Наёмники с большой дороги

Клэр одолевали противоречивые желания: с одной стороны, нестерпимо хотелось пойти в зал и устроить там себе настоящий пир (эмоции в помещении буквально зашкаливали, дразня разнообразием), а с другой - не менее сильно тянуло в совершенно другом направлении - туда, где слабым огоньком теплилось что-то знакомое и кажущееся родным. Девочка предполагала, что это и есть Цель, поэтому она предложила разделиться и, скрепя сердце, оставила Лину с Аргэлом разбираться с засевшими в зале соперниками. Принять это решение помогло еще то, что саму Клэр влекла прочь горчинка миндального шоколада, навевавшая плохие воспоминания, а интуиция подсказывала, что встреченный ранее незнакомец сейчас тоже подбирается к Цели и допустить этого ни в коем случае нельзя. - Нужно торопиться, - Клэр свернула в очередной коридор, ведя за собой друзей. - Еще достаточно времени, - пропыхтел некромант. Девочка задала такой быстрый темп, что даже тренированный Райх поспевал с трудом. - Не одни мы такие умные, - возразила малышка. – Он тоже идет к Цели! - Кто? – спросил Фанни. - Тот тип с жёлтым пламенем и вкусом миндаля. - Мутная личность, - высказал свое мнение Незримый. – Когда он понял, что я из Светлых, то пытался уговорить того парня – ну которого ты апельсином назвала - со мной разделаться. - Он злой и подлый! Он мне не нравится! – припечатала Клэр. - Тебе, не Коте? – уточнил Фандарэл. - Котя это и есть я, - пояснила малышка, сверкнув мимолетной улыбкой. Кровавый фей был более чем удовлетворен подобным ответом. Его радовало, что девочка, наконец, полностью приняла себя. Теперь она сможет развивать и совершенствовать свои способности. - Сюда! Клэр привела их в помещение с двумя рядами колонн вдоль зеркальных стен. В дальнем конце виднелась двустворчатая белая дверь с черными портьерами по бокам, такие же висели и у некоторых зеркал, создавая иллюзию, что это высокие окна. - Знаете, вся эта шахматная тематика мне уже порядком поднадоела, - сказал Райх, шагая по залу. - И мне, - согласился Фандарэл. Парни вышли вперед, направляясь к двери, а девочка притормозила, часто облизывая губы. - Он здесь или ушел? – бормотала она. – Я не понимаю… - Что такое, Клэр? – фей обернулся и поэтому за дверную ручку первым взялся Райх. - НЕТ! – взвизгнула малышка, но было поздно. Створки резко распахнулись, стукнувшись о стены, некроманта окутало золотым сиянием и отшвырнуло в сторону, протащив по полу, а из открывшегося проема повалил густой чёрный дым. Из зеркальных окон-обманок тягучими кляксами полезла такая же чернота. - Что за чёрт?! – Незримый ошалело помотал головой, приподнимаясь. Сверкающий ореол погас, но парень понял, кому он обязан своим спасением: - Благодарю, Луноликая! – прошептал он. Неизвестно что бы случилось, прикоснись он к этому чёрному облаку. - Это он сделал! – дрожащим голосом сказала Клэр и тут же скривилась, отплевываясь. – Боги, какая гадость! Будто тухлые яйца и… фу! Я даже описать это не могу! – способность придавать эмоциям вкусовые качества на этот раз сыграла с девочкой злую шутку. Дым между тем начал приобретать более четкую форму, превращаясь в шесть здоровых червеобразных тварей. - Кто же этот гад и как он смог такое сотворить? – Райх медленно поворачивался по кругу, стараясь удержать всех существ в поле зрения. - Он… фу… - малышка согнулась пополам, зажимая рот ладошкой. Фанни подскочил к подруге, помогая устоять на ногах. - Присмотри за ней, а с этими я сам как-нибудь разберусь, - велел некромант. - Это специально… чтобы нас… задержать, - Клэр боролась с дурнотой. Сейчас она напоминала Аргэла, которого силой заставили выпить молоко – нездоровый цвет лица, преимущественно зеленых оттенков, испарина на лбу и лихорадочно блестящие глаза. - Полагаю, они не выпустят нас из зала, пока мы их не уничтожим? – полувопросительно произнес Райх. - Он надеется… опередить… нас… - она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула сквозь зубы. - Мгран шетт, меня словно в помойное ведро окунули! - малышка судорожно вцепилась в руку фея, оставляя на бледной коже полумесяцы от ногтей. – Котя, помоги! Сейчас бы ей очень пригодилось прежнее разделение способностей. Клэр бы с удовольствием оставила Котю разгребать этот отстойник самых противных и мерзких вкусов, что источали громадные червяки, но это было невозможно. Она должна как-то сама справиться и вынырнуть из болота отвратительных эмоций человека, создавшего этих тварей. - Клэр, держись, - Фанни прижал девочку к себе, нашептывая на ухо: - Сосредоточься на других чувствах – Райха или моих. Мы ведь хорошие и вкусные, ну же, давай, у тебя получится! Ты говорила, что некромант как горячий шоколад, да? А я какой? - Ты? Карамель с перцем… сладкий, тягучий и ядрёный, - она слабо хихикнула. – Такой, что дыхание перехватывает и слёзы из глаз! И думаешь, впредь и близко не подойду, а устоять не можешь. Карамель притягивает – настолько вкусная, что раз попробовав, только её и будешь желать. Аргэл это тоже понял. Он знает толк в сладостях. Клэр стало заметно лучше – щечки порозовели и тошнота прошла, однако она не спешила отходить от Фандарэла, а, наоборот, обняла его за пояс, спрятав лицо на груди. - Я не могу с ними драться, - извиняющимся тоном сказала она. - А тебе никто и не даст! – Райх убедился, что с малышкой все в порядке, и криво улыбнулся. Червяки-переростки подползали к колоннам, намереваясь окружить ребят. - Долго не возись, мы итак из-за этой сволочи время потеряли, - недобро блеснул глазами Фанни. Ему бы хотелось принять участие в драке, но парень опасался, что если отпустит Клэр, ей снова станет плохо. - Было бы с кем возиться, - пренебрежительно бросил некромант. – Я об этих гадов даже руки марать не стану, для этого и навьи хватит. - Ты собрался поднимать здесь зомби?! – удивился фей. - Зомби – это временно оживленные трупы, - наставительно сказал Райх, - а я призову навьи. - А кто это? – поинтересовалась девочка, выглянув из-за плеча Фанни. - Загробные духи, - коротко бросил мужчина, выпрямив спину и опустив руки. - Надеюсь, получится их вызвать… - Надеешься? Звучит как-то не особо убедительно, - нахмурился Фанни. - Ну по идее нам же вроде как запретили использовать какое-либо дополнительное оружие, мы можем полагаться только на свои собственные силы, но для меня взывание к нежити такое же естественное дело, как дышать или говорить, то есть это – часть меня, но с другой стороны – создание условно-материальных объектов не вписывается в понятие «внутреннего резерва» и может сойти за нарушение правил… хотя их уже и до нас кое-кто нарушил… Поэтому я надеюсь, что у меня получится и нам за это ничего не будет! На кончиках пальцев Райха зажглось белёсое пламя, он чуть склонил голову, беззвучно бормоча слова призыва. Фандарэлу прежде не приходилось сталкиваться с некромантами, и об их способностях он имел весьма смутное представление. Сейчас же ему выпала прекрасная возможность полюбоваться на работу одного из самых могущественных и зловещих представителей магической братии. Незримый соединил вместе объятые пламенем ладони, как если бы лепил снежок, и поднес их к лицу, прошептав на выдохе что-то типа: «Подчинитесь моей воле!» и… бросил светящийся шарик прямо в морду червяку, ну или туда, где у него должна была быть морда. Сверкнуло гнилушечным светом, дохнуло могильной затхлостью, и перед тварями появилось шесть человекоподобных существ, обросших густыми волосами и с изогнутыми хвостами. - А теперь валим отсюда! – резко крикнул мужчина, первым подавая пример. Фанни замешкался лишь на секунду, но, не задавая вопросов, потянул малышку вслед за Незримым. Увернувшись от одного червяка и поднырнув под руку волосатого навьи, они выбежали из зала, захлопнув двери и привалившись к ним спиной. Из комнаты послышался свирепый рев, затем грохот и жалобное поскуливание. - Почему мы сбежали? – тяжело дыша, спросил фей. - Навьи - духи, конечно, хорошие, но уж слишком бестолковые – не разбирают своих и чужих и бросаются на всех, кто попадется в поле зрения. Меня бы они, разумеется, не тронули, а вот вам могло и достаться. В дверь что-то врезалось, громко вереща, и сползло на пол. - Клэр, ты сможешь вести нас дальше? – некромант оставался совершенно невозмутим, никак не реагируя на звуки, судя по которым навьи и червяки громили зал, разбивая зеркала и круша колонны. - Да, нам… - девочка чуть помедлила, оглядываясь. Один коридор вел прямо, но через пару метров поворачивал направо, другой сразу плавно изгибался влево, а между ними был узкий проход. – Туда! – она ткнула пальцем в левый. - Хорошо, идем. Надеюсь, больше сюрпризов не будет. - Угу, - Клэр угрюмо поджала губы. – Но кто бы ни был тот человек, я ему это еще припомню. - О, малышка, что-то мне подсказывает – счёт ему вообще выставят крупный и чтобы поквитаться с гадом придется становиться в очередь! *** Мужчина быстрым шагом шел по коридорам. Он со злостью сжимал кулаки и передергивал плечами, в крайнем раздражении сыпля ругательствами. Мграновы организаторы! Какого лешего они решили вмешаться?! Слишком многое ему пришлось поставить на кон и если его план не сработает… Резко остановившись, он с размаху двинул кулаком в зеркало и замер, разглядывая своё отражение в паутине трещин. Смуглая кожа приобрела какой-то нездоровый оттенок, в чёрных глазах безумный блеск, а потрескавшиеся, пересохшие губы быстро облизывал такой же сухой язык. Такшак хищно оскалился и продолжил путь. Узнать свою Маску ему не составило особого труда. Ввязавшись в стычку с каким-то безумным типом, напавшим на другого участника и выбившим дверь, он еще не догадывался о выпавшей ему роли, но едва начав разговор со спасенной коллегой из Тёмных, наг интуитивно понял, на что он способен и как может использовать свои умения. Хитрый искуситель проявил себя во всей красе, запросто выведав имя у сбитой с толку, еще не пришедшей в себя девушки. Тогда-то в его голове и возник гениальный план. Цель, определяющая победителя, всего одна, а конкурентов, жаждущих её, целая дюжина. Так почему бы не сократить количество желающих? Продолжая нашептывать всякие глупости, сдобренные изрядной порцией комплиментов и двусмысленных намеков, Такшак упрашивал наивную дурочку, падкую на лесть, как и большинство женщин, назвать ему свою Маску. Кэйлик немного поломалась, но всё же согласилась, сказав, что она Единая в трех лицах. Однако она выболтала ему не только свою Маску, а так же рассказала, что успела встретить Ледяную воительницу, она же Дрисс Грозная, и колдуна-воздушника Орика, который скрывается под личиной Вечного странника. Ну и как, получив такие карты, он мог не разыграть свою партию? - Кэйлик, дорогая, я думаю, нам стоит объединиться, - чарующим голосом увещевал Такшак. - Я… согласна, - с придыханием отозвалась ведьма. - Ты ведь поможешь мне? - Конечно! – преданно заглядывая в глаза, она позволила заключить себя в объятия и сама потянулась за поцелуем. Все оказалось так просто, что даже скучно. Ждущие губы Кэйлик, смуглые пальцы, скользящие по бледной шее, подбирающиеся к холмикам груди и замирающие над трепещущим сердцем девы, попавшей в лапы искусителя. Испуганный вздох, дрожащие ресницы и запоздалое понимание, что предложение объединиться означает вовсе не то, что она подумала. Такшак не собирался заключать дружеский союз, и «помощь» ему требовалась не в виде бегающей по пятам напарницы. Зачем таскать за собой лишний балласт, который к тому же, наверняка, будет не в восторге от его методов и начнет доставать занудными причитаниями о том, что так поступать нехорошо и нечестно? К чему такие сложности? Можно ведь просто позаимствовать у доверчивой девицы её магические силы, увеличив тем самым собственный потенциал. Умение вытягивать из жертвы магию отдаленно напоминало вампирское питание кровью, а через нее и силой, но не требовало прокусывать кожу или совершать какие-либо другие манипуляции. Нагам было достаточно одного лишь взгляда, чтобы подчинить добычу своей воле, лишив желания сопротивляться и внушив мысль, что она сама, добровольно, хочет отдать ему свою магическую энергию до последней капли. Разумеется, в обычных условиях провернуть подобное было очень сложно. Требовалась немалая концентрация, чтобы подавить чужую волю и инстинкт самосохранения, ибо даже под действием гипноза человек бы не согласился лишиться всей магии – это было равносильно самоубийству – но организаторы Большой дороги любезно предоставили участникам доступ ко всем их скрытым талантам, многажды усилив способности. Поэтому Такшак сломил слабое сопротивление Кэйлик Бхар, пробился через спешно выставленные щиты и подобрался к средоточию волшебства. Мужчина медленно отнял руку от груди ведьмы, сминая в комок голубые нити, что неохотно тянулись из тела к его ладони. Затем бережно опустил на пол потерявшую сознание девушку – жест псевдо заботы и благодарности – и посмотрел на нее с неким сожалением. Можно было бы растянуть удовольствие, но время не позволяло. Полюбовавшись на ледяной шарик, блестящий и переливающийся в его руках, наг спрятал его в карман и поспешил покинуть зал. Больше Такшаку здесь делать было нечего, а вот где-то там его поджидают остальные участники, чьи способности тоже ему весьма пригодятся, а начать можно с того человека, который отважился вмешаться в стычку с безумцем, очень сокрушался, что она не состоялась, а потом поспешно ушел прочь, нахально заявив, что торопится победить. Да, было в этом типе нечто такое, что не оставило Такшака равнодушным. Хотелось наказать наглеца, сломить, подмять под себя, заставив признать авторитет нага. Подобные чувства вспыхнули в нем, когда парень увидел танец на барной стойке в исполнении той полукровки. Девчонка была такой соблазнительной, страстной и в тоже время невинно-нежной, что хотелось, как любил поговаривать один его приятель – валить и… валить куда подальше, чтобы никто не помешал с ней поразвлечься. Образ Лины прочно засел в голове Такшака, вызывая смешанные чувства в груди и вполне определенные в штанах. Но вот подступиться к ней оказалось не так просто. Если ехидный характер и острый язычок лишь добавляли девушке пикантности, то постоянно маячивший рядом братец и самодовольный некромант, наоборот, портили всю картину. Однако наг не отчаивался, решив любой ценой заполучить красавицу Лину, превратив ее если не в свою любовницу, то в расходный материал для достижения Цели, как только что поступил с Кэйлик Бхар. Но, начавшись столь удачно и стремительно, план Такшака вскоре застопорился. Следующие участники, попавшиеся ему на пути, оказались не так сговорчивы. Один из них был тоже Тёмным, но отнесся к нагу весьма пренебрежительно и ни в какую не соглашался на сотрудничество. Другой же вообще был из команды соперников. Мужчина спешно придумывал, как бы убедить высокомерного коллегу помочь ему разделаться со Светлым и уже был готов предложить поделиться отобранной у того магией, но тут в комнату ворвалась группа участников, которые вроде как просто проходили мимо, но умудрились окончательно испоганить его идеальный план! Сложно было сказать, что именно пошло не так, но Светлый шустро признал в них своих сторонников и переметнулся к новым дружкам, а идиот-Тёмный не пожелал ввязываться в драку, оставаясь равнодушным к происходящему и буквально выливая на всех вёдра ледяного презрения, сквозившего в каждой его фразе. Сам Такшак уже не мог сдерживать бушевавшие внутри эмоции и призвал свою силу, желтым огнем охватившую иллюзорный плащ. Он жаждал драки, чтобы вытянуть из поверженных соперников магию и стать еще сильнее – тогда уж он наверняка победит! Его останавливало лишь численное преимущество соперников – Светлых собралось аж пятеро (хотя один из них, судя по всему, ранен), а их же всего двое, и то, если этот высокомерный придурок соизволит принять участие. - Мы больше не можем терять время! Ей нужна помощь! – заявил тип, осторожно прижимая к себе раненую. Ей явно было очень больно, но она все же старалась сдерживать стоны. - Я должна понять! – возразила другая девчонка, беззастенчиво подходя к Тёмным почти вплотную и чуть ли не обнюхивая. - О чем ты бормочешь? – не выдержал Такшак, пытаясь угадать, кто это может быть. - От тебя привкус миндаля. Совсем как у Гримхолла, - с отвращением сплюнула Клэр, сама того не подозревая, раскрывая ему свою личность. Драгомир Гримхолл был старым приятелем нага. Он не раз останавливался в его особняке и был знаком с двумя приёмными дочерьми секретаря городского совета – Виолой и Мари. Такшак знал о не совсем обычных пристрастиях мужчины и относился к ним пусть не с одобрением, но весьма положительно. И естественно, наг был наслышан и о третьей девочке, хотя лично ее не видел, но Гримхолл часто и подолгу рассказывал о Клэр, называя ее не иначе, как ангелочком, и с нетерпением ждал, когда малышка войдет в приемлемый возраст. И если раньше Такшак даже не догадывался, что его соперница на Большой дороге и есть та самая Клэр Гримхолл, то сейчас он был абсолютно уверен. Вспомнив все, что о ней говорил Драгомир и сложив это с тем, что он сам узнал, выясняя обстоятельства смерти друга, наг выбрал наиболее подходящую для Клэр Маску и не прогадал. Странная, нелюдимая девочка с фиалковыми глазами и облезлой игрушкой могла быть только Смотрящей в души. Как только образ Клэр в его сознании соединился с опознанной Маской, чары спали, явив златокудрую малышку, все еще пытающуюся распознать того Светлого. - Хватит тянуть мграна за хвост! – разозлился Такшак и получил неожиданную поддержку от притихшего коллеги. - Согласен, - парень вспыхнул весь разом от макушки до пяток. Оранжево-алое пламя внушало какой-то благоговейный страх и подавляло своей мощью. У нага возникло унизительное желание бухнуться на колени и склонить голову пред столь сильным и, несомненно, великим человеком. И это его-то он посмел назвать идиотом? Во имя безопасности собственной шкуры Такшак отчаянно надеялся, что Он никогда этого не узнает. Но подобный эффект незнакомец произвел не на всех. Клэр совершенно не обращала на него внимания после того, как определила вкус апельсинов и молока. Куда больше ее заинтересовал наконец опознанный Светлый – она одарила его счастливой улыбкой и умиротворенно вздохнула, прижимая к груди игрушку. Похоже, его узнала не только девочка, но и раненая, впрочем, как и он её. Это почему-то жутко разозлило Такшака, а уж когда вся компания собралась их покинуть, наг не выдержал. - Не так быстро! – рявкнул он. Такшак был взбешен тем, как эти двое ворковали друг с другом, как остальные обрадовались, приветствуя приятеля. И пусть под капюшонами было не видно их лиц, он ощущал дружеское участие и теплоту. И это его неимоверно злило! - Брось! Двое против четверых явно не самый лучший расклад, - добродушно хмыкнул Светлый. Раненая девушка, определенно, не станет участвовать в драке, случись она, но на их месте Такшак не был бы так самоуверен. Сила другого Тёмного казалась безграничной, он мог бы запросто разделаться с ними, будь их хоть четверо, хоть пятеро, хоть десяток. Он это понимал, и Светлые тоже. - Я и в одиночку могу с вами справиться! - Возможно, - признал парень, - но оно тебе надо? Стычка с соперниками – лишь трата драгоценного времени. - Но если я избавлюсь от лишних конкурентов, это увеличит мои шансы, - он высказал мысль Такшака. - Да, но повторюсь – оно тебе надо? Ведь чем сложнее игра, тем слаще победа, - насмешливо, но с уважением. Все же злить столь опасного противника никто явно не хотел. - Хмм… - Тёмный размышлял над его словами, и наг заскрипел зубами. О чем тут думать?! Нужно навалять им хорошенько, чтобы не путались под ногами! Но незнакомец решил иначе. Он погасил своё пламя и, спокойно развернувшись, направился к выходу. - Что? Нет! Какого мграна?! – взвыл Такшак. – Давай их прикончим! Мы же Тёмные, мы договорились избавляться от всех других! - Я с тобой ни о чем не договаривался, - с ледяным презрением бросил парень через плечо. Светлые гурьбой поспешили в противоположную сторону, оставив нага в одиночестве кипеть от негодования. - Ксо! Я еще доберусь до вас! Вы еще пожалеете! – ругался он, вымещая злость на зеркалах. Как они посмели так его унизить?! Он заставит их заплатить за это собственной магией или даже жизнью! Опрометью кинувшись прочь из разгромленного зала, Такшак спешно корректировал свой план. Пусть в этот раз у него не получилось, но есть ведь и другие участники. Их тоже можно использовать как разменную монету – заставить сделать то, что не вышло у него самого. Немного подтолкнуть, направить в нужную сторону, заговорив зубы льстивыми речами и отправить отважных пешек на заклание. Чутьё, которое помогало членам одной команды находить друг друга, привело его к Дрисс и Орику, а сведения, полученные от Кэйлик, избавили от необходимости угадывать их Маски. Хитрый искуситель опять смог втереться в доверие и выдать свою волю за чужое самостоятельно принятое решение. Такшак убедил их устроить ловушку для того парня, с легкой руки Клэр названного Апельсиновым мальчиком, и даже, скрипя сердце, отдал Ветродуву ледяной шарик, сказав, что ради благой цели жертвует частью своих сил. Разумеется, он не рассчитывал, что у них получится одолеть столь могущественного противника, но, по крайней мере, они могли заставить его попотеть и подрастратить магию и тогда уже Такшаку будет легче с ним справиться. Сам же наг предпочел отправиться на поиски Цели, чтобы, наконец, закончить соревнования и доказать им всем, что лишь он достоин быть победителем Большой дороги! Он лучше их всех! Лучше наглого некроманта, лучше Клэр с её умением распознавать чувства по вкусу и питаться душами! Он даже лучше высокомерного мальчишки, владеющего непомерной силой! Такшак непременно победит, и тогда гордая полукровка сама приползет к нему и будет молить о внимании! - Уважаемые участники соревнований, - в зеркальных коридорах зазвенело эхо, многократно повторяя слова Филиппа Ларье. – Из-за нарушения правил я меняю условия испытания! У вас остается всего час, чтобы найти Цель, а так же выявить нарушителя, напавшего на одну из участниц. - Ксо шетт! – подобного Такшак не ожидал. Ну подумаешь, девчонка выбыла из соревнований и оказалась в лазарете, почти полностью лишившись магических способностей, стоит ли из-за этого вмешиваться в испытание? В конце концов, она наёмница и знала, на что шла! - Бездна вас забери! – наг остановился, размышляя, как же теперь быть, и с силой ударил по зеркалу. Саднящая боль в руке чуть охладила его гнев, и парень неожиданно улыбнулся своему отражению. На этот раз никто не нарушит его план! Пусть организаторы дали им всего час, но он ведь уже на пути к Цели, а на то, чтобы убить её, не понадобится много времени. Хищный оскал у любого, увидевшего его, вызвал бы здоровые опасения за свою жизнь, но, к счастью, поблизости никого не было. Такшак еще мгновение полюбовался на свой мозаичный портрет и стремительной походкой направился прямиком к победе.