По ту сторону

Прижав к себе рамку с тёплым и родным фото, Изуку безжизненными глазами смотрел на всех присутствующих. Алтарь с цветами и угощениями стоял в самом центре, напоминая о поводе сегодняшней встречи. Мальчик сглотнул возникший в горле ком, судорожный вдох бесконтрольно вырвался наружу. Все смотрели на него, и Мидория это чувствовал. Он улавливал тихий шёпот, изумрудные глаза то и дело озирались по сторонам в поисках опоры. Но он не мог найти её ни в ком из присутствующих. Взгляд на мгновенье останавливается на семействе Бакуго. Все они выглядели… Подавленными. Все, кроме Кацуки. Тот смотрел прямо на него, игнорируя то, что говорит тётушка Мицуки. Хотел ли он что-то увидеть или смотрел просто, без причины, мальчишка так и не понял. И пусть ему было не очень приятно, он молчал. Изуку больше не хотелось иметь дел с Кацуки. У него были другие друзья. Вернее, у него был только один друг, который наверное и не считал Мидорию таковым. Но какая разница? В какой-то момент зеленоволосый задумался и не заметил как встретился с взглядом с алыми, будто кровь, глазами Кач-чана. Почему-то Деку показалось, что блондин смотрит на него с жалостью. В его взгляде нет привычной раздражённости и злости. И всё равно, он привычно попятился, однако, столкнулся с учителем, который стоял позади мальчика и читал что-то в своём телефоне. Лишь сейчас мужчина обратил внимание на Изуку.       — Я ненадолго отойду. Если что, я буду рядом, — лицо Все За Одного не выражает ничего, его глаза пусты, но смотрят прямо в душу, как всегда казалось Деку. Но мужчина подбадривающе положил руку на плечо веснушчатого мальчика. Тот вздрогнул, слегка кивнув и попытавшись изобразить улыбку. Вышло плохо, но он старался. Учитель отошёл вглубь храма, но мальчик чувствовал на себе его прожигающий взгляд. Нельзя сказать, что ему было комфортно, но… Мидория был в порядке, насколько это вообще возможно на похоронах собственной матери. Или же, он хотел показывать своё спокойствие. До сих пор он сам себя не понимал. И не факт, что вообще будет когда-либо.       — Ну же, Кацуки, идём. Ты поступаешь некрасиво. Скажи же ему, Масару, сегодня нужно быть серьёзным, — донеслось откуда-то неподалёку, вырывая Изу из мыслей, — Здравствуй, Изуку. Как ты? Когда я узнала… Я не могла не прийти. Если тебе негде жить, ты можешь пожить у нас пока… Не найдётся твой родственник.       — Здравствуйте тётушка Мицуки, дядюшка Масару, Кач-чан. Спасибо что пришли, — поклонился, последовав японским традициям. Именно этого от него и ждут, — Всё нормально. Мне уже назначили опекуна и я буду жить с ним. Кроме мамы… У меня никого и нет, так что выбора не так много. Большое спасибо за заботу, не хочу вас затруднять. Старался держаться стойко, но нотки печали то и дело просачивались наружу. Все за одного продолжал держаться поодаль, но Изуку всё ещё чувствовал его изучающий взгляд, который теперь перенёсся и на семейство Бакуго, а женщина всё продолжала:       — Совсем исхудал. И Кацуки говорит, в школу тоже не ходишь… Не дело это. Приходи к нам сегодня, твой опекун ведь не будет против, так? Поужинаешь с нами, можешь остаться ночевать. Поиграете с Кацуки или чем вы там, мальчишки, в таком возрасте занимаетесь, — она улыбается, хотя её улыбка кажется зеленоволосому усталой. Он переводит взгляд на Кач-чана. Он делал вид, будто ему нет дела. Но, в конце оживился, когда дело коснулось его. И нельзя точно сказать в какую сторону.       — Нет… Нет, спасибо. У меня всё ещё много дел, да и мы с опекуном планировали уехать на неделю в другой город, когда хлопоты с мамиными… закончатся, — так и не рискнул сказать, то, что должен был. Возможно был слишком резок, но явно вызвал таким отказом интерес со стороны Кацуки, несмотря на то, что это было последнее, чего хотел Мидория.       — А что же так? Ты всё время был в разъездах, мы давно нормально не общались. Может, получится даже нашу компанию собрать, — изумрудные глаза опустились в пол, не желая ничего говорить, но, это не та ситуация, где у Мидории был выбор.       — Нет, спасибо, но у меня правда много дел, — промямлил он себе под нос. Неизвестно долетели ли вообще эти слова хоть до кого-нибудь.       — Извините, начинается церемония. Прошу оставить моего подопечного в покое в такой тяжёлый день для него, на мальчика и так сейчас многое навалилось, — чёткий и поставленный голос был громче остальных, он был строгим и жёстким, наконец отгоняя всех тех, кому ответить Изуку не мог. Казалось, он чувствовал всем своим нутром недовольство Кацуки тем, что кто-то пришёл зеленоволосому на помощь.

***

Бакуго казалось всё это очень странным. Будто нелепый сон или что-то типа этого. Сначала Деку почти перестаёт появляться в школе, затем во время стычки героев со злодеем умирает тётушка Инко, а поведение этого ботаника становится таким странным, что даже блондину хочется знать, что вообще происходит. Что это, чёрт возьми, за мужик с которым сейчас живёт Деку и почему он начал игнорировать Кацуки. Они вроде всегда были друзьями, жили по соседству, их мамы дружили, что ему ещё не нравится? Церемония заканчивается. Кацуки не понимает, зачем его сейчас заставили здесь сидеть. Пришли бы сами, а он бы играл в компьютер или хотя бы пошёл гулять с одноклассниками. Большую часть времени вместо этого ему пришлось смотреть на Деку, чьё выражение лица, похоже, совсем перестало меняться. Мицуки тыкала в сына локтем, мол, имей хоть какое-то уважение и пусть Бакуго на пару минут после этого сидел смирно, на большее его не хватало. И когда эта церемония закончилась, одним из первых выскочил за дверь, сразу после Мидории.       — Эй, Деку, пошли поговорим, — зеленоглазый отвернулся, но… Что-то в нём было странное. То, чего раньше Кацуки или не замечал, или «это» появилось недавно. Возможно, после смерти матери, или, может быть, раньше. Изуку что-то прошептал этому подозрительному и стрёмному мужчине, тот кивнул, добавив что-то в ответ. Бакуго не прислушивался, сдались ему эти разговоры. В конце концов, Деку подошёл к нему с немым вопросом, а что, собственно, ему надо. Блондин отошёл немного в сторону, чтобы никто этого не слышал и всё же спросил:       — Ты меня игнорируешь? Или я для тебя стал пустым местом? Нормально же общались всегда, — выражение лица Мидории менялось с каждым сказанным словом. От безразличия и раздражённости до яркого гнева в зелёных глазах. Каждое следующее слово он выплёвывал прямо в лицо своего друга детства.        — Ты серьёзно называешь это общением? Вы только и делали что надо мной издевались. Ой, смотрите, это беспричудный Изуку. Начиная с пяти лет вы только и делали, что издевались. И теперь ты спрашиваешь, почему я не хочу с тобой иметь никаких дел?! — его речь больше походила на шипение змеи. Он не кричал, но говорил так метко, что бил прямо в самое сердце, — и теперь я отвечу тебе тем же, что ты говорил мне. Сдохни. Я не хочу тебя видеть, Кач-чан. И ушёл. Он не оборачивался, и конечно, не извинился. А Бакуго… Просто встал, не понимая, как ему на это реагировать. Впервые кто-то ответил ему, противостоял. И этим кем-то был беспричудный Деку, чьё имя буквально показывало, насколько он бесполезный. Разве этот задрот мог сказать что-то такое? Оказывается, мог.

***

Один из наиболее крупных штабов Лиги располагался, как ни странно, в самом обычном офисном здании. Все за Одного выкупил весь этаж, замаскировав каждый из отделов под обычную компанию. Офис где сидело трое медиков, прозвали массажным центром. Но, в основном тут сидели самые обычные пешки Учителя и занимались бумажной работой. Такое легче прятать в мирном районе, да и связь с другими штабами налаживали тоже они. Кто с «верхушки» бывал тут редко, но Мидории сейчас идти сюда было куда ближе, чем в другое место. И смотря на время, дежурить должна его старая знакомая.        — Здравствуйте, Сукару-сан, вы не заняты? — сначала лишь заглядывает в помещение, только потом заходит, убедившись, что женщина сидит в полном одиночестве. Та писала что-то в ежедневнике. Что ж, у медиков в этом штабе действительно было мало работы, — я видимо опять палец сломал. Срастить сможете? Брюнетка не была довольна этой новостью. Наоборот, серые глаза с беспокойством и неодобрением с ног до головы оглядели возникшую в дверях фигуру. И всё же, Сэнго Сукару впустила Мидорию внутрь, а тот только этого и ждал, усевшись на стул подле неё и протянул пострадавшую руку.       — Мидория, это третий перелом за два месяца, не много ли? Моя причуда полностью восстановит тебе кости, но мышцы и кожа тоже могут пострадать и я ничего сделать не смогу. А если внутренние органы повредишь, я тоже буду бессильна. И медицина тоже ничем не поможет. Ты вроде мальчик не глупый, а всё равно не понимаешь. Я сообщу боссу об этом, — Деку фыркнул, но всё ещё молчал, покорно дожидаясь пока Сэнго соизволит срастить ему кости. Она всё ещё ворчала, но наконец коснулась сломанного пальца Мидории и закрыла глаза. Ощущения были столь странными, к ним нельзя было привыкнуть. Будто что-то движется под кожей и ужасно чешется. Но мешать женщине было строго запрещено, ведь обычно она заканчивает за несколько минут, а сейчас оставалось лишь терпеть. В конце концов, Сукару была права, — я поставила кости на место и их срастила. Болеть будет, но это уже дальше моей зоны ответственности. Можешь идти.       — Большое спасибо, Сукару-сан. Впредь я буду аккуратнее, — он лжёт, зная, что делает это. Стыдно ему? Да. Но это всё, что он может сделать для врача. На его лице сверкает благодарная улыбка, а сам зеленоглазый спешит выйти из офиса, перед этим низко поклонившись своей спасительнице.       — И ещё, Мидория, — парень останавливается, так и не успев закрыть за собой дверь, — береги себя.       — Я постараюсь, Сукару-сан. Эта женщина манипулировала костями внутри тела человека и была крайне важна для Лиги. Возможно, при достаточно длительном контакте, она могла бы и вытащить кость из тела. Но сращивала она их крайне умело и очень помогала Изуку. С ней он познакомился ещё в раннем возрасте, когда впервые серьёзно пострадал во время тренировки. Тогда она была совсем молодой девушкой, которой едва исполнилось двадцать пять. Она постоянно приносила сладости для зеленоволосого и была одной из тех, к кому тот больше всего привязался за годы проживания среди злодеев. Дверь за ним закрывается и парень уже идёт по коридору к лестнице, как из одного из многочисленных дверей высовывается… Кто-то знакомый. Седые волосы, собранные в хвост, пирсинг, очки-клабмастеры, чёрные кожаные перчатки и улыбка на лице. Мидория набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы пережить эту встречу. Тетсуя Игараси, один из наиболее близких помощников Все За Одного. Пусть мужчина и был в возрасте, энергии у него даже больше чем у парня в самом расцвете сил. А ещё… Игараси был очень своеобразным. И теперь он затаскивает Мидорию в пустой кабинет. Именно об этом и мечтал Деку.       — Мидория, привет. — старший посмотрел за спину Изуку вглубь коридора, и на его лице отразилось ни капельки не наигранное сочувствие (будто он только догадался о назначении этого места), — А что опять у тебя случилось? А то я видел, как ты шёл от нашего медпункта. Снова что-то сломал себе, когда пытался исполнить трюки с тенями? Да уж… — мужчина покачал головой, разводя руки в стороны, — Как же ты станешь отличным бойцом и надёжной опорой для Господина с таким отношением к собственному телу, пацан? Нет, так дела не пойдут. Ты так быстрее себя угробишь, нежели поможешь организации. — его слова сочились огорчением и неким разочарованием, хотя поводов для этого у Игараси не было. Этот мужчина хоть и был ему знаком, хоть и проводил его самые первые тренировки, отказался от роли его второго учителя ещё несколько лет назад. на нём уже не висит та ответственность, что предполагала такого «чуткого» внимания к его персоне и «заботе» о его здоровье. — Приму к сведению, Игараси-сан. — сквозь зубы пробубнил Мидория. — Ладно, мы ещё поговорим об этом. — мужчина заглянул младшему в глаза, как бы проверяя, дошёл ли посыл до парня. Изуку же и глазом не моргнул на такие манипуляции со стороны бывшего (и не продолжительного) наставника. Не получив реакции, которой ожидал, он решил оставить это на потом и перешёл к сути, — Что же, тут для тебя дело есть одно, меня учитель послал, — скрывая своё недовольство тем, что его вновь отвлекли от дел насущных, Изуку улыбнулся и спросил, что это вообще за дело, которое отвлекает его от учёбы и основной миссии шпионажа. Игараси пожимает плечами, будто и вовсе был не в курсе, — Короче, есть одна организация, Янигути-кай, и нужно пообщаться с их лидером, завербовать для общего плана. Я с тобой пойду, так что всё нормально. Они агрессивные бывают, но если появятся помехи, нужно будет устранить. Если ты занят, то мне лучше попросить Томуру…       — Нет, всё нормально. У меня конечно школа, но я смогу сходить с вами, если так хочет учитель, — на одном дыхании соглашается Изуку. Их соперничество с Шигараки было верным рычагом давления и несмотря на то, что пару минут назад он был против и относился скептически, теперь всё в корне поменялось. Да, они дружили с Томурой, но… Деку продолжал ощущать себя вторым. Бесполезным, лишним, слов подобрать можно много, — отправьте мне координаты, Игараси-сан. В таком виде я всё равно не пойду.       — Отлично. У тебя часа четыре будет, так что даже домашнее задание сделать успеешь. Или что вы, школьники, делаете сейчас, — мужчина что-то пишет в телефоне, после чего уведомление приходит уже на мобильник Деку, — отправил место и время встречи. Больше тебя задерживать не смею. Но если опоздаешь, можешь прощаться с головой. Всё же, Тетсуя был странным. Поговаривали, что он был иммигрантом из другой страны и скрывал это, хотя это всё равно не объясняло всего. Но он в тоже время был верным помощником и слугой своего господина и отречение от прошлого тоже имеет место быть. — Вас понял. Буду вовремя, — пробормотал Мидория, прежде чем уйти. Не прощался, ведь знал, что скорой встречи он не то чтобы хочет и больше бы предпочёл остаться в штабе и страдать фигнёй. Жаль, что не всегда приходится делать то, что хочется. А теперь Деку остаётся лишь сесть на метро до «родного» полуразрушенного бара и листать свежие новости в телефоне. Вот, где-то рассказывают о новом налёте злодеев на ювелирный, который так любезно остановил Всемогущий. А вот где-то объявляют в розыск очередного злодея, которого, скорее всего найдут уже на следующей неделе. Ничего интересного в ленте не было. Впрочем, как и всегда. Шокирующих или неожиданных новостей не было уже очень давно. Лигу обычно держат в курсе происходящего в мире героев и злодеев и знают они обо всём раньше, чем об этом успевают написать свои статьи СМИ. И вот, подходя к штабу и успев тысячу раз проклянуть себя за то, что так далеко ушёл, заметив слежку. Практика была вполне обычная, просто увести «охотника» туда, где его будет легче прикончить. Да вот только это оказался Кач-чан. Просто потратил своё время в метро, хотя мог пойти пешком. Ещё и карманные заканчиваются. Класс.       — Я пришёл, — про старой привычке крикнул он, заходя в разваливающийся на глазах штаб. То штукатурка обвалится, то ещё что-нибудь. Изуку не удивится если в один из дней он просто сложится как карточный домик. За барной стойкой тем временем что-то делает Курогири, хотя зал как обычно пустует. Тень поднимает свои желтые глаза буквально на мгновение, после чего продолжает заниматься своими делами.       — Чай будешь? Ты пришёл куда позже чем должен был. Звонил учитель, хотел попросить тебя присутствовать на одном задании.       — Я уже знаю. Встретил на пути Игараси-сана, вот и задержался. Плюс нужно было зайти к Сукару-сан. Опять сломал кость. Что-то слишком часто в последнее время это стало происходить. Сто процентов это близость к героям виновата. Меня от одного нахождения там тошнит, даже вспоминать не хочется. Чай не надо, аппетита после них нет, — прошипел зеленоглазый. Он знал что Курогири особо никаких эмоций не испытывает, потому жаловался ему чаще, чем кому-либо ещё.        — Ты будешь на задании с Тетсуей Игараси? Не ожидал. Пожалуй, я тебя провожу. Хочу спросить, как прошло его сотрудничество с китайским филиалом. Они нас не очень любят, — ному слегка прищуривается, смотря на Мидорию, но позже продолжает, — помочь закрасить веснушки? Босс приказал убрать всё лишнее, по чему узнать бы могли. Ты скоро личностью известной будешь, так что нужно быть более осторожным. Тебе пришла та маска изменяющая голос?       — Да, пришла. Сам знаю про осторожность. Справлюсь как-нибудь, — уже слегка раздражённо ответил Деку, привстав из-за стола. Его раздражает то, что все водятся с ним будто с ребёнком. И ещё больше раздражает то, что сделать с этим он ничегошеньки не может.

***

      — Ты закончил? У нас не так много времени осталось, — доносится беспристрастный голос Курогири из-за двери. Крикнув в ответ что-то более менее положительное, Мидория подходит к зеркалу. В какой-то момент начало казаться, что это стоит не он, а кто-то другой, далёкий и чужой. Белые линзы без зрачков полностью поглотили изумрудные глаза, такими же ослепительно белыми были брови, предварительно замазанные часом ранее. Тоже самое случилось и с веснушками, без них кожа парня выглядела бледной, словно у мертвеца. Единственное что осталось от прошлого Деку, так это волосы. Сейчас у него не было возможности что-то с ними сделать. Он их завязал где-то сзади, чтобы цвет не получилось отличить и накинул сверху капюшон. К слову о одежде. Она тоже была чисто-белого цвета. По сути это обычный спортивный костюм, да и Изуку не боится крови. Он может убить и без неё. И смотрится эффектно, злодей в костюме снежного цвета, который прямо сверкает в отражениях многочисленных огней ночного города. И, конечно, у него, как у не совсем честного злодея, готового показать своё реальное лицо, была своя маска. Он заказал её не так давно и конечно, не от своего имени. Но она была довольно технологичной, меняла голос и могла работать как противогаз, если того потребовала бы ситуация. Тоже белая, в очень современном стиле. Похожая больше на какого-то меха робота из аниме с жуткой улыбкой, но Мидорию всё устраивало. Можно было выходить. Открывая дверь, Деку почти натыкается на всё время ожидавшего ному и взгляд Шигараки, который, кажется, один раз усмехается и вновь продолжает смотреть что-то в телефоне.       — Пора идти, — продолжает Курогири и только Деку успевает надеть кроссовки (к слову тоже белые), как его разум обволакивает привычная тень, живое её воплощение. Она везде, словно кислород или кровь. Мидория живёт вместе с ней, она течёт по его венам, но теперь она и внутри сознания. Закрывает ему глаза, открывая портал. Телепортация занимает всего пару секунд, но там, в царстве тьмы и время идёт по-другому. Он успел бы прожить жизнь, успел бы умереть. Вновь открывает глаза в каком-то переулке. Район незнакомый, так что приходится полностью положиться на ному. Пусть людей на улицах мало, Изу периодически ловит на себе чужие взгляды. Будет лучше, если они будут думать, что они лишь странные герои на дежурстве или линчеватели. Будет лучше, если всё будет так. И вот, солнце начало всё дальше и дальше заходить за горизонт, скрываясь за фасадами зданий и освещать безлюдные улицы приходилось лишь одиноким фонарям. Именно в это время они пришли на место. Тетсуя уже стоял здесь, не очень довольный и то и дело смотрящий на часы. Но увидев Деку в новом образе приободрился и даже похлопал его по спине, как только тот подошёл достаточно близко. — Вот это да! Что за наряд такой новый, пацан! — он обхватил своими длинными и крепкими на хват руками плечи младшего напарника и покрутил его в разные стороны. Всё внутри Изуку кричало о протесте такому грубому и чересчур близкому контакту со стороны неприятного ему человека и пыталось всеми внутренними силами, что есть у него, сдержать порывы просто взять и применить тени, чтобы хоть как-то убрать руки со своих плеч. Но его мечты, неожиданно, исполнились буквально спустя пару восторженным реплик о его «новеньком и модненьком» костюме, — Всё-всё, не смею больше Вас дёргать, юноша. Вы сейчас в обморок от недовольства упадёте, ха-ха!       — О, Тетсуя, рад вас видеть. Как ваша миссия в Китае? Вы ездили вместе с Араши? Она очень милый ребёнок, — очередной ребёнок с интересной причудой, которую Лига взяла под своё крыло. На этот раз, правда, это была родная племянница Игараси, так что она почти везде ходила с ним.       — Какая встреча, Курогири! В Китае всё прекрасно. Пару раз меня пытались прикончить, но это уже дело будничное. Араши? Нет-нет, её взял к себе папаша, пока я был в командировке. Она, оказывается, так выросла, вот смотри, — пока седовласый мужчина что-то показывал в своём телефоне, Мидория осматривался по сторонам. Неподалёку стояла телефонная будка, вдали был круглосуточный продуктовый. Обычный спальный район, самое лучшее место для опасной группировки, — А ты, Мидория, как? Взрослые продолжали что-то говорить, Тетсуя изредко глухо смеялся, Курогири поддакивал. А Деку отвлёкся, шагая по тротуару в неизвестном направлении. Интересно, какие герои тут дежурят? Чьё агентство неподалёку? Входит ли этот герой в топ, повышая свою репутацию, или, может, просто борется со злодеями и спасает человеческие жизни? Или фоткается для обложек модных журналов и проводит время с богатеями на десятки лет старше себя? Всё возможно. Однако, Мидория почти уверен, он чувствует, что сегодня им прибавится работы. Кто бы это ни был.       — Деку? Ты готов? Курогири уже ушёл, а нам пора. Эти парни с нами церемонится не будут, — зеленоглазый молча кивнул, и развернувшись, пошёл за Тетсуей. Тот всё время хотел что-то сказать, но каждый раз в последний момент передумывал. Так что шли они в полной тишине, пока мужчина, наконец, не, объявил, — Пришли. Вот твой пропуск. Эти громилы, — показывает в сторону двух мужчин, стоящих у входа, в казалось бы, самое обычное здание, — нас ждут. Как только вышибалам показали пропуски, они сразу пропустили Изуку с Тетсуей в здание. Правда, всё время шли за ними, по пятам. Подозрительно, ведь обычно об этой группировке в Лиге говорили лишь недоброе. Подсказывало же предчувствие — беги, пока не поздно. Но будто у него есть какой-то выбор… Коридоров было очень много. Первое время он пытался их запоминать, но в итоге сбился на четвёртом «право» и в какой-то момент просто забил. Но стоит признать, внутри, казалось бы обыкновенный живой дом был куда больше, чем снаружи. И нигде не было окон. В том числе и в комнате, куда привели Изуку с Тетсуей. В ней вообще почти ничего не было. Кроме диванчика и кресла в центре комнаты. Но в кресле сидел брутального вида старичок, который, нахмурив брови, смотрел прямо на них.       — Какие люди. А я уж думал, что вы не придёте. Все За Одного ведь так редко выполняет свои обещания, — он растягивает слоги и в целом ведёт себя крайне подозрительно. Зеленоглазый перевёл взгляд на Игараси. Тот улыбнулся, мол, всё под контролем. Хотя в этом Деку совсем не был уверен, — Садитесь-садитесь. Тут у меня темновато, но вам ведь это не помешает? Примерно понимаю, зачем вас сюда послали, но сразу вынужден отказать.       — Может сначала выслушаете нас, Фурукава-сан? Все За Одного готов предложить вам хорошую награду за… Тетсуя так и не успел закончить, старик его перебил и говорил уже далеко не так дружелюбно:       — Видите ли, у меня с вашим боссом свои счёты. Этот старикан в своё время убил моего старшего сына, моего наследника. Слишком уж сильная у него была причуда. И Все За Одного захотел её себе. Мы все знаем, что он всегда получает то, чего хочет. А я тогда был слишком молод, ох, как же я был глуп. А мой бедный мальчик, Иемаса, мой сын, был слишком слаб чтобы пережить это горе. Представьте, лишить маленького мальчика его достоинства и цели! Но сейчас я отомщу за своего наследника, — он щёлкает пальцами и в этот же момент двери, единственный выход, захлопываются, — Парни, прикончить их.       — Стойте, мы всё ещё можем решить всё мирно, у меня тоже есть племянница, а у этого мальчика, — Тетсуя в поисках мирного решения указывает на Деку, — никогда не было причуды. Все за Одного наоборот подарил её ему.       — Довольно слов. Вашей жертвы будет достаточно чтобы оплакать моего мальчика, — восклицает он, исчезая за спинами своих телохранителей. Что ж. Он сам будет виноват в своей смерти. Деку бросается с места и в одно мгновение его руки оказываются на шее одного из тех громил неподалёку, пока тот старательно пытался призвать воду заливая ей пол. Но это и отлично. Он задохнётся в своих же силах, стоит только Мидории выкачать из него достаточно энергии. Достаточно и двадцати секунд, чтобы человек потерял сознание. Тень расползается по полу. Двадцать шесть человек, считая Игараси. А что до него? Тетсуя управляет цепями. Создаёт их, заставляет виться вокруг, обездвиживая тела несчастных. Те пытались сопротивляться. Кто-то набросился на Изуку, увеличив собственный вес и буквально вдавив парня в пол. Что-то угрожающе хрустнуло, но времени на страдания не было. Боль не была похожа на перелом — единственное, что успокаивало парня. Да и нападающий не учёл того, что прикасаться к Мидории было опаснее для себя. Ловким движением руки парень достаёт из потайного кармана кинжал и резко пронзает им тело мужчины, сжав его шею второй рукой. Изу тяжело дышит и кажется, что быстро оклематься от этого сражения он не сможет. Но это было далеко не всё. Раз. Он метнул кинжал в одного из вышибал, пытающегося наброситься на Игараси со спины. Тот издал рык, подобный звериному, и схватился за свою ногу руками. Дальше Тетсуя с ним разберётся сам. Два. Тот, кого он до этого ткнул ножом, наконец отключился. Он был слишком сильным, но, «подарил» Мидории почти всю свою энергию. Какой-то парень начал выпускать едкий дым ярко-алого цвета. Возможно, он был ядовитым, но проверить, благо, Деку не мог. Маска не позволяла. Но пока он разбирался с остальными парнями с мутационными причудами с помощью кинжалов, а его спутник дрался с остальными. «Бросает» тень словно паутину из фильмов о человеке пауке в сторону мальчишки создающего туман, тьма вьётся у его шеи будто змея, душит его. Сегодня он не будет убивать с её помощью. Достаточно просто отключить их всех. Три. Втыкает одному из бандитов нож прямо в сердце, со спины. Все же, не зря он учил расположение всех рёбер. Как говорил один из его учителей — Лучший путь к сердцу любого человека лежит через спину. Вторая рука сжимает горло другого крупного парня. Он не боится убить. Но перед этим нужно забрать достаточно чужой энергии. В конце концов, он — вор. Самый обычный вор. Цепи Игараси не убивали. Они связывали, сковывали движения. Делали людей бесполезными и ненужными. Крепче стали или любого другого металла. Они были изготовлены из воли их владельца. Из его намерений и стремлений. Ещё никто не мог выбраться из его путов. Кроме босса, Все За Одного. Ведь именно он сломил его намерения, изменил мечты, полностью их уничтожив. Теперь Тетсуя Игараси верный слуга, пёс, который выполнит любое поручение. И сейчас он выгуливает другую «собаку» босса, мальчишку, которого он подобрал ещё ребёнком. Деку словно подбирал готовое, лишал сил тех, кого до этого обвил своими цепями, словно лианами, Тетсуя лишал их возможности сопротивляться. Так было с каждым. Их были сотни, сотни тонн держал на себе один Игараси. Пока этот мальчишка забирал их силы.       — Остался один, — объявил Мидория, вновь пустив густую тень по полу, словно воду, — Я сам с ним разберусь. Всё ещё в чисто-белом костюме, без всяких пятен, несмотря на то, сколько крови он сегодня пролил. Его маска была бесчувственно холодной, не отражая ничего. И сейчас он приближался к лидеру этой группировки, бедному старику, потерявшему сына. Кто знает, может причудой бедного мальчика сейчас пользуется сам Мидория Изуку. Но теперь об этом уже никто не узнает.        — Теперь вы сможете воссоединиться со своим мальчиком, Фурукава-сан. Вы, должно быть, очень рады, — на лице мужчины расцвёл первобытный страх, увидев в руках парня нож. Старик попятился, спиной ударившись о стену, но бежать было уже некуда.       — Парень, ведь ты тоже был беспричудным. Ты же понимаешь меня, — голос его становится жалким в попытке сохранить единственное что осталось от некогда важного человека, — Прошу тебя, парень. Ты получишь всё, что ты только захочешь. Только отпусти меня, пожалуйста. У меня есть жена. И маленькие внучата. Я хочу хотя-бы попрощаться с ними. Но Мидория молчал. В белом он напоминал ангела, однако, являлся безжалостным ангелом смерти. Шаг за шагом он подходил к жертве, напоминая старику о его скорой участи. Он наклоняется над ним, провожая в последний путь. Улыбнулся, пусть тот этого и не видел. И пробормотав что-то похожее на «извини», резко воткнул в его тело длинный и тонкий кинжал. Мужчина почти не мучался, была видна работа профессионала своего дела. Профессионального вора и убийцы.        — Ты закончил? Я подчистил отпечатки, нам пора идти, — также бесстрастно произнёс седовласый спутник Мидории, после чего, дождавшись кивка, Игараси направился к выходу. Белые глаза напоследок оглядели поле битвы и… Не испытывали никакого сожаления. Большинство из них живы, кто-то находится в глубокой коме и вряд ли уже выйдет из неё, а кто-то уже мёртв. Повезло далеко не всем, но Деку не было никого из них жаль. Он просто… Не чувствовал ничего? Это его работа, его расплата за долг, вернуть который он не сможет никогда. Вновь пустые коридоры. Здание было слишком сонным, чтобы дать отпор резне, не так давно произошедшей в его стенах. Дверь закрывалась за дверью, поворот за поворотом. Длинные лестницы вели бесконечно вниз. Выход искать пришлось долго. Лишь потом, они таки нашли окно, где просто выбили стёкла и вылезли с помощью цепей Игараси. Тот зацепил их за подоконник, а сам спокойно спустил себя и Мидорию, периодически позволяя себе несмешные шутки или язвительные комментарии. И вот, они всё же на свободе. Но тут, в голову Деку что-то взбрело.       — Я отойду. Мне нужно сделать звонок, — говорит он Тетсуе, перед этим показав на ближайший телефонный аппарат. Седовласый мужчина засмеялся, добавив что-то про девчонок и весну юности, а после позволил парню идти. Пусть Игараси и не был старым, он вёл себя так, словно жил на свете не меньше двухсот лет и особенно любил критиковать новые технологии и молодёжь, чем сейчас, собственно, и занимался. К счастью зеленоглазый ушёл достаточно далеко чтобы слышать всё это. На самом деле план Мидории был куда проще, чем звонки девчонкам или что-то подобное. Он набрал всем известный номер полиции местного района — 110. Послышались гудки, после чего приятный женский голос с той стороны провода наконец произнёс необходимые слова:       — Здравствуйте, это полиция. Слушаю вас.       — Добрый вечер. Я хочу сообщить о совершённом убийстве и налёте на известную преступную группировку, — благодаря маске, голос Мидории стал более взрослым и глухим, приглушив мальчишеские нотки. А девушка из полиции, наоборот, затихла, — Район Хосояши 583-5. До свидания. Банда полностью обезврежена, лидер убит. Многих ещё можно спасти и допросить. Сразу же повесив трубку и не дав полиции сказать ещё хоть что-то, отошёл от телефонного аппарата. И… С Тетсуей вновь стоял Курогири, мило болтая, словно дальние знакомые, которые не виделись целую тысячу лет. И сейчас Деку чувствовал себя маленьким мальчиком, который просит маму скорее идти домой. И пусть сейчас он ничего не просил, само ощущение никуда не делось.

***

Когда Деку вернулся в штаб, снимая маску с ощущением истинного блаженства, уже светало. Он обнаружил Шигараки, смотрящего свежие утренние новости. Тот перевёл на Изуку ленивый взгляд, после снова уставившись в телевизор.       — Снова бессонница? — Томура кивнул, не отводя глаз от экрана. Там показывали сегодняшний инцидент, в котором зеленоглазый принял непосредственное участие. Оказывается, одиннадцать из них оказались мертвы, когда прибыла полиция. Шестеро находились в глубокой коме. Остальным либо повезло, либо их удалось вовремя откачать. Забавно наблюдать как правительство пытается найти объяснение причуде Мидории. Просто в какой-то момент у жертвы перестали работать органы. Сердце перестало качать кровь, лёгкие больше не поставляли кислород, человек больше не жил.       — Это были два монстра. Один в белом. Он просто касался нас и все теряли сознание и умирали. Ещё у него были ножи. Он убил им моего брата. На нём не было следов крови, только белая одежда и белая маска, я же говорю. Он был демоном, в обличие ангела. И он убивал и убивал, даже когда босс молил его о пощаде, говорил о семье, детях. Он просто убил его, демон, Гаки. Шигараки в какой-то момент нажал что-то на пульте, выключив звук и повернувшись к Мидории.       — Гаки. Тебе идёт.       --Жестокий демон, который всегда хочет есть и никогда не может насытится? — уточнил парень, усмехнувшись.       — Да. Тебе ведь всё равно необходимо было прозвище. Глаза недавно прибывшего оторвались от Томуры, и усталый взгляд упал вниз. На потрёпанный линолеум, на котором прослеживались следы долго пребывания в этом доме людей с не самой уравновешенной психикой. Нередко в их профессии — в их жизни — нервы подводили даже самых сильнейших. Да, ваза, что оставила эту глубокую царапину на полу и пару шрамов на стопах зеленоволосого парня, была дорога его сердцу и являлась одним из немногих напоминаний о тех светлых моментах жизни с мамой, и её уже никак не вернуть в прежнее состояние (остался лишь один из больших осколков, что храниться теперь в его комоде). Но если их (следы ярости Шигараки присутствовали на поверхностях всего дома) провалы на миссиях или на тренировках вызывали в них даже простейшие обиды на самих себя, ведь они могли бы и вовремя увернуться, вовремя сообразить применить силу или выложиться ещё больше, заставляя своё тело работать на износ, не смотря на последствия, но всё же стать лучшими на их поле, всё это указывает на их причастность и ответственность за свои действия и намерения. Эти чувства — это их верность идеям ВЗО. Их главный помощник. — Не считаю нужным обзаводиться прозвищами. — парень присел на диван рядом с соседом с тихим вдохом. Никак не отделавшись от навязчивого ощущения снятой недавно маски на лице, Изуку всё не мог надышаться и всё тёр места соприкосновения с металлом, от новых вещей всегда пахло чем-то заводским, и глоток относительно свежего воздуха ощущался особенно желанным после нескольких часов её ношения. — Или вообще становиться известным, особенно в нашем деле. Когда враг увидит человека в белом, что пытается к нему ненавязчиво прикоснуться, тот будет уже не так неосторожен, ведь в новостях недавно показывали такого же злодея под именем Гаки. — Тогда, с такой точки зрения, это может помешать тебе. — Томура на секунду замолчал, а потом, будто что-то вспомнил, он добавил, — Особенно в ближайшем задании. — В каком задании? — темноволосый повернулся слегка сбитым с толку. — А-а, так ты не слышал. Короче, следующим нашим шагом станет твоя академия. — на слове «твоя», его друг слегка ухмыльнулся, — И в этой операции ты будешь играть самую важную роль. — он ткнул соседа в грудь, чуть надавливая. Потом он прибавил к указательному средний палец. Затем, когда пауза затянулась, его ладонь потянулась на парня всеми пятью пальцами, пытаясь прижать их плотнее. — И только попробуй накосячить, ведь ответственным назначили меня. А мне не хотелось бы, чтобы мой выход был запятнан твоими косяками! — он напоследок сжал куртку Изуку всеми пальцами и резко оттолкнул Деку на спинку дивана. Томура, не оглядываясь, прошёл в свою комнату, оставив телевизор единственным спутником молодому парню в поздней ночи. В течении всего этого действа, Изуку сидел спокойно, не двигаясь и не показывая никаких эмоций. Его глаза были холодными и смотрели прямо, не бегая в разные стороны, его взгляд был сосредоточен на лице его товарища, что так яростно ему объяснял предстоящее задание, при этом вгоняя его только в большую пучину вопросов. Что от него потребуется? В чём всё же суть задания? И что именно будет зависеть от него? Лучи солнца пробивались через незанавешенное окно. Сколько времени он просидел так? Мидория выключил телевизор, забрал маску и ушёл к себе. Эта ночь была слишком долгой. А ведь завтра обещали какой-то экзамен. Нужно урвать пару часов сна, что остались до начала учёбы. С такими мыслями парень ложился в кровать, прокручивая те самые вопросы у себя в голове, пока окончательно не вырубился.