Да здравствует Король!

Это называется смятение. Он ни за что не покажет подобное чувство всем, особенно им. Что-то внутри омывало его сердце, чуть тянуло назад. Но недостаточно сильно, чтобы испытывать хоть что-то. Дышит ровно, выглядит так, будто его ничего не беспокоит. Никогда не беспокоило с самого момента его рождения. Но, тем не менее, этого он не совсем ожидал. Из уст всё же вырвалось: — Что? Бубновый Король отвратительно смеётся, поглаживая кольца на одной из своих рук так, будто это его собственные дети. — Послушайте, холодное оружие — это прошлый век! Тем более, у Вас преимущество. Думаю, мне не стоит объясняться. — Вытянутой ладонью он указывает на Пикового правителя, глядя на его крупное тело. Кинг мог бы очень умно парировать тем, что Бубновый просто перетащил одеяло на свою сторону. Явно выбрал что-то, в чём разбирается, а вот он — нет. Ну и что? Хотя бы попробует в своей жизни что-то новое, того гляди повезёт. Каард встаёт со своего места, подбирается поближе к Трефовому Королю. — Извините, Ваше Трефовое Темнейшество... А вот подобные мероприятия они... Скажем так, законны? — Скромно интересуется Рулс, буквально шёпотом, поглядывая на всех вокруг. Хорошо, что правителям гораздо больше интересно происходящее, чем шушукающийся слуга Пик. — Точно! Господин... Каард, верно? — Рулс мягко улыбается, не без доли нервозности, косясь на своего Короля, но кивает. — Гениальная мысль. Серьёзная голова переглядывается с остальными, прежде чем прошмыгнуть к какому-то шкафу в комнате. На спокойную голову чуть ли не упала какая-то коробка, среди беспорядка они ищут, подумать только, конституцию! — Я оскорблённое лицо, я имею право выбрать оружие. — Король Пик хорошо знаком с правилами самых разных вещей в этом мире. Дуэлей — в том числе. — А чего выбирать? — Бубновый Король достаёт из-под своих одежд блестящий пистолет, неизвестное для всех в зале устройство. Почти для всех. — Нам не из чего выбирать, Ваше Пиковое Темнейшество. Червовые охнули, Королева поднялась с места и вскрикнула: — Вы пронесли оружие в зал! Совет гарантировал нам безопасность! Как Вы... Как Вы только посмели?! — И её беспокойство имеет место быть, это понятно всем. Абсолютно всем. Никому не хотелось бы, чтобы этот дипломатический процесс превращался в бессмысленную кровавую баню. Трефовый правитель, путаясь в своих собственных ногах, подбегает к столу, судорожно ищет нужную страницу, все его лица напряжены. Каард снуёт где-то у него за спиной, подглядывает. — Нашёл, так! Стоп, стоять! Не двигайтесь, господа! — Кричит ответственная голова, приближаясь к конфликтующим королям. — Согласно Трефовой конституции, вы не имеете права проводить дуэль в нашей части Карточного Королевства. И Рулс где-то за ним, как хвостик. Смотрит на это всё с надеждой в глазах, страшно не по-человечески. Где же это видано, чтобы люди осознанно выбирали жестокость по отношению друг к другу? Ещё и это непонятное устройство, явно небезопасное... Такое замысловатое, сложное, словно без магии тут не обошлось. Слуге это всё тоже не кажется слишком уж честным... — Дайте-ка взглянуть. — У Бубнового Короля голова поднята к верху, гордо. Он выхватывает свободной рукой книгу, держа её очень уж беспардонно. На самом деле, это тоже спокойно можно счесть за оскорбление. Но Трефовые почему-то молчат, ни одного замечания. Лукавая улыбка. Ничего хорошего. У Каарда аж живот крутит. Голод смешался c ужасом, очень неприятная комбинация. — Хах... — Он усмехается, подходит к Пиковому Королю, пытается приобнять того за плечо, но его очень больно ударяют по руке. — Не трогайте меня. — Кхм... — Он чуть поморщился, прежде чем продемонстрировать документ другому правителю. — Видите? Дуэли с использованием холодного оружия запрещены... Тут ни слова про огнестрел. Кинг ничего иного и не ожидал, по правде говоря. Если уж решили — значит идут до конца, тут и так понятно. А Рулс уже готов волосы на себе рвать, с оскалившимся от недовольства лицом подходит к Трефовому Королю вновь: — Неужели так тяжело было написать "любые дуэли запрещены"?! — Вспылил слуга, после чего все три головы смотрят на него осуждающе и злобно. Всё же, не стоит забывать, кто здесь главный... — Потом изменим. — Отвечает самая наивная из них, но с серьёзным тоном. — Потом... — Иронично повторяет Каард, понимая, что это магическое "потом" им вряд ли поможет в этот момент. — Значит, будем... — Кинг пытался подобрать верное слово. — Стреляться. — А Бубновый Король только и рад, что его противник не знает абсолютно ничего. Сплошная надменность, искреннее удовольствие от чужого дискомфорта. — Стреляться. — Повторяет Пиковый монарх, сдерживая тяжёлый вздох. В собственной груди ему уже тесно. А Бубновый правитель только упивается, жадно пытается испить эту чашу триумфа, всей этой желчной надменности. И по губам его течёт этот ментальный яд, смочил всё в своём горле этим бессмысленным зверством. Хотя и не скажешь, что Пиковый Король свят. Но его сложившаяся ситуация совершенно не радует. Его противник подходит к своей супруге, протягивает ей руку. Та, несмотря на все правила приличия, достаёт второй пистолет, чуть закатав под столом своё роскошное платье. Замечательно, значит у нас здесь два оружия, что были принесены одной мастью. Говорят, муж и жена — одна сатана. Возможно, что в этом есть своя горькая доля правды. А Червовая Королева в это время лишь машет веером активнее прежнего. Она могла бы их остановить, очень даже вероятно. Но кто сказал, что здесь собрались действительно благородные Тёмные? Быть может, что на деле все эти правители просто звери, коих удерживают слишком слабые цепи. Ломаются громко, с хрустом, легко. — Не бойтесь, дружище. Я Вам с удовольствием объясню способ работы пистолета. — Издевается, сволочь. А как же? — Инновация в военном деле Карточного Королевства. Эти однозарядные. Мы встанем с Вами на расстояние десяти шагов. Насчёт три, как по известной Вам классике. Кинг анализирует всё услышанное. Инновация — значит, что Бубны имеют при себе такие опасные игрушки не более месяца уж точно. Однозарядные — значит, что бывают другие. Видимо, зарядов там много. Десять шагов? Нехорошее решение. Как минимум, для Бубнового Короля. Слова об отсчёте не были примечательными. И ни слова о... — Секунданты. — Мрачно напоминает Пиковый монарх. Противник на секунду затихает, удивлённо поглядывая вперёд себя, а затем восстанавливает весь образ за одну секунду. — Да-да, как же иначе? Господин Треф, не окажете ли мне честь? — Правитель с тремя головами неуверенно кивает, подбираясь поближе. Кинг оглядывает Червовых, но не видит в них должного энтузиазма. Попробовать стоило. Но те, как всегда, прячутся лишь за речами и веерами. Коли дело дошло до действий — красноречивые Тёмные бесполезны. — Каард. — Громко и отчётливо, чтобы все слышали и запомнили его слугу. Рулс чуть ли не издаёт звук какой-то писклявой резиновой игрушки, выпрямляясь и стараясь сохранять спокойствие. Он за считанные секунды учится дышать заново, подходя к своему начальнику быстрыми шагами. Встав у плеча прекрасного стратега, он как-то занервничал ещё больше. Его коленки не тряслись, но ощущение было именно такое. Как только Трефовый и Бубновый начали переговариваться между собой — Пиковый последовал их примеру, деликатно положив свою руку на плечо слуги. Рулс сглатывает и понимает, что ему уже достаточно политики на сегодня, он наелся. Но нет, его будут кормить ещё и ещё, пока кто-нибудь в этом зале всё же не лопнет. А он просто придёт с несварением, но всё равно голодный. — Вы знакомы с правилами дуэлей? — Немного. Если... Романы и новеллы не врут. — Шепчется Каард, смотря куда-то вниз. Под рукой своего правителя он чувствует себя в хрупкой безопасности. Контроль не у него, но ему как-то по-своему помогают. Пока рядом Кинг — не так уж и ужасна вся эта ситуация. Но стоит ему отойти на шаг... — Этого достаточно. Трефы не будут с Вами договариваться. Можете не надеяться на то, что всё обойдётся парой слов. — Уверенно заявляет Кинг, нагибаясь к чужому лицу. Его голос тихий, но напряжённый. Предостерегающий. — Будьте готовы, что кто-то точно выстрелит. Десять шагов это опасно. Я постараюсь изменить это число хотя бы до пятнадцати. Странно слышать слово "опасно" из уст Короля Пик, по каким-то причинам. Рулс всё же осмеливается поднять голову, когда с ним разговаривают и слушать очень внимательно. Он должен собраться, ему-то бояться нечего, он в безопасности. Хотя кажется, что все его капилляры в теле свернутся в элегантные бантики от страха. — Почему не получится обсудить вопрос с Трефами? — Каард искренне хочет понять. Намотать на ус. — Ваше Пиковое Темнейшество, Вы готовы или будете общаться со своим секундантом? Давайте переместимся во двор. Рука монарха сползает с плеча слуги, словно исчезая вовсе. Ощущение того, что всё схвачено — пропало бесследно. Только недавно сглатывал, по итогу совершает этот ритуал ещё раз. Серьёзное и спокойное лицо держит как по кусочкам, вот-вот развалится. Все пошли во двор. Располагался он сзади замка, там всех правителей, советников и беспокойного Рулса Каарда провожали своими взглядами вычурные топиарии. Загогулины в виде самых разных объектов и фигур выглядели так странно. Будто все они уже умерли, а это путь. До рая, ада или чистилища — непонятно. Стук обуви о каменную дорожку скорее раздражал, чем успокаивал. Настоящих деревьев было маловато. Да и цветов тоже. Вышли, по итогу, к какому-то фонтану с водой. Каард не успел его разглядеть. Господа расселись на лавочки. Он, чуть было, не присоединился к ним, но увидел напряжённого Трефового Короля, идущего прямо к нему. — Нам не о чем говорить. — Выдаёт сразу же серьёзная голова. Но затем, выдыхая, всё же добавляет. — Извините. Так получилось. "Трус", — Думает Рулс, несмотря на то, что мало чем отличается от этого правителя. — Вы уверены? — Пытается быть настойчивее. — Даже не пытайтесь. — Наивная голова хмурится сильнее других. Каард чувствует эту тяжесть в груди. Последняя надежда спрятана где-то среди его кишок, завёрнутая как в одеяло. Не проснётся до конца дуэли. — Да будет так... У Вас хоть есть целители? — Найдём. Такие ответы заставляют Рулса ценить своего Короля ещё больше. Он бы не смог жить при дворе этого правителя, тут всё делают спустя рукава. Недостойно. — Я Вам не прощу, если... Ему даже не дали договорить, как спокойная голова также высказалась: — Нам плевать, Рулс Каард. Всем. Можете не прощать. На том секунданты разошлись. Червовой Королеве действительно жарко, она обмахивается веером и наблюдает за двумя, стоящими спиной к спине, монархами. Её муж тоже не отказался бы от чего-то, чтобы охладиться. А их советчица лишь следит за документами, будто и не здесь вовсе. То же самое можно сказать о советчице Бубен. А вот Бубновая Дама с удовольствием выкурила бы сейчас сигарету, сжимает ткань платья под собой и то поправит корону, то какие-то завязки на рукавах своих одежд. Фонтан делал всё возможное, чтобы заглушить всех во дворе. — Пятнадцать. — Предлагает Кинг. Его противник усмехается. — Двенадцать. Так уж и быть. Считает, к слову, Ваш. — Пусть считает. Обмен колкостями завершился. Они начинают свой короткий поход в двенадцать шагов. Лучше, чем ничего. Пиковый монарх просто знает, что больше ему не уступят. Каард паникует, а фонтан прямо-таки бьёт по слуху. Словно ему действительно залили в уши воду, не позволяя сконцентрироваться на всём происходящем вокруг. Он прячет руки за спину, сжимает их, впивается ногтями в кожу. Словно научился у своего начальника, не иначе. Трефы шепчут ему что-то тревожное. Рулс понимает, что у него ещё больше ответственности на плечах, чем до этого. Кинг... Посматривает на него? То ли от нервов, то ли ещё что, но... Слуге показалось, что он увидел блеск чужого глаза лишь на мгновение. "Разве могу я подвести своего Короля? Потом... Потом буду сходить с ума. После. Буду трястись, разревусь, буду ворочаться в постели. Буду делать всё, чего мой идиотский страх пожелает. Но не сейчас, а позже. Я нужен своему Королю. Он верит мне", — Размышляет он. — Раз! — Рулс бьёт воздух как хлыстом. Воздух — лишь непослушное животное в его руках, что он беспощадно наказывает. Двенадцатый шаг был успешно сделан, как фигурки на часах. Ровно выдвигаются в начале нового часа, вдвоём. — Два! — Щупальце Червовой Королевы сжимает веер с завидной жадностью, будто тот вот-вот сбежит от страха. Шоу перед её глазами, безусловно, великолепно. Хоть её сердце и не готово к такому, а глаза — так тем более. Поворот. Оружие такое лёгкое, непонятное. Тяжеловато целиться своими крупными лапами, когда в руках маленькое нечто. А ведь это нечто способно убить. — Т... Звучит выстрел. Или два. Дама Червей роняет веер. Всё спрятано за звуками журчащей воды, такой злобной и холодной. Кажется, что фонтан из неясной обиды чуть брызнул своих капель прямо на спину Рулса и Трефового Короля. Они оба не сообразили, моргнули или нет? То, что произошло — загадка. Бубновый Король жмурится и мычит, схватившись где-то чуть ниже правого плеча. Трефы подходят к нему, что-то говорят, прежде чем громко заявить: — Выстрел состоялся! Бубновая Королева вскакивает с места, спотыкаясь на своих каблуках, мчась к мужу, но Трефы её не подпускают слишком близко. Каард на секунду выдыхает. Его Король попал. Замечательно. Просто блестяще... Что и ожидалось, так? Но все поглядывают на него. Видимо, надо проверить. Ради приличия. Рулс спокойной походкой направляется к Кингу, мягкая улыбка на его лице, такая неподходяще тёплая для происходящего. Пиковый Монарх не разделяет чужого восторга. — Отличный выстрел, Ваше Темнейшество. — Слуга прижимает ладонь к ладони, выдыхая. — Не бойтесь. — Теперь стало как-то неспокойно, после таких-то слов начальника. За спиной промычал Бубновый монарх, жмурясь от боли. Нет уж, Рулс испугался. Он ведь понимает, что происходит. Но ради проформы, конечно, надо всё равно проверить. Каард неуверенно тянется к плащу. Тепло от чужого тела почти как от одеяла. На этот раз приятное, так и хочется укутаться и остаться. Чтобы больше ничего не говорить, не смотреть за всем происходящим. Слуга на секунду останавливается, с опаской прижимая пальцы к себе. Сомневается. "Не бойтесь", — Это было достаточно заботливо. Он не должен бояться, даже если это была просьба, а не приказ. Но будет расценивать как приказ. Так лучше. Пистолеты ещё дымятся в руках правителей, а неприятный запах наполняет воздух. Рулс отодвигает плащ. Он прижимает ладонь к своим холодным, чуть дрожащим губам. Смотрит в сторону, куда-то в редкие деревья и стены Трефового замка. — Добавьте, что честь восстановлена. — Каард кивает. Сейчас, запах крови его начальника пробивается вперёд. — Х... Хорошо, сейчас. — Голос дрожит. Кинг хотел добавить что-то ещё, но остановил себя. Его слуга этого не заметил, голова забита совершенно другим. Оно и понятно. — Выстрел состоялся, честь восстановлена! — Рулс оборачивается, тяжело вздыхая и возвращая самообладание на короткий срок. Червовая дама дрожащим щупальцем поднимает свой веер, супруг оглаживает её плечи. Пиковый монарх направляется к своему сопернику, тяжёлыми и вялыми шагами. Он шёл как обычно, просто чуть медленнее. Скорее всего, на это обратил внимание только его секундант, что хотел его остановить. Но передумал. Кинг демонстративно бросает пистолет на каменную дорожку. Будь Бубновый Король в порядке — явно бы накричал, мол, это дорогое оружие и с ним надо осторожнее. Но сейчас он лишь враждебно щурится, рука его чуть ли не прилипла к собственному телу, у места ранения. А противник, явно издевается, протягивает руку. По этикету, Бубновому монарху пришлось убрать руку со своей раны, пожать её другому правителю. Воздух обжёг свежую дыру в теле. Бубновый высматривает чужую боль, спрятанную под одеждами. Еле-еле замечает тёмное пятно где-то в области живота. А ведь целился в сердце... Надо больше тренироваться. Кинг либо промахнулся, либо не целился в какое-то конкретное место вовсе. Оба варианта для другого правителя кажутся глупыми действиями. Хотя он единственный, кто корчится в колючем дискомфорте, если говорить мягко. — Думаю, что можно считать совет закрытым. Я не приемлю, если Бубны вновь проявят агрессию к Пикам. Будьте уверены, что Черви вмешаются. — Червовая Королева кое-как поднимается с каменной лавочки, улыбка сошла с её лица. На деле, ещё с момента диалога между секундантами. — Трефы солидарны с Червями, мы поступим так же. Дальше для Рулса — всё как в тумане. Короткие прощальные слова, все эти бессмысленные формальности — серая бурда, плывущая перед глазами. Замок Треф казался ненастоящим, грубой подделкой под что-то реальное. Все эти топиарии, какие-то там скатерти — плод его уставшего воображения. Он даже не помнит, как они забрались в карету. Поблагодарил ли он Кинга? Кинг вообще подавал ему руку? Даже спросить не может... Не время. Лента на волосах будто стянет всю кожу со лба слуги вместе с волосами. Он аккуратно развязывает чёрный бант, волосы струятся вдоль его холодных щёк и печальной спины. Они скрывают его непонимание. Скрывают желание не верить в то, что происходит в его жизни. Как легко сказка превращается в ужасную историю. Такие метаморфозы поражали до глубины души. Тёмная лента на его ладони лежит так кротко и спокойно, будто пропитанная атмосферой горя и этой злободневной дуэли. Загадочное желание огладить её. Каард проводит пальцем вдоль приятной текстуры, смотрит на образовавшиеся и исчезнувшие складки. Периферическим зрением видит, как Его Темнейшество держится за рану. Рука его так спокойна и безмятежна, будто он просто наслаждается видом из кареты. А потом напряжена, чуть сжимая ткань, мех, кожу. Терпит боль. Но почему-то Рулс даже не считает нужным спрашивать. Что-то ему подсказывает, какие будут ответы. А лента такая прохладная... Как же так вышло? Неясно. Кинг отпускает свою рану, смотрит на свою ладонь, покрытую кровью. Ни разу не удивляется. Перчатки, как недобрый знак, он спрятал в карман брюк. Неслышно вздыхает. Не помогает, не может незаметно набрать хоть немного воздуха в своё напряжённое, словно застрявшее колесо водяной мельницы, тело. Каард смотрит на пятно, успевшее вырасти в размерах. Интересно, с моральной точки зрения хоть кто-то вышел победителем? Пиковый монарх вздрагивает, лёгкий успокаивающий холодок, глядит вниз. Чёрная лента, сложенная в несколько раз, оказывается прижата к его ране. Бережно, аккуратно, словно крохотная подушечка. Аксессуар тут же покрывается кровью, намокая. Он не выдержит, всё же позволяя себе эту роскошь, Рулс прямо-таки его добил — вздыхает со всей накопившейся тяжестью, откинув голову назад. Даже капюшон чуть покосился, но он его быстро поправляет, прежде чем слуга успевает хоть что-то разглядеть. — Нет необходимости... Я Вам куплю новую, или сколько эта ст... — Я отстираю. — Смиренно говорит Каард, пока волосы скрывают его лицо от взгляда правителя. — Мне не впервые отстирывать Вашу кровь. Всё в порядке, мой Король. Кинг не знает, звучит ли эта фраза ужасно или как-то иначе. Он не мог выдавить из себя и слова, ничего не приходило в голову. Может, во всём виновата эта боль от пули внутри его тела. Слуга глядит в окно кареты: в его глазах практически отражаются все эти красные кроны деревьев. Алые. Как кровь. Король Пик прижимает приятную ленту к ране сильнее. Ещё недавно она дышала Рулсом, надёжно держала его волосы, дремала в его комнате. Сейчас — в крови Кинга, в жаре его новой боли. Лента дышала. Теперь — ими обоими.