Мальчик-с-мантией-невидимкой / A Boy and His Cloak

Гермиона созерцала его постепенно уменьшающуюся плоть, наблюдая, как последние капли влаги истекают из кончика. — Спасибо, — искренне прошептал он, устремив взор к потолку с выражением полного умиротворения. — Не стоит благодарности, — с напускной чопорностью ответила Гермиона, и они захихикали. Через мгновение он повернул голову и одарил её лукавой улыбкой. — Знаешь, теперь у тебя довольно пикантная пижама, — хихикнул Гарри. — Это самый нелепый каламбур, который мне доводилось слышать, — фыркнула она, ласково коснувшись его щеки. Она потянулась за волшебной палочкой и, произнеся заклинание едва слышным шёпотом, вернула своей футболке первозданную чистоту. — Полагаю, теперь твой черёд, — улыбнулся Гарри, не в силах скрыть предвкушение в голосе. — Верно, — Гермиона слабо улыбнулась. — Думаю, мне следует просто снять одежду… Она глубоко вздохнула и попыталась подняться с дивана, но он поймал её за запястье и притянул обратно; их тела соприкоснулись, когда она опустилась рядом. — Подожди, — произнёс он с мольбой во взгляде, заглядывая в её внезапно встревоженные карие глаза. — Не нужно церемоний. Если мы решили экспериментировать, давай сделаем это правильно. — Что ты имеешь в виду? — Ты доверяешь мне? — Да, — прошептала она, и Гарри бережно притянул её лицо к своему. Если она и удивилась, когда он нежно коснулся её губ, стремясь углубить поцелуй, то не выказала этого. Она повернула голову и страстно ответила, их языки сплелись в трепетном танце. Для обоих это был первый поцелуй, и они с жадным любопытством исследовали уста друг друга, прерываясь лишь когда возникала необходимость вдохнуть. Через несколько минут Гарри отстранился от этого упоительного соприкосновения и мечтательно посмотрел на неё. — Невероятно, — выдохнул он. — Именно так, — прошептала Гермиона с глупой улыбкой, и вытерла капельку слюны с угла его рта. На мгновение они застыли, ошеломлённо улыбаясь друг другу. — Повторим? — спросил он. — Полагаю, это было бы вполне уместно. Они страстно прильнули друг к другу, без колебаний отдаваясь захлестнувшим их чувствам. Постепенно Гарри осмелел и осторожно положил правую руку на её грудь, наблюдая за её реакцией. Девочка тихо застонала, и он осторожно сжал, удивляясь тому, какая она упругая. Он чувствовал, как напрягается сосок под тканью пижамы. Спустя мгновение он отстранился и прижался своим лбом к её. — Можно я сниму с тебя…? — неожиданно робко попросил Гарри. Гермиона незамедлительно кивнула и выпрямилась, позволяя ему стянуть футболку через голову. Когда преграда была устранена, он отбросил её на пол и внимательно вгляделся в обнажённую грудь Гермионы. — Восхитительно, — выдохнул он, переводя взгляд с одной груди на другую, стараясь навеки запечатлеть в памяти их очертания. Она наблюдала за ним с лёгким беспокойством, сдерживая порыв прикрыться руками. — Они не очень большие, я знаю. Гарри покачал головой. — Они совершенны. По правде говоря, они не отличались размером, но для неопытного Гарри они казались самыми прекрасными в мире. Он осторожно провёл кончиком указательного пальца по нежному изгибу одной груди, затем бережно обхватил обе ладонями. Чувственные розовые соски касались его рук, а она трепетала от его прикосновений. Он с благоговением ощущал эту шелковистую мягкость; по сравнению с Гермионой Гарри казался себе вырубленным из шершавой деревяшки. Она напряжённо следила за его изучающим взглядом. Он чувствовал, как учащённо бьётся её сердце. Он взглянул на неё и успокаивающе улыбнулся. — Ты прекрасна. Он склонился и поцеловал её ключицу, затем неспешно спустился губами к левой груди, приближаясь к соску. Он трепетно обвёл языком ареолу, прежде чем охватить губами нежный бутон. Гермиона тихо вздохнула и пропустила пальцы сквозь его волосы, пока он ласкал её. Она была удивлена, но отнюдь не недовольна его смелостью. Он отстранился и посмотрел на неё взглядом, полным неприкрытого желания, и с изумлением обнаружил, что её лицо отражало то же чувство. Прежде чем он успел что-либо предпринять, она устремилась к нему. Она прижала его к сиденью своим весом и страстно завладела его губами, её рука нашла путь к его члену. Он снова обрёл твёрдость, и она уверенно обхватила его. Гарри с воодушевлением отвечал на её поцелуй, подаваясь вперёд на сиденье, чтобы Гермионе было удобнее ласкать его. Она начала ритмично двигать ладошкой, пока они целовались, и он был ошеломлён силой желания, исходившего от неё. Та часть его сознания, которая не могла поверить, что он делает это с Гермионой, давно уступила место необузданной страсти, вызванной её прикосновениями. Она двигала рукой так, словно отчаянно жаждала его извержения, а он стонал от блаженства и целовал её со всей страстью, на которую был способен; его руки то скользили по её спине, то нежно обнимали грудь. Неистовым движениям Гермионы не потребовалось много времени, чтобы привести его к вершине. Он прервал поцелуй, прерывисто дыша, чтобы предупредить её. — Я сейчас снова… — хрипло выдохнул он, но Гермиона не ответила. Она вновь завладела его губами и продолжила дрочить его с ещё большим рвением. Мгновение спустя он издал тихий стон, когда его плоть содрогнулась в её руке, изливая тепло на его грудь, её грудь, а также на их бёдра и животы. Она прильнула к нему так близко, что между ними тотчас образовалась влажная пелена. Казалось, она не замечала этого, а его это нисколько не тревожило. Он прервал поцелуй, переживая последние волны наслаждения, вздохнув с облегчением. Она на мгновение остановилась и опустила взгляд, словно только сейчас осознав произошедшее. — Это случилось довольно быстро, — задумчиво произнесла она, слегка восстанавливая дыхание после их пылких объятий. — Ну ещё бы, ты так меня сжала, — улыбнулся Гарри, ничуть не смущаясь интимностью момента. Она ответила на его улыбку и начала отстраняться, вероятно, намереваясь взять палочку, но Гарри мягко удержал её. — Оставь. Теперь я хочу прикоснуться к тебе. Она пристально всмотрелась в его глаза, затем кивнула, больше не обращая внимания на влажные разводы на теле. Нервно покусывая нижнюю губу — привычка, которую Гарри находил восхитительной — она замерла, когда его рука скользнула по её бокам и остановилась у края шорт. На них было несколько пуговиц спереди, к которым ему было непросто добраться. — Позволь мне, — прошептала Гермиона и поднялась с дивана. Встав перед ним так же, как ранее стоял он, она начала неторопливо расстегивать пуговицы. Гарри с нарастающим трепетом наблюдал, как она расстегнула последнюю пуговицу и позволила шортам соскользнуть вниз. Под ними оказались хлопковые трусики в бело-голубую полоску, соблазнительно низко сидящие на бёдрах. — Никаких боксеров сегодня? — Он лукаво улыбнулся. — Признайся, ты пришла сюда, чтобы меня соблазнить? — Гарри Джеймс Поттер. Только в твоих мечтах, — Гермиона шлёпнула его по плечу, но глаза выдавали её веселье. — После сегодняшнего вечера — несомненно, — парировал он, с нежностью наблюдая, как она закатила глаза. — А теперь продолжим шоу. — Ты уже всё видел, — напомнила она, и он пожал плечами. — Да, но теперь это происходит для меня. Это меняет всё. Гермиона еле заметно улыбнулась и медленно спустила трусики, позволив им упасть к её ногам. Затем она встала перед ним, давая возможность рассмотреть себя с той же пристальностью, с какой она изучала его. Он шумно выдохнул, чувствуя, как бешено колотится сердце, пока он зачарованно смотрел на её киску. С этого ракурса завитки волос казались менее густыми, чем вчера вечером. Он различал нежные очертания её губок, подсвеченные мерцающим светом свечи, проникающим сквозь небольшой просвет между её бёдрами. В этом было нечто невыразимо чувственное. Он осторожно провёл рукой по её мягким завиткам, бережно пропуская их между пальцами. Слегка потянув, он привлёк Гермиону ближе. — Ой, — шутливо выдохнула она и сделала шаг к нему. — Можно мне… взглянуть поближе? — тихо произнёс он, поднимая на неё глаза. Гермиона застенчиво кивнула и, сместившись влево, опустилась рядом с ним на диван. Она раздвинула ноги, и он повернулся, чтобы увидеть влажные волоски, обрамляющие её киску. Рассматривать сбоку было совершенно неудобно, поэтому он опустился на колени и устроился между её ног. — Гарри! — воскликнула она с изумлением. Подняв взгляд, он увидел её широко распахнутые глаза. — Да? Всё хорошо? — Думаю, да, — нерешительно ответила она. — Просто для девушки это гораздо более… интимно. — Мне подняться? Гермиона задумчиво прикусила губу, не отрывая от него взгляда. Её ноги были широко раздвинуты, а лицо Гарри находилось всего в тридцати сантиметрах от самых сокровенных частей её тела. Она чувствовала себя невероятно уязвимой. — Нет, просто… это немного смущает. Гарри склонил голову и улыбнулся. — Ты снова стесняешься? Мне казалось, мы уже установили, что каждая частичка тебя прекрасна, особенно эта. Говоря это, он нежно провёл рукой по внутренней стороне её бедра, вызвав лёгкую дрожь. — Доверься мне, — прошептал он. Она кивнула и затаила дыхание, когда он склонился, чтобы рассмотреть её внимательнее. Нежная кожа вокруг её губ была увлажнена возбуждением, каштановые завитки — влажны и шелковисты. Бережно раздвинув большими пальцами внешние складки, он открыл влажно блестящую розовую плоть. Это было самое прекрасное, что ему доводилось видеть. Он различил небольшой выступ, скрытый под нежной кожей — её клитор. Чуть ниже располагались маленькие розовые губы, слегка приоткрытые и блестящие от влаги — свидетельства её желания. С этого расстояния Гарри улавливал аромат её возбуждения, не похожий ни на что, с чем он когда-либо сталкивался. Терпкий, влажный, пьянящий. Ему захотелось прильнуть лицом к её плоти и впитать этот запах. — Знаю, там немного… заросло, — смущённо прошептала Гермиона. — Я не ожидала, что буду демонстрировать себя в ближайшее время. — Ты совершенна, — выдохнул он и бережно провёл подушечкой большого пальца по её клитору. Она вздрогнула и попыталась расслабиться. Он заметил, что она снова нервно закусила губу. — Я лучше присоединюсь к тебе, — тихо сказал он, и она с облегчением улыбнулась. Он переместился на диван, устроившись на рядом с ней. Гермиона по-прежнему полулежала, откинувшись на спинку дивана, не сводя широко раздвинутых ног. — Спасибо, — прошептала она, повернувшись к Гарри. — Не стоит благодарности, но тебе не нужно смущаться, — прошептал он, положив руку на её мягкий живот. Тепло, исходящее от её кожи, казалось ему удивительным. Их взгляды встретились, и Гарри ласково улыбнулся, опуская руку с её живота на нежный холмик, а затем к влажной расщелине между ног. Она не отрывала взгляда от его глаз, пока он исследовал пальцами её клитор и нежно вырисовывал круги вокруг её губ. Её веки трепетали от его прикосновений. — Я всё делаю правильно? — тихо спросил он, не отводя взгляда. — Да, — выдохнула Гермиона, её губы оставались приоткрытыми, пока он ласкал её. Он осторожно ввёл средний палец между её губок, и тот скользнул внутрь с мягким, влажным звуком. — Мерлин, — прошептал он, поражённый жаром и влагой, обволакивающими его палец. Гермиона прерывисто дышала, время от времени закрывая глаза, полностью отдаваясь его прикосновениям. Он продвинул палец глубже, исследуя тесноту и тепло её тела. Поглаживая верхнюю стенку кончиком пальца, он был ошеломлён тем, насколько она нежная и шелковистая. Гермиона тихо вздохнула и закрыла глаза. — Тебе приятно? — Мерлин, да, — прошептала она, и Гарри почувствовал, как вновь твердеет от осознания того, какое воздействие оказывает на неё. Ему безумно нравилось видеть, как Гермиона теряет самообладание. Он начал круговыми движениями ласкать её клитор, чуть сильнее надавливая, и осторожно ввёл второй палец. Внутри было невероятно тесно, и ему пришлось бережно преодолевать сопротивление. — О, — хрипло выдохнула она, подаваясь бёдрами навстречу его руке. Он наблюдал за её лицом, нежно двигая пальцами внутри. Непроизвольные вздохи, слегка сведённые брови, лёгкая испарина на лбу… он мог бы подумать, что ей больно, если бы не едва заметные движения её бёдер навстречу его прикосновениям. Она тихо постанывала, пока он продолжал ласкать её, усиливая давление большого пальца на её клитор. — Поцелуй меня, Гарри, — внезапно прошептала Гермиона. Он с готовностью наклонился и прильнул к её губам, а она страстно ответила на поцелуй. Их языки сплелись в жарком танце, оба были охвачены пламенем желания. Не прекращая ласкать её пальцами, Гарри продолжал целовать её, и вскоре Гермиона начала прерывисто дышать ему в губы. — О да, Гарри! Именно так. Не останавливайся. Он слегка отстранился, чтобы видеть её лицо, и усилил свои движения. Он интенсивнее ласкал её клитор и быстрее двигал пальцами внутри её тесной плоти. Внезапно она судорожно вздохнула и потянулась к его стоящему дыбом члену. Она крепко сжала его, задышав чаще и интенсивнее двигая бёдрами. — Да, да, да, — простонала Гермиона, и он почувствовал, как её внутренние стенки ещё сильнее сжались вокруг его пальцев. Зачарованно наблюдая за её лицом, он видел, как она вздрагивает и прерывисто дышит в такт пульсации её лона. Он продолжал ласкать её, стараясь не обращать внимания на то, как почти болезненно она вцепилась в его член. Казалось, что она непроизвольно пыталась сломать его напополам. Он с облегчением вздохнул, когда она обессиленно откинулась на спинку дивана и ослабила хватку. Её глаза оставались закрытыми, пока дыхание выравнивалось, и Гарри осторожно извлёк пальцы. Пока она не смотрела, он незаметно вдохнул их аромат, и понял, что запомнит его навсегда. Гермиона глубоко вздохнула и открыла глаза. — Мерлин, Моргана и Медб, — прошептала она, а Гарри расплылся в счастливой улыбке.