Точка покоя

       Белая керамическая кошка с поднятой в приветствии передней лапой стоит там же, где вчера — под стойкой перил лестницы, улыбкой к входным дверям. Только сегодня смотрится она не так мило — с пустыми-то глазницами. — Я же видел, — Вик разводит руками, оглядываясь, — вчера были камушки, блестели. Какой убл… ур… нехороший человек, в общем, успел их стащить? А? Изя, ты ничего не хочешь нам рассказать? — Чего сразу я-то? — А кто? Не за красивые же глаза тебя в прошлый раз автор назначил главным злодеем? — продолжает петушиться Вик. Айзек щурится из-под темной челки, демонстративно сует руки в карманы брюк, но Уилл уже торопится встать между ними, хватать за рукава и улыбаться направо и налево. — Все, стоп! Вик, ну мы же договорились — полная амнистия. У нас нет заданных ролей, мы можем быть кем хотим. И вряд ли Айзек хочет… Да и зачем? Не рубины же там были — обычное стекло, наверно. — Вот именно, — смягчил тон Айзек, но на всякий случай обходит пострадавшую кошку по периметру. — И вообще. Вдруг в фигуре живет дух, который разгневается на вора, начнет мстить… Оно мне надо? — Ты это серьезно? — Вик резко стихает и отходит наоборот, подальше, к другой стороне лестницы. — Или сочиняешь на ходу? И только Уилл остается на месте, рядом с тумбой, чтобы разглядеть кошку. — Даже если нет никаких духов, глаза ей найти все равно надо. Кошку жалко, хоть она и ненастоящая, — и он гладит фигурку по голове. Глазурь чуть шершавая, теплая. — Опыт расследований у нас уже есть, начинаем новый детектив. Итак, кто последним видел кошку с глазами? — Мы все вместе разошлись по комнатам после ужина, — первым отвечает Айзек и присаживается на корточки, рассмотреть пол. Вик тут же фыркает и лезет обыскивать окрестности с другой стороны тумбы и первым находит что-то мелкое, и с торжествующим воплем выковыриваает это нечто из ковра. Остальные подходят рассмотреть находку на его ладони. — Щепка, что ли? — предполагает Уилл. — Или коготь, — выдвигает свою версию Айзек и трогает пальцем что-то крохотное и дугообразное. Объект переворачивается, блестит алой полосой. — Или окровавленный коготь. — Голос Вика дрогнул, ладонь — тоже, и улика летит обратно на пол. — Дух начал мстить? Так, а что это Адель не спускается? Она там жив… — Мальчики, вы чего там ползаете? — прерывает его голос с верха лестницы. Хорошо, что Вик сидит на полу, дальше падать некуда, а вот Айзек и Уилл чуть не присоедияются к нему. — Ты сегодня потрясающая, — выдыхает Уилл, скользя взглядом от красных туфель вверх к колену в разрезе красного платья, дальше до разреза ворота, к лицу в обрамлении тяжелых локонов, к кокетливо опущенным ресницам… — Откуда сережки? — далеко не так восхищенно спрашивает Айзек. Адель громко вздыхает, артистично откидывает прядь волос уха. — Какой бы из вас двоих джентльмен получился… Уилл, спасибо за комплимент, но надо уточнять, что именно во мне прекрасно и потрясающе. Иззи, ты очень наблюдателен, но разве нельзя было выразить это погалантнее? Да, и… Вик, как насчет завтрака? И она медленно спускается к ним. Но все равно через пару ступенек покачивается, и Айзек с Уиллом спешат встретить ее на полпути, взять под локотки, чтобы не навернулась с высоких шпилек. Ну, Уилл подхватывает, по крайней мере, а Айзек берет ее под локоток, чтобы удобнее было повторить вопрос прямо в глаза. Или в ухо. — Таки откуда серьги? Меня терзают смутные сомненья, что вчера эти камушки были в другом месте. — А, ну да, — рассеянно откликается Адель. Ее больше увлекает спуск с лестницы с таким эскортом. — Там внизу зверушка стояла, с красными глазами. И взгляд у нее был очень недобрый. Я как представила, что каждый день придется мимо нее проходить — бр-р… А сами по себе камушки красивые, мне к платью подойдут. Вот я забрала их, откопала на чердаке медную проволоку, связала оплетку. Красиво получилось, правда? — Ну ни фига себе! — отмирает Вик, но не встает, так и остается сидеть на полу, скрестив руки на груди. — Смотреть на кошку с глазами ей не нравится, а выковыривать глаза — нормально! — И вовсе не нормально! — возмущается Адель. — Я ноготь сломала! Пришлось вернуться в комнату, переделать маникюр, связать оплетку для кристалликов. Жаль, что у статуэтки не три глаза, на полноценный гарнитур с подвеской не хватило… Нет-нет, я вовсе не такая бесчувственная! — поспешно добавляет она, когда Уилл так ничего и не сказал и отвел взгляд. — Я хотела нарисовать кошке новые глаза, добрые и красивые. Вот, нашла у себя черный и золотистый лак для ногтей и сейчас займусь. Хоть с пользой проведу время, пока вы сделаете яичницу с беконом и тосты с джемом. И чай еще, с лимоном и сахаром. Пожалуйста.