Я не пойду с тобой на танцы, Йегер!

      На календаре был конец августа. В это время года макушки деревьев начинали рыжеть, вода в прудах с каждым днём становилась холодней, а волшебники готовились к сбору урожая. Поспевали налитые огурцы, краснели на кустах сочные помидоры, а яблоня с глухим стуком роняла плоды, наполняя воздух августа спелым яблочным ароматом.              Карла Йегер плавными взмахами волшебной палочки собирала овощи с грядок и бережно укладывала их в корзины, пока Эрен и его друзья наслаждались погодой под старым раскидистым деревом на холме. Вдоволь набегавшись по пшеничному полю и потоптав колосья, дети отдыхали под широкой тенью дуба и предавались томительной полудрёме, чтобы позже, этим же вечером, вновь прыгать, бегать и веселиться.              Эрен любил август. Ветра в этом месяце становились слабее, грозы реже, а дни ровнее и спокойнее. Солнце неторопливо согревало плодоносную землю, и мальчик спешил впитать в себя его медовые лучи до наступления дождей. От постоянного пребывания на солнце смуглая кожа Эрена становилась ещё темнее, отчего он с лёгкостью походил на одного из дальних родственников Оньянкопона, приезжавших к одинокому соседу Йегеров раз в три года. Но Эрена совершенно не беспокоило это. Разморённый жгучим полднем, он лежал в тени дубового крона и слушал шелест книжных страниц, разбавляемый убаюкивающим жужжанием шмеля. Жизнь казалась прекрасной.              — Эрен? — тихо позвала Микаса, пока её друг лениво жевал травинку, прикрыв глаза.              — М?              — А если тебе придётся выбирать между мной и Армином, то кого ты выберешь?              Вопрос был такой же неожиданный, как гром, средь ясного неба. Мальчик тут же приподнялся на локтях и удивлённо взглянул на подругу, что лежала на траве и задумчиво вертела в пальцах одуванчик.              — Это как?              — Ну представь, что мы с Армином тонем. А спасти ты можешь только одного. Кого ты выберешь? — Микаса мягко улыбнулась и, собрав в ладошку пушистые семечки, развеяла их по ветру.              — Да, кого выберешь? — подхватил Армин и, закрыв книгу, лукаво улыбнулся. — Только чур честно!              — Вы чего? С метлы упали? — нахмурился Эрен и сплюнул травинку, демонстрируя всё своё недовольство. Настроение было испорчено. — Я не собираюсь выбирать между вами!              — То есть мы оба утонем?              — Нет! Вы не утонете, ясно?! — разозлился мальчишка и, бодро вскочив на ноги, крикнул: — Я спасу вас обоих!              Друзьям показалось, что в этот момент время будто остановилось. Что в ту же секунду птицы смолкли, ветер стих, а толстый шмель сложил крылья и боязливо притих в густой траве. Армин и Микаса переглянулись друг с другом: они не ожидали, что Эрен так бурно и эмоционально отреагирует на простой и, вроде бы, безобидный вопрос.              — Ну и как ты это сделаешь? — осторожно спросил Армин.              — Я… — запнулся Эрен, но, подумав пару секунд, решил все-таки ответить честно. — Я не знаю. Но я обязательно что-нибудь придумаю!              — Всё-таки твой отец прав, Эрен — у тебя синдром спасателя. Только вот, случись настоящая беда, ты не сможешь спасти всех-всех, — снисходительно улыбнулась Микаса, сорвав очередной одуванчик.              — Всех-всех, может, и не спасу. Но ты и Армин — это другое, — буркнул под нос мальчишка и снова присел на траву, робко заглядывая в лица друзей и едва заметно краснея: — Вы оба мне очень дороги.       

      ***

      Ловко лавируя между русалками, Эрен уверенно протиснулся к пленникам, но, едва увидев их бледные и безжизненные лица, ощутил холодную, омерзительную дрожь по всему телу. Пожалуй, самой ужасной частью этого состязания было то, что прямо сейчас парню предстояло выбрать кого-то одного. Но кого? Каждый из них был дорог по-своему! Микаса, как сестра, которой у него никогда не было. Армин, как лучший друг, которого он знает чуть ли не с пелёнок. А Жан… Кем для него был Жан? Мудаком, который чмырил его при каждом удобном случае? Напыщенным ублюдком, что считал себя шедевром мироздания, а самого Эрена отрыжкой природы? Или пидрилой, который запал прямо в душу и пророс там как ебучий сорняк? Один хрен сейчас разберёт! Но в чем Эрен точно не сомневался, так это в том, что Жан был не безразличен ему.              Заметив замешательство парня, селки приготовили свои трезубцы и стали пристально следить за его дальнейшими действиями. У них сейчас была одна задача — охранять пленников. Но вся беда была в том, что она никак не вязалась с задуманным планом Эрена.              — Релашио! — взмахнул палочкой гриффиндорец и, распутав верёвки, освободил Микасу.              Но как только Эрен попытался провернуть этот же трюк с Армином, русалки вмиг окружили парня, угрожающе приставив к его горлу острые трезубцы.              — Он тоже мне дорог! — попытался возразить Йегер, но селки только угрожающе зашипели, не позволяя парню даже шевельнуться.              — Коньюктивитус! — внезапно донёсся женский голос и все вокруг озарил ослепляющий белый свет.              Среагировав мгновенно, Эрен успел зажмурить глаза и отвернуться. А вот глупым русалкам повезло меньше. Поражённые вспышкой света, они истошно запищали и бросились врассыпную, прячась в камнях и водорослях. Открыв глаза спустя пару секунд, Эрен обомлел от увиденного.              Той, кто пришла к нему на помощь и прогнала гадких русалок оказалась Энни Леонхард. Точнее сказать, половина того, что принадлежало ей. Что касается всего остального, то вместо ног у девушки вырос самый настоящий русалочий хвост! Внешняя сторона рук была полностью покрыта серебристой чешуёй, длинные и острые когти сверкали точно наточенные лезвия, а вместо ушей из-под волос выглядывали прозрачные плавники. Теперь понятно, почему она так быстро уплыла, едва они успели нырнуть в воду. То, что девушка смогла превратиться в сирену не иначе, как волшебство высшего уровня. Что ещё можно было ожидать от такой сильной соперницы? Хотя и не исключено, что это заслуга мадам Максим. Эрен был уверен, что директриса Шармбатона приложила максимум усилий, чтоб помочь своей подопечной подготовиться к состязанию.              Но больше, чем русалочий хвост Эрена поразило то, за кем приплыла девушка. Парень завис, точно вкопанный, и едва не отправил челюсть на дно озера, когда Энни нежно обхватила ладонями лицо Армина. А то, как она смотрела на парня совершенно не поддавалось восприятию Эрена. Ибо даже в самых смелых фантазиях он не смог бы представить такое выражение, какое сейчас застыло на лице Энни. Её глаза теплились любовью, тонкие брови снисходительно сложились домиком, а уголки губ дрожали в нежной улыбке. Со стороны же это выглядело так, будто Энни смогла прикоснуться к крашу всей своей жизни, и прямо сейчас в мечтах успела сыграть с ним свадьбу, родить свору детишек и завести слюнявого мопса. Восторг да и только! Трудно поверить, что перед ним сейчас была та самая — надменная и сдержанная — Леонхард, которая в повседневной жизни ходила с каменным выражением лица. Кому расскажи, считай палата на пятом этаже Больницы Св. Мунго обеспечена.              — Энни, — удивлённо выдохнул Эрен, не справившись с эмоциями, но девушка даже не взглянула в его сторону.              Одним взмахом она перерезала верёвки длинными когтями и, подхватив Армина за подмышки, устремилась к поверхности озера.              «Вот чёрт, быстрая!» — мелькнуло в голове Эрена, отчего он тут же схватил Микасу за руку, но остановился, вспомнив про Жана.              Райнера все ещё не было, а Энни, таким темпом, могла запросто финишировать первой. «Ещё чуть-чуть. Подожду ещё немного», — твердил самому себе Эрен, осматриваясь по сторонам в надежде разглядеть фигуру Райнера. Но настырные русалки, как назло, вновь выплыли из своих укрытий и окружили Жана плотным, непролазным кольцом. Как ни крути, а подобраться к нему теперь было гораздо сложней, чем в первый раз.              — Прости, Жан, я не могу проиграть, — разочарованно вздохнул Эрен и устремился вверх вместе с Микасой.              Эрен плыл так быстро, как только мог, и вскоре смог догнать Энни. И вот, когда гриффиндорец вырвался вперёд, а до поверхности воды осталось примерно двадцать метров, он увидел сноп красных искр, выпущенных со дна озера. Значило это только одно — Райнер выбыл из соревнования, а Жан все ещё был там.              —… лишь час тебе на розыск дали       На возвращение того, что мы украли.       Ищи и помни, отправляясь в этот путь,       Есть только час, потом пропажи не вернуть.              Чарующая песня из золотого яйца вновь прозвучала в голове Эрена мелодичным женским голосом. Но что означало «пропажи не вернуть»? Что будет, если в течение часа не спасти пленника? Он погибнет? Обратится в тритона и останется в Чёрном озере навсегда? Оба варианта совершенно не устраивали Эрена.              — Мисс Леонхард из Шармбатона финиширует первой! — громко объявила Хитч Дрейс из Слизерина, на которую возложили обязанности комментатора. — Так как Райнер Браун из Дурмстранга выбыл из состязания по неизвестной причине, в воде остался последний участник турнира! Напоминаю, что до конца состязания осталось пять минут! Но, погодите, кто это?!              Девушка прищурила глаза, вглядываясь в поверхность воды.              — Похоже это ещё один пленник! Но где сам чемпион? Где Эрен Йегер? — без умолку тарахтела Хитч, нагнетая и без того напряжённую атмосферу.              — Эрен! Эрен! — звала Микаса, оглядываясь по сторонам и откашливаясь от воды.              — Микаса!              Услышав собственное имя, девушка обернулась и увидела в толпе студентов Сашу. Та, подпрыгивая на самом краю смотровой площадки, махала рукой подруге и прижимала к груди сухие полотенца.              — Скорее, Микаса, плыви сюда!              — Но Эрен…              — Выбирайся из воды, Аккерман! Живо! — рявкнул Ривай, неожиданно появившись на площадке ко всеобщему удивлению.              Нетерпеливый тон кузена, точно крепкий подзатыльник, заставил девушку взять себя в руки и прекратить панику. Выбравшись из воды и получив парочку тёплых полотенец, Микаса вновь устремила обеспокоенный взгляд в воду.              — Зная твоего приятеля, могу предположить, что он вернулся за третьим пленником, — почти над ухом донёсся холодный и беспристрастный голос Ривая.              — Что? — выдохнула Микаса, изумлённо взглянув на брата. — Но как же…              — Не справился с заданием, — опережая вопрос ответил Ривай и посмотрел на площадку, где сиротливо толпились студенты Дурмстранга, пока Каркаров вместе с мадам Помфри и безжизненно-бледным Райнером были уже на полпути в Больничное крыло Хогвартса.              — Микаса! — донёсся знакомый голос, и девушка тут же обернулась. Вымокший до нитки Армин набросился на подругу с крепкими объятиями. — Слава Мерлину! Ты в порядке?              Аккерман прикрыла глаза и закивала, взволнованно сжав в пальцах мокрую рубашку за спиной Армина.              — Но где Эрен? — обеспокоенно нахмурился парень, выпустив подругу из объятий.              Та лишь отрицательно мотнула головой и посмотрела на огромные часы, левитирующие над озером. До окончания положенного часа оставалось меньше двух минут.              Между тем, пригрозив русалкам волшебной палочкой, Эрен все же смог освободить Жана. Однако время, как никогда раньше, играло не в пользу парня — по подсчётам гриффиндорца, действие жаброслей должно было прекратится с минуты на минуту.              — За тобой должок, Жан. Не думай, что я проебал победу и вернулся за твоей задницей по доброте душевной, — бубнил Эрен, пока тащил Кирштайна на поверхность, и периодически осматривался по сторонам, чтобы случайно не натолкнуться на стервозных русалок или гриндилоу.              Внезапно Эрен услышал рокочущий грохот, раздавшийся из самого глубокого дна озера и эхом устремившийся вверх. По ощущениям, это было похоже на землетрясение, но через пару секунд вода вокруг, словно заряженная током, завибрировала, а со дна начали подниматься пузырьки.              «Ну что на этот раз?!» — едва успел подумать Эрен, как ударным потоком воды их с Жаном подбросило вверх и тут же швырнуло в сторону.              Поймав равновесие после нескольких кувырков, Эрен боковым зрением успел заметить, как мимо него примерно в десяти метрах пронеслось что-то огромное. Что-то похожее на щупальце. Сердце ухнуло в пятки, отскочило обратно и забилось барабанной дробью о грудную клетку. Эрен крепче сжал руку Жана, пытаясь разглядеть в мутной воде нечто, что прямо сейчас представляло огромную угрозу для их жизни. Но дальше вытянутой руки рассмотреть что-либо увы не получалось.              — Люмос Максима, — едва слышно произнёс Йегер, и тотчас на кончике волшебной палочки вспыхнул свет.              Немой крик застрял в глотке комом, когда Эрен увидел огромный, просто невъебенно гигантский, глаз в нескольких метрах от себя.              — Метлу мне в жопу, — только и смог выдохнуть Эрен, почувствовав, как тело, словно чужое, онемело от страха, отказываясь подчиняться.              Перед ним был гигантский кальмар! Тот самый монстр, который тысячелетиями дремал в Чёрном озере, и которого раньше Эрен видел лишь на картинках! А сейчас водяное существо совершенно бодро размахивало щупальцами из стороны в сторону и неотрывно смотрело огромным жёлтым глазом прямо на парня. Мутный чёрный зрачок кальмара был неподвижен, и со стороны могло показаться, что существо находилось под трансом. Эрен читал об этом, слышал что-то подобное на уроке. И в голове завертелась страшная догадка, что, возможно, этот здоровяк пробудился не по своему желанию; кто-то принудил его и скорее всего не обошёлся без заклятия.              — Только без паники, Жан, — выдохнул Эрен и сжал в руке палочку, готовый защищать Кирштайна и себя.              Словно почувствовав угрозу, гигантский кальмар пронзительно взревел, оглушая Эрена и всех тех, кто находился на поверхности озера.              Когда рёв утих, на смотровых площадках началась самая настоящая суматоха.              — Что это было? Вы это слышали? Что это за звук? — ученики в панике толкали друг друга, выглядывали из ограждений, а особо слабонервные, недолго думая, бросились к лодкам, чтобы скорее добраться до берега.              Судьи и преподаватели были в замешательстве, безуспешно пытаясь успокоить напуганных студентов и уговорить всех оставаться на местах. В самый разгар хаоса на площадке появился Дамблдор и прижал кончик палочки к шее.              — Тишина-а-а-а-а! — прокричал профессор, отчего все разом смолкли и замерли на своих местах, напряжённо вслушиваясь и дожидаясь, когда нечто или некто, издавшее чудовищный рёв, снова проявит себя. И оно не заставило себя долго ждать.              Мощный грохот разбил звенящую тишину в считанные секунды, вновь повергая всех в панику и смятение. Гигантский кальмар ударил щупальцами по опорам одной из смотровых площадок, отчего многометровое сооружение в ту же секунду, с оглушающим треском подкосилось. Пронзительно крича, студенты начали срываться с мест и падать вниз вместе с конструкцией.              — Портус! — прокричал Дамблдор и взмахнул палочкой, отчего часть поверхности озера загорелась голубым свечением и превратилась в портал. Все, кто упал в портал, тут же очутились на берегу озера.              — Туррис Репаро! — взмахнула палочкой профессор Макгонагалл. Падающая башня застыла в воздухе, а затем плавно вернулась в исходное положение, крепко держась на восстановленных опорах.              — Всем отойти от ограждений! Всем отойти и держаться крепко! — скомандовал Дамблдор под крики и всеобщую панику. — Учителям и гостям: объединить усилия и создать вокруг башен защит…              Дамблдор не успел договорить, как раздался свирепый рёв, и новый удар пришёлся по смотровой башне, на котором находились судьи и почти весь преподавательский состав Хогвартса.              Пока кальмар пытался разгромить башни, Эрену никак не удавалось выбраться из ловушки щупальцев. Каждое движение гиганта меняло направление течения, отчего Эрена и Жана беспощадно бросало из стороны в сторону. Гриффиндорец совершенно не понимал, куда плыть и на что ориентироваться: право, лево, низ, верх — все смешалось воедино. В водовороте этого хаоса Эрен выронил волшебную палочку, и единственное, что ему оставалось сейчас, — это крепко держать Жана и уворачиваться от конечностей разъярённого монстра. Гигантские щупальца то и дело проносились мимо него с сумасшедшей скоростью и лишь чудом до сих пор не задели.              Вдруг Эрен ощутил жгучую боль в шее и с ужасом осознал — действие жаброслей иссякло. Вода за считанные секунды проникла в рот, нос и дыхательные пути. Эрен почувствовал, как начинает захлёбываться. Перед глазами расплывались круги, сознание неумолимо теряло свою ясность. Парень ощущал, как остатки сил медленно покидают его, но даже это не заставило его выпустить ладонь Жана из своей. Перед тем, как окончательно потерять сознание, Эрен взглянул на безмятежное лицо Кирштайна и с лёгким уколом зависти подумал, что даже в такой ситуации этому засранцу повезло больше. Ведь скорейший и, увы, неизбежный конец для него будет менее болезненным. И ведь он был прав. В следующую секунду Эрен почувствовал мощный, оглушающий удар щупальцем, после которого мир в глазах окончательно померк и погрузился во тьму.              Лишь чудом выстояв несколько неистовых ударов, Дамблдор, мадам Максим и преподавательский состав Хогвартса все же смогли объединить усилия и воздвигнуть вокруг смотровых башен защитный купол. Тем временем, Барти Крауч и Людовик Бэгмен из Министерства Магии открыли порталы, чтобы немедленно эвакуировать всех студентов. Старосты факультетов, во избежание давки и беспорядка, взяли на себя ответственность в сопровождении детей. Среди них, в том числе, были Ривай — староста Слизерина, Ханджи — староста Когтеврана, и Эрвин — староста Гриффиндора.              — Сохраняйте спокойствие, не надо паниковать, — командовала Ханджи, чётко регулируя движение студентов и стараясь пропустить вперёд более младших учеников. Тут она увидела, как двое старшекурсников, игнорируя происходящий вокруг хаос, проталкиваются через всеобщий поток и идут в обратном направлении от портала. В одном из них староста тут же узнала Армина:              — Арлерт, куда пошёл?! Вернись!              Но парень даже не обернулся, продолжая спешно следовать за Микасой.              — Скорее, Армин! Эрен все ещё в озере! Есть идеи, как вытащить его оттуда?              — Можно применить заклинание головного пузыря и попробовать отыскать! Но это очень опасно! — тяжело дыша и пытаясь перекричать общий гомон, Армин спешно следовал за подругой, спотыкаясь на ступеньках и едва успевая ухватиться за перила лестниц. — Есть риск, что мы сами можем стать мишенью для кальмара!              — Что по заклинаниям поиска? Может, получится как-нибудь притянуть его на поверхность воды? — не унималась девушка, проталкиваясь через толпу студентов и, одновременно, перебирая в голове всевозможные варианты для спасения Эрена.              Надежда, что парень все же выплывет на поверхность озера, стремительно теряла свою силу с каждой секундой. Время, отведённое на испытание, давно закончилось, а это означало, что Эрен больше не мог дышать под водой.              — Чары захвата и притяжения не сработают, — глотая воздух и глубоко дыша, сказал Армин: — Мы не знаем точное местонахождение Эрена. Поэтому единственный вариант — нырять самим.              — Вы двое! — вдруг раздался раздражённый голос позади, отчего Армин и Микаса молниеносно обернулась назад и охнули от неожиданности.              Ривай, без колебаний и прелюдий, схватил их за воротники и встряхнул, словно провинившихся домашних эльфов:              — Какого дьявола вы тут творите? Сказано вам убираться отсюда, значит вы должны убраться отсюда, мать вашу!              — Эрен все ещё в озере! — рассвирепела Микаса, со всей силы ударив кузена по руке и вырвавшись из его стальной хватки. — И я спасу его во чтобы то ни стало, ясно?!              — Инкарцеро! — послышался чей-то голос, после чего появившиеся из пустоты верёвки впились в Микасу, точно живые змеи, и крепко связали её.              Сбитая с ног, девушка ахнула и упала ничком.              — Микаса! — дёрнулся Армин вперёд, но не смог высвободиться из хватки старшего Аккермана. Слизеринец был слишком силён.              — Что так долго? Нянчить неугомонных гриффиндорцев, между прочим, не моя работа, — устало выдохнул Ривай, сверля Эрвина недовольным взглядом.              — Прости, никак не мог отвязаться от Грюма, — снисходительно улыбнулся Смит, подхватив Микасу и взвалив на плечо, пока та отчаянно ругалась и дёргалась, пытаясь высвободиться, — Полагаю, они доставили тебе хлопот. Дальше я справлюсь сам, Ривай.              — Ага, и этого тоже забирай, чтоб я их сегодня больше не видел, — фыркнул Аккерман, толкнув растерявшегося Арлерта к Эрвину, а сам торопливо ушёл прочь, ругаясь и поминая Мерлинову бороду, яйца и другие части тела.              Через пару минут все три башни были освобождены от учеников, а на смотровых площадках остались только директоры двух школ и несколько преподавателей.              — Гигантский кальмар всегда был миролюбивым и спокойным существом, Альбус! Что же с ним случилось? — взволнованно спросила Макгонагалл, держа на вытянутой руке палочку и направляя волшебную энергию для укрепления купола.              — Затрудняюсь ответить, Минерва. Но, судя по несвойственному для него поведению, здесь не обошлось без постороннего вмешательства, — как никогда серьёзно ответил директор, наблюдая за тем, как огромные щупальца безуспешно, но упрямо пытаются пробить барьер.              — Альбус, эта спятившая гадина скоро заскучает и переключит внимание на корабль Дурмстранга! Нам надо усмирить её, пока она не уплыла! — сквозь рёв, грохот и шум крикнул Грюм.              — Вы совершенно правы, Аластор, — кивнул Дамблдор и отыскал взглядом Снейпа. — Северус, срочно возвращайтесь в школу и доставьте уменьшающее зелье. Пока мы не выясним, что произошло с нашим дружелюбным другом, опасно оставлять его в Чёрном озере.              Коротко кивнув, Снейп тут же отправился выполнять поручение директора, а Грюм недоуменно сморщил лицо и спешно заковылял к Дамблдору.              — Вы в своём уме, Альбус? — воскликнул мракоборец, а его протезированный глаз, словно солидарный с хозяином, нервно завертелся по орбите. — Хотите притащить это чудище в школу?              — Отнюдь, мой дорогой друг, безопасность учеников превыше всего. Думаю, в хижине Хагрида ему будет уютно и спокойно, — поспешил успокоить Дамблдор и, тут же направив палочку на кальмара, произнёс заклинание заморозки: — Иммобулюс!              Из кончика бузинной палочки вылетела фиолетовая искра, тут же обездвижив гигантского кальмара. Громадные щупальца застыли в воздухе, а яростный рёв сошёл на нет. Гигант был полностью обездвижен, но при этом продолжал оставаться в сознании. Облегчённо выдохнув, преподаватели опустили волшебные палочки, и перламутрово-голубой купол тут же растворился в воздухе. Но полагать, что на этом проблемы закончатся, было опрометчиво.              Внезапно вода в озере всколыхнулась и забурлила, точно термальный гейзер. Волшебники, не привыкшие терять бдительности и боевой настрой сразу после победы, сосредоточенно следили за происходящим движением в воде, готовые в любой момент обороняться от потенциальной угрозы. Но то, что предстало перед их шокированными лицами, буквально заставило опустить палочки и побежать вниз по лестницам, на самый нижний уровень смотровой башни.              Вокруг огромной каменной плиты, поднятой со дна озера, обеспокоенно толпились и перешёптывались русалки. А на ровной, покрытой тиной, поверхности, без признаков жизни, но крепко держась за руки, лежали Эрен и Жан.