибудь интересное, но ее восхищение прервал настойчивый стук в дверь. Она замельтешила на месте, не зная, куда деть руки, а ее светлые волосы забавно болтались из стороны в сторону - девушка успела их уже распустить. Надо что-то делать! — Пуньк, спасибо, но пока! — Хартфилия провела ключом, но Пуньк резко рванул под кровать и издал скулящий звук. Стук повторился, в этот раз он был напористее. — Сейчас-сейчас, ах…! — Люси спустилась на колени, заглянула под постель, видя там довольную мордочку пуделя, который водил хвостом из стороны в сторону с такой скоростью, что, казалось, что в нем есть наверняка генератор. —Тогда сиди тут и не смей вылезать, понял? И ни звука! — Люси погрозила ему пальцем, а существо вытянуло язычок и лизнуло Хартфилию в пальчик. Хвостиком еще помахало. Девушка закатила глаза, поправила футболку на себе и быстро дошла до двери. — Кто там? — Пролепетала Люси, экстренно пальцами укладывая волосы, крутясь перед зеркалом с мыслью: «Вот именно, когда я в домашней одежде мне надо постучать!». Она быстро прильнула к глазку и обомлела, — Роуг?! Откуда ты знаешь мой адрес? Юноша стоял как всегда в темной мантии, холодный взгляд его был направлен строго в дверной глазок, будто ему этого было достаточно, чтобы поддерживать зрительный контакт. Темные волосы были несколько сильнее потрепаны, но движения его были отточены, он, будто актер на сцене, никогда не делал лишнего. Выразительности ему придавали его уверенность и безукоризненность. И сейчас он держался стойко, ни один мускул не сдвинулся в сторону, исказив выражение лица. — Глава гильдии просил встретиться с тобой, — Его слова так же были определенны, он не колебался, — Это о задании. Люси закрыла глазок, закусила губу и прищурилась, думая об этом. На самом деле звучало безумно странно, а еще их встреча… Не поиск повода ли это? Будто чувствуя неуверенность Люси, Роуг тут же сломал свои мастерские движения, свою прямолинейность и простоту в диалоге. Он почувствовал то, что заставило его идти с большей яростью туда, куда ему нужно — Люси терзалась сомнением, но она хотела его пустить. Голос его дрогнул, стал мягче, но это больше было похоже на одолжение, чем мягкое замечание, которое он хотел сделать: — На самом деле это был должен сделать Стинг, но я подумал, что тебе была бы неприятна его компания… Он бесцеремонно замалчивал: замалчивал, как он не мог видеть самодовольного лица Стинга, который, только услыша слова о симпатичной заклинательнице, потер руки, надеясь отхватить адрес юной девы; замалчивал о своей невероятной реакции, когда первее товарища сказал, что уже знает адрес Хартфилии, так как когда-то давно, оказывается, они с Нацу отдавали ей что-то - если бы уточнил, могло показаться ужасно странным, так как его выдуманный путник вполне наталкивал на мысль о наглой лжи; замалчивал о слепой победе, о чувстве триумфа, заметив в глазах Стинга хрупкую ревность; замалчивал о том, как были нежны ее плечи тогда в кофейне; замалчивал о том, как он был готов выбить прямо сейчас эту несчастную дверь. Люси дрогнула, было что-то неправильное в этом, в его слишком учтивом поведении, но она приоткрыла дверь, впуская в коридор легкий ветерок и то, что должно было храниться в душе только у Роуга - его гиблую любовь. — Спасибо, — уголки его губ приподнялись, но все лицо его все так же оставалось холодно, впрочем, Люси отметила, как опустились брови юноши, словно он успокоился. А что бы было, если бы она не открыла?… Девушка дождалась, когда незваный гость зашел, снял обувь. Она молчала, держа руки на груди, все еще напрягал факт существа под ее кроватью. — Может, чаю? — Люси повела плечами, боясь, тишины. — Пожалуй. Без слов Роуг двинулся в сторону кухни и тут же сел за стол. Люси шла за ним, ловя себя на мысли, что уж как-то он слишком по-хозяйски себя ведет, но держала язык за зубами. Она поставила чайник, оперлась об подоконник и ожидающе всматривалась в скрещенные ладони на столе парня. На внешней их стороне тонкими линиями выступали вены, а сами запястья были достаточно длинны и тонки, хотя в этом всем помимо аристократичной грации была та же сила, но только скроенная с приятной обложкой. — Как ты связана с Низшим Темным Легионом? — вопрос в лоб. Все в той же манере. Он сжал одной ладонью другую. Люси сразу же подняла взгляд с его рук, тут же сталкиваясь с прямым взглядом на нее. —Н-никак, то есть… — Вот так, так и обламываются крылышки у птиц, что слишком быстро взмывают вверх, не зная, что их свобода ограничена, а вместо чистого неба - бетонной потолок, — У меня есть их ключи. Я купила их. — А печать? — Роуг привстал, Люси вновь почему-то зациклилась на его руках, а теперь уже на том, какие широкие у него плечи, — Где их печать? Хартфилия чуть не взвыла от досады! Опять не туда повернула, как говорится! Она невинно хлопала глазами, а ее лицо вытянулось. — Я не знаю, что за печать, — Хлопала ресницами, открывала и закрывала ротик, окаймленный пухлыми розовыми губками, не ощущая опасности таких действий при Роуге, что уже сделал шаг ей навстречу. — Я чувствую на тебе ее, покажи, — Юноша сделался внезапно огромным, обычно скрытый за популярностью своего друга, а теперь став в разы весомее и серьезнее, — Где она? —Нет, нет, нет, ее нет, — Лепетела одними губами, чуть ли не садясь на подоконник, оттого, что пыталась отдалиться от Чени. Он наклонил голову, не веря, от света его глаза блеснули непонятным огоньком. Люси думала, что он нападет на нее, а сумочка с ключами впервые в жизни — не с ней! Зажмурившись и закрыв рукой голову, она тихо всхлипнула, пока не ощутила, как ее ногу обожгло горячее дыхание. Она тихо проскулила. Роуг вел носом по столь желанной ноге вверх, а его горячая ладонь обхватила прохладную голень, так же ведя вверх, останавливаясь чуть выше колена. — Здесь. Я чувствую, что здесь, — Люси замерла, открыв глаза и видя в своих ногах - ту самую страшную фигуру, что теперь покорно сидит у ее ног. Он идет по следу существа. Значит, Роуг чувствует его, но… Значит, чувствует и его присутствие?! Юноша внезапно останавливается, подняв голову на Хартфилию, его подбородок упирается ей в колено. — Покажи мне печать, иначе я не остановлюсь, — Голос равнодушный, но уверенный, оттого впитывающийся куда-то глубоко в сознание. В доказательство своих слов он встает, но все его тело вплотную находится к Хартфилии, Роуг наверняка чувствует, как поднимается ее грудь, как дрожат бедра. — У меня нет печати. — Здесь? И вновь. Вновь без лишней трепетности, его ладонь обхватывает ее левый бок, чуть сильнее сжимает. За этим скрывается не сколько чувственность, сколько изловленная, сломленная одержимость. Пальцы давят сильнее. — Пожалуйста, я не вру, — Поднимает голову, чтобы посмотреть в глаза, а по ее щеке скатывается с уголка глаз одинокая слезинка, быстро убегающая вниз. Роуга передергивает. Он убирает ладонь, делает шаг назад, цокает. — Работаешь без контракта? С одной стороны — это хорошо, потому что ответственности меньше на тебя и на гильдию, но и вольнее поступать будут, у них не будет границ, — Роуг вновь садится на свое место, но уже намного раздраженнее, он сам искушал себя. Искушал наличием Хартфилии перед собой. — Я не знала, — Девушка, с покрасневшими большими глазами, слегка растрепанными волосами и покрасневшими щеками садится на стул напротив, — Я хотела быть сильнее… Она резала его сердце без ножа. — Посмотри на меня, — Его ладонь накрывает ее, — Это задание связано с твоим мироощущением, ты сильнее связана с духами, чем думаешь. Заклинатели могут уловить изменения энергетических потоков, а с этим работает та гильдия. Люси смотрит в пол. Виновато. Тело дрожит, она хочет спрятаться, убежать. — Ты нужна нам, Люси. Эти слова эхом отдаются в голове. Хартфилия успевает только задаться немым вопросом. — Не считай себя ненужной, каждый в толпе ищет глазами тебя. Слышать такое от Роуга безобразно, даже скорее противозаконно, и уже даже не обращаешь внимание, что он безэмоционален. — Спасибо, а мне можно поехать с новыми ключами? — Да. Роуг держит ее ладонь секунду, будто ждет чего-то, но не дождавшись, нехотя встает, собираясь уйти. — А чай? — Хартфилия произносит это так наивно, к тому же так простодушно, смотря ему в след. — Доброй ночи, Люси. Не забудь закрыть дверь. Сладкий аромат окутывает его, он давится плотоядным желанием напасть, поймать; привычный аромат гари не удивляет его более — девушка сама сделала выбор, но, уходя, он понимает одно: борьба за сердце Хартфилии уже идет, и в этой битве его соперник не только Стинг, но и еще некоторые пары глаз, что отнюдь не первый год облизываются, ожидая лучшего случая для нападения